Искусство и философия. Удивительные параллели, необычные интерпретации
- -
- 100%
- +
Героями других скульптур Марка Куина стали люди с телесными дефектами или подвергшие себя радикальным физическим трансформациям. Среди них, скульптура беременной художницы-инвалида Элисон Лаппер, установленная на Трафальгарской площади. История этой женщины поистине пример жизненного подвига человека, от природы лишенного нормального физического развития. Она родилась без рук и ног, выросла в приюте брошенная родителями, но смогла научиться рисовать и стать известным художником, выйти замуж и родить здорового ребенка. Скульптор установил статую Элисон напротив знаменитой скульптуры адмирала Нельсона, потерявшего руку в бою. Таким способом он сопоставил военную победу и человеческую победу, волю к жизни и стремление управлять своей судьбой. Среди других скульптур Марка Куина знамениты «Зомби-бой», чье тело сплошь испещрено татуировками, или «человек-кот», сделавший множество пластических операций для того, чтобы его лицо стало похожим на морду хищника из семейства кошачьих. Кроме того, интересны эксперименты художника с материалами. Так среди его самых ранних известных работ, автопортрет «Я» – изваяние головы художника, выполненное из его собственной крови, собранной в течение нескольких лет.
Таким образом, проследив эволюцию двух главных эстетических категорий, мы можем сделать вывод, что архетипы безобразного и прекрасного в культуре были сформированы на заре развития человеческой цивилизации. Эти архетипы определяют наше оценочное отношение к различным явлениям жизни и искусства, и по сей день. Безобразное изначально ассоциировалось с хаосом природной стихии, животным началом натуры человека, инстинктами, сферой бессознательного и проявлениями телесного. Прекрасное в противоположность всегда было проявлением упорядочивания, идеального начала, разума и рационализации, атрибутом духовной и нравственной сферы. Христианские ценности, безусловно, во многом способствовали формированию и закреплению этих представлений.
Глава 4. Эволюция «Тайной вечери»: от канонической живописи Средневековья до современных интерпретаций цифрового искусства
Почему сюжет «Тайной вечери» привлекает художников, начиная со Средних веков, и не оставляет по сей день? В современной цифровой работе Константина Худякова мультифрагментарный лик Христа парит над бесконечным столом со стеклянными кубами, в которых видны лики Иуды. Концепция отсылает нас к Сальвадору Дали: ведь это на картине гениального сюрреалиста Иисус несоизмеримо превознесен над апостолами, склонившими головы, и их лица также невозможно различить. Сальвадор Дали в свою очередь вел диалог с Леонардо да Винчи, великим реформатором эпохи Возрождения, и его всемирно известной фреской. Так что же в этом сюжете интересует каждого художника в его эпоху? Почему именно фреска Леонардо стала мировым символом «Тайной вечери», в чем секрет ее гениальности и вневременности?
Образ «Тайной вечери» – канонический сюжет Средневековья, превратившийся в один из самых узнаваемых и значимых символов европейской культуры. Художники в разные эпохи обращались к интерпретации этой библейской истории в своем творчестве, расставляя акценты в зависимости от того, какое культурное содержание нес в себе этот сюжет в определенный момент истории. Поэтому произведения, посвященные сюжету «Тайной вечери», также можно рассматривать как пример эволюции культурного сознания, начиная с эпохи формирования христианской модели в период Средневековья и до наших дней.
Итак, «Тайная вечеря» – одна из самых значимых историй Нового Завета, имеющая важный назидательный смысл, поэтому и ставшая каноническим сюжетом иконописи. Ее фабула такова: вечеря или последний ужин[15] Христа с учениками произошел накануне распятия. Как пишут евангелисты, у Христа не было своего дома в Иерусалиме, поэтому он мистическим образом выбрал место для вечери, указав Иоанну Богослову постоялый двор, в котором все будет готово для ужина. Как описано в Библии, когда Христос и Его ученики пришли в назначенное место, помещение было хорошо убрано, пол устлан коврами, и все приготовлено для трапезы. Когда они собрались и начали трапезу, Иисус сказал сакраментальную фразу: «Один из вас предаст меня», что и составляет одно из главных событий в сюжете «Тайной вечери». В этот момент все присутствующие, все ученики опечалились, пришли в смятение, начали шуметь и спрашивать Учителя: «Не я, ли, Господи?». Это было время иудейской Пасхи, символизирующей исход евреев из египетского рабства, на Пасху было принято преломлять хлеб, окуная его в соленую воду. В шуме сложно было услышать слова Иисуса, Он же сказал им в ответ: «Опустивший вместе со Мной руку в чашу, предаст Меня». Эти слова услышал только Иоанн Богослов, любимый ученик Христа, сидевший рядом, он обычно изображается прильнувшим к груди Учителя. В следующий момент Иуда протягивает руку к чаше и встречается взглядом с Иисусом, который дает ему понять, что знает о предательстве. Иуда покидает трапезу.
