Дисгардиум 3. Чумной мор
- -
- 100%
- +
Бомбовоз писал, что все прибывающие бойцы превентивов обвешиваются бафами и строятся в боевые порядки, причем не по фракциям, а по кланам. Надвигалась гроза.
Под куполом напряжение тоже росло: Ярый с Хинтерлистом стояли спиной к спине, Глиф что-то им высказывал, а клан-лиды нейтралов шептались с Хорвацем и главами других темных кланов. Такая же возня происходила вокруг Утеса: там пятерка «модусов» сомкнула ряды с «драконами», «эксами» и «детьми», обороняя «угрозу» от остальных.
«Если начинать, то самое время! – написал я в группу. – Пробиваемся к Утесу, у кого получится, тот и уходит с ним».
Атмосфера взаимного недоверия накалилась до предела, повсюду раздавались крики взаимных обвинений, и сгодился бы любой повод, чтобы все взорвалось.
И таковой нашелся.
– Скиф! Стоять! – проревел где-то сзади Бангер.
Не знаю, что послужило спусковым крючком, но думаю, что его атака. Не блещущий интеллектом лофер бросил мне вслед магическую болу, чем высек ту самую искру, из которой разгорелось пламя самой, наверное, бешеной мясорубки за всю историю Дисгардиума. Мои ноги спутало чарами, но контроль тут же был снят Освобождением. Я рванул вперед и, изменив голос, взревел басом:
– Нас предали!
Уловка сработала. Рядовые бойцы позади меня укутывались в защитные ауры и магические щиты; отовсюду слышались хлопки вскрываемых флаконов с боевыми эликсирами, шипели пламенеющие клинки и трещали разрядами боевые посохи. Меня обволокло огненной пеленой – Краулер бросил Огненный щит. Как же я пожалел в этот момент, что не только не успел сдать квест и получить награды Бегемота, но и не активировал кристалл, поднятый с устраненной «угрозы» Большого По! Что бы там ни выпало, оно бы мне сейчас не помешало!
Я призвал пета, Болотного иглокола Игги, и приказал держаться рядом. Вообще, атака Бангера сыграла нам на руку – характеристики всех членов группы взлетели, став в семнадцать раз выше. Не стал исключением и питомец. Подобное я уже пережил при прорыве Чумного мора, когда вместе с Утесом, Инфектом и Тиссой зачищал от нежити улицы Тристада, потому не удивился, когда вырос, стал мощнее, раздался в плечах и ощутил, сколько во мне бурлит энергии.
Не ввязываясь в драку, я продолжал пробираться к Утесу, пока не уткнулся в непроницаемую пелену купола. Расстояние до соклановца было все еще слишком большим. Судя по мини-карте, Краулер с Бомбовозом находились далеко позади. На мое короткое «Как ты?» соклановец ничего не ответил – возможно, ему залепили уста Печатью молчания.
Тем временем под куполом, жестами успокаивая союзников, что-то кричал Хинтерлист. Со спины его прикрывал Ярый, с боков – Глиф и Полковник. Двое «Детей Кратоса» жались к стенке купола – лидеры этого сильного клана славились совсем не боевыми талантами.
Видимо, уговоры Хинтерлиста не подействовали. Хорвац что-то выкрикнул, и купол заполонило облако желтого дыма. В его клубах замелькали огни и молнии, а через несколько секунд магический свод Хинтерлиста с хрустальным звоном лопнул, разлетаясь едва видимыми стеклянными брызгами и раня окружающих. Мне тоже прилично досталось: острые осколки вонзились в грудь и плечи. Пришлось выдирать их оттуда, разрывая плоть.
– План «Б»! – заорал в амулет связи Ярый, и его голос разнесся по всему ущелью. – План «Б»!
Хинтерлист, маг иллюзий, создал десять своих копий, оставил их помогать, а сам блинканулся на небольшую скалу над нами и там, зловеще осклабившись, поднял руку. В кулаке он сжимал черный свиток.
Началась всеобщая драка, но цель была одна – Утес, неподвижный и не подававший признаков жизни даже в чате. Убить и ликвидировать его как «угрозу» устремились все присутствующие, и плевать уже было и на Альянс, и на руководство клана. Победителей не судят.
