Дисгардиум 7. Демонические игры
- -
- 100%
- +
Вернувшись на Менгозу, он написал друзьям, что решил улететь к родителям раньше, чем планировал. Придумал, что у кого-то из кузенов день рождения.
Пока он собирал вещи, Вилли готовил флаер. Вообще-то об изменении планов следовало сообщить Алексу, но это было невозможно, и Хайро принял решение сам.
Эд с Хангом зашли проводить друга.
– Ты должен выиграть, – сказал Эд. – Я уверен, что Алекс пройдет ордалию, но сомневаюсь, что успеет попасть на Игры. Бывало, ордалия затягивалась на двое-трое суток. А опоздавших на Игры не допускают…
– Знаю, – ответил Малик, так и не решив, говорить ли им, что Тисса тоже участвует. Если скажет, придется объяснять, откуда информация… – Знаю. Но надеюсь, что Алекс успеет.
– Жаль, в реале нет глубинки, – посетовал Ханг. – Бац! И ты там, где нужно…
Завибрировал комм, оттуда донесся голос Вилли:
– Малик, все готово, давай наверх! Не забудь камуфляжную бейсболку.
На крышу поднялись втроем. Обнялись на прощание.
Уже на взлете Малик посмотрел вниз. Ханг и Эд шли к выходу и что-то обсуждали – наверняка уже забыли о нем и думали о своих очень важных делах в Дисе.
В пути он успел и подремать, и подумать о строительном проекте святилища Ушедших. Находка была крутой, но последнюю часть он пока так и не отыскал. Да и прямой выгоды от нее Малику никакой. Даже Дьюла, и тот поднимет ремесло на строительстве святилища.
На встречу с родными Малик выделил два часа. Его встречали как героя, даже дед вынырнул из собственной реальности и посадил «любимого внука» по правую руку от себя. То, о чем Малик так мечтал в детстве, осуществилось, многочисленные кузены, потешавшиеся над ним еще несколько месяцев назад, сейчас в рот заглядывали, ловили каждое его слово.
В любой другой день он задержался бы здесь подольше, чтобы насладиться триумфом, но сегодня ему было не до того: в дверь стучала вторая его мечта, как выяснилось, для него гораздо более значимая.
Потому Малик отсидел два часа, послушал дифирамбы себе – а их родственники словно шестнадцать лет копили, чтобы обрушить на него именно сегодня. А потом, сославшись на занятость, он обнялся со всеми, кто того желал, пожал руки даже тем, кого смутно помнил, и, потея от предвкушения, полетел к Тиссе.
Он опоздал на пять минут. Девушка ждала его на оживленной улице, привалившись спиной к стене и опершись о нее ногой.
Маскировка Тиссы была традиционной: темные очки, бейсболка, мешковатое худи и широкие штаны. Попробуй разбери лицо под натянутым капюшоном. Малик же активировал маскировочную голограмму, и потому девушка обратила на него внимание, только когда он к ней обратился. Вздрогнула, повернула голову, просияла и бросилась ему на шею, обдав ароматом незнакомых цветочных духов.
– Малик, как же я по вам всем скучала! И-и-и!
А он замер истуканом, не зная, куда деть руки. Робко положил ей на спину. Он снова злился на себя, ведь вместо того, чтобы проявить инициативу, снова вел себя как осел.
– Куда пойдем? – прохрипел он.
– Тут в соседнем дистрикте есть недорогой ресторан, где можно занять кабинку и не отсвечивать, – щекоча ухо губами, проговорила девушка. – Не хотелось бы, чтобы нас кто-то узнал.
Долетели на общественном флаере. Вилли, приставленный к нему, незаметно для Тиссы следовал за ними. «Не болтай», – прошептал безопасник, проходя мимо них в общий зал. Малик кивнул и тут же о нем забыл.
