Офицер Вайрочаны

Из Ресифи с ним прибыли француз по кличке Галл, бразилец Бешеный Бык и кореец. Среди остальных капитолийцев были американец, ещё один бразилец, двое испанцев, швед, австралиец и египтянин. Женское начало было представлено двумя итальянками, полькой и украинкой. В составленном юристами “Blue Entertainment” контракте было подчёркнуто, что английский язык является основным во время проведения реалити-шоу. Каждый участник обязан придерживаться этого правила, однако, если выскочит несколько фраз на родном языке, то никаких санкций за это не предусмотрено. Штрафы грозят только тем, кто постоянно будет нарушать договорённость относительно употребления английского языка.

Игорю пришлось пообщаться с украинской девушкой на русском – её английский был довольно ломаным даже для него. Это прелестное длинноногое создание пригласили принять участие в шоу после того, как агент, подписавший контракт с “Blue Entertainment” на поиск кандидаток для участия в реалити, заметил её на показе моды восточноевропейских кутюрье, который проводился на Мальте. Выбор был велик, но заказчик (а это была Магда Брайтнер) достаточно чётко обозначил критерии, по которым вёлся поиск: высокая, темноволосая, не очень щуплая, с достаточно большим размером груди. Агент выслал фото, и через день пришел лаконичный ответ – «Годится». Вика, так звали девушку, долго не раздумывала, подписала контракт на сумму сорок тысяч долларов, которая показалась ей сказочной, тем более что было обещано добавлять премиальные, если она сможет проявить себя. Всё это Игорь узнал от Вики в первый же день во время совместных обеда и ужина участников.

Казалось, разговаривая с девушкой, Игорь всё внимание уделял ей, однако это было не так. Он внимательнейшим образом изучал сидящих за столом. Выглядели они живописно: во-первых, Бешеный Бык – мулат могучего телосложения, видно было, что он мучительно о чём-то думает, поглощая пищу. Несколько раз Голицын ловил его взгляд, в котором не было ни ненависти, ни злобы – казалось, гигант хотел Игоря о чём-то спросить.

На испанцах было такое количество татуировок, что их хватило бы на два СИЗО. Египтянин постоянно перебирал чётки и смотрел вокруг отрешённым взглядом. Кореец неизменно улыбался, но почему-то был похож на кобру, готовящуюся к прыжку. Американец и австралиец, оба накачанные до предела и похожие на двух огромных ящеров с маленькими головами, держались вместе и неприязненно смотрели на окружающих. Швед был очень белый, очень толстый и в веснушках, и выглядел добродушным. Всегда садящийся последним за стол француз метал взгляды-молнии на своих капитолийских соплеменников.

Девушки-итальянки, одна – блондинка, другая – брюнетка, были среднего роста, весьма пышногрудые. Полька держалась обособленно и как-то рассеянно смотрела на происходящее, что, впрочем, только добавляло ей таинственности. А то, что она единственная носила длинное платье, заставляло мужчин довольно часто поглядывать в её сторону. «Марина Мнишек» – улыбнулся Голицын.

Утро третьего дня пребывания обещало быть богатым на события. Выглянув из палатки, Игорь заметил несколько грузовых машин на стоянке около здания, в котором размещался обслуживающий персонал. Охрана также была в полном составе: никто не ушёл после дежурства. «Вероятно, сегодня нас будут переправлять на остров», – подумал Голицын.

В это время раздался гонг, звавший будущих звёзд реалити-шоу на завтрак. Игорь привёл себя в надлежащий вид в импровизированной душевой и подошёл к столу. На этот раз завтрак был гораздо обильнее предыдущих. «Видимо, обедать придётся нескоро», – отметил он и налил себе и подбежавшей к нему Вике кофе. Когда шведский стол превратился просто в стол, подошёл Майерс и попросил всех остаться на местах.

– С вами будет разговаривать директор проекта, – сообщил он собравшимся.

