Два часа наслаждений за умеренную плату. Крутая откровенная проза о любви…

Сонатная форма

Завтрак подходил к концу, а был он очень полезный: овсяная каша и творог с медом. И так каждый день без всякого разнообразия, но цель была заманчива: оставаться молодой как можно дольше, и как говорится, не терять форму не только лица и тела, но и форму и содержание мысли.

К сожалению, большинство женщин даже представить себе не могут, какую великую роль в их жизни может сыграть Мысль. Большинству из них на каждый день, вполне хватает бытовых мыслей: – Сходить в магазин, приготовить обед, привести себя в порядок к приходу мужа или любовника, позвонить подружкам. Но однажды, когда случится что-то из ряда вон, ох, как важно в этот момент не орать, не падать в обморок, а подумать, что ответить незнакомому человеку или собственному мужу? Как нужно реагировать на событие, которое может изменить твою жизнь самым невероятным образом – кардинально…

А случай был такой. Жила благополучная семья в одном отдаленном районе г. Москвы. Всё вроде бы было у супругов в достатке: двое детей, большая собака и даже египетская кошка. Муж уезжал на работу в восемь час, утра, а возвращался поздно вечером. Дорога на работу была долгой: приходилось ехать в метро, затем дважды делать пересадку – а всё потому, научный институт в центре Москвы больше не желал видеть строптивого ученого, который так и норовил сделать научное открытие. Жена ученого – журналистка, была занята 2х-летним сыном, который часто болел, а найти место в какой-нибудь газете или журнале в Москве было не реально.

В настоящий момент Женя тянула лямку домашней работы в новой квартире на краю Москвы, с окнами на поле, которое обрамлял вполне солидный кусок леса, куда она отправлялась с коляской и сыном в ней, а в другой руке держала поводок с большой доброй овчаркой. Отпустить её на свободу было нельзя, потому что она пугала детей и даже взрослых своим видом, хотя на самом деле, была настолько безобидна, что позволяла египетской кошке прыгать к ней на спину и кататься на ней без зазрения совести…

Поначалу, жизнь в новой квартире казалась раем, ведь раньше они ютились в одной комнате в общей квартире, но в самом центре Москвы. Но при этом – было ужасное обстоятельство – ни в центре, ни на окраине Москвы в их жилище не было телефона. Может ли современный человек представить себе такую ситуацию? О мобильниках в те далекие времена никто даже не мог и мечтать! А теперь представьте себе, что это значит – 12 часов в день заниматься кормлением, гулянием, уборкой и готовкой. Поход в магазин отнимал два часа – дорога к единственному супермаркету была далеко не идеальна, нужно было пробираться по буеракам с коляской.

Женя всё-таки старалась не забывать о своей профессии, и два часа дневного сна младшего сына, она пыталась печатать на машинке свои первые рассказы из школьной жизни. Но и здесь, были проблемы. Как только ребенок засыпал, кто-нибудь из соседей звонил в дверь, собака начинала лаять, а сынок моментально просыпался. После этого заставить его спать было абсолютно невозможно, впрочем, так же как невозможно было выгнать соседку, которая тоже изнемогала от одиночества, но совершенно не понимала, почему Женя куда-то спешит. Все эти обстоятельства отнюдь не прибавляли радости молодой мамаше, поскольку она привыкла быть в театре и на концертах, по крайней мере, пять вечеров в неделю, а новый образ жизни в замкнутом пространстве провоцировал депрессию.

Однажды, муж пришел домой немного раньше обычного, Женя в это время сидела на кухне в халате и пыталась читать, но её мысли были далеко, она просто тихо плакала о своей «загубленной жизни». Муж был солидный мужчина, очень привлекательный, и решал маленькие и большие научные задачи, у него в подчинении было много научных сотрудников. В принципе он был доволен своей работой. Вид плачущей жены его несколько удивил:

– Что случилось, почему ты плачешь?