Ребята заняли забронированную кабинку, заказали по стейку из настоящего мяса («С кровью!» – сказала Тисса, комментируя свой выбор на панели меню робота-официанта) и пиво. И Малик наконец снял маскировку.
Вначале обоим было неловко – слишком уж в разные стороны разошлись их жизни, а вместе с ними и интересы. К тому же Малика сковывал договор разума, а о чем он мог рассказать, кроме как о делах клана?
Но он и сам не заметил, как забыл обо всем, увлеченный беседой. Тисса красочно описывала свою жизнь и делилась планами на будущее. Она собиралась рвать с Лиамом или он с ней – Малику было фиолетово. Значение имел лишь текущий момент.
– Я долго сомневалась, прежде чем принять предложение «Белых амазонок», – призналась Тисса. – Знала, зачем им я. Все эти россказни про то, что я идеально им подхожу, что моя внешность вписывается в концепцию имиджа клана, что моя история успеха послужит примером миллионам обычных девчонок… Я видела на острове Хинтерлиста. Не знаю, что у него с Элизабет, но они явно дружат. – Тисса потерла указательные пальцы друг о друга. – Ну ты понял. Я им понадобилась из-за Скифа. Если честно, не была уверена, что меня будут держать при себе долго. Поэтому настояла на пункте в контракте, по которому «Белые амазонки» сразу оплатят мне полный курс обучения в университете. А потом пусть выкидывают.
– На кого будешь учиться?
– Ничего не изменилось, Малик. Я люблю рисовать. Отец об этом и слышать не хотел, – вздохнула Тисса и голосом изобразила интонации мистера Шефера: – Сейчас каждый второй художник! Только один из миллиона может обеспечить себя этой профессией!
– А он чего хочет?
– Хотел, – сделала уточнение девушка. – Сейчас он поддерживает все мои идеи. Конечно, ему-то чего теперь волноваться? Зеленые числа на банковском балансе, премиальная медстраховка, новенький флаер – подарок Элизабет. Папаша теперь с головой ушел в работу, рвется повысить категорию. Ну а раньше хотел, чтобы я пошла в тестировщики миров. Год обучения, год стажировки без оплаты, и все, ты квалифицированный бета-тестер, обеспеченный работой. И гарантированная категория G – предел отцовских мечтаний.
– Значит, я ужинаю с будущей знаменитой художницей? – ухмыльнулся Малик. – Ну тогда мы почти коллеги!
– Да? Почему?
– Я буду рок-музыкантом.
– Рок? – поразилась Тисса. – Кто его сейчас слушает? Старперы? Если любишь музыку, иди в крей-джангл!
– Не… – поморщился Малик. – У меня от него кровь из ушей. А рок… Он настоящий, понимаешь? Гитара живая, струны… Я же бард, не забыла?
– Ха-ха! Ну и что? Я целитель в Дисе, что мне, в доктора идти? Брось…
– У меня получится, – серьезно сказал он. – Я пробовал. Дядька подарил старую гитару. Струны пришлось сменить, но в остальном вполне рабочая. И знаешь что? – Он заговорщицки обернулся и прошептал. – Все песни, что сочинил в Дисе, я могу исполнить и в реале! Правда!
– Бред. – Тисса нахмурилась, откинулась в кресле, не сводя с него глаз. Потом подалась к нему навстречу, ее глаза распахнулись. – Ты не шутишь, да?
– Не шучу. – На его лице расплылась улыбка от уха до уха. – Жаль, гитары нет под рукой, а то бы показал…
Он поделился с ней, что собирается добиться мировой известности, рассказал о том, как собирается завоевать славу: сперва выступая в мелких тавернах Диса, а потом, собрав группу, пробиваясь на арены. И чем больше говорил, тем больше верил в свои слова, хотя поначалу просто пытался произвести впечатление.
– Помнишь, как в финале юниорской Арены выступали «Драконы бесконечности»? – спросил Малик. – Ну вот, они же тоже начинали с таверны песочницы! Когда-нибудь и я выступлю в финале Арены. И в реале! Например, на «Уэмбли» – соберу целый стадион, а трансляцию будут смотреть миллиарды!