Тут же за его спиной рабочие установили монитор, величина которого позволяла разглядеть издалека появившееся на нём название шоу – «Латинская война». Прошло несколько минут, заиграла музыка, и начался просмотр ролика. В нём известный голливудский артист повествовал о предстоящем шоу, о противостоянии племён, живущих в четырёх селениях: Палатин, Авентин, Капитолий, Виминал; о спрятанных золотых слитках и о правилах, которые будут регулировать жизнь участников в течение ближайших шести месяцев. Рассказ вёлся на фоне кадров, показывающих изумительно красивый остров Амантани, расположенный на самом загадочном на планете озере Титикака. На этом острове и развернётся действие предстоящего грандиозного спектакля. Затем экран погас, чтобы снова включиться. На этот раз в кадре появилась женщина средних лет со следами былой красоты, видными ещё очень отчётливо. Казалось, она пронзает своими зелёными глазами каждого, смотрящего на неё.

«Так вот она какая, госпожа Брайтнер! Производит впечатление», – отметил про себя Голицын. На даче у Ледогорова он просмотрел электронную почту «железной фрау» за последние полгода и на основании этого сделал определённые выводы о её характере, но внешний вид представлял иначе: не воображал, что руководитель проекта окажется такой интересной женщиной, а тем временем её зелёные глаза могли ещё сводить с ума. Голицын бросил взгляд на Майерса: может, он действительно влюбился? Улыбнувшись, Магда Брайтнер заговорила: она рассказала о том, что их ждёт в ближайшее время, и озвучила некоторые весьма важные для участников детали.

Через час их группу доставят на теплоход, который направится к острову Амантани – месту проведения шоу. Жить они будут в специально построенной деревне, точной копии построек италийских племен шестого века до нашей эры. Из современных удобств имеются два туалета, мужской и женский. Что касается питания, то на первых порах они будут получать некоторые продукты воздушным путём, два раза в неделю, но вообще рассчитывать должны на свои охотничьи способности. Коз, диких свиней, уток и прочего на острове предостаточно. Далее – в центре селения находятся приготовленные для них мечи, щиты и копья – точные копии оружия того же шестого века до нашей эры. На острове, кроме их селения, расположены ещё три подобных. Каждая группа отличается от другой цветом одежды. Так, Виминал – зелёный, Авентин – голубой, Палатин – красный, Капитолий – коричневый.

– Капитолий – это как раз название вашего посёлка.

Сообщила госпожа Брайтнер и о том, что каждый участник должен будет носить цепочку с табличкой, на которой выбит его номер. Тот, кто в поединке лишится этого атрибута, будет принадлежать победителю двадцать четыре часа и всё это время беспрекословно подчиняться его приказам, в противном случае побеждённого ожидает весьма болезненный штраф. За месяц до окончания шоу свободу так называемые рабы уже вернуть не смогут.

Неподалёку от каждого селения установлено электронное табло с номерами участников. Напротив каждого номера указаны суммы в тридцать тысяч долларов – мужской начальный капитал, у женщин же – тридцать пять тысяч долларов, так как им увеличить его будет значительно труднее. Каждое утро в двенадцать часов суммы на табло будут меняться, показывая, кто сколько заработал и кто сколько потерял.

– Всё это очень просто, – добавила, улыбаясь, госпожа Брайтнер.

После паузы она рассказала, что камеры будут следить за каждым их шагом. Транслироваться всё будет в прямом эфире, за исключением тех моментов, когда участники шоу отправляют свои естественные нужды. Секс в эти естественные нужды не входит. По всему острову для удобства работы камер построены специальные площадки, на которых рекомендуется проводить бои. Как и было сказано на презентации, шоу «Латинская война» продлится шесть месяцев, и та группа, которая сумеет подчинить себе остальные в той или иной степени, будет объявлена победителем.

Что касается золотых слитков, то нашедший сможет после окончания представления забрать либо золото, либо эквивалент в долларах. Далее было сказано о том, что в случае крайней необходимости можно обратиться к дежурному по проекту. Для этого на территории каждого поселения есть небольшое помещение, в котором связь может быть осуществлена. Но если дежурный посчитает, что такой необходимости не было, то посетитель комнаты подвергнется штрафу. И ещё об одной немаловажной детали упомянула «железная фрау»: оказывается, каждый из участников застрахован на случай увечья и смерти, поэтому на бланках, которые раздаст господин Майерс, необходимо указать данные того, кто получит страховую сумму. Напоследок госпожа Магдалена Брайтнер ещё раз обратила внимание слушателей, что в заключённом ими контракте есть запись о том, что “Blue Entertainment” имеет право разнообразить проект, вводя дополнительные группы людей. Наконец, она пожелала всем удачи, и экран погас.