Земля под ногами ходила ходуном, превращаясь в трясину. Из скалистой поверхности лезли ядовитые хищные растения. Воздух то обжигал морозом, то плавил броню. Сдирая куски экипировки и плоти, рвали пространство ультразвуковые вопли призванной банши. Совсем недалеко от меня опустилась нога чудовищного колосса и раздавила сразу несколько игроков. Вьющиеся ветви Древа войны душили всех, до кого дотягивались. Несколько видов тумана разъедали мне нос, глотку и легкие, и держался я только за счет таланта Утеса. Количество дебафов угрожающе росло, но мне оставалось преодолеть лишь пару метров.
В бешенстве от предательства каждый выкладывался по полной, не разбирая своих и чужих. Десятками и сотнями рвались дорогие свитки и тратилось оружие последнего шанса. Никто не берег ультимативных способностей – топы гибли, стремясь унести с собой хоть кого-то.
Гномьи танки разрядили пушки в толпу. Один из снарядов влетел в сутолоку вокруг Утеса, и народа там сразу поубавилось. На самого Тоби кто-то подвесил Пузырь неуязвимости, и это спасло ему жизнь.
К тому времени светлые, совместно с иллюзорными копиями Хинтерлиста, расчистили пространство вокруг Утеса и от темных, и от нейтралов, а потом принялись друг за друга.
Ярый Рывком врезался в спину бывшего союзника из «Детей Кратоса», взмахом двуручного меча рассек еще кого-то на части и накрыл собой тело Утеса. Стоявший рядом маг открыл портал. Его синяя структура с зелеными искрящимися прожилками, хлюпнув, приняла в себя Ярого, Утеса и последнего оставшегося на ногах бойца «Модуса». Маг, открывший портал, войти не успел, пораженный станом возникшего за его спиной рóги, и взорвался кровавыми брызгами.
Хинтерлист, убедившись, что его ребята ушли с «угрозой», бросил напоследок в толпу парочку убийственных заклинаний, бьющих по площади. Но куда страшнее было другое.
– Армагеддон! – прокричал клан-лид «Модуса».
Черный свиток в его руке рассыпался в копоть и пыль, а сам маг исчез со скалы.
Небо озарилось слепящим светом. Нарастающий гул падающего метеора выворачивал мозги и рвал барабанные перепонки. Я включил Каменную кожу и рванул к порталу.
Бомбовоза сначала накрыло рыхлыми ржавыми хлопьями чего-то ядовитого и массового. Не помогла ни повышенная защита, ни легендарное кольцо, потому что следом на парня опустилась нога колосса. Усиление Утеса исчезло, как только Тоби унесли в портал.
Вид мерцающего входа сместился наверх, а я вдруг полетел лицом вниз. Чья-то секира подрубила мне ноги, срезав жизнь до нескольких процентов и оставив эффект Кровотечения. Слыша, как в ушах гулко пульсирует кровь, я полз к порталу. Держался только за счет запредельной Устойчивости. Не знаю, на что надеялся. Слишком привык обходиться проклятием нежити, а потому никаких лечебных эликсиров при себе не имел. Да и места, куда их сложить, тоже.
До портала оставалось проползти пару метров. Я знал, что умру. Не представлял, правда, где воскресну: в Даранте я не привязался, как-то не до того было, а в Тристад меня вряд ли вернут.
Связки в горле сожгло кислотой, терять время на чат я не мог, а потому просто надеялся, что Эд не подведет.
Тщетно.
Краулер, зацепленный чьим-то заклинанием, не успел выйти из зоны поражения, а уже там на него бросили Страх, и парень под действием эффекта контроля побежал в противоположную от портала сторону. Через пару мгновений его аватар в интерфейсе группы в последний раз вспыхнул красным, накрылся черепом и посерел.
Сбоку мелькнула чья-то нога, и я судорожно за нее схватился. Ее владелец по инерции протащил меня вперед и чуть в сторону, пока не осознал, что к нему кто-то прицепился. В мой подбородок врезался тяжелый металлический носок сапога, выбивая последние проценты. За долю секунды до этого я активировал Жуткий вой. Тот не сработал из-за разницы в уровнях, и тогда я натравил на атакующего Игги.
Призванный Армагеддоном Хинтерлиста метеор врезался в центр ущелья. Обесцветились краски, силуэты залило слепящим светом ядерного взрыва. Меня оторвало от земли, обдало жаром и на бешеной скорости вбило в закрывающийся портал.
Глава 5. Спасти рядового Утеса
В большом Дисе порталы делились на несколько основных видов.
