Тайна деревянного человечка. Как зародилась история «Золотого ключика»

Иллюстратор Виктория Зайцева

Редактор Наталья Шевченко

Корректор Венера Ахунова

Рисунок на обложке Марина Шатуленко

Дизайнер обложки Вера Филатова

© Татьяна Суетина, 2023

© Виктория Зайцева, иллюстрации, 2023

© Вера Филатова, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0060-9362-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1. Тино. В пещере

Глухой стук упавшей капли воды вырвал меня из тяжелого сна. Я очнулся и замер. Глаза различили в темноте знакомые полутени. Снова несколько раз глухо упали капли. Я лежу на холодном каменном полу в пещере Адана. Попытка пошевелиться отдалась резкой болью в руке. День сейчас или ночь, как долго и почему я здесь? Мысли спутались. Усталость, холод и безразличие окутали меня плотным туманом. И все исчезло.

2. Адан

Пролетев по вершинам деревьев, ветер лихим ударом распахнул тяжелую дубовую дверь. Крепкий дом, выбитый в скалах на высокой горе, ожил, наполнился шумом. Дверь, жалобно скрипнув, застыла. Ветер ворвался в круглую комнату, обогнул ее свежим потоком и стих у потолка. Склянки тонко звякнули, несколько свитков слетели с полок на открытую книгу, мягко опустились на большой выскобленный стол. Запах сухого шалфея скользнул к потолку и растворился в легком потоке.

– Прилетел, дружище? Ну здравствуй! Что на этот раз? Какие новости? – от стола отделилась могучая фигура, скидывая с себя плащ.

– О, Адан, Повелитель ветров и Хранитель тайн! Ничего нового. Люди есть люди. Веками все повторяется. Я делаю бессмысленную работу, – устало прошелестел ветер по страницам открытой книги.

– Ты ошибаешься, мой друг, – прокатился по комнате глубокий голос. Хозяин дома подошел к столу и с силой захлопнул книгу. – Мечты мечтами, сказки сказками, а дело движется! Пойдем, увидишь сам.

Адан распахнул одну из дверей, ведущей из главной комнаты, и быстрым шагом стал спускаться по лестнице. Ветер, сделав виток, шумно скользнул за ним. Он со свистом пронесся между могучими корнями, служившими обрамлением двух огромных старых зеркал. Адан сбросил крышку со стоящего рядом кувшина. Бормоча слова заклятья, он зачерпнул содержимое и легким движением плеснул его на зеркальную гладь. Вспыхнули искры. Ветер вихрем пронесся по старым сундукам, звякнув замками, снес несколько книг с полки и замер у круглой двери. Послышался мерный стук капающей воды и тихий стон.

– Кто там? Неужели мальчишка все еще… – не закончил ветер.

– Сейчас не до него. Скоро очнется, – оборвал его Хранитель. – Смотри лучше сюда.

Ветер скользнул на широкое плечо хозяина дома и притих. Сверкающие потоки искр на глади зеркал стали исчезать. Вместо них показался угол комнаты, освещаемый очагом. Невысокая фигура склонилась над столом. Весело летели стружки в отблесках огня. Но вот мастер положил инструмент и выпрямился. А в следующую секунду, напевая вальс, закружился, держа за руки куклу. Гладь зеркала на миг осветилась его счастливой улыбкой. Адан махнул рукой, и все исчезло.

– Вот, кто нам сейчас нужен, – пробасил он. – Его мечты не чета обычным. Сила в них огромная. Волшебная. Такая мне и нужна! Следи за ним. Скоро нам предстоит встреча, и я должен к ней подготовиться.

Скала, в которой находился дом Хранителя, выступала вперед, как нос большого корабля. Адан стремительно вскочил на ее вершину и – словно грозный орел крылья – распахнул руки. Длинные густые волосы растянулись по ветру. Волшебник полной грудью вдыхал свежий предзакатный воздух. В уносящемся потоке тихо прозвучало:

– Я все сделаю, Повелитель, я приведу его к тебе!

3. Тино. История с цирком

Пять лет назад меня, семилетнего мальчика Тино, Адан увел от бродячих циркачей. Артисты подобрали меня на дороге, голодного и оборванного. Научили веселым песенкам и стишкам. Я наряжался городовым, шутом или торговкой. Дрался подушками, развлекал публику шутками и выкрутасами. Было интересно и весело, и дурачества мои приносили деньги: публика не скупилась!