После этого представления директора проекта ассистент Майерса раздал каждому цепочку с номерным знаком и вышеупомянутые бланки. Голицыну достался номер тринадцать, а в страховке он указал данные директора детского дома, которому помогал отец. После того как последние формальности были соблюдены, Майерс попросил всех собрать личные вещи и по очереди пройти в специальное помещение.

– Можете оставить свои побрякушки, – ответил Дерек на вопрос итальянки.

Голицын погладил своё кольцо, он бы в любом случае с ним не расстался, но это было не единственное его украшение. В подарок от генерала Игорь получил перстень и цепочку с православным крестом. При помощи первого он должен был передать, что вход найден, крест же служил тайником для линз ночного видения и являлся приёмником сигналов с разведывательного спутника.

Когда очередь дошла до Игоря, он переоделся в коричневую тунику и надел кожаные сандалии. Все размеры были подобраны согласно пожеланию. Также симпатичная перуанка выдала ему сумку с надписью «Латинская война», в которой находились три комплекта нижнего белья, две дополнительные туники и одна пара обуви. Его же вещи она положила в небольшой пластмассовый контейнер с фотографией Игоря на крышке.

«Полный порядок во всём», – подумал Игорь и отправился вместе с остальными участниками к автобусу. Пёстрой толпой их никак нельзя было назвать: на мужчинах была одинаковая одежда коричневого цвета, на девушках – туники, но не до колен, как у мужчин, а гораздо короче. Через десять минут участники проекта прибыли на пристань, где перед ними предстало чудесное голубое озеро Титикака, затем – переправа, потом – километр пути, и наконец впереди показался их новый дом – селение с громким названием Капитолий. Здесь работник “Blue Entertainment”, задачей которого было довести участников до пункта назначения, с ними расстался. Итак, шоу началось.

Глава 19

«Старик совсем стал таинственный, словом не обмолвился, откуда у него взялась карта немецкого общества «ВРИЛ», – размышлял Ломильский, подъезжая вместе с новыми членами команды и переводчиком к селению индейцев аймара.

В небольшой долине, затерявшейся среди ущелий и скал, расположенных по берегам чудесным образом появившегося озера, на высоте около четырёх тысяч метров жили племена индейцев – потомки инков: аймара и урусы. Последние много лет назад, убегая от агрессивных инков, построили из тростника острова, на которые и перебрались. Сейчас на этих плавающих территориях осталось жить человек четыреста. Аймары же остались в прибрежных зонах, и именно среди них Трезубцев решил искать добровольцев для работ на раскопках.

Увидев машину, из небольших глиняных хижин выскочили красочно одетые индейцы и стали махать руками. «Многообещающе», – подумал Сергей Николаевич и вместе со спутниками вышел из джипа. После церемонии приветствия переводчик пообщался со старейшинами, и они, усевшись на специально разложенный ковёр, стали совещаться; затем, видимо, самый старший поднялся и, подойдя к Ломильскому, что-то отрывисто произнёс.

– Десять человек, каждому по тридцать солей в день, – перевёл Ка-Ити, индеец кечуа, проводник, знающий практически все наречия племён, живущих вокруг озера Титикака.

Ломильский поморщился, потом тяжело вздохнул: пришлось сделать вид, что решение далось ему с трудом, и кивнул головой в знак согласия. Седой старейшина торжествующе хлопнул археолога по плечу и вернулся к своим соплеменникам. Ломильский же, обернувшись к Бережному и Резенчуку – членам экспедиции, отвечающим за безопасность, произнёс:

– Цена нормальная, однако за их работой надо следить и следить.

