Эльф и сокровища гномов
- -
- 100%
- +
– Потрогайте стены. – сказал мальчик. – В том месте, где они станут гладкими, мы найдём отгадку.
Все стали трогать стены руками. Они почти одновременно нашли узкие полоски гладкой стены на разных сторонах помещения.
– Я нашёл полоску! – сказал Айден.
– Да, и я тоже! – сказал Мироден.
– Кажется, и мне попадалась маленькая полосочка… – задумчиво произнёс гоблин, он не особо то разбирался в шершавости стен.
Полосы шли с потолка и переходили на пол.
– Интересно, куда они ведут? – задумчиво пробурчал себе под нос эльф и не отрывая руки от полосы стал исследовать пол.
Все полосы сходились вместе на полу. Оказалось, что есть ещё одна, четвёртая полоска над входом. Таким образом, на полу был нарисован крест. В центре креста небольшое углубление и круг с крошечной надписью. Надпись была чудная, непонятная. Но буквы показались Миродену знакомыми.
– Где же я их мог видеть? – задумался он.
В голове не сразу, но всё же всплыло воспоминание о том, как мама учила его писать и читать. Все гномы учатся этому в пять лет, а Миродену было скучно и неинтересно наблюдать за буквами. Он с большим удовольствием смотрел за тем, как паучок плетёт паутину в углу его комнаты, или за тем, как отец мастерит украшения и поделки. Тогда Дэрин предложила сыну создать свой тайный алфавит, который будут знать только они и никто другой. Это идея очень воодушевила мальчика. И не испугало даже то, что для знания тайного алфавита пришлось изучить обычный. Так как тайный алфавит – был отражением обычного в зеркале. Тайн у мамы и сына было немного и со временем тайный алфавит был заброшен.
– Зеркало! Мне нужно зеркало! – вскрикнул эльф.
Зеркал не нашлось. Зато вожак предложил свой начищенный до блеска клинок.
– Только ссссмотри у меня, щщщенок! Я легко тебя одолею в ссслучае чего! – прошипел при этом он.
Мироден взял клинок и с трудом прочитал то, что было убористым подчерком написано на полу:
Фицрой Бейврагов Смелый
– Ничего не понимаю. – пробормотал мальчик. – Как нам Фицроя сюда поместить.
– Зато, кажется, я понимаю! – приободрился гоблин и направился к гробнице.
Он снял перстень с безжизненной руки короля. На нём и вправду виднелась надпись с именем его хозяина. Мэджедэджик вставил перстень в углубление в полу и тут, что-то щёлкнуло в полу. Гробница зашевелилась. Сначала немного приподнялась, а затем отъехала в бок, открывая при этом лестницу, ведущую вниз. Внутри, как по волшебству, загорелся факел.
– Иди первым! – скомандовал вожак Айдену. – Эльф мне ещё пригодится…
Айден испугался, но спорить не стал. К тому же освещенная лестница нравилась ему куда больше мрачного помещения гробницы.
– Тут сундук! – крикнул Айден спустившись. – Перед ним что-то лежит.
Мироден и Мэджедэджик спустились вниз. Посреди комнаты стоял небольшой золотой сундук, украшенный по бокам рубинами. Сам сундук показался гоблину сокровищем. Но ему нужен был волшебный камень, чтобы овладеть силами соперника достойного Вольдемора.
Перед сундуком лежал кусок камня и инструменты для работы с ним. А рядом была надпись:
ТЫ ВСЕ ЗАДАНИЯ ПРОШЁЛ,
ОСТАЛОСЬ ЛИШЬ ОДНО.
СУНДУК ОТКРЫТЬ ЧЕРЁД ПРИШЁЛ,
КЛЮЧ СДЕЛАЙ ЗАОДНО!
– Проклятые гномы! – крикнул вожак. – Зачем так всё усложнять! Придётся забрать с собой сундук, а вас оставить здесь… Навсегда!
Мальчишки этого никак не ожидали и жутко испугались.
– Ннне нннадо, пожжалуйста! – опять стал заикаться от страха Айден. – Ммы никкому не расскажем! Мммы будддем молччать!
– Я могу сделать этот ключ. – сказал Мироден, понимая, что это ещё ненадолго продлит им жизнь. – Отец учил меня делать ключи.
Он взял инструмент и принялся за работу. Получаться стало не сразу, но Мироден не сдавался. У отца все получалось гораздо проще. Слегка высунув язык от усердия эльф раз за разом отбивал от камня по маленькому кусочку. Спустя примерно десять минут ключ был готов.