Способность «Камень возвращения» выдавалась каждому и могла использоваться раз в день. С ее помощью возвращались к месту привязки. Большие стационарные порталы с заданным маршрутом размещались властями и гильдией перевозчиков в городах. Личные работали за счет умений, как у нас, или свитков. Еще один вид порталов открывался магами пространства. Пройти через него мог любой, не только член группы или клана. В такой я и попал.
Влетал я в него живым, а вот вылетал уже мертвым.
Игрок Ган Ро нанес вам критический урон (Кровотечение): 2 647!
Очки жизни: 0 / 6 474.
Вы мертвы.
До перерождения 10… 9…
Смерть была зафиксирована на выходе из портала. Добило тикающее и кританувшее Кровотечение. Промелькнула мысль, что будь рядом Утес и зацепи меня его талант, был бы шанс выжить. Но я оказался вне радиуса действия таланта.
Погиб я крайне неудачно, упав на живот лицом вниз. Потому за десять секунд до перерождения никак не мог осмотреться и оценить обстановку. Был еще вопрос, где именно я воскресну, не имея точки привязки вне песочницы: на кладбище Даранта, что очень плохо, тогда на Утесе можно ставить крест, или…
Или просто на ближайшем кладбище. А оно, как я понимал, принадлежит «Модусу» и находится при его замке.
Рядом говорил Хинтерлист:
– …очень плохая идея, Яр! Ты пойми… – Он запнулся. – Кого там еще принесло?
– Труп, – констатировал Ярый, пихнув меня носком сапога, чтобы перевернуть тело. – Это тот парнишка, Скиф, о котором я тебе говорил. Капитан чемпионов детской Арены этого года.
– Это те, что наших ребят в финале обыграли? Не до него пока. Пригласишь после, когда все закончится…
Я столько раз воскресал там же, где погиб, что удивился, обнаружив себя при переходе порога междумирья в другом месте. Оказался я на заднем дворе, между высоченной стеной, на которой темнели на фоне неба спины замерших стражников, и величественным замком. Его стены, казалось, были инкрустированы алмазами и переливались, отражая свет звезд и Геалы.
Штраф за смерть: −3 900 очков опыта.
Прошелестел воздух, и рядом возродился Игги. Чертыхнувшись, я отозвал питомца – здесь он больше обуза, чем помощник.
Уйдя в Скрытность, осмотрелся. Точку воскрешения окружали могильные плиты – скорее декорации, чем реальные места захоронения. Ночное звездное небо и луна отражались в пруду неподалеку. В нем плескались и квакали лягушки. Откуда-то издали, едва слышно, звучали голоса.
На небольшом кладбище умещалось несколько могил, поросших травой и цветами, а прямо передо мной возвышался склеп с пятиконечными серебряными звездами по стенам – символом «Модуса». Каменный, без окон и дверей, он выглядел основательным, даже скорее неприступным. Зачем он здесь? Возможно, для воскрешения лидеров в случаях атаки на замок, ведь в склепе можно хранить запасные комплекты экипировки и прятать вход в тоннель, уходящий за пределы территории.
Главное, вокруг никого не было, если не считать охранников на стене. От их случайных взоров я скрылся за склепом. Первым делом убедился, что Утес в порядке. Его иконка в группе была активной, а шкала жизни показывала, что он цел и невредим.
Тренькнуло уведомление – Краулер написал, что они с Бомбовозом воскресли на Кхаринзе и метнулись в Дарант к столичному кладбищу, чтобы, если мы с Утесом погибнем, встретить нас там. Оказалось, превентивы предусмотрели и этот вариант, выстроив вокруг кладбища оцепление на случай «неправильной» гибели «угрозы».
Утеса нигде видно не было, и передо мной встала дилемма: идти на разведку в своем обличии или в чужом. Первый вариант показался рискованным, ведь, если вытаскивать Тоби Глубинной телепортацией, я раскроюсь, и придут уже за мной. Пока превентивы не видели во мне «угрозы» – Большой По точно меня не сдал, иначе Ярый разговаривал бы совсем по-другому.
Решение пришло само собой. Доносившиеся голоса стали громче, и из-за угла замка появилась группа игроков. Это же они Утеса ведут!
Я распластался в траве за склепом и принялся наблюдать. Они прошли вдоль стены и, достигнув спуска в подвал, разделились. Одна группа осталась у входа, а другая повела Утеса внутрь. Не знаю почему, но Тобиаса до сих пор не ликвидировали и, похоже, отложили этот вопрос. Шел он сам, но на парне алел какой-то ошейник. Возможно, он и блокировал Утесу чат, но я все равно написал туда, чтобы молчал и никого не слушал, мы вот-вот уйдем. Мало ли, решит, что пришел конец, и все выпалит.
