Многомирие: Колизей
- -
- 100%
- +
– Петь? – тихонько позвал я.
– А? Свят? Ты не спишь? – дрожащим полушёпотом отозвался Петя.
– Только проснулся. Ты чего?
– Спи лучше, тебе сражаться завтра.
– Слушай, ты мне очень помог. – Я сел на нары. – Теперь я хочу помочь тебе.
Немного помедлив, Петя повернулся и тоже сел. Я постарался разглядеть его заплаканное лицо, но темнота надёжно его спрятала.
– Да не сможешь ты мне помочь, – сказал он. – Не знаю. Блин, неловкий момент какой-то. Не думай, что я вечно так рыдаю… просто… Слушай, ты же не помнишь о Винсенте Марсе?
– Нет.
– Тридцать шесть лет назад в Галлии поднялся мятеж. Его быстро подавили, обошлись малой кровью. Многих пленили и, соответственно, отправили в амфитеатры. Так Винсент, получивший прозвище Марс, оказался в амфитеатре Флавия. Он был настоящим героем арены, вся республика знала о нём. Люди приезжали посмотреть на его бои, он делал огромную кассу амфитеатру и организаторам. Со временем ему стали устраивать пресс-конференции всякие. Говорят, он даже с фанатками спать умудрялся. Такой вот герой арены был, пока его не убили.
– Так, и он как-то связан с тобой?
– Подобная практика закрепилась. Я один из лучших воинов, Свят. Не как Винсент, но всё же. Мне тоже иногда пресс-конференции устраивают. Встретиться со мной – вопрос не такой уж и большой суммы денег. И за девять лет ни на пресс-конференциях, ни среди зрителей я ни разу не видел свою семью.
Петя опёр голову о руку и отвернулся в сторону. Мне показалось, что он снова плачет, но старается это скрыть.
– Ох… У тебя есть семья?
– Жена Анька. Красивая. – Голос гладиатора снова задрожал. – Дочка… ей было два года, когда… Перун милостивый, ей уже должно быть одиннадцать.
Петя расплакался с новой силой, а я растерялся.
– Вчера вы говорили о родных, – надрывно продолжил он сквозь слёзы. – Я снова начал думать обо всём этом, хотя казалось, что уже смирился. Их, наверно, нет в живых… не могли же они предать меня. Понимаешь… смерть в амфитеатре – это не способ казни. Это избавление. А наказание у нас другого толка. Это моральное уничтожение.
Я не нашёл, что ответить.
– Петь, я… даже не знаю…
– Говорю же, ты не поможешь. Не забивай голову. Тебе о себе надо позаботиться. Прости, что сказал тебе это всё, просто… просто наболело.
– Всё хорошо, Петь, я же сам спросил.
– Спасибо, что выслушал, – сказал суровый солдат с поломанной судьбой. – Я много лет не плакал. Знаешь, это может прозвучать цинично… ты не пойми меня неправильно, ладно? Я в чём-то даже рад, что ты здесь появился. Все эти разговоры… помощь тебе… Я снова чувствую себя живым. Снова слышу родной язык. Благодаря тебе я вспомнил, кто я. За эти годы я совсем зачерствел.
– Понимаю.
– Спасибо.
Петя лёг и отвернулся обратно к стене.
– Не за что, – прошептал я.
Ответа не последовало.
«Колизей – это не просто казнь. Люди успевают погибнуть морально. Истощиться до живых трупов. Петя ещё хорошо держится. Несколько лет, и я стану сломленной бездушной машиной для убийств. Но я не буду сидеть здесь несколько лет. Надо изучить доступные мне способы побега. И линять. Я уже достал ряд полезных вещей, осталось лишь понять, как я могу их использовать».
Я лёг обратно и притронулся к прохладному металлу у себя в кармане. К двум маленьким самодельным ножам.
Глава VI. Худший противник
Некоторые мои знакомые жалуются, что их жизнь проходит уныло: каждое утро одно и то же день за днём. Нет, им незнакомо настоящее однообразие. Да что уж там, я сам зря жаловался на рутину. Можно сколько угодно романтизировать поединки, но на работу или учёбу просыпаться куда приятней. Третье утро подряд я шёл на смерть. Третье утро подряд всё повторялось, разве что слегка менялся состав гладиаторов, и Петя в этот раз никому не предлагал целовать его задницу.
