Ветер перемен

Предисловие

Герой в своем противостоянии с могущественным хранителем Роком попадает в крутую круговерть событий. Он не строит планы победить, он старается ломать планы Рока, «откусывая» от них мелкие событийные линии хлесткими ударами, но во многих местах сразу. В итоге линия событий начинает смещаться в сторону от того, что спланировал Рок, и туда, куда не мог предположить наш герой.

Он не знает об этом, потому что не обращает внимания на мелочи, а видение будущего ему недоступно.

Герой не строит далеко идущие планы, потому что опасается, что они станут частью планов поднаторевшего в интригах Рока и его сестры Беоты.

Своими действиями он в итоге частично ломает стройный план Рока по захвату власти на Сивилле. И хотя внешне все происходит как задумал Рок, события на планете Сивилла устремляются в неизвестном для всех направлении.

Молодые орки – волчата из оседлых племен, пришедшие с набегом на Вечный лес, меняют свою тактику и с помощью героя захватывают приграничный горд Лист Ордая, громят подошедшие резервы.

Волчата, ведомые Быр Карамом – советником и правой рукой Великого Хана орков, – разделяются на три колоны и устремляются вглубь леса по очищенным Героем от магических тварей территориям леса.

Князь Вечного леса, не ожидавший таких действий от орков, претворяет в жизнь свой план. Он направил на захват Снежных гор почти все свои регулярные войска, а защищают Вечный лес пограничники и ополчение. Один отряд орков неожиданно идет к городу, где собраны припасы для экспедиционного корпуса лесных эльфаров, другой к Священной роще, а третий – к северным торговым городам. Лесные эльфары не понимают, что происходит, и собирают ополчение.

В Снежном княжестве царит хаос и потеря управления территориями. Все как задумал Рок. Значительная часть глав Старших домов не хочет войны и желает договориться с Лесными эльфарами и их союзниками из Младших домов. Они хотели призвать принцессу Тору-илу и сделать ее ширмой для свои делишек. Но наш герой отказывается выдавать им принцессу, за что подвергается нападению гвардии княжеского дома, которой управляют предатели. Дело дошло до открытого столкновения и нарушения законов. Наш герой являлся по законам Снежного народа неприкосновенным. Нападение отбито, и заговорщики в надежде сохранить власть и жизнь сбежали из столицы в свои земли.

Столицу Снежного княжества защищать некому. Мобилизацию члены высшего совета не объявляют. Главы Старших домов погрязли в спорах и в желании договориться с «Братством». Братство вступает в союз с Вечным лесом, на условиях признания господства Леса над Снежными горами.

В этих условиях посол орков одноглазый Буртым за нападение на посольство объявляет Снежному княжеству войну и признает единственным законным правителем княжества принцессу Тору. Совет Старших домов оказывается нелегитимным. Часть глав Старших домов заключают тайный договор сотрудничества с Героем.

Наступление лесных эльфаров застопорилось на перевалах. Но на самом отдаленном восточном перевале они прорывают слабую оборону ополчения, не присоединившегося к мятежу Младших домов, и выходят на оперативный простор.

Беота, понимая, что сейчас решается судьба планеты, решает объединить свои усилия с нашим Героем и предлагает ему себя в жены на условиях старшего партнера, что не устраивает нашего Героя. Он рассказывает ей сочиненный на ходу план захвата и переустройства империи, и та, опасаясь последствий его действий, быстро возвращается к себе в западное полушарие.

Герой похищает с орбиты планеты спутник Ада и переносит его в другое место. Он не хочет в своей битве с Роком иметь помехи со стороны этой структуры. И хочет усилить свое влияние в секторе с помощью Спутника. Он не доверяет спецам из Ада.

Разобраться с пропажей спутника приказано находящемуся в секторе Штифтану Эрату, исполняющему обязанности главы управления Ада по Закрытому сектору. Но слабовольный специалист, кабинетный теоретик попадает в плен к диким демонам. Они уводят его, как приманку для мутантов, с собой вглубь Стеклянной пустыни. По приказу старины Вейса его охрана не вмешивается. Вейс хочет, чтобы Штифтан закалился в трудностях и лишениях и превратился из кабинетного «червя» в самостоятельного и сильного руководителя.

По пути Штифтан вынужден убить своих пленителей и вернуться к порталу, где его и застает новое задание – расследование дела с исчезновением спутника. В усиление ему придается агент Дух.

Наш Герой мечется по планете и в космосе. Он должен успеть побывать во многих местах. Договориться с ханом орков. Уговорить Тору следовать его плану. Не дать погибнуть студентам в Вечном лесу… Защитить королеву и разрушить магический потенциал Вечного леса. Но первым делом организует нападение на себя в Брисвиле.

