Вечная империя. Вторая часть

Глава 7

Мир Варваров, Долина Балагора

Отвратительная вонь застарелого пота и мочи смешивалась с дымом факелов и настойчиво лезла в нос, вытесняя запахи железа и кожи. Ситуацию немного спасал царивший в темнице холод. Будь здесь жарко, зловоние стало бы еще более невыносимым. Правда, оставалось не совсем понятным, откуда берется такой ужасный смрад. В ледяном коридоре не было ничего, что могло быть его источником.

– Ты точно уверен, что он тоже здесь? – изо рта Эйлин вылетело небольшое облачко пара. Девушка зябко поежилась. Ледяная пещера Балагора предназначалось для усиления страданий узников. Летевшие рядом Альбы мелко дрожали от холода, но Дейотару, Эйлин и Бенату приходилось еще хуже. Голые ступни некромагов жгло как огнем, превращая нахождение здесь в настоящую пытку.

– Уверен, – ответил за Дейотара Мидир. Альб быстро размахивал крыльями, отчаянно пытаясь согреться. – Ангусу можно верить. Он лично видел, как сюда притащили Бельгемара. Ну и разило же от него!

– Еще бы, – мрачно отозвался Ангус. – Ему переломали ноги и бросили здесь медленно загнивать. Впрочем, еду приносили регулярно. Не очень часто, но вполне достаточно чтобы не умереть от истощения.

– Можно подумать ты его жалеешь, – буркнул Бенат. – Он причинил много вреда твоему народу и еще убил нашего Манга…

– Он выполнял приказ Балагора, – вмешался Дейотар. – Ты бы на его месте поступил бы точно также, – некромаг посмотрел на покрасневшего Бената и добавил: – Во всяком случае, я на это надеюсь.

– Конечно, конечно, – торопливо уверил его Бенат. – Разумеется, я всегда искренне предан вам с Зорионом.

– Ну, хватит вам, – прервала их Эйлин, еще сильнее кутаясь в свой черный плащ. – Что будем делать с пленниками?

Дейотар повернулся к шестерым великанам, которые были прикованы чародейскими цепями к ледяной стене. Лица некоторых гигантов выражали испуг и недоумение, другие, напротив, дышали злобой.

– Вы должны нам рассказать, где содержится Бельгемар. – Дейотар высоко задрал голову, стараясь заглянуть прямо в глаза пленникам. – Ни в одной камере мы его не нашли. Более того, все камеры пустые, но наш друг видел, как вы затаскивали сюда некоторых мятежников. Значит, они где-то здесь.

– Ничего мы тебе не скажем, некромаг, – мрачно ответил один из великанов. У него был перебитый нос и длинная неопрятная борода. – Скоро Балагор узнает, что вы здесь и тогда начнется самое настоящее веселье.

– Он нечасто сюда заходит, – рассмеялся Дейотар, усиленно пытаясь согреться. – А ваша смена еще не скоро. Друзья мои, вы только что заступили, так что помощи ждать неоткуда.

Лица великанов вытянулись, на миг став удивительно похожими. Дейотар широко улыбнулся:

– Видите, мы знаем даже расписание смены караулов. У нас есть союзники в крепости. Попробуйте смириться с поражением. Проигрывать тоже надо уметь. Балагору осталось недолго управлять этим местом. Если он сдастся, то его ждет быстрая смерть, а вот Гестилье такого подарка я не сделаю. Вначале я немного побеседую с этой стервой. Я очень не люблю, когда меня обманывают. Вот тогда будет действительно весело.

– Будь ты проклят, – пробормотал другой великан с самым угрюмым выражением лица, но остальные навострили уши. Гестилью многие не любили, считая виновницей всех бед. Именно она нашептывала мужу самые непопулярные решения.

– Ну, так что? – произнес Дейотар нетерпеливо. – Будем говорить?

– А мы в свою очередь пообещаем оставить вас в живых, когда все закончится, – добавила Эйлин. – И даже отпустим на все четыре стороны, если не захотите служить новому хозяину долины.

– Никогда не преклоню колени перед Джодоком! – сплюнул великан с перебитым носом.

– Да не будет здесь никакого Джодока! – произнес Дейотар в сердцах. Твердолобость этих переростков начала действовать ему на нервы. – Вам предлагали равный союз, а ваш старый придурок все испортил, схватив нас и попытавшись отправить в Некрозамок!

– Пошел к демону, – презрительно скривил губы пленник. – Балагор с вас шкуры спустит, а потом займется этой надоедливой Дананой, которая именует себя королевой Альб. Давно пора было с ними покончить, но все никак руки не доходили.