Однажды на выступлении появился Адан. Высокий, внушительный, он стремительно ворвался в толпу зевак-зрителей. Проследовал прямо к сцене, ловко вскочил на нее, отодвинул рукой сразу двух гимнастов и приблизился ко мне. Стало очень тихо. Адан нагнулся и посмотрел мне в глаза. Душа моя ушла в пятки, от ужаса я затрясся всем телом.

– Меня зовут Адан. Дай мне руку и пойдем со мной. Не бойся: я не сделаю тебе ничего плохого.

– Ты мой папа? – промямлил я.

Он усмехнулся, спустил меня со сцены и, крепко взяв за руку, повел за собой сквозь толпу. Тут артисты и зрители ожили после немой паузы.

– Стой! Ты кто? Верни мальчика! – крикнул Федерико, дрессировщик льва.

Вторя его словам, толпа загудела. Адан остановился и развернулся. Глаза его гневно сверкнули.

– Я сказал: мальчик пойдет со мной! – прогремел он.

Слова врезались в толпу, окутанную страхом. Федерико отступил на шаг. Больше никто не посмел возражать, только негромко поскуливал пес.

– Будь счастлив, малыш! Возвращайся, Тино! – крики артистов становились тише.

4. Побег

Мы долго шли молча. Слезы катились из моих глаз. Наконец я не выдержал: выдернул онемевшую руку из крепкой хватки Адана и бросился в лес. Не знаю, сколько я бежал, не разбирая дороги. Наконец слезы стали высыхать. Я остановился: где я? Почему этот человек увел меня? Как мне вернуться обратно?

Внезапно налетел ветер и вихрем закружил вокруг меня. Я в страхе бросился к большому камню, прижался к нему и зажмурился. Плечи мои вздрогнули от прикосновения. Я открыл глаза: передо мной стоял на коленях Адан.

– Не бойся, малыш! Теперь ты будешь жить у меня. Так надо. Я сделаю из тебя настоящего волшебника. Позже я тебе все расскажу. Успокойся! – и Адан тепло обнял меня.

Я замер, впервые в жизни почувствовав себя защищенным.

Так мы и сидели молча в обнимку посреди огромного древнего леса на закате солнца: могучий Адан и малыш Тино. Ветер стих. Наконец я сказал:

– Хорошо. Я больше не буду убегать. Ты правда добрый?

Адан встал, улыбнулся, взял мою ладошку в свою крепкую руку, и мы двинулись дальше.

…Я лежу на холодном полу пещеры Адана и пытаюсь вспомнить, что же привело меня сюда.

5. Учение

В доме Хранителя жилось совсем не так, как у циркачей. Адан ничего не объяснял, на вопросы отвечал коротко: «Ты все узнаешь в свое время». Он был хмур и требовал от меня послушания. Я вставал рано и весь день работал: носил ветки из леса, убирал дом, возился на кухне, толок травы в порошок, помогал моему учителю готовить снадобья. Адан научил меня читать, но я мало понимал его древние свитки. Иногда он брал большую кожаную котомку, складывал туда снадобья и травы, надевал серый плащ и уходил. Меня с собой он не приглашал. Я просто сгорал от любопытства, но страх перед волшебником каждый раз останавливал. И вот однажды я все-таки решился и пошел следом. Однако быстро потерял Адана из виду. Вдруг резкий порыв ветра ударил мне прямо в лицо. Я задохнулся от неожиданности и остановился. В голове прозвучал голос: «Тино, вернись!» И ноги сами понесли меня домой. Больше я не пытался ослушаться моего учителя.

Я очень скучал по цирку, но постепенно стал привыкать к своей новой жизни. Более всего я был счастлив, когда Адан отпускал меня в лес. Я путешествовал по таинственным лесным тропинкам. Наблюдал стремительную охоту ястребов. Забирался на могучие сосны наравне с вершинами далеких гор. Лежал в мягкой траве, глядя в бесконечное небо. Дразнил зайцев, кормил с рук белок.

Дом Адана нравился мне. Он был похож на огромную мастерскую волшебника – книги, инструменты, свитки жили своей особой таинственной жизнью. Иногда мне казалось, что они разговаривают с хозяином, но при моем приближении замолкают. Ветер был частым гостем в нашем доме. Я видел, что они общаются с Аданом, но ни слова не понимал. Их язык был темен для меня. Мрачная и холодная пещера, являвшаяся частью дома, таила в себе огромные кувшины. Запечатанные крышки скрывали от меня свое содержимое.

