Многомирие: Вендетта
- -
- 100%
- +
Глава V. Доверяй
Я поднял руки, и моя свита последовала примеру. Мы были безоружны, а нас собирались убить люди похуже мафии. У мафии хоть какие-то принципы есть, а Адамант и его люди такого впечатления не создавали. – Все на выход, – сказал охранник. – Медленно. Охранники-убийцы расступились, пропуская нас вперёд. Ситуация была ясна как день: сейчас нас отведут в тихое место, грохнут и закопают на заднем дворе. Надо было срочно что-то предпринять, но что можно сделать в такой ситуации? Мы пошли по коридору. Ближе к рамке я стал выискивать глазами наше оружие. Глупо было полагать, что оно лежит в коробочке у двери, его точно куда-то спрятали, но это была последняя надежда. Конечно же, я оказался прав. Его нигде не было. И вот, уже у самой рамки, когда я первым её прошёл, Калипсо вдруг сделала сальто назад и выхватила пистолет у одного из охранников. Рели тут же заехала другому локтем в солнечное сплетение, а Септим неожиданно влепил третьему в ухо с вертушки. Мне остался четвёртый. Он растерялся, пытаясь прицелиться в кого-нибудь из наших. А я разбежался и прыгнул на него, повалив на пол. Я, Рели и Септим вооружились и просто держали врагов на мушке, а вот Калипсо нешуточно разошлась. Она пару раз приложила охранника лицом в стену, а после перебросила через себя и шумно выдохнула. – Милое представление, – раздался голос Адаманта. Я обернулся на звук: он неспешно шёл к нам, так и не выпустив из рук бокал вина. – Доминус, нам нужно подкрепление, – крикнул один из охранников. – Не нужно, – сказал Адамант. – Я передумал. Нам ни к чему лишние трупы. Я попытался взять себя в руки и сквозь одышку максимально уверенно сказал: – Ты перешёл все границы, Адамант. – Да. Как и ты, Анисимов. Давайте так. Вы просто уйдёте с миром. Я буду с вами сотрудничать, это обоюдный интерес. Но многого не ждите – я не такой большой человек. Гней, который всё это время стоял, вжавшись в стену, посмелел. Он нахмурился и громко злобно фыркнул. – Будь моя воля… – завёл Гней старую шарманку. – Да, да, я помню, – ответил Адамант. – Будь у меня желание, сейчас прибежало бы ещё пятнадцать человек. И поверь, воли у меня для этого достаточно. Ну так что? Вы уходите или будем сражаться до последней капли крови? – Пошли, – сказал я, не опуская пистолет, и попятился назад. Осторожно отступая, мы миновали рамку, которая громко запищала, и спешно покинули территорию особняка через открытые ворота. Едва мы оказались снаружи, мне захотелось кричать, и очень громко. Я вновь занимался не своим делом, но теперь уже по собственной инициативе. Помню, как говорил Вилберту, что я лингвист, а не солдат. Кто же я теперь? Шпион? Революционер? Нет, не революционер точно. Меня мало интересует политическая ситуация в Риме и остальном Мортеме. Я решаю куда более масштабные проблемы. Такими обычно занимаются супергерои всякие. Я усмехнулся этой мысли, и нервная система, кажется, стала потихоньку успокаиваться. Мы даже не говорили друг с другом, пока не скрылись в небольшом лесу неподалёку. Гней прижался к стволу дерева, я шлёпнулся на бревно. Все прочие остались стоять как вкопанные. – Гней, я с тобой больше не работаю, – сказал я. – Извини, но ты не только не приносишь пользы, но и вредишь. Молодой революционер насупился. – Прости, Свят, но это мне решать, не тебе, – парировала Кали. В этот миг на лице Гнея промелькнуло облегчение, но ненадолго. Потому что Калипсо продолжила: – И я с тобой полностью согласна. – Что? – возмутился он. – Тебе надо поработать над собой, научиться быть сдержанней, – продолжила Кали. – Гней, на митингах тебе цены нет, но к полевым условиям ты не готов. Может, тебе стоит вернуться к активистской деятельности? – Что… да ты… – заверещал Гней. – Калипсо, я всю жизнь ждал этой возможности! И ты хочешь меня её лишить? – Тогда научись держать язык за зубами, хорошо? Гней уставился в невозмутимые глаза Кали. Чувствовалось, что он очень хочет поспорить, но аргументов