Я, Пётр, Вилберт и Йохан – вот четверо утренних смертников на сегодня. В «комнате ожидания» стояли два парня, а это означало, что как минимум двое из нас должны были сражаться друг с другом. Меня вновь позвали и повели на подъёмник.
– Ка-а-арл Десперати-и-и-ис!
Я уже шёл сам. Страха было всё меньше. Его постепенно заменяли пустота и отчаяние.
– Вы видели, что творит этот парень? Невероятный проигрыш Ферокс, правда?! А как изящно он разгромил Секанди! – не замолкал ведущий.
Толпа отвечала сильным недовольством.
«Прирезать бы тебя, пока не успел далеко отойти».
– Этот парень умеет работать ногами, – ведущий усмехнулся. – Ну, вы поняли, о чём я. И бегать, и пинаться.
Римские зрители не оценили шутку.
– Кхм-кхм. Ладно. С кем же он сегодня сразится? Граждане великого Рима, встречайте! Пё-о-отр Форте-е-ем!
С другой стороны из-под земли поднялся Петя. И мой страх вновь вернулся. Кажется, я стал бояться ещё больше, чем в первый раз. Но что было действительно страшно? Умереть самому или убить его?
– Вы знаете этого парня. А кто-то из вас и вовсе вырос на его боях. Кто же уйдёт победителем сегодня? Вот это интрига! Гладиаторы, бой!
Мы стали медленно сближаться.
– Не волнуйся, – сказал Петя.
– Да уж, действительно, – ответил я. – Чего уж тут волноваться?
– Сарказм – это хорошо. Помогает держать ум в тонусе. Продолжай в том же духе.
Первое время мы просто ходили кругами. Никто не решался нанести первый удар. Зрители стали недовольно гудеть.
– Я могу тебе доверять? – спросил Петя.
– Конечно, – ответил я. – Я думал, ты мне уже дове…
– Тогда отражай, – перебил меня Петя. – Голова. Раз, два… Три!
Пётр направил удар прямо мне в лицо. Я отразил удар щитом.
– Это твоя стратегия? – спросил я. – Проговаривать удары?
– Пока будем действовать так, – ответил он. – А там что-нибудь придумаем. Бой же не может длиться бесконечно.
– Слушай, есть идея. Меня ненавидят, а тебя любят, так?
– Предположим, и?
– Я должен победить. Ты поднимешь палец, тебя помилуют, и все счастливы.
– Я уже столько лет побеждаю не потому, что меня любят, а потому, что я редко оказываюсь на земле. Любая игрушка со временем надоедает, а я для них не более чем игрушка. Так что твой план может и не сработать. Придерживаемся моего.
– Ладно, как скажешь. А у тебя уже был такой опыт? – поинтересовался я.
– Живот. Раз, два… Три!
Я вновь отразил удар.
– Левое плечо, – сказал я. – Раз, два… Три!
Толпа загудела ещё сильнее. Они пришли на бой двух беспощадных солдат, а наблюдали пошаговую ролевую игру. Но мы быстро вошли в раж. Битва со временем стала похожей на настоящую, с нас стекал пот. Казалось, что это могло никогда не закончиться. У меня стали болеть руки.
– …Три! – крикнул я в ударе. – Что-нибудь придумал?
– Шея. Два, три! Пока нет.
– Правое. Два, три! Так ты и не ответил: у тебя был такой опыт?
– Лицо. Два, три! Ты вчера что-то дофига коньяка выдул. Что мы, по-твоему, пить-то теперь будем?
Я даже опустил гладиус и щит. Полная растерянность. Настолько откровенные уходы от этого вопроса меня изрядно напрягали.
– У тебя был такой опыт? – повторил я вопрос.
– Левое. Два, три!
Я отразил удар.
– Ты собираешься атаковать? – спросил Петя. – Давай не будем создавать подозрений, а то всё это для нас обоих плохо закончится. Выпустят львов каких-нибудь, а они предупреждать об атаках не станут.
– Живот, – сказал я. – Два, три!
Петя стал закрываться щитом, но тот вылетел из его рук. Мой меч вошёл прямо в его живот – я просто не успел среагировать. Петя упал на колени, а я так и держал рукоять гладиуса, торчавшего из его тела. Рука закаменела и не хотела отпускать оружие. Но и выдернуть его я не мог. Петя упал на песок, а меня повело за ним.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.