Но самым таинственным местом дома Адана был подвал с зеркалами. Его Адан посещал почти каждый вечер. Сквозь щель я видел, как мой учитель подходит к зеркалам, скрещивает руки и быстро произносит что-то на незнакомом языке. Потом накидывает на себя и зеркала свой длинный серый плащ. Наступает тишина, все замирает. Сколько раз я пытался выведать секреты подвала с зеркалами! Потихоньку спускался по лестнице, но дверь всегда оказывалась запертой. Только щель и давала мне возможность хоть что-то увидеть. Возвращался Адан то хмурый, то радостный, перелистывал книги, бормотал что-то под нос. На вопросы мои не отвечал – будто меня и не было вовсе.

6. Хранитель

Прошло пять лет. Я вырос и окреп. Разбирался в травах и уже сам уверенно делал некоторые лекарства. Я много читал и заваливал Адана все новыми и новыми вопросами. Мне все было интересно! Адан отвечал мне уже подробнее. Но я догадывался, что рассказывает он мне не все. За эти годы Адан ни разу не пустил меня в город. Несколько раз я сам пытался туда сбежать, но невидимая сила возвращала меня.

Однажды рано утром Адан разбудил меня и, улыбаясь, сказал:

– Тино, вставай. Пойдем со мной.

Мое сердце забилось. Я понял: пришла пора ответов на мои бесчисленные вопросы. Первые лучи солнца коснулись лучами верхушек деревьев. В воздухе стояла утренняя свежесть. Нежные голоса птиц вплетались в тихий шум ручья. Адан сидел на вершине скалы и смотрел на восход. Я подошел и сел рядом. Он обнял меня и сказал:

– Тино, тебе пора знать, кто я и чем занимаюсь. Ты взрослеешь, и сила твоя растет вместе с тобой. Пора обучать тебя. Со временем ты тоже станешь Хранителем, как и я.

– Кем?

– Хранителем знаний прошлого, настоящего и будущего. Я умею двигать время и находить любую информацию. Я изучил лекарства, которые изобретут через двести лет. Видел полет людей к звездам. Я создаю события и направляю жизнь нужных мне людей туда, куда мне надо.

– А кто это – нужные люди?

Адан резко встал.

– Запомни, нужные люди – это те, кто может дать тебе силу, энергию и информацию. У них есть талант, воля, цели и мечты. Сила таких людей велика, – Адан усмехнулся. – И если этой силой правильно управлять – они уже сами будут создавать события, нужные тебе!

Я ловил каждое слово Адана, открыв рот, – наконец-то мои давние вопросы начали получать ответы.

– А какие события тебе нужны?

Адан снова сел.

– Тино, главное в этом мире – энергия жизни. Все в этом мире дышит ею! Нужные мне люди имеют ее в достатке, потому что умеют мечтать. Кому нужны слабаки, у которых даже мечты нет? Но у мечтателей энергия жизни самая мощная и чистая. Меня интересует именно она. Я могу создавать все, что хочу, когда наполнен такой мечтательной энергией. Я ищу по всему миру талантливых, ярких людей с красивыми мечтами. Но, Тино, нельзя позволять им исполняться! Иначе ценная энергия жизни иссякает. Для таких избранных я держу мечту на расстоянии и не позволяю ей сбыться. Мне нужна энергия веры, надежды, любопытства, ожидания.

Голос Адана зазвучал жестко. Холодок пробежал у меня по спине.

– А сколько тебе лет? – спросил я тихо.

Адан встал, распахнул руки навстречу ветру:

– Мне двести тридцать семь лет, и я планирую еще прожить не меньше. На свете много мечтателей. Они были, есть и будут. А значит, и силы для моей жизни тоже достаточно.

Я смотрел на Адана и восхищался им: он точно знает Главное об этой жизни. И тут я подумал о тех, чьи мечты рассыпались прахом. Ком подступил к горлу. Я вспомнил веселого Джованни из цирка. Он мечтал жениться на красавице Марьяне, построить дом среди цветущего виноградника, растить детей, жить долго и счастливо. Я закрыл глаза и увидел Джованни старым, одиноко сидящим в пустой повозке. Голова опущена. На коленях кукла – она так никому и не пригодилась.

