Кустик темных завитушек. Современная проза

Если бы Андрей увидел меня такой…

Оля встала ни свет ни заря. Ночью глаз не сомкнула. Вчера исполнилось восемнадцать. Обычный день рождения в кругу родных, но девушка сама не своя. Коллега старшего брата, Андрей, случайно оказавшийся за семейным столом, сказал, что Оля красивая и сердечно улыбнулся. Девушка, и вправду, красивенькая. Выразительные глазки, блестящие темно-каштановые волосы, аккуратный маленький ротик. Милое личико. Оле часто говорили, что она – красавица. Но Андрей произнес это иначе, не так, как Оля привыкла слышать. Андрей сказал: «Красивая!» и попал в самое сердце.

Весь вечер Андрей украдкой смотрел на Олю, а к концу ужина подолгу задерживал взгляд. Смущенная взором молодого человека, Оля ерзала в кресле, прятала глаза. Но уходить не хотела – нравилось внимание Андрея. Никто на нее так не смотрел.

В лице Андрей – самый обычный: высокий лоб, залысины, тонкие карие глаза и прямой греческий нос; высокий, подтянутый, статный. Широкие плечи и красивые, жилистые руки; открытый взгляд, обаятельная улыбка, а главное – невидимая мужская сила, которая, как магнитом, тянула Олю к Андрею.

Оля забежала в ванную, сняла ночную сорочку и несколько минут голенькая стояла перед зеркалом, разглядывая себя. Взгляд упал на грудь. Оля с интересом потрогала небольшие упругие шарики, помяла их – скукожились соски. Взгляд медленно спустился вниз. Тонкая, девичья талия, пухленькие ножки, а там, между ними, кустик темных завитушек прятал сердце женской сексуальности.

«Если бы Андрей увидел меня такой, я бы ему понравилась», – подумала Оля. В глазах загорелся огонек.

В этот день шесть уроков. Оля освободится не раньше часу дня. Андрей до полудня обещал зайти на чай – что-то обсудить с братом, Глебом.

Глеб и Андрей знакомы давно. Глеб, будучи аспирантом, по просьбе заведующего кафедрой читал лекции для прокурорских работников. Превосходно разбирался в вопросах законности и правопорядка, писал на эту тему диссертацию. На занятиях познакомился с Андреем, на тот момент помощником прокурора. Позже Андрей занял должность прокурора районного центра. На какое-то время общение брата и Андрея прекратилось. Лишь иногда они созванивались по делу. После смерти отца Глеб защитил диссертацию, устроился в институт старшим преподавателем. На занятия ходил раза три в неделю, в основном работал дома – готовился к семинарам и лекциям, писал научные статьи и проверял работы студентов. В день рождения Оли, Андрей приехал в родной город. Ему поручили написать доклад по обеспечению правопорядка и противодействию преступности в районе. Глеб согласился помочь.

– Вот бы Андрей подольше побыл в Ростове, – бубнила Оля, расстроенная тем, что может не застать Андрея после школы. А ей так хотелось увидеть его, поймать волнующий взгляд.

Оля наспех позавтракала, оделась и, попрощавшись с мамой и братом, убежала в школу. Мать ушла на работу минут через десять.

Вернулась Оля домой в половину одиннадцатого. После второго урока Оля отпросилась у классного руководителя – разболелся живот. Учитель, ничего не подозревая, отпустила Оленьку домой.

Обманывать нехорошо, некрасиво. Но другого выхода нет.

– Это первый и последний раз! Больше не буду, – обещала Оля себе, быстро шагая домой. Во что бы то ни стало надо увидеть Андрея.

– Привет, сестренка! Что так рано? – спросил Глеб, удивленно глядя на Олю.

– Математичка заболела. Нас отпустили, – солгала Оля.

Оля знала, что брат не станет допытывать. Во всяком случае, ей так казалось. Поэтому даже не придумала, что скажет, если Глеб, вдруг, спросит, почему не нашли замену заболевшей. Глеб не спросил, лишь кивнул и пошел в кухню, где за чашкой чая обсуждал с Андреем дела.

Оля побежала в свою комнату, переоделась, причесалась, намазала блеском губки и пошла в кухню.

– Здравствуйте, – сказала Оля, мельком глянув на Андрея. – Приятного чаепития.

– Здравствуй. Спасибо, – быстро проговорил Андрей, не поднимая глаз. Поздоровался, уткнувшись в ноутбук.

Оля расстроилась. Она так ждала эту встречу… Так ждала ласковый взгляд… Андрей хотя бы глянул в ее сторону… Досада и негодование исказили милое личико. Оля отвернулась к столешнице, на которой стояли чашки и заварной чайник.

– И чаю уже не хочется, – прошептала она, огорченная до слез.

– Как дела в школе, Оленька? – вдруг спросил Андрей, продолжая водить глазами по экрану ноутбука.

– Хорошо. Спасибо, – обрадовалась Оля и обернулась. «Посмотри же на меня», – мысленно попросила она и, когда Андрей оторвал взгляд от экрана и широко улыбнулся, молодая душа взыграла. Нет, не зря она прогуляла уроки. Не зря солгала учителю, брату… Стало тепло и радостно. Оля успокоилась, налила себе чаю и присела за стол рядом с братом.

Андрей и Глеб обсуждали что-то, Оля молчала. Она смотрела то на брата, то на Андрея, особенно – на Андрея, задерживала взгляд. А потом, дождавшись ответного взгляда, в смущении опускала взор. Через минуту снова поднимала глаза и ждала от Андрея того же. Эту незатейливую игру прервал звонок телефона – брату кто-то позвонил из института. Глеб, нахмурившись, вышел из кухни.

Оля, встретившись с Андреем взглядом, испуганно улыбнулась и опустила глаза, перебирая пальчики рук.