Через минуту вокруг них собралась толпа молодых людей, желающих заработать. Через час дело было закончено, и после традиционной чашки чая из листьев коки маленькая делегация отправилась в лагерь, где её ждал Трезубцев. Он получил новые инструкции от Горина и решил немедленно изложить их команде, выдавая за свои. Когда все собрались в главной палатке, служившей им и гостиной, и столовой, профессор разложил на столе копию той самой мифической старой карты, из-за которой по легенде, выдуманной вместе с Гориным, они и оказались в Перу, и сообщил, что, по его мнению, надо вести раскопки в двух местах одновременно, а именно там, где неизвестной рукой был поставлен крестик и вопросительный знак.

– Финансовые возможности у нас солидные, этим надо воспользоваться. Предлагаю разделиться на две группы. В одной, которая начнёт раскопки вплотную у озера, буду я, Луценко, Бережной, – обратился к ним Трезубцев, – остальные останутся здесь. Завтра надо будет набрать ещё рабочих.

– Боюсь, что это надо будет сделать ещё сегодня, – отозвался Барштейн. – В Пукамайо прибыла большая группа студентов из американских университетов, которая будет собирать образцы горных пород, и из того, что мне удалось услышать на рынке, они будут нуждаться в большом количестве рабочих рук.

Профессор и Бережной незаметно переглянулись. Присутствие студентов горных институтов из разных стран в этой местности не было удивительным, однако появление американцев в это время и в этом месте сейчас наводило на размышления. Кадровый разведчик Олег Данилович Бережной не верил в совпадения и поэтому решил завтра же проверить специальным прибором наличие подозрительной аппаратуры у неожиданных гостей.

– Придётся тебе, Сергей Николаевич, с Кириллом Александровичем ещё раз съездить к старейшинам на поклон.

Ломильский устало кивнул головой и, поискав глазами сидящего в углу Ка-Ити, пригласил его и Резенчука к выходу.

Тем временем Ледогоров, узнав о появлении большой группы американцев в районе озера Титикака, был уверен, что это не случайность. Быстрота действий спецслужб США не удивила его. После произошедшего контакта разведывательные ресурсы двух стран были направлены на поиск всего, что могло быть связано с посещением нашей планеты чужими. Естественно, были подняты все архивы, и в одном из них находились копии материалов, направленных рейхсфюреру. Работать американцы умеют, и аналитики у них дай боже, поэтому удивляться их появлению на берегу Титикака не стоило. В девять вечера генерал получил информацию от майора Бережного о том, что им обнаружено наличие мощной аппаратуры слежения, находящейся в лагере «студентов» около Пукамайо.

– Что ж, теперь мы знаем наверняка. Начнётся слежка за экспедицией Трезубцева. В свою очередь, майор Бережной и капитан Резенчук будут осуществлять наблюдение за любителями горных пород из американских университетов. Деятельность нашей археологической команды будет великолепным камуфляжем для поисков, проводимых Голицыным. В общем, слышат звон, да не знают, где он, – удовлетворённо хмыкнул генерал.

Глава 20

Катрин была счастлива – план, который они придумали вместе с бабушкой, удался. А ведь ещё месяц назад она не знала, как жить дальше, с ужасом понимая, что мама, самый родной для неё человек, так глубоко ушла в работу, что перестала интересоваться её жизнью, стала реже общаться с ними. Когда же Катрин удавалось дозвониться, то почти всегда не было времени на полноценный разговор. Бабушка пыталась повлиять на Магдалену, но та не реагировала, переводя разговоры на общие темы: чувствовалось, что работа отбирает у неё много сил, и желания усложнять что-либо у «железной фрау» не было.

– Придётся действовать радикальным способом, – как-то вечером, входя в комнату Кэт, произнесла старшая Брайтнер. – Я придумала, как можно встряхнуть мою доченьку.

Выслушав бабушку, юная девушка пришла в смятение: как, она должна сделать попытку отравиться?! Мысли лихорадочно бились в хорошенькой головке. Катрин зарылась под одеяло, предварительно выдавив из себя, что должна подумать.

В течение двух дней Кэт пыталась дозвониться до матери – наконец, удалось. Пробовала уловить хоть какой-то интерес к ней, к её проблемам и желаниям – тщетно. Решение было принято, ещё через три дня она сделала попытку покончить жизнь самоубийством, затем – запланированный звонок Гансу Грассу. Бабушка знала о его чувствах к Магдалене и сделала так, чтобы именно он сообщил матери о случившемся несчастье. Она была уверена, что Ганс внесёт нужную нотку трагизма. После этого события сменяли друг друга с неимоверной быстротой, и вот она в маминой спальне на чудесной яхте в изумительно красивой и таинственной стране, но самое главное, что они уже третью ночь напролёт не могут наговориться.