Заводили его в подвал пятеро, а наружу почти сразу вышли только трое. Ага, значит, двое остались охранять. Вернувшиеся присоединились к группе на поверхности и побежали назад. Я принял облик одного из них.
Вскоре все они скрылись за углом – там точно что-то происходило, но что именно, отсюда не было видно. Небо над замком с той стороны вдруг озарилось багровыми вспышками.
В бездну. Что бы там ни творилось, об этом завтра будет говорить весь Дис, а мне нужно выручать товарища.
Я поднялся и уверенно направился ко входу в подвал. На мое счастье, дверь, утопленная ниже уровня земли, была не заперта, а петли смазаны. Приоткрыв ее, я скользнул в скудно освещенный тоннель, уходящий вниз, спустился по лестнице, заглянул за угол и увидел прямой коридор, расходящийся в обе стороны. Слева – никого, справа вдали виднелись силуэты двух разумных.
Факелы вдоль прохода тускло мерцали и чадили, из-за чего тени охранников прыгали по стенам, а само пространство тонуло в полумраке. Лишь один факел, ближайший к стражникам, светил чуть ярче, чем остальные. Благодаря ему и навыку ночного зрения я разглядел, что охранники Утеса расположились у одной из закрытых дверей. Разбойник Берстан и маг льда Кара. У обоих уровни превышали 360-й. Не сомневаюсь, у них здорово развиты контролящие способности.
Оставалось просто подойти к ним под видом своего и утащить Утеса глубинкой. Это самый простой вариант, а лучшее решение зачастую именно простое.
Я тщательно все проверил. Индикатор жизни: 100 %. Глубинная телепортация на Кхаринзу готова к использованию. Мой профиль отображает лесного эльфа Исанора, друида 351-го уровня из клана «Модус». Подойду, заговорю зубы и уйду с Утесом. Справлюсь меньше, чем за минуту.
Я вошел в коридор и свернул направо. Двигался быстро, будто торопясь что-то сообщить. Метрах в пятнадцати Кара меня окликнул:
– Что-то забыл, Иса?
– Ярый вас вызывает, – ответил я, приближаясь. – Срочно! Я подменю.
– Альянс все-таки пошел на штурм? – воскликнул разбойник Берстан. – Твою мать, так и знал! Кара, погнали!
Я приблизился вплотную. До двери камеры Утеса оставалось метров пять.
– Постой-ка, – ухмыльнувшись, остановил напарника маг.
Он вытянул руку ладонью вперед, пространство вокруг заклубилось и выстрелило в меня потоком мороза. Я тут же окоченел, но продолжал слышать, что быстро говорит в амулет связи Кара:
– Эй, Хинтер! А у нас тут попытка похищения, прикинь! Взяли какого-то нуба, но очень необычного!.. Ник? Скиф… Да, прямо возле «угрозы». И знаешь что? Он был под видом Исанора! Как две капли! Понял. Ждем…
Сердце рвало мне грудную клетку, кровь била в лицо – как глупо попался!
Но не успел я даже по-настоящему испугаться, как голос мага льда стал затихать, превращаясь в неразборчивое бормотание. Это так заморозка работает? Подводить начал не только слух, но и зрение – все, что я видел затуманивающимся взором, высветлилось, будто кто-то выкрутил контрастность и яркость до максимума, а потом разбилось на блоки и рассыпалось.
Спонтанная активация Божественного озарения!
Сердце продолжало рваться из груди, даже когда я понял, что все произошедшее в коридоре – результат пассивной классовой абилки. Отпрянув от выхода в коридор, я замер на лестнице. Снизу доносились голоса переговаривающихся охранников.
В голове начали зарождаться предположения, от чего именно оберегает Божественное озарение. Первая активация случилась, когда меня обвинили в смерти городского пьяницы Патрика, убитого головорезом Атиякари из «Аксиомы». Судья Кэннон тогда приговорил меня к ордалии, а оттуда выхода, по словам убийцы и лжесвидетеля, не существовало.
Второй раз – когда Большой По заразил меня, обещая, что смерть станет окончательной для персонажа. Тогда то, что он совершил, замял «Сноусторм».