– Я хочу в твою группу! – заявила Тисса. – Забей мне место бэк-вокалистки!
– Ты же петь не умеешь, – в шутку засомневался Малик.
– Я? Не умею? – Тисса деланно оскорбилась. – Ну ты у меня щас получишь, гад!
Она полезла на него, он отбивался, а через минуту возни оказалось так, что Тисса сидела на нем верхом, поджав под себя ноги, а у Малика полностью отключился мозг – кровь отлила в другое место. Спохватившись, девушка, встрепанная и покрасневшая, вернулась за стол. Момент, чтобы обнять и поцеловать ее, был упущен.
– А парни что думают? Я о планах. – Малик не сразу ее услышал, а когда понял, раздраженно вздохнул. – Что Алекс планирует? Ну, помимо его текущих дел с «гражданством»…
Тисса упомянула их старое кодовое слово для статуса «угрозы». Имя Алекса, так некстати прозвучавшее в полумраке уютной кабинки, нарушило интимность момента и разбередило застаревшие душевные раны. Уколола ревность.
– Да к черту и Алекса, и его секреты, – сказал он. – Давай лучше обсудим стратегию на Игры!
Тисса посерьезнела, выпрямила спину, откашлялась. Приблизила лицо и прошептала:
– Если Алекса там не будет, просто станем держаться вместе. Как в старые добрые времена.
– А если он явится?
– Тогда… – Горячее дыхание девушки обдало ухо Малика. По его коже побежали мурашки. – Слушай внимательно, это очень важно…
Глава 1. Регистрация
Хайро вел наш неказистый флаер в один из европейских дистриктов, где «Сноусторм» проведет XIX Демонические игры. Я же слишком вымотался за последние дни, а после ордалии еще и был морально опустошен. Так что занял место в пассажирском кресле и большую часть пути проспал, открывая глаза, только когда мы проходили досмотр на границе гражданских территорий.
Особенно часто нас стали проверять после того, как мы пересекли Атлантику и влетели в воздушное пространство Европы, большая часть которой была занята гражданскими округами высоких категорий.
– Вы приближаетесь к «Сноусторм Лейкс», району категории A. Ваше транспортное средство будет принудительно остановлено у досмотровой пограничной зоны.
Флаер замедлил скорость и пошел по направляющему лучу. Хайро, чей статус за счет службы в миротворцах был даже выше, чем у моих родителей, обернулся ко мне:
– Сейчас могут быть проблемы. В зоны категории A у меня доступа нет. Ты же подал запрос на то, что прилетишь на собственном флаере?
– Ну… Я просто подписал, Мария сняла биометрику. Пилотом указаны вы, Хайро.
– Подтверждения так и не пришло, – безопасник покачал головой.
Сканирующие кольца загорались зеленым и издавали одобрительный писк по мере того, как мы через них пролетали. Автоматизированная проверка на запрещенные вещества и предметы прошла успешно. Оставалось перетерпеть идентификацию. Хайро в это время связывался с Марией, надеясь, что подтверждение пришло к ней, я же проверял свой комм. Ничего.
– Если меня снимут с флаера, полетишь сам, – сказал безопасник. – Если вдруг придется, справишься с ручным управлением?
– П-ф-ф… Легко.
Меня беспокоило другое. Времени оставалось меньше часа. Любая непредвиденная задержка, и можно возвращаться – дисквалифицируют за неявку.
К нам приблизился флаер, под черно-золотистой полицейской раскраской которого угадывались контуры «Ламборгини-Фреччиа». В таких районах даже полиция рассекает на премиальных суперфлаерах.
– Добрый вечер, господа! – поприветствовал нас приятный женский голос. – Цель вашего визита в «Сноусторм Лейкс»?