– Готово! – заявил эльф и поднял вверх ключ.
– Эй ты, слабак! – сказал гоблин и кивнул в сторону гнома. – Бери ключ и открывай!
Айден покорно взял ключ и запихал его в замочную скважину. Ключ подошёл идеально, это заметили все. Три полных оборота ключа и сундук с треском открыл свою пасть. При этом мягкий, завораживающий свет окутал всю комнату. Свет шёл от камня, который по-королевски покоился на бархатной подушке в центре сундука. Предверок был размером с ладонь гоблина. Идеально гладкий и вытянутый, как яйцо. Если долго смотреть в него, то казалось, что внутри своей необычайной жизнью живут искры. Они равномерно двигались по спиралям. И движение это было бесконечно – как только одни гасли, им на смену приходили другие. Пока Мэджедэджик и Мироден любовались красотой камня, Айден протянул руку и взял Предверок.
Едва коснувшись камня, гном позабыл обо всём на свете. На ум его снизошло умиротворение. В душе воцарились мир, гармония и покой. Как только Предверок оказался полностью в его руках, в голове стали появляться видения о том, как гоблин и эльф отбирают у него камень, лишают его покоя и блаженства, которые он только что, впервые в жизни, ощутил. Он не понимал, как сможет дальше жить без этого. Поэтому решил не отдавать Предверок никому, даже ценой собственной жизни. Он встал и закрывая камень своим телом стал пятиться к стене.
Со стороны его поведение смотрелось как минимум странно. Трусоватый до этого Айден, озлобился и готовился к битве, совершенно забыв о размерах и силах противника.
– Надо забрать у него камень, иначе он сведёт его с ума. – озарила догадка Миродена.
Вожак недолго думая направился к Айдену, намереваясь схватить его и отобрать камень силой. Но не тут-то было! Гном, улучив подходящий момент, с резвостью волка бросился между ног гоблина. Оказавшись за спиной врага он впился в ногу с такой силой, что Мэджедэджик взвизгнул от боли. Мироден, не ожидавший от друга такой прыти, растерялся и стал пятиться назад пока не упал, запнувшись об сундук. Гном повернулся к эльфу, оскалил зубы и стал готовиться к атаке.
– Айден, это же я Мироден, я не желаю тебе зла! – попытался успокоить гнома мальчик.
– Вы все хотите только одного, забрать мой камень. – ответил Айден. Голос его был хриплым и неестественным.
В это самое мгновение Мэджедэджик, опомнившись от боли, схватил булыжник, который лежал на полу, и ударил им гнома по голове. Айден упал и выронил камень.
– Он жив? – спросил Мироден.
– Какая мне теперь разница? Бери камень, уходим. – ответил вожак. – И лучше положи его в сундук, а то мало ли что.
После случившегося гоблин опасался брать камень сам. Проще приструнить ещё и эльфа, чем самому сойти с ума.
Мироден взял в руки бархатную подушку из сундука и пошёл поднимать камень, который закатился в самый угол комнаты. Гоблин следил за ним, не отходя ни на шаг. Слишком много затрачено усилий, чтобы что-то пошло не так. Прислонив к Предвероку подушку, мальчик попытался его поднять и выровнять на подушке, чтобы легко донести до сундука. Но скользкий бархат будто нарочно соскользнул с камня и уложил сокровище прямо в руку Миродена. Эльф испугался и зажмурился, ожидая помутнения рассудка, но ничего не ощутил.
– Ну что ты там копаешься? – начал нервничать вожак, которому ничего не было видно из-за спины мальчишки.
Мироден открыл глаза, воодушевленный тем, что ничего не произошло. Но тут руку, которая держала камень, стало покалывать мелкими иголочками. Они моментально распространились по всему телу и дошли до глаз. В голове тут же появилось видение. Он смотрел на комнату будто со стороны и увидел, как из угла, в котором он находился, на него нападает змея. Впивается ему в горло и уползает в сторону гоблина, пока Мироден тихонько умирает в углу.
Эльф открыл глаза и заметил в углу движение. Он моментально, доверившись инстинктам, отклонился всем телом в бок. И лишь немного почувствовал движение воздуха от пролетевшей мимо него змеи. Мироден резко встал и обернулся, Предверок при этом укатился опять в угол. Змея все-таки добралась до жертвы. Она впилась в руку вожака. Мэджедэджик не ожидавший нападения смотрел на змею и не знал, что делать.