Мидир вспыхнул, остальные Альбы угрожающе забормотали. Великан громко расхохотался:

– А потом, когда все кончится, я лично позабавлюсь с твоей бабой. Боюсь, ей будет немного неприятно из-за разницы в размерах, но думаю…

Эйлин насмешливо покачала головой. Дейотар вытащил меч из ножен, минуту смотрел на лезвие, а затем нанес страшный рубящий удар в живот. Великан издал странный звук. Его перебитый нос смешно задергался и зафыркал. Лезвие прошило насквозь легкую кожаную куртку и вонзилось в плоть. Крови почти не было, но великан побледнел.

– Лезвие отравлено, – пояснил Дейотар, глядя на стремительно синеющее лицо живого мертвеца. – Специально для таких как вы. Некро-силу тратить не очень хочется, а обычным мечом ваши туши повредить непросто. Яд – отличный выход.

Дейотар повел рукой и чары, опутывающие тело пленника, исчезли. Посиневший великан рухнул так быстро, что парень еле успел отскочить в сторону.

– Я все скажу, все расскажу, – залепетал самый крайний великан, молодой детина с прыщеватым лицом и редкой бороденкой.

– Предатель, – злобно прошипел его угрюмый сосед.

– Ну, почему же, – Эйлин усмехнулась. – Это ваш Балагор предал интересы клана.

– Как тебя зовут? – спросил Дейотар доброжелательно. После демонстрации серьезности их намерений следовало проявить мягкость.

– Галар, – ответил прыщеватый пленник, дрожа всем телом.

– Не бойся, Галар, – Дейотар поощрительно улыбнулся. – Ты сделал правильный выбор и теперь будешь жить. В отличие от остальных.

– Мы тоже не очень жалуем Балагора, вот что, – внезапно произнес еще один пленник, выделяющийся блестящей лысиной. – Меня зовут Сторверк и я готов поклясться в верности новому властителю долины и главе клана.

Еще двое нерешительно переглянулись. Сосед Галара побагровел:

– Мягкотелые черви! А ты…

– Закрой рот, Сурт, – отмахнулся Сторверк. – Ребята, можете не освобождать нас сейчас, но прошу, не забудьте о нас, когда покончите с Балагором. Здесь довольно холодно.

– Не беспокойтесь, – Дейотар улыбнулся и кивнул Эйлин, чтобы она сняла чары с Галара. – Давай, показывай.

– И побыстрее, – умоляюще протянул Бенат, пританцовывая на ледяном полу. – Я умираю от холода.

Чародейские оковы с великана спали, с громким лязгающим звуком. Галар торопливо затопал к искусно замаскированному под сталагмит рычагу и наклонил его вниз. Одна из стен стала исчезать на глазах, буквально истаивая в воздухе. Вонь резко усилилась, и теперь стал понятен ее источник. Чародейская стена скрывала вторую часть подземелья. Здесь тоже находились камеры, только они были в два раза меньше обычных. В них, в жуткой тесноте, лёжа друг на друге, слабо шевелились и стонали великаны.

– Такое впечатление, что здесь никогда не прибирались, – Дейотар привык ко многим отвратительным запахам, но даже ему стало не по себе от такого застарелого «аромата» нечистот.

– Не велено было, – почтительно отозвался Галар. – Балагор говорил, что мятежники сами оказались дерьмом, поэтому пусть теперь в нем живут, – Галар осекся, но его новые хозяева не обратили на неосторожные слова никакого внимания. Воодушевившись, великан добавил: – Кормить велели досыта, чтоб, значит, существование продлить.

– Это хорошо, – Дейотар, превозмогая отвращение, подошел к одной из камер, находящейся на небольшом расстоянии от других. Один из узников приоткрыл глаза, чтобы тут же распахнуть их во всю ширь:

– Пусть меня накажут боги, если это не тот самый парень…

– Да, это я, – Дейотар самодовольно улыбнулся, но великан внезапно плюнул на него огромной вязкой слюной, которая, к счастью, ударилась об решетку и повисла на прутьях, медленно сползая вниз.

– Это из-за тебя нас обвинили в мятеже и бросили заживо гнить!

– Заткнись, Храдверг! – ткнул его кулаком сосед, худощавый, но жилистый мужчина с хитровато блестевшими глазами. Его некогда золотисто-рыжие волосы, свисали на плечи грязными и посеревшими космами. – Балагор при помощи своей женушки сам превратился в старую трусливую бабу! Его давно пора было отправить к предкам, но все не находилось храбреца.