у него нет. – Хорошо. Ты права, Кали. И ты, доминус Анисимов. Простите. Вот уж не ожидал от Гнея такого благоразумия. Что ж, возможно, он не совсем потерян. Да и вообще, эти ребята решили меня сегодня поочерёдно удивить: сначала Калипсо, теперь вот Гней. – А ты полна сюрпризов, Кали, – сказал я. Калипсо обернулась на меня и хитро улыбнулась. – Да? Это каких же? – Ну ты там махач знатный устроила. Честно, меня прям парализовало на несколько секунд от этого зрелища. Спасибо, что пристрелить не успели. Кали мило захихикала. – Нежная и хрупкая, говоришь? – спросила она. – Свирепая и отчаянная, – ответил я. – Так, это всё очень хорошо, – сказала Рели. – Но надо подвести итог. Итак, Клавдий регулярно ходит в Геминий, это мы уже все поняли. И делает он это с личной охраной. То есть охрана путешествует по многомирию с ним, а значит, скорей всего, это люди футуристов. Но этой информации мало. Я предлагаю поговорить ещё кое с кем. И вы, ребята, с нами не идёте. – В смысле? – огрызнулся Септим. – Мы со Святом пойдём вдвоём, – пояснила Рели. – Он знает только нас, лишние люди могут всё испортить. – Вульпес? – спросил я. – Именно. – Мне кажется, он тебя пошлёт куда подальше. Чересчур много мы у него просили, и чересчур многое он потерял. – Ты сам предложил тактику, – сказала Рели. – Вульпеса тоже можно шантажировать. – Ага, если хочешь оказаться на дне реки. – Он слишком меня уважает. Свят, ты прав, предприятие рисковое. Но мы влезли в изначально рисковую авантюру, и ставки высоки. Надо попытаться. – Кто такой этот ваш Вульпес? – вмешался Септим. – Очень серьёзный человек, – сказала Рели. – Вам лучше не знать. Калипсо, вы должны пойти на базу. Доверьтесь нам. Калипсо растерянно посмотрела на всех нас, встретилась взглядами с Септимом. Казалось, они безмолвно обсуждали что-то, то щурясь, то хмурясь. – Ладно, – наконец сказала Кали. – Идёт. Только не задерживайтесь, чтобы мы не волновались. Когда мы покинули лес и разошлись в стороны, а Рели стала петлять переулками, у меня случилось дежавю. Как в старые добрые, мы терялись в хитросплетениях домов и дорог окраины Рима, избегая камер, и шли в гости к старому приятелю, в одном помещении с которым находиться ещё более неуютно, чем с Адамантом. – Ты назвал Кали нежной и хрупкой? – спросила вдруг Аврелия. – Что? О чём ты? – Она так сказала, и ты не спорил. – Ревнуешь? Рели немного нервно рассмеялась. – С чего бы? – Может, тебе напомнить, как мы с тобой выпили, и ты… – начал было я вспоминать тот миг, когда Аврелия полезла ко мне целоваться. – Свят, то, что у меня стало меньше мышечной массы, не отменяет того, что я могу тебе хребет сломать, – перебила меня Рели. – Да, спасибо, что напомнила. – Вот и славно, что ты такой понятливый. Кстати, пока я не забыла и пока тебе хребет не сломала… Аврелия достала из кармана какой-то документ и протянула его мне. Я на ходу пролистал его: это было что-то вроде паспорта. Внутри красовалась моя фотография, а звали меня Децим Кассий. – Зачем, Рели? – спросил я, пряча фальшивый паспорт. – Меня в этом городе всякая собака знает. – Ну всякая, да не всякая. Я организовала документы для всех нас. Для перестраховки. По паре каждому: римские из Мортема и итальянские – из Геминия. Но ты-то в Геминии чист, так что тебе и одного хватит. Мои ребята, конечно, очень удивились, когда я показала им образец итальянских документов. Но вопросы задавать не стали, и то хорошо. – А откуда фото? – спросил я. – Помнишь, мы делали фальшивые вигильские документы? У них с тех пор твоя фотография осталась. Я усмехнулся. – А я только пообещал себе, что в этот раз буду самим собой. То Карл Вернер, то Децим Кассий… – Септима Асиния ещё забыл, – с хитрой улыбкой добавила Рели. – Да уж, – пробубнил я в ответ. За разговором я и не заметил, как оказался на уже знакомой улице, пока мы не дошли до кафе, скрывавшего подпольное казино. У входа я осмотрелся, и взгляд остановился на том самом доме, в подвале которого Странник обустроил