Более того, маме понравилось её увлечение – рисование комиксов. Катрин привезла с собой несколько альбомов, в которых были три законченные истории о приключениях современного Тристана.

– А у тебя есть талант, дочка, – сказала Магдалена, внимательно пролистав альбомы. – Теперь я вижу, что ты правильно выбрала для учёбы Берлинский карьерный колледж. И диплом с отличием заслужила! Дальше надо будет поступать в Университет искусств – можно у нас в Берлине, а можно и в Париже. Сегодня же распоряжусь, чтоб привезли всё необходимое для твоей работы. Напиши, что тебе понадобится.

Похвала матери воодушевила девушку, и Кэт решила начать рисовать комикс, сюжет которого она придумала, когда летела в самолёте: о том, как герой-гладиатор спасает украденную дочь императора.

Жизнь прекрасна! Катрин соскочила с кровати, отдёрнула шторы, и в каюту ворвалось палящее солнце. Она зажмурилась, затем открыла глаза. Сегодня для исполнительного директора “Blue Entertainment”, госпожи Брайтнер, её матери, очень важный день: ровно в двенадцать часов начинается шоу «Латинская война». Кэт обещала, что не пропустит этого момента, и вообще, эти полгода будет жить интересами матери.

После завтрака, который прошёл в сопровождении капитана яхты, Катрин отправилась в салон, где находился специально установленный огромный монитор, транслирующий происходящее на острове, вид с различных камер менялся, как в калейдоскопе. Девушка села в кресло напротив и взяла в руки специальный пульт управления с целым рядом кнопок с номерами от одного до двадцати. Нажала номер один, на экране появилось селение, в котором находились люди в голубой одежде; нажала кнопку с номером два – похожее селение, но люди уже были в зелёных одеяниях; затем третья кнопка, и тот же вид, но главенствовал коричневый цвет; четвёртая кнопка – и перед глазами возникли участники в красных туниках. Катрин продолжала нажимать на кнопки, и на экране появлялись прибрежные участки, водопад, ущелье, скалы, вершины небольших гор, два небольших озера и другие виды острова. Затем Кэт, играя с пультом, научилась увеличивать интересующие её картинки. Продолжая экспериментировать, она обнаружила, что может просмотреть фотографии участников проекта и прочитать информацию о каждом, и кроме того, следить за выбранным героем представления в режиме реального времени.

Обитатели всех четырёх поселений производили сильное впечатление – свирепые, тяжёлые взгляды, у одних – бритые татуированные головы, волосы до плеч – у других, а вот женщины выглядели эффектно – молодые, красивые, длинноногие. Затем она ещё раз пробежала глазами лица участников-мужчин, пытаясь найти если не воплощение рыцарей круглого стола, то хотя бы не бандитов с большой дороги. Немного было таких, и одно из них больше остальных привлекло её внимание – тонкие черты лица, зелёные глаза, слегка вьющиеся волосы, к тому же фотография смогла передать ироничный взгляд.

«Прямо Дориан Грей какой-то, но как же он красив», – удивлённо подумала Кэт и прочитала короткую информацию об этом участнике: Леонидов Игорь, русский, двадцать девять лет. Вот она и нашла прототип героя своего нового комикса. «Русский…» – растерянно повторила Катрин про себя. Не то чтобы у неё было предубеждение против этой нации, она обожала Чайковского, русский балет, но Россия в её сознании была экзотической страной.

В это время в салон буквально ворвалась Магдалена Брайтнер и, поцеловав дочку, бросила взгляд на экран монитора.

– Я вижу, ты заинтересовалась нашими античными героями. А этот русский действительно красавец, я тоже сразу обратила на него внимание, – «железная фрау» сделала паузу. – Можешь иметь своих любимчиков, переживать за них и следить за каждым их шагом. Он, насколько я помню, из капитолийской группы.