– Демонические игры, участник, – ответил я.
– Уау! Еще один! А вы, пилот?
– Я пилот компании «Пробужденные», – честно сказал Хайро. Это входило в официально прописанные функции безопасника. – Отвезу парня и вернусь.
– Пожалуйста, покажите запястья левых рук и посмотрите сюда… – Вне сомнений, полицейскому уже были известны наши личности, но протокол есть протокол. – Спасибо! Алекс Киран Шеппард, зависимый гражданин категории F, вы в списке. Добро пожаловать в «Сноусторм Лейкс»! – Короткая пауза и снова голос женщины-полицейского: – Хм… Мистер Моралес, к вам есть вопросы. Пожалуйста, освободите место пилота и пройдите к выходу.
Направляющий луч приземлил наш флаер на контрольную платформу. Там находились проверяющие службы, зоны дополнительного осмотра, а также платная парковка – далеко не все модели флаеров соответствовали высоким требованиям района высшего класса. Пассажиры и пилоты таковых вынуждены были оставлять свой транспорт и двигаться дальше на общественном.
Хайро вышел из кабины, но не закрыл за собой дверцу, а сунул голову внутрь:
– Вряд ли меня пропустят дальше, рылом не вышел, – он ухмыльнулся. – Лети сам, Алекс.
Глянув на часы, я ответил:
– Хорошо. Времени почти не осталось… Как вы доберетесь назад?
– Вилли тут недалеко. Он утром привез Малика, после чего залетел к общему армейскому другу в польском округе. Заберет меня. В общем… Удачи, Алекс!
Дверь закрылась. Я пересел на место пилота, пару секунд поборолся с искушением переключить флаер на ручное управление, но здравый смысл взял верх – район неизвестный, могу заплутать. Маршрут Хайро вбил еще в Кали, все, что мне оставалось, просто нажать кнопку «Продолжить путь».
Европа… Я бывал здесь на каникулах после шестого класса. Родители тогда отработали большой проект и скопили на приличный отпуск. Решили совместить приятное с полезным – взяли тур по Европе. Отдых получился смешанным – по несколько дней на пляжах Испании и Греции и экскурсии по историческим местам Италии, Франции и Англии. Мне тогда больше всего понравился вечер в восстановленном Колизее, куда мы пошли на бои Всемирной гладиаторской лиги. Роботы бились с роботами, неграждане с негражданами – до смерти. Помню, мама закрывала мне рукой глаза в самые страшные моменты. «Зачем они это делают?» – не понимал я. Теперь понимаю. Дрались за гражданство. Топовые гладиаторы выбивались в элиту общества.
Без особого любопытства я разглядывал «Сноусторм Лейкс» – район, занявший место в баварском округе на фоне высоких гор. В отличие от Дубая, здесь не было небоскребов, да и вообще сложно было назвать городом то, что раскинулось под нами. Огромная территория нетронутой природы с пламенеющими на сочной зелени каплями – так с высоты виделись озера, отражавшие закат. Среди деревьев прятались роскошные виллы, дома и целые замки.
В одном из таких размещался отель Ruhm und Ehre, выбранный «Сноустормом» для проведения Демонических игр в этом году. Я видел голографии интерьеров – от замка остались только внешние стены, внутри же все переделали по-современному.
Ruhm und Ehre был не единственным отелем «Сноусторма». Корпорации принадлежали десятки гостиниц по всему миру, поэтому разработчики Диса еще ни разу не повторились с местом, где проходили Демонические игры.