– Скорее убери её. – закричал Мироден.
Но змея сама отцепилась от гоблина и поспешила в темную сторону комнаты.
Гоблин больше ничего не сказал, только упал замертво. Всё тело эльфа стало трясти от страха.
– Ссссдавайссся, твоя ссудьба сстать моей едой, глупеццц. – послышалось с той стороны комнаты, куда уползла змея. И голос этот был так знаком Миродену.
– Это ты! Это ты звала меня сюда! Я узнал тебя! – сказал эльф. Осознание того, что его привел к кладу голос змеи, а вовсе не зов предков внезапно стало доходить до мальчика. – Но почему я слышу и понимаю твой голос?
– Не зззнаю… Но это не помешшшает мне тебя ссъесть…– прошипела змея и голос её явно приближался.
Мироден зажмурился от страха, ожидая нападения змеи. Он внезапно вспомнил, как однажды на площади он видел гнома с дудочкой и корзиной. Его тогда очень поразило происходящее – когда гном играл на своём инструменте. Лишь только начинала звучать дудочка, как из корзины извиваясь под звуки музыки вылезала змея. Она не обращала внимания ни на кого, кроме гнома с дудочкой. Создавалось полное впечатление того, что змея была ручная и очень любила музыку. Этот танец и сейчас стоял у него перед глазами.
– Зззаклинатель, пощщщади… я большшше никогда нне ннападу на тебя…– вдруг услышал мальчик и открыл глаза.
Перед ним стояла змея и танцевала именно так, как он себе представил.
– Только если ты поклянешься не трогать никого из гномов и меня до конца своей жизни. – ответил эльф.
– Клянннусссь…– ответила змея.
Мальчик точно знал, что клятве змеи можно верить. Он перестал думать о танцующей змее и сосредоточил свои мысли на Айдене. Жив ли его товарищ. Змея освободившись от танца уползла в дальний угол комнаты и скрылась в трещине.
– Прощщщай, зззаклинатель зззмей… – на прощание прошипела она.
– Прощай. – ответил Мироден и в очередной раз удивился тому, как ему это удаётся.
Он подошёл к Айдену и послушал его сердце. Оно билось, а значит он был жив.
– Слава предкам! – сказал эльф. – Но прежде, чем помогать Айдену, надо спрятать в новое место Предверок или это может плохо кончиться для гномов и всех остальных.
Мальчик взял камень в руки и задал себе вопрос: «Где бы мне его надёжно спрятать?». Камень не заставил долго ждать ответ. Руку Миродена закололо. Через секунду покалывание дошло до головы. Эльф увидел, как камень падает в бурное течение горной реки, а рыбы, подхватив его, уносят в расщелину подальше от гномов и гоблинов. Там маг никогда его не найдёт. Открыв глаза мальчик мысленно поблагодарил камень за отличную идею. Он взял с собой факел, поднялся наверх и вернулся к тому месту, где тоннель разделялся на три части. В первом тоннеле их ждала вода, туда-то он и отправился. Дойдя до места, где упал валун, мальчик сел на колени и сосредоточился. Он мысленно обратился к рыбам, обитающим в реке. Представить их было несложно, ведь камень уже всё ему показал. Мироден открыл глаза и увидел стаю рыб, ожидающих у поверхности.
– Спрячьте его надежно в расщелине на дне, чтобы больше никто никогда его не нашёл. – попросил мальчик и протянул руку с камнем вниз. – Прощай, Предверок!
Камень со свистом улетел вниз, булькнув напоследок среди стаи рыб. Рыбы окружили его и стали снижаться. Течение реки не давало рассмотреть, что происходило внизу, но Мироден был уверен, что рыбы выполнят то, о чём он их попросил.
Вернувшись в комнату под гробницей, мальчик увидел, что Айден пришёл в себя и в полной растерянности ползает по темным углам комнаты.
– Наверное, ищет камень. – пронеслось в голове эльфа.
Гном, услышав, что Мироден вернулся, очень обрадовался. Он подбежал к эльфу и обнял его.
– Как же тебе это удалось? – спросил Айден и показал на мертвого Мэджедэджика.
– Это не я, это змея. Давай вернёмся в подземелье дворца. – ответил эльф, которому поскорее хотелось покинуть комнату с телом вожака.
– А? Да, давай, конечно! – растерянно кивнул Айден. – А где камень? Он был такой…
Речь гнома прервалась, глаза сначала заблестели, а потом затуманились. Было видно, что все мысли его были заняты камнем.