И вот третья активация. И снова предсказавшая, что я потеряю персонажа. Кому невыгодна смерть Скифа и ликвидация «угрозы»? Понятно, что мне и «Пробужденным», но речь не о том. «Сноусторму»? Эти господа меня пока во всем поддерживали, но ведь к классу предвестника и его навыкам они не имеют отношения. Такой вывод можно было сделать как из описаний класса и способностей, так и по анонимным письмам от кого-то из корпорации.
Остается только один более-менее непротиворечивый вариант: Спящие боги. Большинство из них истощено и чуть ли не в коме, для Бегемота я – единственный способ выйти из кошмара, в котором он застрял. Но вот вопрос: кто такие, бездна их забери, Спящие? На самом деле – кто?
Все эти рассуждения пронеслись в сознании за пару секунд, но сейчас не самый подходящий момент, чтобы в них углубляться. Важнее другое: забрать Утеса я не могу. Яркий факел, под которым устроились охранники, точно необычный. Вполне возможно, это Истинное пламя или аналогичный по действию артефакт, и именно поэтому Кара увидел меня настоящего.
Я не знал, что делать. Как-то увести охранников подальше от факела, а самому пробежаться до камеры и уйти в Глубинную телепортацию? А если дверь заперта и талант не вытащит Утеса? Вдруг там есть что-то, подавляющее магию и способности?
Тревожный звоночек, начавший тихонько заявлять о себе еще в гостевом зале мэрии Даранта, превратился в царь-колокол, трезвоня об опасности и призывая валить самому, пока есть возможность. Малодушный Алекс Шеппард, избегающий конфликтов и променявший подругу детства на популярных в классе хулиганов, эгоистично кричал, что колокол прав. Мне и так сегодня столько раз везло, что испытывать судьбу и дальше – безумие. Вряд ли Божественное озарение спасет меня снова. Не знаю, есть ли у этого спонтанного навыка откат, но наверняка не только есть, но и огромный. Дни, если не неделя.
Бездна… К сомнениям прибавились уговоры Краулера и Бомбовоза. Оба настаивали на том, чтобы я выбирался сам. К ним присоединились и Инфект с Тиссой – Эд на минуту вышел из Диса, чтобы рассказать, что происходит. Разрабы заблокировали связь между нами и песочницей, и даже в клановом чате мы не видели сообщений друг друга.
Это было сложно. Я вспомнил, что поставлено на карту. И как себя вел Тобиас по отношению ко мне, как он чуть не сдал работягу-негражданина Мэнни городской страже за опрокинутый бокал с элем. И забил.
Забил на малодушие и, сидя на лестнице подвала, продолжил лихорадочно думать, как вытащить отсюда Утеса.
* * *Заслышав снаружи приглушенный грохот и канонаду осадных орудий, я вскочил. Трясло все сооружение, с низкого потолка посыпалась каменная крошка.
Резко встав, я бросился на улицу. Земля под ногами ходила ходуном, ко взрывам прибавился гул. Он нарастал, заставляя вибрировать даже воздух, а потом воцарилась тишина. Клановую территорию накрыло матовым защитным куполом. Он, будто огромный фонтан, рвался наверх из центральной башни замка и изливался магическим водопадом по периметру окружности, выходя за пределы стен. Звезды сквозь материю купола сначала едва проглядывали, затем померкли совсем.
Я впервые наблюдал подобное. По сфере кругами расходились беззвучно врезающиеся в нее ядра, стрелы, разряды молний и файрболы. Кинутые «Модусом» кланы Альянса превентивов пришли мстить?
Сам не заметил, как ноги донесли меня до главного входа в замок. Там скопились все боевики клана: несколько сотен игроков и примерно столько же петов и маунтов. И никого ниже 300-го уровня. Я сильно рисковал, появившись в пределах видимости от места, где стоял оригинал моего облика – друид Исанор, но никому до меня не было дела.
Все смотрели на своего клан-лида. Хинтерлист отделился от группы топов-офицеров и забрался на катапульту. Он пришел в Дис взрослым состоявшимся человеком еще тогда, когда живы были все отцы-основатели игры, а количество участников не превышало миллиона. Годом позже был основан «Модус».
Когда маг иллюзий заговорил, его белоснежная мантия полыхнула слепящим светом, магически усиленный голос разнесся далеко вокруг:
– Соратники! «Модус»!
– «Модус»! – в унисон рявкнула толпа, поднимая сжатые кулаки.