себе жильё. – Вот каковы были шансы, что Джузеппе поселится прямо напротив казино Вульпеса? – риторически спросил я. – А это имеет значение? – ответила Аврелия вопросом на вопрос. – Это случилось, вот что главное. – Без подобного совпадения моя судьба сложилась бы иначе, – сказал я. – И твоя, Рели. И всех нас. – Я бы не обрела цель. Так и работала бы на Вульпеса. И осталась бы гладиатором, наверное. Но теперь всё иначе. Грех жаловаться. – А ты больше не работаешь на Вульпеса? – удивился я. – Нет, конечно. Нас спонсируют Свободный Рим и немецкие спецслужбы. Пошли, Свят. Внимание лишнее привлекаем. Внутри всё было по-прежнему. Милая кафешка не могла похвастаться большим количеством посетителей, но ей это было и ни к чему. Ведь это лишь ширма, прикрывающее истинное назначение данного помещения. «Интересно было бы здесь кофейку попить. Может, взять да позвать Кали составить мне компанию?» Вот опять. Не о том я думаю, и не в то время. Аврелия подошла к стойке и встретилась взглядами с барменом. – Приветствую, – сказал он. – Аврелия, кажется? Давно к нам не заходила. Что закажешь? – Позови управляющего, – ответила Рели. Вскоре к нам вышел мужчина, лицо которого я, кажется, припоминал с прошлых раз. Он пропустил нас на кухню. После такие же смутно знакомые коридоры, подвал – и вот мы у двери в кабинет одного из самых могущественных людей во всём Риме. Куда более могущественного, чем Карринас. – Может, мне в коридоре подождать? – шепнул я. – Вруг он винит меня во всём, что тогда произошло? – Ты хочешь оставить меня одну? – А ты его боишься? – Свят, это босс мафии, на которого я работала, а потом просто резко исчезла. Конечно, я его боюсь. К тому же винить он скорее будет не тебя, а меня. Это же я тебя к нему привела. – Ладно. Резонно. Давай, погнали. Аврелия постучалась. – Кто? – пробасили по ту сторону. – Это Ферокс, – отозвалась Рели. В этот раз дверь открылась безо всяких заминок. Самый страшный человек Рима с любопытством разглядывал нас, сидя за своим столом. В одной руке у него была ручка, а в другой – очки, которые он, кажется, только что снял. А на столе лежали какие-то бумаги. По периметру комнаты традиционно стояли мордовороты с каменными лицами. – Фонтея и Анисимов? – удивился он. – Вот так встреча! Вы проходите, проходите, не стесняйтесь. Мы зашли внутрь, и за нами дверь тут же закрылась. Вульпес показал своим какой-то странный жест, и я услышал, как поворачивается ключ в замочной скважине. «Ох, не нравится мне это». – А вы куда запропастились-то? – спросил Вульпес. – Святослав вот даже не зашёл отблагодарить за всё, что я для него сделал. – Вульпес, прости, я… я была вынуждена выйти из бизнеса, – сбивчиво заговорила Рели. – Мне стоило зайти и поговорить, но я решила резко сжечь мосты. Наверное, это было неправильно с моей стороны, но прошлое не вернёшь. Честно, я могила. И с вигилами дел не имею. – Не сомневаюсь, – Вульпес одобрительно кивнул и перевёл взгляд на меня. – А этот? Я почему-то вспомнил старый совет Аврелии не высовываться и решил ему последовать. Она лучше знает этого человека, а он явно не в духе. – Свят сбежал домой, – сказала Рели. – Ему было бы опасно появляться здесь, иначе все наши труды пошли бы насмарку. – Домой сбежал, – сказал Вульпес. – Да только вот он здесь стоит. Анисимов… кхм, Свят. Скажи мне, пожалуйста, ты же сбежал домой сразу после того, как объединился с Вернером? – Да, доминус, – негромко сказал я. Вот и где моя былая уверенность? Перед Вульпесом так уже не побравируешь, как перед Адамантом. Всё-таки я ошибся, рассудив, что Карринас страшнее. У Адаманта, может, и меньше принципов, но он хоть публичный человек, и это его сдерживает. Вульпес рассмеялся и откинулся в кресле. – Доминус? Так ты меня ещё не называл, Свят. Вот уж спасибо, поднял настроение. Но в целом, конечно, скорее разочаровал, – улыбка с его лица резко исчезла, а он занял серьёзную и сосредоточенную позу. – Так что же такое случилось, что человек, которого