Отель-замок я увидел издалека. Сложно было такое не заметить, уж очень он выделялся на фоне местной девственной природы, хотя и не контрастировал с ней. Казалось, древняя десятиэтажная громада стояла тут нетронутой со времен средневековья. Кирпичную замковую стену украшала каменная арка, по углам высились башни из дикого камня, а за ними был сам замок, увенчанный разными по форме и размеру башенками и башнями, протыкающими шпилями серые тучи. Старинная каменная кладка была, а может, только казалась, поросшей мхом, изрытой и изъеденной дождями, непогодой и палящим солнцем. А где-то там, далеко внизу, каменный монолит подножья замка обнимали лохматые зеленые ели…
Спустя пару минут флаер замедлил движение и мягко приземлился на парковке перед замком, изящно вписанной в ландшафт, даже сверху ее можно было разглядеть с большим трудом, она пряталась за высокими соснами и елями. Зато отсюда хорошо просматривалось горное ущелье и подвесной мост.
– Достигнута точка назначения: отель Ruhm und Ehre, округ «Сноусторм Лейкс», – уведомил бортовой ИскИн. – Температура среды…
Какая здесь погода, я дослушивать не стал, сломя голову выскочил, задев беллбоя – настоящего, не робота, – и побежал по ведущей вверх дорожке к воротам, у которых терлась толпа репортеров и вились стайки дронов-операторов.
«Шеппард, подтверждаю», – раздался командный голос из комма кого-то из секьюрити. Служба охраны отеля взяла меня в коробочку, оттесняя ломанувшихся навстречу журналистов, стримеров и блогеров. Не обращая внимания на вал вопросов и протянутые микрофоны, я прошел через ворота во внутренний двор. Репортеры здесь не толпились, зато обнаружилось целое оцепление полицейских дроидов.
Передо мной вырос грузный представительный мужчина:
– Мистер Шеппард? Добро пожаловать на Игры. Прежде чем вы войдете, уточню. Вас предупредили, что на все время мероприятия участникам запрещены любые коммуникации с внешним миром, за исключением аккредитованных журналистов?
– Да. При мне нет никаких устройств связи. – Комм я оставил на базе.
– Хорошо. Поднимите руки и пройдите через арку.
Я так и сделал и, судя по отсутствию тревожного сигнала, проверку прошел.
– Спасибо, мистер Шеппард! – сказал охранник. – Удачи на Играх!
Поблагодарив, я вошел в замок и остановился, чтобы оглядеться. Народ забил холл отеля до отказа, стоял монотонный гул. Люди, устроившись у резных мраморных колонн, активно общались, держа стаканы с соком или бокалы вина. Между ними сновали официанты – как люди, так и роботы. Первые разносили напитки, вторые предлагали фуршетные блюда.
Я остановил взгляд на голографической надписи под потолком. Горящие буквы торжественно провозглашали: «Добро пожаловать на XIX Демонические игры!» Под приветствием двигалась стрелка, указывая вправо и вниз: «Регистрация призванных».
Направившись туда, я замечал на себе чужие взгляды и слышал, как равномерный гулкий гомон сменялся перешептываниями. Наконец, я пересек холл и достиг стола регистрации.
Там сидел писарь в средневековой одежде и будто бы дремал, склонив голову над книгой в кожаном переплете. Голо-маска придала ему образ эльфа. Брови-стрелки торчали в стороны, как кошачьи усы. Рядом с ним стояли три фигуристые девушки в кожаных доспехах лесных следопытов.
– Добрый вечер! – поприветствовала платиновая блондинка. – Чем могу помочь?
Над ее головой плавала голо-надпись: «Иримэ, эльф, помощник 1 000-го уровня». Писарь же обозначался как «Рейвенкроу, королевский летописец».
– Я Алекс Шеппард. Скиф. Прибыл по зову короля Эйниона на Демонические игры.
Склонившись над летописцем, она перевела на эльфийский:
– Хо на Скиф…
Только тогда Рейвенкроу поднял голову, изучил меня взглядом и открыл книгу. Полистал, поводил пальцем по строчкам и остановился на моем имени. Дальнейший диалог с ним я вел при посредничестве переводившей Иримэ.
– Призванный Скиф, что заставило тебя откликнуться на призыв? – спросил Рейвенкроу.