Ответить на такой вопрос было не так-то легко: никто не голодал, дети были здоровы, квартира была большая, зарплата тоже. Муж не был алкоголиком, не бегал за чужими юбками. Женя пыталась сформулировать причину её слёз, но супруг не выдержал паузы и сказал; – Дорогая, в чём дело? Ты не работаешь, сидишь дома. У нас прекрасные дети, квартира, о которой можно только мечтать, у тебя есть муж, который тебя любит и обеспечивает, чего тебе не хватает? Женька всё еще мучительно искала слова… А её прекрасный муж вдруг встал в позу и заявил уже жестким голосом оратора на партийном собрании: – И вообще, кто ты такая, чтобы здесь рыдать о своей загубленной жизни? (Он был не только ученый, но и телепат, – подумала Женя). Монолог продолжался: – Вот я, ученый с мировым именем, доктор наук, а ты, кто такая? Ты даже кандидатскую поленилась защитить на своём философском никому не нужном факультете?!

Великий муж был обижен, он был уверен в том, что любая женщина должна была трепетать при одной мысли, что этот мужчина её муж, а она, неблагодарная, посмела плакать в его присутствии?

Тут Женька, наконец, поняла, что объяснять «великому ученому» что-либо абсолютно безнадежно, они в данный момент находились на разных полюсах: он был успешным и напоминал гордого индюка, а она выглядела обыкновенной курицей, утомленной своими цыплятами…

Вот тут-то ей и пригодилось философское образование и режиссерские курсы. Она не сказала мужу ни слова, а пошла в ванную, сполоснула лицо холодной водой и решила, что без театра в семье не обойтись. Она вышла на кухню с ослепительной улыбкой.

– Да, дорогой, ты совершенно прав – для слёз нет никаких оснований. Просто я вспомнила свою маму, ведь я давно не навещала колумбарий моих родителей рядом с Донским монастырем.

После этих слов, Женька накормила своего великого мужа ужином, а сама в это время, продумывала свой завтрашний день, причем, совершенно молча…

– Как полезно узнать, что думает о тебе твой великий муж – для него домашняя работа без перерыва на обед называется «ты сидишь дома», в это время ты тратишь столько нервной энергии, что от неё могли бы загореться гирлянды лампочек целого дома, – рассуждала сама с собой Женя поздно вечером, когда дети и муж крепко спали.

У неё было такое чувство, будто она превратилась, незаметно для себя, в заводную игрушку, механически выполняя бесконечные дела и делишки, как машина-робот, а потом вдруг очнулась – да это же я, это моя жизнь, как я могла мириться с таким «принудительным режимом?» – вспомнила она термин из статьи современного психолога. Кому нужно такое глупое терпение, чтобы постепенно сходить с ума в этой домашней тюрьме? Во что превратилась её любовь? Итак, она вспомнила, что умеет думать, и это незаметное действие происходило тихо и сосредоточенно. Завтра она пойдет к соседке Вале, у неё сын такого же возраста, как и их сын Петр, и договориться о том, чтобы Валя стала няней для её ребенка. А ей надо срочно найти место корреспондента или учителя. Кстати, один общий друг говорил о работе лит. сотрудника в пресс-центре Минздрава. Кроме того, надо купить абонемент на концерты в Дом художника – там хорошая программа классической музыки.

У Женьки было ощущение, что ей дали хорошего пинка под зад! И у неё заработала голова. Парадоксы на каждом шагу.

– Да, такой «пинок» дорого стоит, – сказала она себе, и как будто очнулась. Как важно вспомнить, кто ты такая?

Соседка Валя была счастлива получить неожиданный заработок, и сразу согласилась быть няней для двухлетнего Петруши, а Женя, не откладывая, отправилась по адресу, который она быстро разыскала в ящике своего письменного стола. Её решимость и напор открывали все двери. Правда, зарплата в пресс-центре была на 20 рублей больше, чем та, которую будет получать няня Валя, но главное, она вырвется из дома. Увидит людей, будет писать статьи, попадёт в ритм другой жизни…

После разговора с мужем на кухне прошло лет пять, Женя, наконец, издала свою первую книгу о семье, и на презентации, где её муж ходил гордый между гостями, среди которых было много его коллег по науке, он откровенно радовался, что его жена, наконец, стала автором. Женька подошла к нему и сказала, а помнишь, ты пришел домой и застал меня на кухне в слезах, и спросил тогда, а кто ты такая? Я тебе очень благодарна за этот вопрос. Ты меня просто спас! Иначе, я бы так и осталась кухонной закомплексованной клячей! Муж смотрел на неё удивленно, он даже представить себе не мог, что был способен на такие вопросы к своей талантливой жене?