– Только пока все получается совсем наоборот, – обиженно буркнул Храдверг, потирая бок. – Нас вот-вот отправят к праотцам, а Балагор с Гестильей чувствуют себя превосходно!

– Ну и дурень же ты! – его рыжий сосед произнес это без всякой злобы, словно констатируя факт. – Некромаги сейчас вызволят нас и помогут поквитаться с Балагором. Правильно я говорю?

Дейотар, с улыбкой наблюдающий за их перепалкой, кивнул:

– В точку! А сейчас скажите, где камера Бельгемара.

– Ох, ему досталась больше всех, – рыжий помрачнел. – Проклятые балагоровы шавки переломали все кости! Идите в самый конец. Бельгемара держат особняком от нас. Прямо возле ниши, в которую замуровали его сына. Вначале Антей долгое время колотил изнутри по стене кулаками, доводя отца до умопомешательства, но вот уже третий день как настала тишина. Видимо помер, хотя пищи у него предостаточно. Балагор позаботился, чтобы мучения длились как можно дольше. Еще и крошечные отверстия для воздуха проделал.

– Понятно, – Эйлин тоже подошла к камере и наморщила нос. – Я не вижу отверстий для ключей.

– Камеры отпираются только при помощи засовов, госпожа, – торопливо вставил Галар, униженно склонив голову. – Считалось, что чародейской стены достаточно для…

– Теперь выслуживаешься перед новыми хозяевами? – презрительно скривил толстые губы Храдверг, – А помнишь, как вы с дружками исполосовали мне всю спину плетью? Мальфангу досталось больше всех! Рубцы до сих пор не зажили, только загноились!

Рыжий великан, который, по-видимому, и был Мальфангом, зловеще улыбнулся. Галар еще больше побледнел и вякнул, что-то маловразумительное.

– Да ладно вам! – Дейотар с трудом коснулся кончиком пальцев великанского засова. – Высоковато для меня. Галар, отопри.

Галар испуганно засопел, но ослушаться не посмел. Засов противно заскрипел, и дверь распахнулась внутрь. Храдверг с Мальфангом с трудом поднялись, помогая друг другу, и буквально вывалились из камеры, обдав всех очередной порцией вони. Нечистоты покрывали пол камеры почти до великанских колен, и обычный человек рисковал вообще увязнуть в них чуть ли не по грудь.

– Прощения просим, – Мальфанг слегка поморщился, опершись рукой о ледяную стену. – Запашек от нас…

– Не ваша вина, – произнес Дейотар поспешно, чувствуя, что его вот-вот вырвет. – Освобождайте остальных, если сможете. Ну, а мы займемся Бельгемаром. Бенат, останешься здесь. Проследишь за нашим новым другом.

– Да, как скажешь, – Бенат выглядел разочарованным. Он хмуро поднял голову на Галара. Великан возвышался над невысоким юношей, как непоколебимая скала. Конечно, Галар и сам был достаточно молод, но его рост равнялся двум метрам тридцати сантиметрам. Немного, если сравнивать с его сородичами, но вполне достаточно для обычного человека. Простых парнишек подобно Бенату Галар мог бы убить одним ударом, но в том-то и дело, что Бенат был некромагом. Его некро-силы вполне могло хватить и на нескольких Галаров. Великан это понимал и даже не думал причинять ему вред.

Мальфанг и Храдверг, охая при каждом неосторожном движении, бросились освобождать остальных. В коридоре поднялся возбужденный шум, и даже торжествующий хохот. Дейотар и Эйлин, потушив факелы, торопливо пробирались вдоль стен, которые светились слабым чародейским светом. Альбы летели следом, дополнительно освещая дорогу своим сиянием. Коридор вильнул и вывел их широкому помещению, перегороженному решеткой. Трехметровый Бельгемар лежал прямо на полу, безвольно разбросав руки. Услышав шум, великан попытался сесть, но получилось это далеко не сразу. Переломанные ноги жутко болели, но Бельгемар лишь упрямо сжал губы и прислонился к стене. Он сильно исхудал, и Дейотар с тревогой отметил огонек безумия в его глазах. Внезапно лицо Бельгемара изменилось. Огромное тело затряслось, как в лихорадке.

– О боги, может быть еще не поздно! – безумный блеск в глазах Бельгемара почти пропал, сменившись отчаянной надеждой. – Умоляю, спасите его, прошу вас, будьте милосердны! Я все для вас сделаю, все! Клянусь! Клянусь всем, что у меня осталось…

Дейотар переглянулся с Эйлин.

