Отмороженный-3. По пути мечты
- -
- 100%
- +
«Я вам покажу, кто тут настоящий хозяин», – подумал он и погрузился в сон.
Профессор хорошо выспался и проснулся от грубого толчка в бок. Он потянулся, открыл глаза и с немым удивлением в глазах посмотрел на грубияна. Им оказался молодой метис, красавчик в военной форме космофлотцев. Грубый ответ, готовый сорваться с его губ, застрял у профессора в горле. Неожиданно видение изменилось, и Эльвин, словно оказавшись под потолком, увидел двух людей. Они находились в замкнутом пространстве небольшого помещения.
Красавчик, развратно раздвинув ноги, сидел в гинекологическом кресле, а напротив него расположилась миловидная полноватая блондинка с короткой стрижкой и широкими бедрами, покрывающими все кресло, на котором она сидела, и она смазывала кремом гениталии красавчику. При этом делала это с эротической нежностью. От ласк мужчина явно возбудился и, постанывая, закрыл глаза. Его чресла воспрянули и навели профессора на посторонние мысли, что такое огромное безобразие не должно быть у нормального мужчины. Он почувствовал укол мужской ревности и неожиданно ощутил себя сидящим в кресле напротив мужчины. И это он ласкал его гениталии, а тот просил – еще и еще.
Профессор почувствовал нарастающее возбуждение. Между ног стало мокро, соски большой груди набухли и уперлись в ткань комбинезона.
Он автоматически продолжил манипуляции с хозяйством мужчины и вдруг только теперь с ужасом осознал, что делает. Он вскрикнул. Вскочил и брезгливо затряс руками. Заметался по помещению в поисках выхода. На руках у него были перчатки, а на них… На них семя красавчика.
Профессор взвыл, тряхнул руками, семя упало ему на ноги.
Он взвыл громче и ринулся к двери. Но тут вновь очутился висящим под потолком. Женщина, носившаяся по помещению, остановилась, повернулась к мужчине лицом и, взволновано дыша, проговорила:
– Ибрагим, что с вами? Вы… Вы возбудились…
При этом ее речь напоминала рычание самки льва при спаривании.
Мужчина открыл глаза и посмотрел на женщину в военном комбинезоне со знаками различия военврача.
Он ошарашенно посмотрел на нее, потом на свои гениталии и закричал:
– Военврач! Вы что себе позволяете!.. – Но сразу же после этого успокоился и улыбнулся. А профессор очутился в теле женщины и, недоуменно моргая, с нарастающим ужасом смотрел на мужчину.
– Почеши еще, – прошептал одними губами мужчина, и профессор стал отступать. Взгляд чернокожего офицера ему не понравился. Он дернулся убежать, и его снова выкинуло из тела.
– Тебе было приятно? – почти хрипя от накатившего возбуждения, проговорила женщина и облизнула пересохшие губы.
– Как ни странно, но да. Приятно, – отозвался мужчина. – Хотела бы попробовать еще раз.
При этом профессор краем сознания уловил, что мужчина отозвался как женщина. Она хотела бы…
Женщина расстегнула молнию на комбинезоне и открыла грудь, не прикрытую лифом. Подошла к мужчине и смелее ухватила его за вмиг вставшее естество.
Профессор моргнул и увидел, что это снова он гладит чужие половы органы. Он не выдержал такой нагрузки на психику и потерял сознание. Кулем свалился с кресла, открыв напоказ шикарную белую грудь.
– Ну вот, все испортил, – раздраженно проговорил мужчина-метис, – а как все хорошо начиналось. Сюр, он потерял сознание, возвращаемся, – произнес офицер и, протянув руку, почесал чресла. – Все же это противно – видеть у себя такое, – проговорил он. Встал, натянул штаны и ногой ударил женщину, лежащую на полу. – Эй, профессор, приходи в себя. Хватит лежать…
Сюр лег в капсулу, но первым делом просмотрев подключенные к капсуле системы, увидел блок информации по профессору.
«Надо же, – подумал он. – Так наш Никто с планеты в созвездии Льва. Имя-то какое звонкое, аристократическое – Эльвин Лимшиц».
В прошлом, как ясно было из краткой справки, ведущий специалист института теоретических разработок в области искусственного интеллекта. Институт входил в состав учреждений корпорации «Ирбис Прайм». В момент захвата корпорации подразделениями ВКС и жандармерии находился на отдыхе у себя дома. Оттуда был интернирован на станцию «Вояджер». Отказался пройти курс коррекции личности. Был лишен имущества, ученых званий и выслан за пределы родной республики.