С тех пор прошло еще лет десять. И Женька решила написать трактат во славу Мысли. Её до глубины души возмущало, что большинство женщин, мужчин реже, не придают Мысли никакого значения. Мысль бродила среди людей, как брошенная жена, которая очень часто спасала своего мужа, но он этого не замечал. Эта выброшенная из их побуждений Мысль, совершенно не интересовала дамочек любого возраста, если она не была связана с чем-то вполне осязаемым и вещественным. Грубая и тонкая Материя во всех видах привлекала их. А что такое Мысль? Зачем она? Какая конкретная польза может в ней заключаться?

Но наступал момент, когда женщин бросали мужья или любовники, причем неожиданно и бесцеремонно, не сказав на прощание ни слова, не объяснив ничего. Как будто внезапно произошло землетрясение, и Дом Любви разрушился до основания, в пыль…

– Почему нас покинули? – вопили они вслух и молча, еще совсем не старые женщины. Сами ответить на этот вопрос они не могли, потому что пренебрегали самым главным, что составляет ценность любого человека и даже женщины – его или её Мысли. Ведь именно от того, как тот или иной индивид мыслит – на самом деле зависит его жизнь. Если мужчина мыслит, а женщина только думает, что и где купить, мужу или любовнику это быстро надоедает. Становится скучно, и он идет играть в биллиард, потому что с мужчинами ему как-то приятнее обмениваться своими мыслями.

Конечно, женщины об этом просто не догадываются, потому что у них всё начинается и заканчивает на уровне побуждений: купить сумку, ездить на красивой машине, поехать на Канары… Всё остальное их не очень беспокоит.

А мужчинам, конечно, не всем, иногда удается перейти от неосознанных побуждений, к Мыслям, и в этот трагический момент они и расходятся со своими довольно милыми женами…

Если женщине удается совершить поступок, которому предшествовала Мысль, то она начинает чувствовать себя высшим существом, и становится творцом своей жизни.

Говорят, что среди множества генов, есть ген ума. Но откуда он берется, пока еще не знают, да и практика показала, что большинство людей так за всю жизнь и не научились этим геном пользоваться.

Сколько умных людей, буквально страдали и гибли под колесами истории именно из-за своего ума. Великий Александр Грибоедов об этом написал в своей вечной комедии. Наверно, ему просто не повезло, он встретил женщину, без гена ума, и она выбрала Молчалина… Да это и понятно: женщинам слишком много надо успеть за свою жизнь: влюбиться, бросить все серьезные занятия, боготворить своего любимого мужа, нарожать детей и принадлежать только им, поэтому ген ума пока все больше попадает к мужчинам. Разве что-то может зародится в недрах Материи просто так, это вам не появление какой-нибудь козы или таракана, нужны всё-таки какие-то особенные условия…

Например, чистая и теплая пещера, убранная заботливой первой самкой Питекантропа, с разнообразной пищей, которая приготовлена на ровном огне, который тоже поддерживает в соседнем отсеке пещеры вторая самка того же Питекантропа. А в третьем отсеке сидят хорошо воспитанные Питекантро-пята, которых воспитывает уже четвертая самка того же Питекантропа.

Вот, когда Питекантропша будет иметь такие условия, как Питекантроп, тогда, возможно и произойдет скачок эволюции и ген ума появится у Самки, у которой будет много Питекантропов, но меньше забот.

Вы, конечно, можете возразить, что таких самок сколько угодно, у которых полно Питекантропов, но нет никаких детей и гениальности тоже нет. Но уверяю вас, что таких самок все-таки немного, это своего рода выродки из женского стада – большинство самок влюбляются и забывают обо всем ради любимого Питекантропа или даже ради детей Пирекантропа, и на этой почве никакие гены ума появиться и вырасти не могут!

Человеческая самка многие века и даже тысячелетия влачила довольно скверное существование, но мужчине в те далекие времена тоже было не сладко, ведь он воевал чуть ли не всю свою жизнь. А рыцарские турниры – это же просто убой мужского населения. А в жизни подобное тянется к подобному, а не наоборот, как уверяют нас доморощенные остряки о том, что противоположности сходятся, но никак не могут понять, почему? Обдумывая всё это, Женя приступила к бутерброду с сыром и поняла, что вольно или невольно живет по законам «Сонатной формы», но в темпе вальса. Особенно ей нравилась трёхчастная форма – первая тема, затем вторая, затем первая тема в разработанном виде становится завершением симфонии…

Даже любовные игры с собственным мужем были подчинены великому закону сонатной формы: например, сладостное соединение в утренней постеле, затем легкий завтрак, и повторение любовной атаки.