Потом я вспомнил мальчика Димаса. Мы встретили его во Флоренции на гастролях. У него был необычайно звонкий голос, и он мечтал петь в капелле. И тут же мне представился взрослый Димас – в лохмотьях у закрытой двери капеллы. В руках – недопитая бутылка с ромом. Он громко стучит в дверь и хрипло требует ее открыть. Его выкрики становятся тише, стук слабее. Димас криво сползает по двери и засыпает у порога.

Я вскочил. Сердце бешено колотилось. Комок в горле сдавил голос. Адан повернулся, крепко взял меня за плечи и твердо произнес:

– Тино, ты будешь мне помогать. В тебе растет сила, равная мне. Но никогда не смей идти против. Сотру в порошок. Запомни это!

Я смотрел в его темные сверкающие глаза и понимал: буду делать все, что он прикажет.

– Да, учитель, – тихо сказал я.

Он развернулся и ушел в дом. А я еще долго сидел в размышлениях на вершине скалы.

7. Вперед

После разговора на скале Адан стал чаще отвечать на мои многочисленные вопросы. Объяснил мне, как устроен мир и откуда на земле такое разнообразие жизни. Рассказал, как древние ученые вели календарь, узнавали события прошлого и будущего. Откуда берутся болезни, как лечить людей и животных, готовить лекарства и использовать заговоры. Адан поведал мне про время. Я узнал, как его хранить и даже останавливать.

Как-то утром мой учитель снова принялся собираться в дорогу, загружая котомку едой и лекарствами, баночками и травами. Уже перед выходом он вдруг остановился и взглянул на меня.

– Тино, пойдешь со мной, – бросил он.

Я чуть не задохнулся от восторга. И уже через минуту мы с Аданом вместе спускались по ущелью в сторону города.

8. Эрнесто

На солнечном берегу Средиземного моря раскинулся чудесный старинный город Фаволоса. И жил в этом городе старый добрый доктор Эрнесто. Каждая здешняя семья знала, к кому бежать, если заболел ребенок. Доктор был невысоким и худым. Глаза его лучились добром, а голос был густым и глубоким. Как ночной шорох в лесу, как эхо в горах, как шум воды в глубоком колодце. Эрнесто мало разговаривал, любил одиночество, верил в чудеса, был полон необычных идей. Отчего в уголках его рта часто ютилась легкая улыбка. А еще он умел радоваться обычным мелочам: утренней свежести, аромату чая, лучу солнца, щебету птиц.

9. Сон Эрнесто

Несколько лет назад доктору Эрнесто приснился сон. Дымка тумана. Запах прелой травы. Тишина ночной прохлады. Он идет в густой чаще леса, с опаской поглядывая на тень под деревьями. Шелест ветра перемешивается с далеким уханьем филина. Эрнесто прислушивается к звуку его голоса и движется именно туда. Вдруг лес заканчивается, и перед ним простирается поле, посреди которого растет высокая итальянская сосна. Стремительно надвигается гроза. Ливень накрывает все вокруг. Доктор разворачивается, чтобы бежать, но тут за его спиной раздается оглушительный грохот. Эрнесто оглядывается – и тут удар молнии стремительным зигзагом вонзается в сосну и разламывает ее пополам, как щепку. Доктор замирает. Голос внутри сна звучит твердо: «Молния изменит и твою жизнь. Конец прошлого – это начало будущего. Молния – самое сильное настоящее, какое только может придумать природа!» Эрнесто проснулся в поту. Голос еще звучал в голове эхом.

С тех пор зигзаг молнии стал знаком его мастерства, символом жизни. «Если сила настоящего способна менять будущее, то вкладывать душу во все, что я делаю, – главное!» – решил Эрнесто.

10. Дом доктора

Жил Эрнесто уединенно в большом доме на многолюдной улице. Голоса прохожих, стук колес, крики детей: обычная жизнь города. Окна дома были всегда закрыты шторами так, чтобы ни звук, ни свет не проникали. В уединении Эрнесто мастерил кукол и сочинял удивительные сказки.