– Время поджимает. За стенами нашего главного замка выстраиваются не только силы Альянса, но и примкнувшие к ним шакалы. Противники, – Хинтерлист указал за сомкнутые ворота, – уже делят добычу и распределяют между собой наше имущество. Ваше имущество!
– Подавятся! – выкрикнул кто-то из передних рядов.
– Может быть, – согласился Хинтерлист. – Но, наверное, впервые за всю историю клана я не знаю, что делать. Офицерский состав разделился во мнениях, и я посчитал, что вы имеете право не только все знать, но и должны влиять на происходящее. Сегодня вечером Альянс взял в Даранте «угрозу» класса D. Как и планировалось, ликвидация должна была состояться за фронтиром. Я собирался открыть портал, куда вошло бы по одному человеку из каждого клана Альянса. Но… нас предали. Сложно сказать, кто начал первым, да это уже и неважно. Факт: на месте сбора нас вероломно атаковали. И ладно бы только темные… – горько усмехнулся клан-лид. – Наше противостояние со «Странниками» и прочими темными имеет слишком богатую и кровавую историю, чтобы не ожидать чего-то подобного. На этот случай имелся план «Б». Но нам ударили в спину свои же! «Лазурные драконы», «Экскоммьюникадо», «Дети Кратоса»…
– Эти тупые мажоры? – тихонько удивился стоящий рядом кентавр и, сняв шлем, поскреб лохматый затылок. – С чего бы им с нами ссориться?
Я подивился выбору такой расы – управлять шестью конечностями, должно быть, трудно.
Костяк «Детей Кратоса» составляли богатые юнцы, не гнушавшиеся тратить на собственную прокачку и экипировку родительские деньги. Сильный клан с богатой историей, этакий элитарный клуб для детей граждан не ниже категории C. Во многом они играли ради фана и редко вступали в открытые противостояния и конфликты с равными себе, не говоря уж о тех, кто сильнее.
Я снова прислушался к Хинтерлисту, одновременно выискивая варианты и выжидая. Одно я знал точно: сейчас что-то начнется, и в грядущей заварухе появится шанс вытащить Утеса.
– Итак, перейду к сути. Нам не удалось выяснить природу захваченной «угрозы», парень не идет на контакт и отказывается говорить, но мы кое-что узнали. Это не проверено, но вроде бы он как-то усиливает группу, в которой состоит. Кратно усиливает, понимаете? С таким партнером, а в клан мы его принять по понятным причинам не можем, мы будем способны на многое. Просто представьте, может быть, с ним нам удастся, наконец, пробиться в Долину Крылатого ужаса или даже дотянуть до Меаза! Парень должен согласиться, ведь в этом случае он продолжит развивать потенциал. Предложим ему долю в добыче и фиксированную ставку за онлайн…
Клан-лид «Модуса», судя по ошарашенным лицам вокруг, удивлял не только меня, но и своих соратников. Все-таки образ коварного, жесткого и авторитарного лидера, каковым все считали Хинтерлиста, слабо вписывался в то, чему я стал свидетелем. Если только эти игры в демократию не часть очередного плана.
Стоило мне так подумать, как клан-лида перебил Ярый. Богатырь встал рядом с руководителем и снял шлем необычной формы с вытянутым острием на макушке. По лицу Хинтерлиста пробежала тень – возможно, старик действительно сдает. Отсюда и конфликт с собственными офицерами, пусть и замаскированный под «разделение во мнениях».
– Не думаю, что с топ-кланами на хвосте мы вообще выйдем отсюда. Народ, то, что озвучил наш глубокоуважаемый клан-лид, – утопия. Такого кидалова нам не простят. Как и единоличной ликвидации «угрозы». Мы не просто так назвались «Модусом». Мы ценим договоренности, учитывающие интересы всех сторон. Именно так мы и стали топами: решая вопросы не оружием, а словом. Кто за то, чтобы впустить парламентеров Альянса, разрешить недоразумение и урегулировать конфликт?
– Им не пробить Щит гнева! Он регенерирует быстрее, чем они дамажат! Они могут притащить сюда всю армию Содружества и все равно обломают зубы! – проревел Хинтерлист. – Мы усилимся наемниками…
– Ежевика, что по наемникам? – перебивая его, обратился в сторону офицеров Ярый.
От них отделилась высокая фигура эльфийки в кожаной броне и с коротким арбалетом за спиной. Черные сапоги с крылышками облегали ее длинные ноги.