– Он здесь, он все еще здесь, – голос Бельгемара охрип. Яростно превозмогая боль, он пополз к противоположной стене, с виду ничем не отличающейся от остальных. Мидир, Ангус и Мэб ловко проскочили через прутья решетки и подлетели прямо к тому самому месту.

– Кладка свежая, – сообщил Мидир, коснувшись камня.

– Он здесь, говорю вам! – исступленно бормотал Бельгемар, размазывая по изможденному лицу слезы. – Мой мальчик, мой дорогой мальчик… О боги, за что?! За что?!

Эйлин помрачнела. Из ее рук вырвалось облако густого коричневого цвета. По краям оно светилось привычным для некромагии ядовито-зеленым светом. Сгусток некро-силы сомкнулся вокруг решеток и исчез вместе с ними с противным хлюпающим звуком.

– Зачем тратить столько Силы? – поморщился Дейотар. – Конечно, здесь не было засовов, но наверняка есть какой-то секрет…

– Некогда искать, – отрезала Эйлин, поправляя полы черного плаща. – Теперь давай займемся стеной. Разрушить ее будет невероятно сложно. Причем, ты прав: Силу нужно экономить. Лучше всего попытаться осуществить энергетическое слияние, – девушка на мгновение замерла, сама не веря, что осмелилась предложить такое, но все же продолжила, как бы оправдываясь: – Эффект будет, как минимум, не хуже, а энергии каждый потратит вдвое меньше. Если, конечно, ты сможешь мне довериться…

– Как скажешь, – Дейотар отнесся к предложению Эйлин на удивление спокойно. Словно они и не были совсем недавно врагами, пытающимися убить друг друга в некро-силовом поединке. Энергетический симбиоз был отличной штукой, но требовал полного доверия партнеров. Снимались все предохранительные энергетические барьеры и некромаги растворялись друг в друге, на несколько мгновений становясь единым целым. Невероятно сильный прием, но очень опасный. Другой некромаг мог воспользоваться снятием защиты у своего напарника, попытавшись захватить его сознание. Чаще всего симбиоз Силы могли использовать близкие родственники или люди, имеющие какую-либо связь. Прежние интимные отношения Дейотара с Эйлин сделали для них применение этого приема возможным.

Эйлин неуверенно протянула Дейотару руку. Парень нежно коснулся ее ладони сильными пальцами. Прикосновение отозвалось внутри него сладкой дрожью.

– Прошу тебя прекрати, – прошипела Эйлин возмущенно. Судя по всему, девушка испытала схожие чувства и от того разозлилась еще больше.

– А я, что? Я ничего, – смущенно пробормотал Дейотар. – Впрочем, ты права, прости.

– Давай сосредоточимся на энергетическом симбиозе, – взгляд Эйлин стал показательно холодным. – И если ты думаешь, что сможешь, как и прежде…

– Нет, нет, ничего я такого не думаю, – поспешно заявил Дейотар, сфокусировав взгляд на стене и стараясь думать только о рыдающем Бельгемаре.

– Не думаешь? – произнесла Эйлин со странной интонацией. – Очень жаль.

– О, Наашрет, никогда не мог понять этих женщин! – Дейотар демонстративно поднял глаза к потолку. Он готов был поклясться, что Эйлин искренне огорчена его словами.

– Ты особо и не пытался, – отрезала девушка. – На нас ты смотрел, как на живые игрушки…

– Опять ты за свое! – возмутился Дейотар, чувствуя, что ему не все равно, что будет думать девушка по этому поводу. – Я уже сотню раз говорил, что не на всех! На тебя, к примеру…

– Боги, о чем они говорят?! О чем говорят?! – Бельгемар повернул к некромагам измученное лицо. – Мой сын умирает там, в полной темноте, слышите! Без света и свежего воздуха…

– Здесь тоже пахнет не луговыми цветами, – тихо фыркнул Мидир. Ангус с Мэб, испуганно уставились на великана, но тот был слишком сосредоточен на своем горе, чтобы услышать кого-то, кроме себя.

– Ну, что? – Дейотар взял руки Эйлин в свои. – Приступим?

Молодые люди закрыли глаза, постаравшись отрешиться от окружающего мира. Вначале их разум поразил почти нестерпимый ужас. Обычная реакция организма, на снятие всей его внутренней защиты. А потом барьеры рухнули, и сознание Дейотара с Эйлин захлестнул водоворот Силы. Боль и отчаяние сменились невероятной эйфорией. Ощущение величайшей мощи заполнило каждую клеточку их тела, а потом Сила внезапно отхлынула назад. Дейотар затряс головой. Чувство было такое, как будто его вышвырнули из материнского чрева в холодный и враждебный мир. Зрение прояснилось, и он увидел, как толстенная стена прямо на глазах рассыпается на мелкие песчинки. Обнажилась комната, метра четыре в высоту, но узкая. Большую часть помещения заполняло скрючившаяся туша Антея. Его глаза были закрыты, на лице застыла маска животного ужаса.