Таким образом, главный назидательный смысл «Тайной вечери» – тема предательства Иуды, а также приобщение к вере Христа, поскольку дальше по сюжету Христос, используя иудейскую традицию Пасхи, меняет ее и устанавливает новое Христианское таинство евхаристии: хлеб становится символом плоти Иисуса, а вино – его кровью. Обряд евхаристии символизирует приобщение к учению Христа. В иконах в первую очередь акцентировали внимание на предательстве в качестве идеологической установки в предостережение верующим, чтобы оградить их от падения Иуды, от появления подобных сомнений в их душах. В каноническом византийском иконописном варианте Иуду можно узнать по одному из следующих признаков:
1. Фигура предателя расположена обособленно, отдельно от других
2. Иуда тянется к чаше
3. Иуда в черном одеянии, а все остальные апостолы в цветных хитонах
4. В руках Иуда держит мешочек с серебряниками
5. Отсутствие нимба над головой Иуды
Например, в «Тайной вечере» русского иконописца Симона Ушакова Иуда изображен на первом плане в темной одежде с мешочком денег, а Иоанн Богослов склоняется к Христу. В работе Симона сюжет передается буквально, иллюстрируя Библию, но и сам художник как личность, как индивидуальность реализуется в узнаваемой манере письма. Надо сказать, что Симон Ушаков – московский иконописец XVII века испытал влияние эпохи Возрождения, так как в его работах появляется объем, используется прямая перспектива. В Европе переход от средневековой живописи к ренессансной совершил Джотто в период Проторенессанса в XIII веке. Джотто начал использовать линейную перспективу, хотя расположение персонажей на его фреске «Тайная вечеря» еще соответствует канону. Иуда сидит в левой части спиной к зрителям, он тянется рукой к чаше, и над его головой нет нимба, как у других апостолов, Иоанн Богослов традиционно лежит на груди у Христа.
В целом, давая характеристику Ренессансу, нужно вспомнить, что это период, когда гении начинают трансформировать незыблемые каноны, преобразовывать их в соответствии с собственным пониманием. В том числе и сюжет «Тайной вечери» стал одним из самых популярных в живописи Возрождения. Существует большое количество Ренессансных вариантов сюжета, причем манера живописцев везде узнаваема, что свидетельствует о личностном проявлении каждого автора. Версия «Тайной вечери» Леонардо да Винчи – абсолютно неканоническая, индивидуальная и реформаторская, стала самой знаменитой в мире. Попробуем разобраться, в чем секрет его гениальности. Композиция построена строго по золотому сечению, перспектива идеально выстроена и подчеркнута планом помещения с окнами, выходящими на природный ландшафт. Мотив окна в живописи Высокого Ренессанса был типичным, выражающим идею натурфилософии об освоении природы человеком. Новаторство Леонардо заключается в том, что, помещая в центр композиции Христа, главное внимание он уделяет не ему, а апостолам, причем каждому из них в отдельности, каждого он представляет в виде личности, интересуется психологическим состоянием каждого из них. Леонардо показал, как в душе каждого из учеников происходит борьба, возникли сомнения, не он ли предатель, зафиксировал мгновение проверки веры каждого. Также и в душе каждого гения Ренессанса происходила подобная борьба между религиозным сознанием и новым мировоззрением, стремлением к свободе от догматов, жаждой экспериментов. Хотя на фреске в руке у Иуды зажат мешок с деньгами, узнать его сразу намного сложнее, чем в канонических фресках и иконах, поскольку его фигура не выделена из общей группы. Этим приемом Леонардо хотел подчеркнуть вероятность предательства каждого, так как человеческая натура непредсказуема. Леонардо впервые проинтерпретировал каждого библейского апостола как человека, а не схематичного персонажа, при этом лицо Иисуса он проработал менее всего.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Фуко М. Это не трубка // Художественный журнал. – М., 1999. С. 34.
2
То есть нерасчлененной, синкретизм – главная черта мифологического сознания.
3
См. Хайдеггер М. Исток художественного творения. – Спб.: Академический Проект, 2008.
4
См. Ингарден Р. Исследования по эстетике. – М.: Издательство иностранной литературы, 1962.
5
См. Лосев А.Ф. Музыка как предмет логики / Из ранних произведений. – М.: Правда, 1990.
6
См. Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки / Сочинения в 2 т. – Т. 1 – М.: Мысль, 1996.
7
См. Э. Нойман. Леонардо Да Винчи и архетип матери / Психоанализ и искусство. – М.: Рефл-бук, Ваклер, 1998.
8
Chiaro-scuro в переводе с итальянского означает «светло-темный». – Прим. автора.
9
Лингвистическую категорию «бинарная оппозиция» в философию ввел Клод Леви-Стросс в контексте структурного анализа мифа. В дологическом мифологическом сознании эти оппозиции представляют собой чувственные образы, и только позже в философском мышлении преобразуются в парные категории.
10
См. З. Косидовский. Библейские сказания. – М.: Издательство политической литературы, 1990.
11
См. Ф. Ницше. Рождение трагедии из духа музыки. – М: Азбука-классика, 2005.
12
См. поэму Еврипида «Вакханки» 404 г. до н. э.
13
Термин М. Бахтина, автора концепции карнавальной культуры.
14
Термин Ж. Делеза и Ж. Бодрийяра, означает обман, пустую скорлупу, иллюзию. Теорию симулякра мы будем рассматривать в отдельной главе.
15
В европейских языках: Last Supper (англ.) или Ultima cena (итал.).