«Ну дальше неинтересно», – решил Сюр. Бродил по космосу, перебивался небольшими заработками и попал сюда. А вот где он был до того, как «Ирбис» прекратила существовать, это было Сюру интересно. Он подал зарос по нейросети, и ответ пришел сразу. У Сюра даже перехватило дыхание. Институт, в котором работал профессор Никто, располагался при заводе в промышленно-добывающем районе, откуда они вывезли много трофеев. И программы для искинов систем обороны, и сами искины разрабатывались институтом, в котором профессор был ведущим специалистом. Причем сферы его деятельности распространялись не только в области теоретических разработок, он был еще и изобретателем. Вторая его профессия скорее была хобби, которому он уделял все свободное время.
«Кажется, я вытащил джекпот, – подумал Сюр. – Но как уговорить старого козла сотрудничать?» Это была сложная задача. «Корректировать личность нельзя, потеряем его гениальность. Но что тогда делать? Никто – неуправляемый, как вулкан». Сюр ломал голову, но даже представить себе не мог, что делать с упертым стариком. Его не купишь, его не напугаешь. Профессор был закаленным бойцом-выживальщиком, и его трудностями не сломить. Тут нужен другой подход… «И это может сделать Горв, – забрезжила разумная мысль в голове у Сюра. – Тоже уникум в своем роде. Как говорила бабушка, свалившая в Израиль, ничего случайного в жизни не происходит. Каждый получает, что заслужил. Значит, – решил Сюр, – мне выпала козырная карта, и ее надо правильно разыграть. Но сначала попробуем сбить с профессора немного спеси, а то ишь гордец, назвал меня бесталантливым паразитом. Я креативный, а это много значит. Я генератор идей…» Не додумав, Сюр погрузился в сон.
Снова корвет и поход, как в прошлый раз. Он был в теле и комбинезоне капитана Оверграйта. Неожиданно с грустью подумал об Офелии. Чужие чувства неприязни прошли холодком по нервам. Это память капитана исторгала отвращение к своей жене.
На связь вышла Руди.
– Я в медблоке сижу, раздвинув ноги, смотрю на профессора, он в женском теле и его колотит. Сейчас начнет бегать по медблоку. Помню себя, когда первый раз оказалась в чужом теле. Во… побежал…
Сюр не обращал на ее треп внимания. Он сидел в своей каюте. Вернее, в каюте Оверграйта, и подперев подбородок руками, смотрел на фото женщины и двух девочек. Все же капитан придерживался приличий и как примерный семьянин держал у себя фото жены и детей.
«Вот интересно, – подумал Сюр, – как капитан жил без ласки женщин? Всю жизнь строил карьеру, а погиб как обычный человек. Не помогло ему тактическое умение и мастерство. Вот так корячился десять лет. Лез наверх. Женился без любви и влечения, и не добрался до мечты. Видно, у него судьба такая».
Женщина с фотографии улыбнулась.
– Привет, – сказала она, и Сюр, ничему не удивляясь, ответил:
– Привет, Офелия.
– Я не Офелия. Я Люба. Просто использую ее память. Она тебя зацепила? Да, Сюр?
– Да, Люба. Что-то в этой женщине есть такое, что меня к ней притягивает…
– Я изучу этот вопрос и дам тебе ответ. А пока включайся в программу. Скоро бой. Руди сидит с опущенными штанами. Профессор лежит на полу с голыми сиськами четвертого размера, и как повернутся события, неизвестно. Мы уже меняем прошлое, и мне немного страшно.
– Как меняем? – удивился Сюр.
– А вот так. Искин медблока дал прогноз на бой. Капитан Оверграйт уйдет с позиции охранения. И причиной этого, по всей видимости, станешь ты.
– Ну, я думаю, как бы мы ни пытались изменить прошлое, оживить тех, кто умер, невозможно.
– Невозможно. Но возможно родить новую реальность, в которой они будут жить. А это опасно для тебя. Ты можешь потеряться между явью и виртуальной моделью. Твое сознание воспринимает виртуальную среду как обычное пространство, и ты можешь навсегда остаться в выжившем и блуждающем корвете. Будешь гибнуть и воскресать, менять прошлое до бесконечности. Руди все больше нравится быть мужчиной. Тебе – быть с Офелией. Твое слияние с прошлым других людей достигло пятидесяти шести процентов. Дальше двигаться опасно. Никто не знает, как будет реагировать сознание. И может быть, тебя поглотят умершие. Там они сильнее. Их память обладает подавляющим алгоритмом. Ты привносишь в тех, облик кого принимаешь, новую память и новые мысли. Они, Сюр, тоже меняются, и мне становится страшно.