мы ловили ради тебя, из-за которого полегло много моих людей, внезапно стал твоим союзником? Чувство, что надо отсюда поскорее валить, только крепло. Но Рели уходить не торопилась. Она пёрла до конца. Аврелия, до этого стоявшая вся обречённая, расправила плечи и абсолютно спокойно, таким тоном, будто ничего только что и не произошло, сказала: – Вульпес, мне нужна кое-какая информация. Я могу заплатить за неё. Видимо, шантажировать его она всё-таки не решилась. Что ж, решение мудрое. Я сразу сказал, что с ним лучше не шутить. На лице Вульпеса заиграл живейший интерес. Теперь Аврелия поглотила всё его внимание, а что я отвечу про свои дела с Карлом, авторитета будто бы уже и не волновало. – Я весь внимание, – сказал Вульпес. – Что тебя интересует? – Гай Клавдий, – ответила Рели. Вульпес нахмурился. – Аврелия, где я и где Клавдий? Вы не по адресу. Помнится, ваш дружок Вернер вёл дела с сенатором Карринасом. Может, вам лучше с ним пообщаться? – Вульпес, но у тебя наверняка же есть свои люди в сенате, – заговорила Аврелия. – Кто и где у меня есть, тебя не касается, Фонтея, – перебил её Вульпес. – Даже если бы и были, большая честь для вас получать от них информацию. И что мне твои копейки? Аврелия растерянно посмотрела на меня, как бы извиняясь взглядом. – Значит мы зря тебя потревожили, – сказала Аврелия. – Прости. Мы, пожалуй, пойдём. – Нет-нет, совершенно не зря, – ответил Вульпес и кивнул, после чего двое мордоворотов обступили нас с двух сторон. – Интересное дело, Аврелия: зачем тебе могла бы понадобиться информация о консуле? Дай-ка подумаю. Кажется, у меня есть одна идея. Анисимов с Вернером подружились и устроили теракт, так? Но до меня дошли слухи, что с ними был кто-то третий. Кто-то, кто подорвал трибуны в амфитеатре. Что-то мне подсказывает, что это была ты, Аврелия. Итак, ты объединяешься с Вернером и полностью исчезаешь с радаров – как и наш немецкий друг. Вскоре после этого активизировалась деятельность движения Свободный Рим. Да-да, Аврелия, в этом городе ничего не остаётся без моего внимания, не делай такое лицо. А теперь ты здесь, вместе с Анисимовым, и собираешь информацию об одном из консулов. Знаешь, что я думаю? – Что я состою в Свободном Риме? – В точку, – заключил Вульпес. – Даже если так – тебе-то какое дело? – спросила Аврелия. – С одной стороны, никакого. Но есть один нюанс. Видите ли, со мной недавно связался один человек. Но его, в отличие от вас, интересовала не информация о человеке, а сами люди. Два конкретных человека: Анисимов и Вернер, – Вульпес улыбнулся. – А ещё любые наводки на Свободный Рим. И вот, вы оба здесь. – И что? – невозмутимо спросила Рели. – Ты всё равно не работаешь с государством. – Не работаю, – Вульпес кивнул. – Но этот человек не из госструктур, насколько мне известно. Думаю, они наняли его как человека со стороны, но мне-то что? Тем более, у него были очень привлекательные предложения в обмен на мою помощь. Так что не вижу повода носом воротить. Мы с Аврелией переглянулись. – Вульпес, не надо, – Аврелия энергично замотала головой. – Вульпес, давай мы просто уйдём, – затараторил я. – Ты просто нас не видел, и… – Молчать! – гаркнул Вульпес. – От вас одни проблемы. Только и знаете, что помощь клянчить. Вульпес, найди Венера, Вульпес, помоги пацана из тюрьмы вызволить, теперь вот Клавдий. Нашли мальчика на побегушках. А от вас хрен чего взамен дождёшься. Хоть какую-то пользу принесёте. Парни, уведите их в сто первый кабинет. И рот им чем-нибудь залепите, не хочу, чтобы они персонал своими криками пугали. Нас с Аврелией мягко взяли под руки, давая шанс не сопротивляться. Но пистолеты у громил в руках вполне недвусмысленно намекали, что лучше бы пройти с ними. "Ну уж нет". Аврелия стала дёргаться и вырваться, мордоворот заломил ей руку. Кажется, я услышал хруст, Рели вскрикнула. Человек Вульпеса, который держал меня, отвлёкся на происходящее. А я воспользовался заминкой. Достал пистолет из-под рубашки. И выстрелил.