– Путь справедливости привел меня сюда, – Фраза была упомянута в письме, полученном от «Сноусторма». – Желаю стать демоноборцем, чтобы в Судный день встать на защиту Дисгардиума.
Я затылком чувствовал, как позади столпились люди. Спину жгло неодобрением и даже ненавистью. Кто-то издал смешок и прокомментировал:
– Сказал чувак, убивший тысячи невинных! На защиту, конечно…
– Да он безмозглый халявщик! – поддакнул скрипучий старушечий голос.
– Не достоин! – завизжала какая-то девушка. – Вали назад в свою дыру, Шеппард!
– Требуем отстранить его от участия! – раздалось отовсюду.
– Возвращайся назад, парень! – гаркнул суровый мужской голос. – Тебе ничего не светит!
– Эй, читер! – это мне проорали прямо в ухо. Повернув голову, я увидел суровое лицо седовласого мужчины в смокинге с «бабочкой». – Помнишь Кинему? Ты мне ответишь!
Я ждал чего-то подобного, но все равно оторопел. Столько концентрированной ненависти за несколько секунд! С усилием распрямил ссутулившиеся плечи, спину, поднял голову и обернулся, оглядев разнородную толпу. Молодые и не очень, все выглядели прекрасно. Здоровые, подтянутые, ухоженные. Каждый добился огромных успехов в Дисе своим трудолюбием и терпением. И я, противопоставивший себя всему тому, на чем держалось их самомнение. Просто школьник из обычной семьи, оказавшийся в нужное время в нужном месте и ставший топовой «угрозой».
За головами других мелькнули кудри Малика и… Тисса? И она здесь! На душе стало чуть теплее. Я начал их высматривать, но передо мной снова всплыло лицо мужика:
– Эй, парень! В глаза смотри, когда с тобой разговаривают! – «Смокинг», обернувшись к толпе, закричал: – Да плевал он на нас! Выкинуть его отсюда – и все дела! Жаль, не могу его и пальцем тронуть!
Ни охрана, ни сотрудники «Сноусторма» не обращали на происходящее внимания. Я вытер лицо и, не сводя глаз с распалившегося мужика, поправил ему съехавшую «бабочку»:
– Это вы только здесь такой смелый. Какой у вас ник в Дисе?
«Смокинг» поперхнулся на полуслове. А я отвернулся и больше не оборачивался, несмотря на поднявшуюся волну возмущения. Представил, что словесный урон просто прокачивает мою психологическую Устойчивость. Слова не ранят тело, а душу им не задеть.
Писарь, молча наблюдавший за сварой, пялился на меня затуманившимся взором, его глаза словно покрылись белесой пленкой. Похоже, изучал данные прямо с сетчатки – какая-то новая технология, пока не поступившая на массовый рынок.
– Призванный Скиф, – подал голос Рейвенкроу. – Ты прибыл вовремя. Твое участие подтверждено! Добро пожаловать на Демонические игры!
Взбешенный гул толпы заглушил его следующие слова. Народ разбился на группы и разошелся по холлу, разочарованно гудя.
Три «эльфийки», ослепительно улыбаясь, вручили мне рюкзак с символикой Диса, набитый сувенирами, платиновый жетон на пополнение баланса на сумму десять тысяч фениксов (на подарки родным после окончания Игр, как сказала одна из девушек) и несколько книг и буклетов: «Полная энциклопедия Дисгардиума», «Демонические игры: самый полный свод правил» и еще много всякой макулатуры, включая карту отеля. Также выдали специальный комм – без выхода за пределы отеля, но с доступом к «Дисгардиум Дейли» и кучей предустановленных приложений для общения участников между собой.
Я покрутил головой, выискивая Малика и Тиссу, но так и не нашел их. Зато среди недобрых взглядов заметил один заинтересованный – высокий худощавый парень с улыбкой на все лицо подмигнул и помахал мне. Я кивнул, и он приблизился. Его разноцветные патлы торчали во все стороны. На вид ему было лет двадцать, но вполне могло оказаться и сорок – если он из высокой категории граждан, мог «заморозить» внешность.