– От чего?
– От того, что ты уйдешь к Офелии.
– Это возможно?
– Возможно…
– Нет, этого я не хочу, Люба. Выводи нас из слияния. Потом доиграем.
– Сюр. Береги себя и свое сознание.
– Я постараюсь, Люба. Выводи нас из слияния. Потом доиграем. Отключай нас.
– Уже вывожу.
Глава 3
Сорок пять световых лет от Солнечной системы. Созвездие Цефей.
Независимая торговая станция «Мистфайр».
Тридцать четвертый сектор
Крышка капсулы с легким шипением открылась. Никто увидел светло-серый потолок медблока. Он с облегчением улыбнулся. Это был лишь сон. Страшно-чудовищный по своей реальности сон.
«Надо же, как эта девка меня приложила… Наверное, сотрясение получил», – подумал Никто.
Над ним наклонилась чернокожая девушка.
«Я что, в плену андромедцев? – подумал профессор. – Меня снова продали? Как же так. Все надежды… – Но тут рядом с головой чернокожей блондинки появилась голова молодого парня с черными глазами и ехидной улыбкой. – Я его знаю, это сектант, – более спокойно подумал профессор. Нет, меня еще не продали. Надо поостеречься. Вон как ухмыляется мальчишка. Он, кажется, лидер секты почитателей андроидов. Вот же угодил…»
– Как себя чувствуете, господин Эльвин Лимшиц? – спросила чернокожая девушка-андроид.
Профессор от удивления вздрогнул, не выдержал и с испугом спросил:
– Как? Откуда?.. – Он давно забыл свое имя. Помнил сотни других, но это, данное ему с рождения, не знал никто.
– Откуда мы знаем, как вас зовут? – улыбнулась андроид. – Это наши технологии. Мы можем с помощью…
– Люба, помолчи, – остановил ее лидер секты. – Профессор, раньше вы были Лимшицем. Теперь вы Никто и звать вас Никак. Вставайте. У меня к вам есть разговор. И подумайте, прежде чем начнете по своей привычке хамить. Я уже понял, что вы таким образом выражаете свое презрение к людям. Правда, я не понял, на чем основана ваша презрительность к человечеству. Так что вставайте…
– Я не могу… Сюр, кажется. Тут девушка, а я голый, а она смотрит…
– Вот ваша одежда, – в капсулу упала кипа одежды.
Никто ею прикрылся, рассмотрел и спросил:
– А где моя?
– В утилизаторе, профессор. Одевайтесь, я вас жду, – парень отошел вместе с девушкой. Они остановились у другой капсулы и стали негромко переговариваться. Прислушавшись, Никто уловил некий смысл разговора.
– Ты думаешь, – спросила андроид, – что Горв может справиться с проблемой старика?
– Я, по крайней мере, надеюсь. А там посмотрим. Сходи к Гумару, посмотри, что там с Евой. Не хотелось бы закрывать программу самообучения.
Раздалось шипение сбоку. Никто посмотрел в ту сторону. Открывалась еще одна крышка капсулы, и оттуда выглянула девушка, что совокуплялась на посту, потом избила его и теперь, сверкая голой маленькой грудью, ехидно смотрела на него.
Профессор отвернулся и стал поспешно одеваться.
«Извращенцы, – подумал он, – вообще в своей секте всякий стыд потеряли. Ходят голыми. Хотя не ходят, – поправил он себя. – Сидят».
– Как дела, военврач Линда? – засмеялась девушка и ловко выпрыгнула из капсулы. Никто замер, наклонившись к штанам, и медленно разогнулся.
– Как вы меня обозвали? – спросил он. Повернулся и тут же резко отвернулся. Девушка была совсем обнаженной и не стеснялась своей наготы.
– Я спросила, как дела ваши?
– Нет, вы назвали меня военврачом Линдой…
– Да, а кто еще трогал причиндалы мужчины?
– Так это был не сон… – прикусил губу Никто.
– Нет, профессор, это было ваше наказание за наглость и за то, что вы подглядывали за мной.
– Я не подглядывал… Вы не скрывались…
– Не важно. Вы пытались стянуть с меня трусы, извращенец.