Глава VI. Но проверяй
Бумаги на столе Вульпеса из белых стали красными. Голова их владельца лежала поверх, простреленная насквозь. Мордовороты синхронно выхватили пистолеты и взяли нас под прицел. – Тихо, – сказал тот, что стоял рядом со мной. – Их будет судить доминус Канис. В сто первый кабинет. Мордоворот крепко сжал мою руку, и нас вывели в коридор, предварительно обыскав с особым усердием и забрав оружие. После мы спустились ещё этажом ниже и вскоре оказались возле двери под номером 101. Нас кинули внутрь и заперли. Это был небольшой, абсолютно тёмный кабинет. Здесь царила такая непроглядная тьма, что мне стало совсем не по себе. Я прошёлся вдоль стены, пытаясь нащупать выключатель, но тщетно. Осознав бесполезность затеи, просто упал на пол и стал вслух размышлять: – Ситуация кажется до боли знакомой. В прошлый раз меня в подобном помещении избили. Хотя там было не настолько темно. – На что ты рассчитывал, Свят? – обречённо спросила Рели. – На то, что приказы Вульпеса потеряют свою силу с его смертью. Может, этот Канис нас пощадит за возможность подсидеть Вульпеса? – Сомневаюсь. Тогда все решат, что мы были в сговоре. И не забывай, нас ещё могут убить эти ребята. Сейчас они пообщаются, придут к выводу, что полностью провалились как телохранители… Я посильнее прижался к стене и стал глубоко дышать, дабы подавить подступающую панику. Я снова убивал. То, что в своё время расшатало мне психику, вновь было со мной. А ещё меня мучила мысль, что я убил бывшего союзника. Само собой, это была самозащита, он ведь сам пытался навредить нам. И что-то мне подсказывает, фиг бы мы выжили, если бы он нас сдал своему загадочному заказчику. Хотя заказчику нас, скорее всего, так и так сдадут. Ну или грохнут, чтоб другим неповадно было. «Какую же глупость я сотворил!» Нас бы передали тому человеку, и вот тогда появился бы шанс спастись. Ну, возможно. Призрачный, но шанс. А теперь… – Какую же глупость я сотворила, – будто бы прочитала мои мысли Рели. – О чём ты? – Я понадеялась на порядочность Вульпеса. Но у него свои законы и правила. И этого я не учла. – Не вини себя, Рели. Мы оба облажались, каждый по-своему. В ответ Аврелия лишь вздохнула. Я попытался прислушаться, что происходит в коридоре, но царила гробовая тишина. Ну и раз уж у нас появилась куча свободного времени, я решил спросить то, что меня давно волновало: – Рели, а что ты делала в Геминии? – Так это всё-таки был ты? – спросила она. – Я видела тебя краем глаза, но подумала, что обозналась. Была уверена, что ты в России. Ну да, логично, сейчас ведь ты здесь. – Я тоже решил, что у меня глюки. Так что ты там делала? – Тут есть один старенький автобус, он от нас идёт прямо в центр, – стала объяснять Аврелия. – Там нет камер, на нём удобно перемещаться по городу, не привлекая внимания. Жаль только ходит редко. В общем, если быстренько нырнуть в портал, можно безопасно закупиться… прогуляться… Я ведь тоже в розыске, Свят. Меня подозревают в содействии вам с Карлом. К счастью, моё лицо у людей не так отпечаталось в памяти, да и у вигилов я не в приоритете, так что мне необязательно так тщательно скрываться, как тебе. Но всё-таки лучше лишний раз не светиться. А Геминий даёт свободу передвижения. Разок мы с ребятами через него даже смогли безопасно выбраться в другой город на встречу с информатором. Хорошая вселенная, кстати. Я подумывала о том, чтобы остаться там. Но решила, что не позволю уничтожить свой дом. Может, потом… когда мы разберёмся с Клавдием… У вас в России так же хорошо, как в Италии? Я задумался над ответом. – Не знаю, Рели. Я же не жил в Италии. Наверное, в чём-то лучше, в чём-то хуже. Хочешь перебраться в Россию? – А почему бы и нет? Если я перееду в Геминий, то в Риме смогу уцепиться разве что за портал в Мортем. А в России будешь ты. Там мне будет не одиноко. – Язык придётся учить, – заметил я. – Опять же, у меня будешь ты, – я почувствовал, будто Аврелия улыбнулась. – Итальянский так-то тоже учить надо. Я уже знаю некоторые слова, грамматику постигаю. Но всё равно в магазине каждый раз иностранной туристкой прикидываюсь. А за пределами магазинов от моего словарного запаса толку мало. Я почему-то рассмеялся. Представил себе Аврелию в Москве, как она устраивается