Горожане любили доктора: он был добрым и лечил даже самые тяжелые болезни. Не просил денег, но и не отказывался от оплаты. Тот, кто сам приходил к Эрнесто за лекарствами, замирал на пороге от неожиданности. Комнаты были завалены разобранными телегами и каретами, колесами, поленьями и обрезками кожи. Из каждого угла на посетителя смотрели десятки кукол. И от их взгляда становилось неуютно. И везде был высечен знак молнии. Казалось, вот он сорвется и вонзит свою острую стрелу в посетителя. Гость спешил забрать лекарство и уходил в смятении.

В тот раз Эрнесто сидел у камина и крутил в руках сучковатое полено. Что же из него сделать? Сказочное дерево, ножку для стола или полочку. Раздался стук в дверь. Эрнесто вздрогнул и нехотя пошел открывать. На пороге оказалась заплаканная женщина.

– Доктор, скорее, у него жар, – начала она и смолкла, оглядывая пространство дома.

Немая минута наступала всегда – Эрнесто уже привык. Он кивнул и пошел собираться.

11. Саквояж сказок

Дом, куда приехал Эрнесто, был бедным и многолюдным. Доктора ждали. Он осмотрел больного, подобрал нужное лекарство. Улыбнулся малышу и начал рассказ изумительной истории. Она лилась мягким потоком. Как будто открывалось окно в иной мир, впуская солнечные лучи. Сказки доктора никогда не повторялись!

Взрослые, как это бывало и в других домах, тихо собрались в дверях комнаты. Голос сказочника останавливал время. И взрослым казалось, что они вернулись в детство. Огарок свечи бросал на стену полутени событий: легким движением пролетали феи, рыцари смело сражались с колдунами, принцессы гуляли в прекрасных садах, а добрые волшебники превращали самые обычные вещи в сказочные.

У ног доктора стоял черный саквояж. Небольшой, но вместительный. Каждый мальчишка и каждая девчонка города Фаволоса готовы были заболеть чем угодно, чтобы заглянуть туда. В чем же был секрет саквояжа? Когда Эрнесто рассказывал малышам сказки, он доставал из него удивительных кукол. Они были как живые, могли даже двигаться сами: принцессы вежливо кланялись, львы рычали, птицы щебетали. А веселые клоуны смеялись и пели, кувыркались и кривлялись. Дети были в восторге.

Вот и сейчас сказка затихла и щелкнул замок саквояжа. Доктор достал куклу и повернул ключик в ее спинке. Куколка раскрыла большие глаза, подняла голову и затанцевала легко и изящно! Даже Эрнесто смолк, любуясь ею.

А уж как детям хотелось бы получить куклу в подарок! Но та всегда отправлялась обратно в саквояж. И для этого у Эрнесто были причины.

12. Мечта Эрнесто

Была у доктора давняя мечта. Он очень любил детей. Сказки сами лились из его сердца, едва он брал малыша за горячую ладошку. Эрнесто решил подарить детям Фаволосы всех кукол сразу – настоящий городской кукольный театр.

В те далекие времена кукольные театры были только передвижными. На больших повозках, запряженных лошадьми, труппа въезжала в город, завлекая публику веселой музыкой. Театр раскидывал крылья своего балагана и показывал представление прямо под открытым небом. Куклы в таких театрах надевались на руку или соединялись с пальцами кукловода тонкими нитями. Несколько дней в городе царила атмосфера праздника. Но однажды утром на месте театра оставалась только притоптанная трава. Никто не знал, когда снова город посетит заезжий театр. И до тех пор жизнь в Фаволосе опять превращалась в серые будни.

Эрнесто видел, каким манящим был для детей мир сказок. Когда куклы оживали, душа ребенка распахивалась верой в чудеса. Что уж говорить о больных детях, чья жизнь ограничивалась кроваткой и домом. Как же они ждали Эрнесто! Ведь он открывал им целый мир. Нередко тут даже болезнь отступала. Как старая ворчливая старуха, которой не было места на веселом празднике ярких сказочных историй Эрнесто.

13. Мальвина и Пьеро

Итак, Эрнесто приступил к созданию театра. По всему городу он собирал негодные телеги, гвозди, поленья, подковы, куски ткани. Он трудился в любую свободную минуту. Не замечал времени, мог обходиться без еды. Так уходил в работу, что не слышал голосов и шума уличной суеты. Но был по-настоящему счастлив!