– Лоран, – представился он, протягивая руку. – Это честь для меня, мистер Шеппард.
– Просто Алекс, – поправил я.
– Ага, – еще шире улыбнулся он. – Или Скиф. Отойдем? А то все пялятся. И стопудово подслушивают!
Мы отошли в сторонку, Лоран подхватил с подноса официанта пару бокалов, протянул один мне. Я пригубил и поморщился – сухое белое вино. Такое любит мама.
– Ты держался молодцом, Алекс! – воскликнул Лоран так громко, что многие обернулись. – Не слышал, что ты сказал тому мужику, но подумал, что его удар хватит! Ты в курсе, кто это был?
– Без понятия.
– Это Кетцаль, слышал о таком? Нет? Капец, ты из какой дыры? А, прости! – Он снова обезоруживающе улыбнулся. – Ну, вообще-то, да, ты не обязан знать их в лицо и в реале. Кетцаль из «Эксов», топовый гладиатор Арены. Начинал с самых низов, поэтому, наверное, его немного задело, когда ты мимоходом грохнул и его, и его приятелей под Кинемой. Говорят, они потеряли топовый PvP-эквип, на который копили Знаки доблести несколько лет…
Из динамиков под потолком раздался голос:
– Мистер Шеппард, подойдите к стойке регистрации, пожалуйста. Мистер…
Лоран пожал плечами:
– «Сноусторм» по твою душу. Ладно, приятно было познакомиться с легендой! На Играх предлагаю союз, как смотришь?
– Нормально.
– О’кей, я тебя найду. Я там оборотень, ник Мессия.
Пожав его холеную руку, я пошел к столу регистрации, заодно высматривая друзей. Когда приблизился, «эльфийки» взяли меня под руки и провели сквозь фоновую голограмму лесной опушки позади стола, где сидел летописец Рейвенкроу. Там стояла лысая дама лет тридцати с выбритыми бровями и густым готическим макияжем. На мгновение мне показалось, что я смотрю в лицо легату Чумного мора.
– Спасибо, девочки, дальше он мой! – певуче произнесла она и протянула руку: – Привет, Алекс. Я твой личный ассистент. Кэрри.
Глава 2. Удар в спину
– Мисс… – обратился я к ней, пытаясь разглядеть, есть ли у нее обручальное кольцо. Кольцо было, и не одно! На каждом пальце по два.
– Очень приятно! – Она, гремя цепями, свешивавшимися с ее странного черного балахона с кучей прорех, подхватила меня под локоть и весело сказала: – Просто Кэрри, Алекс. Как уже говорила, я твой помощник. Идем скорее, надо успеть записать твое видеообращение и провести сканирование!
Говоря это, Кэрри повела меня к серебристой двери за колонной в углу холла.
– Так будет быстрее, – сказала Кэрри. – Народ что-то чрезмерно возбудился при твоем появлении. Они подписали петицию, чтобы тебя отстранить. Знаешь?
– Нет, откуда? Я едва успел пройти через ордалию…
– Ах… Ордалия, да, конечно. Поэтому Рейвенкроу замешкался. Менеджмент был не уверен…
– В чем?
За дверью тянулся служебный коридор. Кэрри ускорила шаг, не отвечая. Добравшись до лифта, она нажала кнопку. Широкий сканирующий луч прошелся по ее лицу, и створки распахнулись. Внутри Кэрри надавила на кнопку «ДИ – Тренировочные поля» на панели управления и только тогда ответила:
– Видишь ли… В список участников тебя внесли, но никто не рассчитывал, что ты успеешь. Поэтому и к петиции не отнеслись серьезно: зачем создавать прецедент, если все должно быть в рамках игрового процесса? Тебе даже не назначили ассистента…