Она взяла пульт, нажала на кнопку, появилось изображение поселения капитолийцев, а именно центральной площади между небольшими постройками, на которой находилось большинство обитателей.

– Вот он, твой герой.

– Мама! – отозвалась Катрин. – Перестань!

Но глаза её уже нашли Игоря, который стоял и держал за руку черноволосую девушку и что-то, вероятно, ласковое говорил ей на ухо.

– О-хо-хо! – рассмеялась Брайтнер. – Твой герой не теряется.

Но её дочь, глядя на эту картинку, почему-то почувствовала раздражение. «Глупо, глупо», – повторила она про себя и рассмеялась вслед за матерью.

Поселение, огороженное рвом, состояло из пятнадцати хижин, площади и хозяйственного барака, разделённого на две части. В одной хранились съестные припасы, а в другой – короткие мечи, щиты и копья, приготовленные для участников-мужчин. Помещение с длинным деревянным столом посередине служило местом приёма пищи. Среди всех строений посёлка одно выделялось своей высотой и некоторой роскошью внутри: большая кровать, удобные кресла, красивые сосуды, как для еды, так и для питья, туалет, спрятанный за ширмой, окна достаточно большие – в общем, всё было приготовлено для проживания будущего вожака этой группы с выбранной им партнёршей.

Хижина, которая ждала Игоря, внутри не испугала его своими спартанскими условиями: деревянная кровать, на которую брошены шкуры, и кое-какая утварь, естественно, по образцу шестого века до нашей эры. Оставив свой нехитрый багаж, Голицын-Леонидов вышел осмотреть поселение. Его примеру последовали остальные, все бродили в молчании, видимо, свыкаясь с мыслью, что это место под названием Капитолий станет на какое-то время их родным домом. Постепенно участники стали собираться на площади или, другими словами, на форуме, как было принято у древних сабинян. К Голицыну подошла Вика, она вся дрожала. Игорь взял её за руку, успокаивая:

– Что произошло? – спросил он тихо.

– Ничего, просто страшно, – прошептала она.

– Не бойся, здесь в основном будут происходить мужские игры.

Неожиданно раздался голос американца, он требовал тишины, хотя практически все стояли в гробовом молчании. «Забавно», – подумал Игорь.

Американец после паузы заговорил о том, что им необходимо выстроить систему отношений, своеобразную иерархию. Француз перебил его вопросом, какое место сам оратор приготовил для себя, в ответ американец бросил: «Высокое».

Вот тут и началось: одновременно заговорили многие, балаган всё разрастался. Понаблюдав за происходящим, Голицын решил встряхнуть поселенцев. Взяв оставленный кем-то короткий меч, Игорь метнул его над толпой кричавших в надпись «Капитолий», венчающую высокую бревенчатую хижину. Меч, пролетев добрых двадцать метров, вонзился точно в букву «К» в метре от головы американца. Раздался женский крик.

– Ийезус Мария!

Это от неожиданности закричала полька.

И в наступившей тишине Голицын произнёс:

– Глупо начинать участие в этом шоу с желания сожрать друг друга, подобным балаганом мы много не заработаем и ничего не добьёмся. Там, на табло, напротив наших фамилий энные суммы, и, если мы будем колошматить друг друга, они не вырастут, а боюсь, наоборот, уменьшатся. Окружающие нас сорок пять противников могут оказаться умнее, быстрее и хитрее и уже приближаться, чтоб застать спорящих идиотов врасплох, а мы уже полчаса даём им прекрасный шанс сделать это. Следует немедленно начать думать, что предпринять, чтобы защитить нашу деревню, и готовить себя к тяжёлой жизни на острове, а не представлять, как оказаться там, – Голицын указал на постройку, в которую метнул меч.

Раздались одобрительные возгласы, из толпы вышел Бешеный Бык и стал по правую руку Игоря.

– Я предлагаю, – продолжил Игорь, – пусть маленьким раем распоряжаются женщины. Со временем появится тот, кто будет достоин поселиться там.

Замолчав, Голицын подошёл к мечу и выдернул его из надписи под неприязненными взглядами американца и австралийца.

– Разумное предложение, – сказал швед.