Куклам он придавал черты людей, которых когда-то встречал. Мальвина – это дочка пекаря. Задорная и очаровательная белокурая девчушка. В ее огромных синих глазах можно было утонуть. Однажды Эрнесто вышел из пекарни – и в этот момент луч солнца скользнул по пышным волосам девочки, игравшей во дворе. На фоне лазоревого моря они засияли ярким голубым цветом. Оторвать глаз от этого чуда было невозможно! Образ девочки с голубыми волосами покорил Эрнесто. И следующие несколько дней он искал именно этот голубой цвет: смешивал краски, вглядывался в небо и в блики воды. И нашел: волосы Мальвины засверкали голубым, превратив милую куколку в неземную красавицу!

И теперь каждый раз, проходя мимо пекарни, Эрнесто улыбался тайне Девочки с голубыми волосами.

Как-то вечером он сидел у остывающего камина. Взгляд его скользил по вещам, наполнявшим комнату. И вдруг остановился на белой скатерти, грустно свисающей с края стола. Блики огня соединили изгибы и тени. И Эрнесто увидел бледное лицо мальчика в печальном одеянии. Он сорвал скатерть и принялся кроить длинную рубашку. «Белая грусть. Белый стих. Бледность лица. Вечное стремление к Единственной – вот каким будет мальчик-поэт Пьеро». Вскоре Эрнесто посадил его на полку рядом с Мальвиной. Конечно же, Пьеро влюбился в нее – сразу и навсегда!

14. Артемон и Арлекин

Пудель Артемон прошествовал мимо Эрнесто по городской площади. Они с хозяином были похожи: гордая осанка, уверенный шаг, бант на груди. Лишь на мгновение пудель оглянулся на стаю собак, трусившую по площади в поисках отбросов. Голос хозяина прозвучал требовательно:

– Артемон! Это не для нас! Вперед, мой друг!

И пудель зашагал рядом с хозяином, не озираясь ни на лай, ни на скулеж, ни на соблазнительные запахи. Эрнесто уже торопился домой. И через три дня благородный пес занял свое место рядом с куклами.

Арлекин родился из мальчишеских игр во дворах Фаволосы. Эрнесто часто любовался ими. Гомон, смех, крики сменялись гиканьем и свистом. Разношерстные стайки смешивались и разбегались. От цветастых рубашек пестрело в глазах. Словно от подвижной яркой мозаики. Эрнесто слушал, как голоса мальчишек сливаются в единый звон колокольчиков, меняя высоту звука: от тонкого и нежного до резкого и грубого. И вскоре уже веселый Арлекин в цветастом одеянии, сияя белозубой улыбкой, развлекал кукол заливистым смехом.

15. Сон и ключик

Эрнесто вернулся от маленького пациента с корзинкой хлеба и фруктов. Он развел камин и сел ужинать. Сучковатое полено все еще лежало рядом. Тепло огня расслабляло. Доктор заснул. И увидел город в яркий солнечный день. Блики моря переливались в такт легкому движению волн. Деревянный мальчик с длинным носом бежал по каменной мостовой, стуча башмаками. Он пронесся мимо лавок с леденцами, мимо пекарни, пересек городскую площадь. Забежал в дом Эрнесто и принялся что-то искать по углам. Он переворачивал стулья, раскидывал молотки и гвозди, заглядывал за шторки, сметал пыль и мусор с полок! И вдруг все стихло. Мальчик раскрыл ладонь. На ней лежал золотой ключик с высеченным зигзагом молнии. Человечек сжал находку в кулаке и задорно сказал: «Этим ключиком я открою потайную дверцу в кукольный театр. И он принесет людям счастье!»

И все исчезло. Эрнесто проснулся. И взгляд его упал на сучковатое полено. «Длинноносый малыш и откроет золотым ключиком мой театр! Именно он пригласит детей города на первое представление! Так все и будет!» – просиял Эрнесто.

16. Тино в городе

Стоило нам с Аданом войти в город, как нас захватила шумная толпа: выкрики, скрип колес, суета и пыль. Я чувствовал себя так, словно протискиваюсь в огромном дупле сквозь желающих в него пролезть и из него вылезти. Вот какой-то старик, выругавшись, толкнул меня в плечо. Я не удержался и упал. Сильная рука Адана вздернула меня за воротник с пыльной мостовой. Он поставил меня на ноги, стряхнул от грязи, легко шлепнул по щеке:

– Тино, очнись, – и направился в гущу толпы.

Я – за ним. Адан остановился возле большой бочки, набрал холодной воды и окатил меня с головы до ног.