Андрей немного помолчал.

– В каком ты классе? – наконец прервал тишину Андрей.

– В одиннадцатом, – промолвила Оля и посмотрела на Андрея.

– После школы – на юрфак?

– Нет, – Оля завертела головой, – я не хочу быть юристом.

– Что так?

– Эта профессия не женская. Мне кажется.

Оля не ожидала, что так, по-взрослому, ответит. Сказать к слову, не ожидал услышать такой ответ и Андрей. Он задумался.

– Ну почему же, – сказал он, помолчав. – Сейчас много девушек и в прокуратуре, и в следственном комитете, среди адвокатов, судей. Я уж не говорю о нотариате. Там в основном женщины. Нет, – повертел Андрей головой и улыбнулся, – не соглашусь с тобой. Среди юристов женщин очень много.

Оля сразу ничего не сказала. Глубокий голос Андрея отозвался эхом в девичьем теле. Сердце колотилось. Вот бы Андрей сейчас, прямо сейчас, прижал ее к себе и поцеловал. Посмотрела на губы Андрея и, сама того не замечая, подсела к нему ближе.

– Да, – наконец сказала Оля, – я знаю, что сейчас многие девушки – юристы. Мне Глеб рассказывал. Только я не об этом.

– А о чем?

– Эта профессия слишком серьезная. Надо знать все законы, постоянно изучать их… Столько нужно времени и сил, чтобы помогать людям. Это не для женщины. Я хочу уделять внимание мужу, детям… Вот вы бы хотели, чтобы ваша жена все свое время и силы тратила на работу? – робко спросила Оля.

– Даже не знаю, что ответить, – усмехнулся Андрей. – Не думал об этом…

– Вот кем работает ваша жена? – не отступала Оля.

– Я пока не женат, – тут же ответил тот.

– Ну, хорошо. А девушка, на которой вы хотели бы жениться, она кем работает?

– Хм! Какая настырная! Чувствую себя на допросе, – по-доброму отозвался Андрей и прибавил: – У меня нет девушки, на которой я хотел бы жениться. Но знаешь, – перехватил инициативу Андрей, – ты права. В самом деле, у юристов работа отнимает много сил, и я, наверно, не хотел бы, чтобы моя жена лишила меня и моих детей внимания. Но я бы понял и принял ее профессиональный выбор, каким бы он ни был.

Оленька расплылась в улыбке. Глаза засияли. У Андрея нет жены. И нет любимой девушки. Сердце его свободно.

В кухню вошел Глеб:

– Оленька, оставь нас.

Оля сдвинула бровки, скрутила губы трубочкой, вздохнула, пожав плечами. Жалко, как жалко. Но встала и покорно вышла из кухни.

Пока Оля шла в комнату, слышала, как возмущался Глеб, громко называл имя Натальи Григорьевны, пару раз крепко выругался в чей-то адрес.

Через полчаса в доме стало тихо.

Оленька спустилась и осторожно прошла в кухню. Андрей сидел за столом – что-то читал.

– А где Глеб? – робко спросила Оля.

– Его вызвали в институт. Просил передать, что скоро будет. Отчитает лекцию и вернется.

Оленька незаметно улыбнулась. Как удачно складывается день!

Девушка присела за стол с чашечкой чая. Андрей вдумчиво смотрел в экран ноутбука.

«Какой он красивый», – решила Оленька, всматриваясь в каждый сантиметр лица Андрея. «Интересно, как он целуется? Наверно, классно. У него влажные губы…» Оля вздохнула.

– Ты что-то хотела? – вдруг спросил Андрей, не выдержав изучающий взгляд.

– Нет, ничего. Просто пью чай. Я вам мешаю?

– Что ты! Я рад, что ты пришла. Правда, я немного занят, малышка, и не могу поговорить с тобой. Глеб попросил изучить один вопрос.

«Малышка… – Раскраснелась Оленька. – Как нежно сказал, будто… будто я его девушка…»

– Понятненько, – сказала Оля вслух. – Жаль, конечно, что вы заняты. Мне интересно с вами говорить. Но ничего, можно и помолчать. Я не буду отвлекать. Обещаю, – и опять вздохнула.

– Что ж ты вздыхаешь?

Оля сжала губки. Неужели не понятно? Хочется внимания… Конечно, Оля не скажет, от чего ей тоскливо. Впрочем, и не надо. Андрей итак все понял. Он уже обратил внимание на поведение Оли – она то улыбалась мечтательно, то хмурилась, то вздыхала, то строила глазки, то ловила взгляд Андрея и, краснея, опускала глаза в пол, то подходила к нему и как бы случайно касалась, то отходила в другой конец комнаты, будто боялась чего-то. Метания Оленьки, прикосновения и разглядывания говорили больше, чем слова…

Глеб вернулся домой часа через три. Все это время Оленька просидела с Андреем в кухне. Андрей работал, а Оля, в сторонке, погрузилась в мечты о поцелуях. Грезы утомили. Увидев Глеба, Оля обрадовалась. Теперь-то она точно услышит желанный голос. Но как только брат вошел в кухню, Олю попросили пойти в свою комнату. «Вот, блин!» – выругалась Оля.

На часах почти пять. Оля лежала на диване. Надо делать уроки, а не хочется. Закрыла глаза. Подумала об Андрее. Представила, как Андрей горячей рукой пробрался под маечку, погладил грудь, сначала одну, потом – другую… Как живы представления! Еще! Оля хочет еще.

Целую неделю Андрей приходил к Глебу, по утрам. Оля же прогуливала уроки, каждый раз придумывая для учителей «уважительную» причину. Как-то она и вовсе не пошла в школу – походила вокруг дома и вернулась, сославшись на то, что отключили воду и всех распустили.