Муж вынужден был восстанавливать силы во время позднеутреннего сна, а Женя надевала крассовки и совершала пробежку в парке. Секс не изнурял её, ибо был для неё скорее гимнастикой, а не страстью. Иногда во время соития, ей удавалось обдумать тему будущей статьи для своего собственного журнала, но изредка она позволяла себе просто расслабиться под звуки Генделя или Грига, в то время, когда муж изо всех сил старался вывести её из равновесия и почему-то мечтал услышать, как она стонет в сладкой истоме…

После «правильного» завершения акта приходила легкая головная боль, которая лишала её привычной бодрости и никак не компенсировала ощущения в центральной части женькиного тела, которую она никогда не считала главной.

На свете действительно существовало множество занятий, которые доставляли Женьке куда больше удовольствий, чем секс, например афоризмы великих философов прошлого и настоящего, а иногда и её собственные Мысли, которые, возможно, будут читать мужчины и женщины в её блоге, ведь бумажные книги уже давно никому не нужны…

Собаки жизни и смерти

Наступила весна, и утренние прогулки с моим золотым псом стали не только необходимостью, но и удовольствием. По заведенной привычке, подбираю сухие палки, что сбрасывает дерево под порывом ветра и наблюдаю за тем, что вытворяет мой пес. Бишка, совершив необходимые физиологические отправления и нанюхавшись вдоволь чужого собачьего дерьма, будто прочитал ежедневные новости в местной газете, он принимается неистово прыгать. И это при том, что я опять забыла взять лакомую приманку – кусочки сыра или колбаски, он прыгает без всякой награды просто так, как будто готовится к чемпионату мира или к выступлению в цирке…

Если я не нахожу для него палки, то он возмущенно вьется около меня, хватает за штанину, заглядывает в глаза и начинает лаять, и в этом вопле звучит возмущение и конкретные просьбы: «Где палки? Почему не даешь мне прыгать?

Мне приходится десятки раз наклоняться за очередным сучком или корягой, но я наблюдаю за своим псом с восторгом и гордостью, вот ведь смешное создание, приговорен без слов прожить свою жизнь, но что-то неведомое заставляет его делать нечто сверх программы: не только есть, спать и гадить, а воспарять хоть ненадолго в минуты неистовой радости движения, устремляться ввысь. Зачем? Почему? Потому что Природа стремиться к развитию, от простого к сложному… Вот только почему-то в современном мире к развитию стремятся скорее собаки, а не люди…

За Бишкой я наблюдаю постоянно, и не устаю удивляться, как внимательно он следит за окружающей природой: к птицам он пристрастен, останавливается как вкопанный, смотрит на ворону, замирает с поднятым хвостом, что есть признак большой настороженности или агрессии, ворона взирает на него насмешливо и нагло, перелетая с одного карниза на другой, садится на край крыши и как будто кивает головой вместе с клювом, коротко каркает, как будто хочет сказать: – Смотри, сколько хочешь, все равно не достать!

Мой пёс вопросительно смотрит на меня, он как бы спрашивает:

– Почему я не летаю? Почему не могу догнать эту наглую птицу?

– Биша, ты хороший мальчик, но ты собака, у тебя своя жизнь, а у вороны своя. Оставь её в покое, ей живется труднее, чем тебе, ведь её никто не кормит. Она роется в мусорных ящиках и достает, что придется, а ты получаешь классную еду.

Ворона с достоинством взирает на моего пса, сидя на столбе, а он искренне возмущен. «Почему я не могу допрыгнуть до тебя, черная птица? Кто ты такая, почему взмахиваешь чем-то и паришь над почвой, по которой я могу только бегать или прыгать?» Этот монолог ясно прочитывается в его задумчивом и напряженном взгляде.