– Так вы ввели меня в сон, создали виртуальную реальность и наблюдали за мной? Но это гадко, что за фантазии у вас? Брр-р… Как вспомню… Это вы извращенцы.
– Вы догадливы, – Руди стала быстро облачаться. – Но все было не совсем так. Посмотрите свои базы.
Профессор открыл интерфейс нейросети и удивленно застыл.
– База младшего специалиста медика, да еще наполовину практически отработанная, – произнес он и, не сумев скрыть удивление, спросил: – Но как?
– Это секрет, профессор. Так что не задирайте нос своей ученостью, мы тоже кое-что можем.
Девушка оделась и оставила профессора в глубоких раздумьях. Его размышления остановил окрик парня:
– Профессор, вы скоро?
– Да, молодой человек, я скоро. Тут выяснились некоторые подробности странного, ужасного по своей сути сна, и я размышляю над ними.
– Я вам проясню некоторые частности вашего сна. Подходите сюда, к столу. Тут у нас выпивка и закуска. Люба приготовила.
Парень сидел за одним из свободных столов на диванчике в уютном уголке с цветами на стенах и разливал янтарный напиток в бокалы с толстым дном.
Никто оделся и сел напротив, на такой же диванчик. Примостился с краю и, сложив руки на коленях, посмотрел на бутылку и стакан.
– Вы предлагаете мне выпить? – спросил он.
– А вы из общества трезвенников? – спросил в ответ парень.
– Нет. А что это за общество? Еще одна секта?
– Не знаю, профессор, но думаю, там те, кто не пьет и не радуется жизни.
– Я пью только хорошие напитки…
– Думаю, этот вам понравится, – улыбнулся парень. – Берите и попробуйте.
Никто осторожно взял в руки бокал и, поднеся к носу, понюхал.
– Пахнет недурственно. В бочке хранился? Откуда у вас такие напитки, господин Сюр?
– Сам делаю и продаю. За ваше здоровье, профессор, – поднял свой бокал Сюр и выпил половину налитой порции. – Как же хорошо, – произнес он и сунул в рот ломтик желтого плода. – Закусите лимоном, профессор, рекомендую, – и указал на тарелочку с нарезкой из неизвестного плода.
Профессор выпил и заценил:
– Да, хорошо, – согласился он. – Вы меня угощали чем-то подобным.
– Ага, а вы в качестве благодарности обозвали меня посредственностью.
– А кто вы? – невозмутимо спросил профессор.
– Я креативщик. Генератор идей и глава коммуны, в распоряжении которой находится целый сектор станции. Так что зря вы пренебрежительно отзываетесь о моих умственных способностях. Может быть, я мало соображаю в искинах и технике, зато я умею зарабатывать кредиты и делать людей счастливыми.
– Счастливыми?.. Это как?
– Я помогаю людям осуществить мечту. У вас есть мечта, профессор?
– Есть, – осторожно ответил Никто и с сомнением посмотрел на парня.
– Я даже знаю какая, – усмехнулся тот и стал серьезным. – Вы хотите уничтожить мир, который вас предал и обрек на нищету…
Профессор поперхнулся долькой лимона, которую машинально сунул в рот.
– Как вы сказали? – откашлявшись, спросил он.
– Что, угадал? – снова серьезно посмотрел на старика парень. – Не думал, что с первого раза попаду в цель. Но в этом, профессор, я вам помогать не буду. Я человеколюб, понимаете ли. Но вот дать вам возможность снова плодотворно работать смогу. Вы же работали в институте при заводе, где делали искины. Вот туда мы скоро и направимся.
– Не получится, – посмотрев на раздухарившегося парня долгим ироничным взглядом, с плохо скрываемым презрением отозвался Никто.
– Зря вы так, профессор. Неверие это грех. Я там уже был и взял под контроль одну из артиллерийских платформ. Ваши коды нам удалось расшифровать, а с вами мы откроем остальные. Захватим завод и начнем работать…
– Вы это серьезно?
– Конечно. Люба оттуда.
– Вы знаете, что там осталось больше десяти тысяч сотрудников и охрана?
– Знаю. Мы уже имели с ними боевой контакт и прогнали. Я хочу захватить этот район и сделать его своим. И вы мне в этом поможете. А я восстановлю ваше доброе научное имя и верну вам вашу собственность на планете в созвездии Льва.
– Вы много про меня узнали, юноша, – нахмурился профессор, – у вас есть связи в МАБ?