– Камня больше нет. Вожак его разбил. – соврал на лету Мироден и потянул друга к выходу. – Нас ждут, ты помнишь?
– Да, да… – безучастно и погруженный в свои мысли ответил Айден.
9. Битва
Мальчики медленно дошли до библиотеки.
–То-то сейчас удивятся наши родные, когда увидят в каком мы виде! – усмехнувшись сказал Мироден, глядя на Айдена и представляя себя со стороны. – Подумают, что мы на битву ходили…
Тут эльф встал, как вкопанный. Он представил себе то, что происходит за стенами дворца. Как тяжело его родственникам и всем остальным гномам отбиваться от высоких и сильных гоблинов. И как специально обученные волки помогают своим хозяевам завоёвывать его родину.
– Я должен помочь моим родным. – отчеканивая каждую букву сказал он. – Отнеси дров для моей сестры, будь добр! А моей матушке скажи, что я скоро вернусь, пусть не волнуется за меня.
– Я не пойду с тобой. – немного подумав ответил гном. – Я… Я больше этого не вынесу.
Айден опустил глаза, развернулся и отправился набирать дров из камина. А это значит, Миродена уже ничего не держало здесь и можно было идти на помощь гномам. Что он и поспешил сделать, пробираясь тихо, как мышка, по коридорам дворца, чтобы больше не встретить нежеланных гостей. Дойдя до входных ворот замка, он приставил ухо к двери, желая понять, где проходит основная битва. Но за дверью была тишина. Эльф смело приоткрыл дверь немного, но достаточно, чтобы выйти и выскользнул на улицу. Каково же было его удивление, когда прямо перед его лицом оказалась оскаленная морда огромного волка без седока.
– Очевидно, это волк вожака. – очень быстро пролетела догадка в мозгу мальчика, который и испугаться-то толком не успел.
Перед глазами стеной встала картина, как гоблин, укушенный змеёй, падает замертво. От этих мыслей Миродена отвлек волк, который жалобно заскулил, лег и опустил морду вниз, поняв, что хозяин больше не вернётся. На волке было седло для удобного передвижения и кожаная узда с поводьями. Эльфу стало очень жалко животное.
– Я бы тоже хотел иметь такого преданного друга, как ты! – со всей искренностью сказал Мироден и прикоснулся к голове волка.
Волк посмотрел мальчику прямо в глаза. Но не было в них ни злости, ни угрозы. Глаза были добрые. Он вдруг сел на задние лапы, а переднюю лапу поднял, протягивая её перед эльфом. Голову волк повернул вбок, а язык вывалился из приоткрытой пасти. Хвост ходил из стороны в сторону, никак не успокаиваясь.
– Это предложение дружбы? – удивился Мироден, у которого никогда не было друга животного.
Волк только негромко гавкнул в ответ и повторно протянул мальчику лапу.
– Я с удовольствием его принимаю! – пожимая лапу ответил эльф.
Тогда волк встал, прошёл немного вперёд и лег прямо перед ногами Миродена, приглашая его сесть в седло.
– Вот это да! – обрадовался мальчик, усаживаясь в седло и беря поводья. – Никогда ещё я не испытывал такого… такого…
Он не знал, как выразить это чувство словами, поэтому просто наклонился вперёд, зажмурился от удовольствия и обнял волка за шею. Это были непростые объятия. В тот самый момент мысли их объединились. Мироден за одно мгновение увидел в своей голове всю жизнь волка, прочувствовал всё, что чувствовал волк и самое главное, понял, что может общаться с волком с помощью мыслей. С волком такое тоже было впервые, но теперь он был готов пожертвовать жизнью ради нового маленького хозяина. Мироден узнал, что прежний хозяин звал волка Лютень и это имя не очень ему нравилось. Тогда мальчик предложил называть волка ВеДом, что расшифровывается, как Верный Друг. Волк радостно завилял хвостом, одобряя новое имя.
– Нам нужно помочь гномам. – мысленно сказал волку эльф и Вед, не привлекая особого внимания, отправился к гномьей площади, где шла ожесточённая битва.
Перед глазами эльфа открылась страшная картина. Гномы, одержимые желанием защитить свой дом и свою семью, клином входили в войска противника, искусно орудуя оружием, лучники прикрывали вход в колоннаду и прореживали массивную армию гоблинов. Закалённые в ночных набегах гоблины не желали уступать и возвращаться к новому королю без добычи. Волки, натренированные в частых драках, сильно помогали гоблинам и зубами и скоростью. Даже те волки, чьи наездники погибли в битве, продолжали сражаться с гномами.