Почему всю мою жизнь с небольшими перерывами мне сопутствуют собаки? Воистину по сибирской поговорке: «Сами кобели и собак завели». Чего не хватало нашей семье, когда мама согласилась взять черно-белого спаниэля, с которым с пробегала по улицам Москвы всю мою юность? А как я однажды спасала его от разъяренного боксера, который несся за моим Джонечкой по нашему двору. Ни минуты не задумываясь, я схватила боксера за обрубок хвоста, к счастью, хозяин вовремя успел подбежать и взять его за ошейник. Почему собачники всего мира не дали мне тогда медаль за отвагу?

Наверно, все дело в избытке энергии и еще желание прогулки, которую так просто ничем не объяснишь. А прогулка для городского жителя – великая вещь!

И вот теперь я вспоминаю собак моей жизни, их было не много, но все они определяли какой-то очень важный этап. Вот, например, тот пес, которого привез мой муж из Сибири, которую он покинул вместе с академической карьерой, с семьей, уже взрослыми детьми, огромной толпой друзей и коллег и, весь этот ком противоречий и жизненных коллизий упал на наши плечи.

Мы начинали нашу общую жизнь практически с нуля, но собака-овчарка уже была с нами в одной комнате с роялем, в квартире, где мы делили плиту, туалет и ванную комнату еще с тремя семьями?! И это после 5-ти комнатной квартиры с белым роялем в Новосибирске! Для моего будущего мужа это было потрясением. После жаркого лета, которое мы провели вместе с моим сыном и моими друзьями в уютном поселке под Москвой, моя комната показалась моему возлюбленному просто тюремной камерой.

Я видела, что он в шоке, он просто не представлял, как можно вот так жить, выходить на кухню, где на тебя взирают две злобные любопытные тетки, лишь молодая Люба с мужем и с маленькой дочкой, были добры и отзывчивы, а две других соседки меня жутко ревновали к моей новой жизни. Как я посмела выйти замуж и стать счастливой? Что это ей так подвезло? С какой стати? Ведь раньше я развлекала моих соседок, то анекдот расскажу, то вкусненьким угощу… А теперь мне не до них, у меня муж, да еще какой симпатичный, солидный мужчина и окладистой бородой, всегда энергичный и веселый.

К счастью нашу собаку-овчарку мои соседи почему-то полюбили. Всегда старались подкормить и подбрасывали на мой кухонный стол остатки пирожка или котлетки… Сейчас, когда я вспоминаю наши первые месяцы совместного жития в Москве, я сама удивляюсь, как мы быстро освоились в нашем 20-ти метровом райке в Столешниковом переулке без телефона.

Гуляли вечерам с собакой по бульварам, ездили на электричке в подмосковный лес в любую погоду, устраивали пиршества у нашей подруге Эльке, приносили с собой еду и выпивку и отдыхали в её роскошной 2х комнатной квартире от наших злобненьких соседок… Вообще старались как можно чаще покидать нашу общагу…

Но все это стало возможно после одного довольно мистического эпизода в нашей совместной жизни. В тот момент, когда мой знаменитый и успешный муж переживал шок – попав из своего сибирского рая в московскую трущёбу, моя давняя подруга Ляля, художница и соратница по дальним поездкам по России, предложила мне путевку в Архангельск.

Денег не было, одна зарплата завлаба, с которой приехал из Сибири мой горячо любимый муж, была прожита за два летних месяца на даче, моя зарплата в Доме самодеятельности была так мала, что мы обходились самым необходимым, отчасти спасал урок музыки, который я давала семилетней девочке, эти 20 рублей в месяц. Мы могли пару раз сходить в кино и изредка покупали бутылку Гурджуани или Рислинг в ближайшем магазине…

Моего знаменитого мужа никто не брал на работу, поскольку мы не могли зарегистрировать наш брак, а бывшая жена не давала развода, а лишь присылала справки о долгах, устраивала нам экономическую блокаду, ведь она не представляла себе, что в Москве её муж встретил идеалистку и будущего музыкального редактора, которая перевернет жизнь её успешного мужа и сделает его автором 200 романсов, вальсов и полек, и даже одной оратории на слова Экклезиаста, которые будут играть в Вене во дворцах оркестры и солисты со всего мира… Однако, долги нам еще предстояло выплачивать ближайшие пять лет…