Бельгемар издал отчаянный крик и пополз к сыну. Дейотар и Эйлин опередили его. Подбежав к Антею, Дейотар быстро наклонился, пытаясь прощупать пульс.

– Как он? – лицо Эйлин выражало невероятное напряжение. Она понимала, что Антей давно уже мертв и смерть его не была легкой.

– Жив! – внезапно выдохнул Дейотар, чувствуя прилив невероятного облегчения. – Мидир, летите сюда! Живо! Ваши чары мне очень пригодятся.

– О, БОГИ! – рев Бельгемара заполнил собой всю пещеру. – Тысячу благословений! Жив! Мой мальчик жив!

– Я слышал, что Альбы славятся исцеляющими чарами, – быстро произнес Дейотар, наклоняясь к Антею и прислушиваясь к еле слышному дыханию. – Непохоже, он сильно отощал. Тут скорее психическое…

– Эта тварь специально оставила ему много пищи, – глаза Бельгемара сияли. Казалось, он помолодел лет на двадцать. – Сказал, чтобы я не беспокоился. Мол, твой сын быстро не умрет.

– Мидир! – Дейотар произнес это так резко, что Альб стремглав подлетел к нему. – Без помощи он умрёт в любой момент.

– Исцеляющие чары, – пробормотал Ангус. – Придумают же люди.

– Мы действительно можем исцелять, – добавила Мэб, – но обычно это касается наших соотечественников. С такой тушей нам еще не приходилось работать.

– Эта туша – мой сын, – просто сказал Бельгемар.

– Я сильнейший из чародеев озерного королевства, – Мидир произнес эти слова без какой-либо гордости, просто констатируя факт. – Сильнее меня только королева. Если бы мы доставили его туда…

– У вас нет на это времени, – вмешалась Эйлин. – Вы что, не видите – он умирает. Говорите, сильного истощения нет? А вот я так не думаю. Вот смотрите! – Девушка коснулась ногой большого ведра с остатками заплесневелого хлеба.

– Мой мальчик специально отказался от пищи, – Бельгемар скорбно покачал головой. – Не хотел продлевать свои мучения.

– Ладно, – Мидир решительно махнул крылом. – Постараемся остановить разрушительные процессы в его организме. Но потом в любом случае придется доставить его к нам. В озерном королевстве его быстро поднимут на ноги. Мэб, Ангус! Начинаем.

Альбы закружились в воздухе, создав вокруг Антея сияющую фигуру. Затем они неожиданно запели чарующими голосками. Песня завораживала, придавала сил. Дейотар и сам не заметил, как еще больше расправил плечи, почувствовав себя так, будто он отлично выспался. Никакой дикой усталости после стремительного горного перехода больше и в помине не было. Мышцы, болевшие от перенапряжения, теперь распирало от переизбытка силы. Дейотар в восторге встретился взглядом с Эйлин. Та ответила ему сдержанной улыбкой.

– О Боги! Он просыпается! – Бельгемар вскочил, забыв про боль в сломанных коленях. Антей зашевелился. Лицо его стремительно наливалось краской. Ни тени от прежней смертельной бледности. Внезапно лазурные глаза великана открылись.

– Отец?

Испустив дикий вопль, Бельгемар бросился к сыну и с силой прижал к груди.

***

– Он еще очень слаб, – сияние Мидира потускнело. Сейчас первый советник королевы Дананы выглядел ненамного лучше самого Антея. Ангус в бессилии опустился на плечо Дейотара, а Мэб решительно спикировала на Эйлин. Девушка опустила глаза, стараясь не показывать, насколько ее это тронуло. Мэб фактически признала Эйлин за союзника, несмотря на все, что случилась между ними совсем недавно.

– Он выживет? – Бельгемар с надеждой прислушивался к ровному дыханию Антея.

– Сейчас он просто спит, – Мидир подумав немного, все же остался в воздухе. Советник королевы Дананы всячески демонстрировал, что как чародей, он намного сильнее Мэб или Ангуса. – Наши чары вывели его из предсмертного состояния и напитали организм энергией. Но этого недостаточно. Теперь его нужно доставить поближе к озеру. Наш народ полностью восстановит его силы примерно за семь восходов солнца.