на работу кассиром в «Пятёрочку» и скучает по временам, когда была гладиаторшей и бандиткой. Знаю я одну кассиршу – по её уверениям, на этой работе как раз хочется убивать. – Это всё прекрасно, – сказал я. – Я был бы очень рад. Если честно, я пришёл сюда, в том числе чтобы увидеть тебя. Но для начала нам надо как-то выжить здесь. Кто такой этот Канис? – Понятия не имею, – ответила Рели. – Видимо, следующий после Вульпеса по иерархии. И уж если он не был к нам благосклонен, то что от этого Каниса ждать? Мы как-то синхронно замолчали. Приятно наконец вот так поговорить с Аврелией, конечно, как в старые добрые, но только не в такой обстановке. Я даже попытался поспать, но сон, конечно же, не шёл. Но, так или иначе, напрягаться смысла не было. Это тот случай, когда проще отпустить ситуацию. Всё равно придётся ориентироваться по ходу пьесы. Прошло, может быть, минут десять или пятнадцать, когда я услышал приближающиеся шаги. Дверь открылась, яркий белый свет ослепил до боли в глазах, а я, щурясь, поднял взгляд на три фигуры. И эти фигуры были вооружены внушительными автоматами. Нас привели обратно в кабинет Вульпеса. Бывшего владельца здесь уже не было, а за столом сидел мужик лет пятидесяти. Это был седеющий брюнет в чёрной рубашке, на каждом пальце у него красовалось по кольцу с самыми разными камнями. Как только нас привели, он, глядя на мордоворотов, махнул рукой в сторону двери, и те послушно вышли, оставив нас один на один. Но новый владелец кабинета подставляться не стал, открыл ящик стола и положил перед собой пистолет, дуло которого как бы невзначай смотрело в нашу сторону. А на столе бумаг уже не было. Вместо них лежали мобильный телефон, зажигалка, бумажник и, кажется, портсигар. – Ну привет, – поздоровался он хрипловатым голосом. – Аврелия и Святослав, я так понимаю? – Канис? – растерянно спросил я. – Собственной персоной. Я не Вульпес и не люблю, чтобы меня всюду сопровождал охрана. Предпочитаю решать проблемы самостоятельно, – он раскрутил пистолет на столе, словно юлу. – Так что не расслабляйтесь. И чем же вам не угодил мой безвременно ушедший босс, что вы пришли его грохнуть? – Мы не собирались его убивать, – стала энергично объясняться Рели. – Мы пришли за помощью! Хотели заключить взаимовыгодную сделку. Но нас опередили. Кажется, Вульпесу заплатили вигилы. Канис поморщился и обречённо вздохнул. – Да, ребята в общих чертах мне рассказали. Не знаю уж, что у него там за договорённость такая была, но тут можете не волноваться, я с государством дел не веду и за сомнительные движения этого жирного ублюдка ответ нести не собираюсь. Проблема в другом: что мне с вами-то делать? Вульпес, конечно, прокосячился, и вас по-людски понять можно. К тому же вы мне, по сути, услугу оказали. Но если я вас отпущу, меня могут и не понять. Канис напряжённо разглядывал нас, пытаясь принять решение. Ему точно не хотелось марать о нас руки, но, в то же время, для него было важно не потерять лицо. – Может, выпьем? – Канис как-то внезапно расслабился и даже улыбнулся. – Да, давайте, – нервно ответила Рели, покосившись на мини-бар в шкафу. Канис взял пистолет и направился к мини-бару, повернувшись к нам спиной. Аврелия бесшумно подобралась к столу, схватила телефон и, быстро убрав его в карман, вернулась на место. Я недоумённо покосился на Рели, а она подмигнула. «Ну всё, теперь нас из-за Аврелии пристрелят». Канис разлил что-то похожее на виски. Передал два бокала нам. – Галльский, – торжественно заявил он и пригубил. – Они в этой бурде разбираются. Мы с Аврелией последовали его примеру. На вкус оказалось действительно что-то около виски или коньяка. Похожее пойло я пил в тюрьме. Но раз галльский, скорее всё-таки коньяк. – Вульпес перешёл все разумные границы, – заявил вмиг расслабившийся и подобревший Канис. – Думаю, мы могли бы спустить сложившуюся ситуацию на тормозах. Всё-таки валить вас – это как-то неправильно, тем более Аврелию в нашей среде любят и уважают. Ну что, как вам коньячок? – Отличный, – сказала Рели. Канис перевёл взгляд на меня. – Ну а ты чего молчишь как рыба? Коньяк – это всё-таки мужской напиток. – Да, хорош, – я закивал и стал смаковать пойло с видом знатока. Канис довольно улыбнулся. – Вы, кажется, нормальные