– Не знаю, что это такое. У меня есть возможности знать много и без МАБа.
– А на кого вы работаете? – Профессор прищурился и опустил взгляд.
– На себя и коммуну. Еще недавно мы были рабами у андромедцев и смогли бежать от них. Потом отразили набег их рейдера на станцию. Вы слышали про это?
– Да, что-то такое слышал, какой-то сумасшедший владелец ОДК вступил в схватку… Стойте, так это были вы? – Профессор удивленно посмотрел на Сюра.
– Я, профессор. А что такое МАБ?
– Международное агентство безопасности. Следят за процессами в мире и не дают ему развалиться… э-э-э, скажем так, от периодически возникающих деструктивных процессов. Это МАБ объявило «Ирбис Прайм» угрозой человечеству.
– Скажите, профессор, вы хотите жить по-человечески?
– А это как – жить по-человечески?
Профессор повертел в руках пустой бокал. Он избегал смотреть в глаза парню. Боялся выдать насмешку, что пряталась в его взгляде. Сюр налил себе и подвинул бутылку собеседнику. Профессор без жеманства взял бутылку и плеснул янтарно-коричневой жидкости на дно бокала.
– По-человечески – это чтобы тебя уважали, ты бы хорошо зарабатывал и был защищен обществом, в котором живешь и трудишься.
– Я это все имел, но пришло время, и общество, которое меня защищало и давало работу, стало врагом человечеству, как и я.
– Мы не претендуем на мировое господство, – ответил Сюр и сделал глоток. Мы лишь хотим занять свое место в этом мире.
– К сожалению, молодой человек, все хорошие места уже заняты. И остальные, кто опоздал, находятся на задворках мира.
– Это как посмотреть, профессор. Есть возможности, которые не видит большинство, а мы их видим.
– Вы видите то, что не могли увидеть другие? Не смешите…
– Да, вижу и знаю, как получить то, что я хочу получить, зря насмехаетесь.
– Вы сумасшедший?
– Иногда мне так говорят в глаза и часто за глаза, – усмехнулся Сюр. – Я уже привык. Но несмотря на насмешки и недоверие, я иду к своей цели, и те, кто меня считал сначала сумасшедшим, называют уже по-другому.
– И как вас называют?
– Гением.
– Хм… гением… Вы амбициозны, юноша, и мало видели в жизни… Еще вы необразованны…
– Скажу даже больше, – перебил его Сюр. – Я ничего в этом мире не видел. Я родился на планете Земля. Может, слышали, что есть система, где планета пригодна для заселения, но там жить нельзя – смертельный вирус убивает всех людей?
– Слышал, только не понимаю, как вам удалось оттуда вырваться? Привезли пираты?
– Триста лет назад я провалился под лед на Южном полюсе и погиб. Но однажды меня вырезали с глыбой льда добытчики льда станции «Чилис». Там меня разморозили, подсадили онокамруз и оживили. Так что я действительно мало что знаю о вашем мире, но это не помешало мне стать лидером коммуны и разбогатеть. А чего добились вы после того, как вас выкинули на обочину жизни? Вы приобрели одну лишь ненависть к людям и желание отомстить. Как выражаетесь вы, ваше желание деструктивно.
Можно уверенно сказать – у меня старт был гораздо хуже, чем у вас. Сначала бесправный подопытный пациент, потом раб у андромедцев. Так что не надо насмехаться над моей необразованностью, профессор. Мои университеты – это сама жизнь. Я учусь у нее, а вы не учитесь, не способны. В этом и есть разница. И знаете, почему вы не способны воспринимать новые идеи? А я вам скажу. Вы узколобый ученый. Все, что не входит в объем изученных вами баз, вы понять и принять не можете. Поэтому таким гениям, как вы и Гумар, нужен такой тип, как я, кто поможет вам правильно реализовать ваши знания и умения.
Профессор, не ожидавший такого напора от молодого человека, растерянно заморгал глазами. Поставил на стол свой бокал.
– Это уже интересно, – проговорил он. – Вы размороженный пришелец с онокамрузом и все еще живы? Но отклонения уже видны. Вам осталось несколько месяцев до преображения в чудовище. Не понимаю только, зачем нужно было вам подсаживать этого паразита.
– Я уже преобразился, профессор. И я, и Гумар. В него тоже подсадили онокамруз. И сделал это его родной отец. – Сюр забавлялся видом пораженного старика. Наконец-то он смог сбить с него замок закрытости и недоверия.