Итак, моя интуиция говорила – ты должна ехать с Лялей во что бы то ни стало, иначе не видать тебе счастья с твоим сибирским мужем… Однако, просить деньги в долг у подруг и знакомых мне как-то очень не хотелось, и вот в этом напряженном состоянии, а достать-то надо было всего каких-то 60 рублей: дорога на поезде 30 рублей и дешевая путевка от Общества «Знание», в котором подрабатывала Ляля в качестве лектора еще тридцать…

Мы встретились с Лялей и пошли нашим любимым маршрутом – бульварами от площади Пушкина к Никитским воротам, и дальше по Суворовскому бульвару в Дом журналистов… Все это время в моей голове напряженно билась мысль, где достать деньги на поездку, кому позвонить, кого попросить или пусть эти деньги свалятся с неба… Буквально так я и подумала и с этой смешной мыслью мы почти уже дошли до Дома журналистов, куда нас не пустили, поскольку я забыла членский билет…

Но, к счастью, в ста метрах от домжура нам попалась симпатичная забегаловка. У меня в кармане был рубль, а в то время (в конце семидесятых 20-го века) за эти 100 копеек можно было выпить кофе и съесть пару сосисок да еще и с горошком… Поскольку Ляля была моя старшая подруга, я посадила её за столик, а сама встала в небольшую очередь. Поскольку глаз у меня всегда был меткий, уже подходя к стойке, я обратила внимание на странный маленький бумажный сверток, прямо под моими ногами. Я не стала сразу бросаться за ним, а незаметно придвинула к своей ноге. Затем уронила платок и профессионально вместе с платком засунула бумажный комок в карман куртки. Сердце мое билось гулко и сильно, я поняла, что бумажный комок – это деньги.

Кто-то их так плотно скрутил, что было совершенно не понятно, что это и сколько их. Я заставила себя успокоиться, дождалась своей очереди, взяла сосиски и кофе, принесла все это за наш столик, где сидела Ляля, и сказала ей, что мне надо позвонить (в те времена горожане пользовались телефонами-автоматами за 15 копеек, а позже появились и специальные жетоны). Только зайдя в кабину телефона-автомата, я вынула сверточек из кармана и развернула плотно сложенные купюры – в моих руках было ровно 60 рублей! Вот и случилось чудо – кто-то мне послал именно ту сумму, которая мне была нужна для счастья.

Поездка в Архангельск состоялась. Мы с Лялей целых две недели любовались закатами и восходами на маленьком острове в Северном море, однажды даже попали в шторм на маленькой моторной лодке, когда нам надо было возвращаться в Архангельск. Нам было привычно путешествовать вместе, потому что Ляля и я прекрасно понимали друг друга, она была мне близка по духу: так же непрактична и доверчива к людям, любила литературу, а я любила живопись, и мы как бы обменивались нашими талантами. Когда Ляля отправлялась на этюды, я сопровождала её, помогала нести папку и стульчик, а сама усаживалась неподалеку и записывала свои маленькие истории, которые потом никто не печатал, но в будущем, мои рассказы и очерки помогут мне попасть на литературный семинар молодых писателей.

Когда я вернулась из поездки, мой муж встретил меня с такой радостью и смотрел на меня какими-то новыми глазами. – Знаешь, я только сейчас понял, что ты удивительная женщина – жить в таких условиях и быть счастливой, веселой, талантливой – для этого надо быть особенным человеком, – сказал он мне торжественно. – Я тобой просто восхищаюсь…

Итак, моя поездка открыла моему любимому глаза. Да, надо было принимать ситуацию такой, какова она есть. Ждать развода, узаконить наши отношения, прописаться в столице, и только тогда можно было получить работу. Избавление от семейного имущества произошло очень быстро, мой возлюбленный, ни минуты не задумываясь, отправил в свой родной город расписки и доверенности на квартиру, машину и дом на берегу Обского моря. Мы были щедры и непрактичны, и не подозревали о том, что такая нерасчетливая щедрость сделает несчастным и обездоленным сына Мишу от первого брака, которому не достанется ни квартира, ни рояль, ни прекрасный дом на берегу Обского моря… Все унесет с собой в пропасть неуправляемая злоба бывшей жены, которая за два года разлуки, не сумела представить себе жизнь без человека, с которым она прожила более 20-ти лет, но никогда толком не понимала ни его талантов, ни его пристрастий. Её ограниченное сознание во всём винило молодую «проходимку», которая заманила её мужа в Москву.