ребята. Знаете что? Идите своей дорогой. Когда мои люди узнают, что Вульпес вёл дела с легавыми, меня поймут. Но больше сюда не возвращайтесь. – Не вернёмся, – сказала Рели. – Обещаю. И будем хранить молчание. И это… спасибо за коньяк. Канис позвал своего мордоворота, и тот проводил нас до выхода. Мы выскочили на улицу и дали дёру. – Это просто чудо какое-то, – сказала Рели дрожащим голосом. – Не то слово, – ответил я. – Рели, ты сдурела, у Каниса телефон воровать? Нам повезло, что он не заметил! И ведь заметит потом! – Заметит, – согласилась Рели. – Только это не его телефон. Это телефон Вульпеса. И бумажник, и портсигар тоже его. Они выпотрошили его карманы. – И на кой тебе телефон Вульпеса? – спросил я. – Хочу узнать, кто нас заказал. И пообщаться с ним. Скрывшись в ближайшем парке, мы принялись потрошить записную книжку в мобильнике. Кого там только не было! Множество странных контактов, записанных несуществующими словами, номера многочисленных девушек (подозреваю, принадлежащих к известной профессии), даже телефон одного сенатора нашёлся. Внимание Аврелии привлёк контакт с именем «Aniverliro». – Вот он, – сказала Рели. – Аниверлиро? – спросил я. – С чего ты взяла? – Это сокращение. Анисимов, Вернер, Свободный Рим. Внутри аж всё похолодело. Моя фамилия идёт первой, вот так честь! Аврелия написала сообщение: «Анисимов передаёт привет. Где встретимся?» – Он ничего не заподозрит? – спросил я. – Надеюсь, – ответила Рели. – Переписка – это вполне в духе Вульпеса. И стиль у него примерно такой же. – У нас нет оружия, – заметил я. – И то верно. Позовём подкрепление. Дома лежит дохрена пушек. И лишние люди нам не помешают. – Только без Гнея, – сказал я. – Естественно. Обойдёмся Септимом и Калипсо. – Может, только Септимом? Аврелия ухмыльнулась. – Что, боишься за неё? – Я… ну… э… да нет, – замялся я. Рели рассмеялась. – Расслабься, Свят. Хорошо, только Септимом. Но если она всё равно решит прийти, я не могу ей этого запретить. Наверное, стоило промолчать, но я всё-таки сказал: – Спасибо. Загадочный человек таки ответил и назначил встречу в каком-то поле через два часа. Поле – это, конечно, очень плохо, ведь мы будем как на ладони, поэтому идея с засадой сразу отпала. Калипсо предложила вырядить Септима человеком Вульпеса, а также подметила, что если их будет много, то мы обречены. В общем, да, Кали на базе не осталась и тоже вырядилась человеком Вульпеса. Они подъехали к нам на чёрной машине с наглухо затонированными окнами. Я немного беспокоился за внешний вид Септима, который не очень-то вязался с образом сурового бандита, но когда увидел его, выдохнул: на нём был чёрный парик, и выглядел он весьма натурально. Оба они оделись в чёрные рубашки, и на Калипсо, надо сказать, эта рубашечка смотрелась очень даже ничего. «Есть хоть какая-то одежда, которая ей не идёт?» Мы сели на заднее сиденье, и Септим тронулся. Калипсо повернулась к нам и протянула два маленьких пистолета, которые мы тут же спрятали за пояс. После надела на руки хомуты, но очень неплотно – высвободиться не составит труда. «Чёрт, почему мне нравится, как она меня связывает? Никогда, вроде, за такими наклонностями замечен не был. Это всё рубашка. Определённо». – Это для достоверности, – смущённо сказала Кали. – Будьте готовы в любой момент быстро высвободиться из хомутов и стрелять. Мы ехали в абсолютной тишине, даже без радио. Аврелия и Кали смотрели в окно, а я уставился в зеркало заднего вида. На меня глядели два печальных, я бы даже сказал, обречённых глаза, которые иногда соскальзывали на отражавшуюся в углу Калипсо. «Зачем? Зачем я вернулся? И чего мне дома не сиделось? Сейчас бы тусил на кухне у Жоры и рассказывал бы ему про Снежану». Я искал в Мортеме успокоения, и это было очень наивно. Пообщаюсь с друзьями, найду ответы на волнующие меня вопросы, думал я. Но что я тут нашёл на самом деле? Снова кровь. Снова убийства. «Это не я. Это не моя война. Войны вообще не для меня». Я мог бы стать русской версией Карла Вернера, но что-то в моём мире пошло не так. И из меня получился совершенно другой человек. Так зачем же я так упорно стремлюсь стать Вернером? Уже начинало вечереть. В какой-то момент город будто бы закончился, узкая дорога прорезала собой лес, а тот