Мироден пытался отыскать глазами своих родных в толпе. Беспокойство терзало его душу. Он сумел увидеть только Ардала. Старший брат сражался недалеко от входа в колоннаду. Он бился топором. Видно было, что он уже устал и не все его удары приходятся в цель. Целью его в данный момент были три вожака, пытавшихся пробраться ближе ко дворцу и их заветной цели – Предвероку. Восседая на волках, они умудрялись быстро передвигаться и уворачиваться от ударов противников, выматывая их таким образом. Лучники тоже не могли прицелиться как следует в скачущую мишень.
– Это мой шанс помочь! – подумал Мироден и представил, что основание площади и свод горы начинает трясти. Сначала медленно, потом амплитуда нарастает. Представил, как от такой тряски сверху начинают лететь камни, падая прямо на площадь и придавливая волков.
Вдруг, мальчик услышал вой. Сначала завыл один волк и через мгновенье вой подхватила вся стая. Волки абсолютно перестали слушаться своих хозяев, поджали уши и хвосты. Они начали трусливо пятиться, не обращая абсолютно никакого внимания на попытки наездников ими управлять. Многие гоблины ругаясь соскакивали с волков, уже вовсю пытавшихся удрать с поля боя.
–Атакуем! – послышался голос короля из центра сражения. – Вперёд!
Казалось, что у гномов открылось второе дыхание. Почти все их удары стали попадать в цель. Гоблинам ничего не оставалось делать, как начать отступать под натиском противника. И вот уже вся гномья площадь была свободна от нападения. Войска гномов стали прижимать захватчиков к узкому проходу в стене, который совсем недавно прорыли гоблины, чтобы напасть на земли гномов.
– Трусы! Что за бесполезная армия мне досталась? – раздался вдруг мужской голос в голове каждого.
И в головах тех, кто укрылся в подземелье, и в головах тех, кто сражался. Это было очень неприятное ощущение, будто в твою голову кто-то забрался и ты никак не можешь заставить его замолчать.
– Гномы! Сопротивление бесполезно! Я отзываю армию и даю вам сутки, на то, чтобы отдать мне то, что мне нужно – Предверок! Зализывайте раны и будьте благоразумны, я шутить не стану! – продолжил говорить голос.
Несмотря на то, что голос не представился, всем было понятно, что это Вольдемор Мраконосов – новый король гоблинов и могущественный маг.
– Не стоит нас пугать! – вдруг раздалось из толпы гномов. – Гоблинов твоих не испугались и тебя не боимся! Лучше уходи пока цел!
Все гномы тут же поддержали эту мысль криками и общим говором толпы. Гномы были не из робкого десятка, надо сказать.
– Кто это сказал? – раздалось совсем рядом с гномом – смельчаком.
Рука с массивным перстнем из белого золота и необычным камнем везувием редкого алого цвета, материализовалась прямо из воздуха, схватила смельчака за горло и оторвала от земли. Гномы расступились вокруг, отпрыгивая и чертыхаясь. Следом за рукой появилось тело и напоследок голова. Маг был обычного для человека роста, почти в два раза больше гнома, поэтому гном висел высоко над землёй. Серая мантия, в которую он был одет, развивалась от эффектного появления. Вольдемор обладал шикарной шевелюрой черного цвета, аккуратно выстриженные усы плавно переходили в бороду, подстриженную по последнему пику моды. Глаза серого цвета были похожи на две льдинки, которые прокалывали тебя насквозь, оставляя после себя ледяной след. К такому повороту никто из гномов был не готов.
– Что ж, раз по-хорошему не получилось, добавим немного веселья в нашу битву. – произнес Вольдемор уже знакомым всем голосом.
Никто из присутствующих даже не шелохнулся, на площади воцарилась полная тишина.
– Душумус выматорикс! – еле разборчиво сказал маг, смотря несчастному смельчаку прямо в глаза и перстень его засветился.
Тут же вся жизненная энергия, как будто сама жизнь, стала отрываться от лица гнома, находящегося в руках мага, и переходить в лицо Вольдемора. Через минуту все было кончено, от пышущего жизнью и румянцем гнома осталось серое и изможденное тело.
Все вокруг не могли поверить своим глазам. Маг ожидал увидеть страх в глазах толпы, но увидел ненависть и жажду мести… Лица гномов стали краснеть от ярости, кулаки сами сжиматься. Тихо и без лишних криков гномы подняли вверх своё оружие и стали приближаться к Вольдемору.