– Но для чего?! – воскликнул Никто. – Это чудовищно. Это страшнее того, что сделали со мной…
– Отец Гумара сумел найти способ победить онокамруза. Гумар был заражен и лежал в криокамере. Опыт по излечению от паразита провели на мне, и он оказался удачным. Потом измененного паразита подсадили Гумару, и он вылечился.
– Так у вас есть технология лечения онокамруза?.. Вернее, у отца Гумара?
– Отца Гумара убили андромедцы, а все материалы находятся у моей невесты, профессор. Вы многого не понимаете и поэтому отвергаете. Просто попробуйте пожить с нами, профессор. Присмотритесь и не хамите. Мы люди простые, бьем сразу в морду лица.
– А у меня есть варианты? – спросил Никто.
– А вам у нас не нравится? – в ответ спросил Сюр.
– У вас странная манера ведения разговора, молодой человек. Вы на вопрос отвечаете вопросом, подталкивая меня к ответу, и вариантов для ответа немного. Пока я не понял, хорошо у вас или плохо.
– А что для вас является хорошим, профессор?
– Ну хотя бы, для начала, проявление уважения…
– Его нужно заслужить.
– А чем я могу заслужить уважение?
– Своим отношением к коммуне и полезной работой.
– А чем, собственно, я могу у вас заниматься?
– Научными изысканиями и изобретательством, профессор. Работайте вместе с Гумаром. Определите себе объем работы…
– Да я даже не знаю, с чего начать…
– Я подскажу. У нас есть боевые скафандры. Вы можете установить на них защитное поле. Разработать для андроидов атакующий блок, как у этой палочки, – Сюр кивнул на стержень, лежащий с ним рядом.
– Ну это я могу, конечно, но это так, игрушки, – согласился Никто. – Моя область – искины.
– Вот и хорошо. Мы сейчас отрабатываем модель поведения андроидов, чтобы они более походили на человека. Вы можете вместе с Гумаром заняться решением этой задачи.
– А для чего вам андроиды? – наливая в бокал коньяк, спросил профессор. – Для утех?
– И для этого тоже. Конечно, кто захочет воспользоваться, – улыбнулся Сюр. – Я не вижу в этом ничего предосудительного. Проститутки берут слишком много денег за свои услуги, и отдача от вложения в них денег так себе. И я сдаю андроидов в аренду. Вот недавно сдал одну девицу за десять тысяч космо в месяц. Она и телохранитель, и утешительница в постели. Таких желающих, кто хочет арендовать красивую спутницу с широким спектром услуг, много.
– За десять тысяч?! – воскликнул Никто. – Он сумасшедший?
– Нет, он из Вольных баронств, преуспевающий предприниматель, а женщины отказываются с ним спать…
Профессор отхлебнул из бокала и согласно покивал головой.
– Я их понимаю…
– Вот вы, профессор, видели возможности сдачи андроида в аренду?
– Я? Нет. Зачем мне это?
– Для обеспечения жизни. Сдаете в аренду андроида и живете на доходы, полученные от него.
– Да у меня и андроида нет…
– А если будет?
– Если будет, то я буду с ней сожительствовать. Я и раньше это проделывал… И не стесняюсь этого. Вот, к примеру, Люба мне подойдет.
– Ага. Утритесь. Люба моя девушка.
– Жаль, ну можно и другую.
– Так вы, профессор, согласны поработать в коммуне и стать ее членом?
– В каком смысле членом? – поднял глаза на землянина Никто.
– В прямом, – отозвался Сюр и, увидев по лицу профессора, о чем он подумал, рассмеялся. – Не в том смысле, как вы подумали, профессор. Станьте полноправным членом коммуны, чтобы получать долю от прибыли и трудиться на благо коммуны.
– Ах в этом смысле, – облегченно проговорил старик. – Я могу попробовать пожить с вами, но вам это может не понравиться.
– Если нам это не понравится, профессор, вы будете часто в женском облике щупать чужие гениталии, а они, простите за грубость, щупать ваши. Это хорошо прочищает мозги.
– Ах вы про сон? – скривился Никто. – Тоже знаете, да?
– Это не сон. Мы вас поместили в память умершего человека. Она погибла при штурме района, где вы работали. Память Линды стала частью вашей памяти, и эта женщина будет к вам приходить.
– Вы шутите?
– Нет, профессор, я нашел способ получения новых баз с одновременным получением практического опыта. За счет слияния двух сознаний.