сменился бескрайним полем. На горизонте виднелись частные домики, на которые опускалось оранжевое солнце. – По периметру города ведь легионеры стоят, – вспомнил я. – Мы ещё в черте города, – ответила Кали. – Легионеры дальше, не беспокойся. Минут через пятнадцать подъехал большой чёрный внедорожник. Из него вышли трое: к моему удивлению, они были одеты в чёрные балахоны, вроде того, который некогда носил Вернер. Прям будто сектанты какие-то. Двое были вооружены автоматами, третий держал в руках большой чемодан. Септим вылез из машины, следом вышла Кали. Они открыли задние двери и с силой выдернули нас наружу. В спины упёрлись пистолеты, и мы пошли навстречу загадочным личностям. Тот, что с чемоданом, вышел вперёд. – Где Вульпес? – спросил он. – Доминус Вульпес не ездит на такие встречи лично, – уверенно сказал Септим. – Мы представляем его интересы. Человек покрутил в руках чемодан. – Странно, – сказал он. – А мне он говорил, что содержимое этого чемодана надо передать строго ему в руки. Лично. Я вдруг понял, что этот пацан – мой ровесник, если не младше. У него было гладко выбритое лицо без единой морщинки и достаточно худощавое телосложение. Я как-то немного иную картину ожидал. И на людей, работающих с вигилами, они не были похожи. – Ситуация изменилась, – ответила Кали. – Чёрт с вами, – сказал пацан. – Давайте сюда заложников. – Сначала чемодан, – настоял Септим. Парень внимательно оглядел нас всех. Вздохнул, недовольно буркнув что-то себе под нос. И заявил, доставая телефон: – А давайте-ка я позвоню Вульпесу. И тут всё произошло. Кали и Септим выстрелили в головы парням с автоматами, те даже отреагировать не успели. Мы с Рели синхронно сбросили хомуты, а уже через миг на парня смотрело четыре пистолета. Он, ошалевший, поднял руки, так и не выпустив из рук телефона. На экране было написано «Вульпес», пошли гудки, и у Рели в кармане завибрировал мобильник. Здесь пацан ошалел ещё сильнее. – Да-да, говнюк, до Вульпеса ты больше не дозвонишься, – сказала Рели. – Кто ты и кто тебя нанял? Он молчал. Аврелия подошла к нему и хорошенько ударила рукоятью пистолета. – Ты ведь не работаешь на вигилов, – сказала она. – Гай Клавдий? Септим вздохнул и ушёл в сторону машины. Вернулся он уже с кусачками. – Так, народ, вы чего? – занервничал пацан. – Эй, эй, давайте поговорим! – Что, сучёныш, боишься? – спросил Септим. – Ну давай, выкладывай. На кого ты работаешь? Парень напрягся и стал глубоко дышать, глаза у него бегали туда-сюда. Думал, что говорить. И наконец выдал: – Вы не знаете. Вы не поймёте. – Это как-то связано с многомирием? – спросила Рели. – Тогда поймём. Говори. Парень явно очень удивился. Помедлив несколько секунд, ответил: – Я работаю на благо Футуры. – Кто твой начальник? – спросил Септим. – Вы его не найдёте. Он очень большой человек в Футуре. – Очень большой человек в Футуре? И он приказал схватить Аврелию и Свята? Ты нас за идиотов держишь? – Нет, – парень зажмурил глаза. – Это мне приказал Примус Инвиктий. – Это ещё кто такой? – Септим полностью взял на себя инициативу. – Чёрт… Чёрт! Гай Клавдий. Примус Инвиктий – это настоящее имя Гая Клавдия. – Чего он хочет? – Господин Инвиктий работает на Футуру, они дают ему указания, а он – мне, не более. Я ничего не знаю, правда. – Что он делает в Геминии? – Не знаю. Не… Не уверен. Вроде как в Москву летает. – В Москву? – удивился Септим. – Всё-таки меня ищет, – прошептал я. – Как часто он туда летает? – Каждую… каждую пятницу. – Ещё какая-нибудь полезная информация? – спросил Септим. – Я… я больше ничего не знаю, правда, – захныкал он. – Отпу… отпустите ме… меня. – Отпускаю, – сказал Септим и выстрелил. Парень рухнул, чемоданчик упал прямо у ног Аврелии. – Ты сдурел?! – закричал я. – Это был враг, Свят. Его было бы опасно отпустить. – Его? Да он шестёрка! – Да? И что бы сделал Клавдий, узнай он, что мы его допрашивали? А, Свят? А Футура? – А что они сделают, узнав, что он поехал за нами, а ему тут башку прострелили? Да то же самое, блин! Мы что так в дерьме, что так, но теперь у нас ещё и труп! – Парни, – сказала Рели. – Успокойтесь на минуту. Тут у нас кое-что интересное. Мы с Септимом синхронно обернулись: Рели сидела над открытым чемоданчиком. И в нём лежали не только деньги.