– Глупцы! Вы все умрёте! Шикасус приближимос! – сказал маг так громко, что его было слышно во всех уголках площади. – Кусамус муридозис!
Мироден замер, услышав его слова. Он понял, что маг призвал змей подземного мира убить всех гномов. И тут же, в подтверждение его догадки, со всех дальних уголков горы стали вылезать змеи и быстро приближаться к площади. Сам же маг предпочёл исчезнуть из толпы. Гномы стали оглядываться и собираться в плотное кольцо, со всех сторон готовясь обороняться от змей.
– Похоже, Вольдемор тоже знает язык змей. – подумал эльф и эта догадка совсем его не порадовала. Сама мысль о том, что у него есть что-то общее со злым и беспощадным магом, заставила его содрогнуться.
– Вед, что же мне делать? – спросил совета Мироден у нового друга. – Надо спасать гномов!
Вед оскалил пасть и зарычал, выражая готовность помогать новому хозяину расправится со змеями.
– К сожалению, так с ними всеми не справиться… – сказал мальчик и потрепал волка за ухом. – Но спасибо тебе, друг! Я благодарен судьбе за то, что она дала мне обрести такого друга как ты! Наверное, я справился с испытаниями и заслужил это…
Шипение, проползавшей недалеко змеи, прервало размышления Миродена.
– Пищща… вкуссные гномы… – говорила она.
– Чем же можно отпугнуть этих гадов? – эльф стал перебирать в голове, всё, что знает о змеях.
В памяти всплыла одна история. Дэрин, когда ходила на поверхность горы, говорила, что встретить там змею обычное дело. Она всегда носила с собой бутылёк с сильно пахнущим зельем от прабабушки Саламеи, так как отпугнуть змею можно сильным запахом. Мама строго-настрого запрещала брать это средство и уж подавно нюхать. Однажды, любопытство пересилило и Мироден решил нарушить наказ матушки. Открыв бутылёк только на половину, чуткий к запахам нос мальчика чуть не взорвался от аромата, быстро заполнившего всю комнату. Конечно вся семья узнала, что зелье кто-то открывал. Запах об этом всем сообщил. Потом нос чесался изнутри ещё неделю и казалось, что обоняние не вернётся к нему никогда, так же как и доверие мамы, которая очень расстроилась, что сын её ослушался. Прошло время и всё пришло в норму – и обоняние, и доверие.
Миродена от этого воспоминания даже передёрнуло и опять засвербило в носу. До того правдоподобно вспомнился запах зелья. И каково было удивление мальчика, когда он увидел убегающих с места сражения змей. Видимо, они тоже как наяву почувствовали этот запах.
Гномы, видя убегающих змей, стали радоваться, что змеи их испугались.
– Да, армия змей, похоже тоже оказалась трусами! Не везёт тебе с воинами сегодня! – сказал король гномов. – Пора заканчивать эту глупую битву! Убирайся лучше с наших земель и не возвращайся!
– Глупые самонадеянные гномишки! – прозвучал в воздухе голос Вольдемора. – Прощайтесь с жизнью, ваша учесть решена! Каменус обликозис!
На секунду воздух окрасился красным цветом. Вдруг из ниоткуда поднялась настоящая буря, поднимая с пола и разных уголков каменную пыль. Пыль закружилась в воздухе огромным облаком над головами гномов. Оно опустилось на армию гномов и через минуту исчезло, будто его и не было вовсе. Остались только гномы, стоящие на площади, вот только все они превратились в камень. Звонкая, абсолютно не присущая говорливым гномам, тишина повисла в воздухе.
Сердце Миродена сжалось внутри, на глазах выступили слёзы. Стоило ему только подумать о том, что хочется быть среди них, как волк уже бежал, что есть сил к родным мальчика. Через две секунды эльф был на площади, но для него эти секунды показались вечностью. Перед глазами успела пронестись вся его жизнь. Он знал каждого из этих гномов. Знал их имена, их семьи. Скорбел вместе с ними, когда умирали их родственники, радовался, когда рождались новые гномы. Все они были его семьёй.
Мироден слез с волка и подошёл к отцу. Он взял отца за руку, она ответила холодом камня. Вторую руку он положил на грудь, чтобы удостовериться, что сердце не бьётся. Лицо гнома было растерянным, мальчик никогда не видел отца таким.