Он решает с помощью Ведьмы, Ольги Бруз, слить информацию о Духе находящимся в Брисвиле агентам Синдиката и убедить их в том, что агент Дух должен знать, где найти Демона. Делает он это потому, что в Брисвиле главный принцип – нейтралитет. Тот, кто его нарушает первым, попадает под наказание неведомых сил Нейтрального мира. Лидер Синдиката в Брисвиле попадается в ловушку, расставленную нашим героем.

Бойцов Синдиката он отправляет в место, откуда до этого вернулась его невеста – орчанка Ганга. Он сознательно подставляется под удар контрабандистов, раскрывая себя. Его цель – полностью уничтожить Синдикат на Сивилле, как организацию, представляющую угрозу королеве и ее будущему ребенку.

Демон попадает в ловушку, расставленную ему старым привратником Ридасом. Внешне благообразный старичок оказался коварным созданием и пытается захватить домен Демона – Преддверие. Его цели не ясны и мало понятны остальным хранителям.

Сам Ридас, подговорив Кураму отправить Демона в пространственную тюрьму, тоже оказывается неосмотрительным и попадает в свою же ловушку, после чего оказывается в плену у Ленее сенгурки, ставшей смотрительницей горы Демона. Но с помощью самого неудачливого и глупого хранителя Рохли он скрывается в Преисподней.

Демон оказывается в темнице с трупом и привидением девушки. Применив навыки агента, он выходит из темницы, но с условием послужить темному богу боли и скорби – Неназываемому.

С помощью ребра Демона некие мастера возвращают живой облик привидению девушки, и она становится привязана к нему навечно.

Они покидают подземелье и попадают в столицу местного княжества, пробираются во дворец и попадают в западню.

Курама отбивает атаку князя инферно и поглощает его душу. Силы Курамы значительно возросли, и его начинают бояться другие князья.

Никто не знает, как отразятся действия героя на будущем планеты. Не знает и наш Герой. Но в силу своего русского характера, он надеется на лучшее и на авось, и не строит глобальных планов. Он хочет просто выжить, и вся его жизнь – это борьба за свою жизнь и жизни близких ему людей и нелюдей.

Многие считают его баловнем удачи, другие верят, что ему благоволят боги. За два года он стал бароном, потом графом и вот уже получил титул герцога. Нажил множество врагов и приобрел друзей.

Известие о начале наступления войск империи застает его врасплох…

Глава 1

Поздняя осень вносит свои поправки в обычный уклад жизни и изменяет порядок дел. Дни в Старых горах стали короче. Ночи холоднее. Ветер приносит тучи с востока, а вместе с тучами частые мелкие дожди, безжалостно срывает листья с деревьев, пронизывает до костей и заставляет жаться от сквозняков сидящих у костров солдат империи.

Генерал Марцис Легатус ночевал в своем походном шатре. Ему было уже за шестьдесят, и походная жизнь нравилась ему не больше, чем кошке купание. Он не без основания считал, что воевать поздней осенью в преддверии зимы это была плохая затея. Но молодой маршал убедил императора начать войну с Вангором и обещал быструю победу.

Генерал спал и не хотел думать о прощелыге, как за глаза называли любимца императрицы.

В шатре горел ночник – маленькая лампа с ароматическим маслом. Потрескивала дровами походная печь, по ткани шатра барабанил мелкий надоедливый дождь, а генералу было тепло и уютно…

– Господин генерал… Ваше сиятельство… Просыпайтесь…

Сладкий сон генерала был беззастенчиво прерван громким шепотом адъютанта. Офицер осторожно тряс его за плечо.

Генерал, не открывая глаз, перестал храпеть и буркнул:

– Пшел вон…

Будивший генерала адъютант был непреклонен.

– Господин генерал… Ваше сиятельство… Просыпайтесь… От императора прибыл порученец. У него срочная депеша.

– Пусть ждет утра, – снова буркнул генерал, повернулся набок и пустил ветер под одеялом. Громкий звук собственного пердежа заставил генерала проснуться.

«Опять что-то несвежее дали пожрать», – зло подумал он и от вони, просачивающейся из-под одеяла, скривил нос.

– Господин генерал… Ваше сиятельство… Просыпайтесь…

– Арниель! – недовольно крикнул в темноту генерал. – Ты достал меня. Пусть этот посыльный ждет утра.

– Это не посыльный, ваше сиятельство. Это личный порученец императора. Просыпайтесь, он ждет вас.

– Чтоб тебя демоны забрали, Арниель. Когда ты научишься включать мозги. Мог бы сказать, что я убыл с инспекцией на передовую и буду утром. Весь в мать. Такой же дурень, как и моя сестра. Возьми у него депешу и неси сюда.

– Он хочет, ваше сиятельство, вручить вам ее лично…

– А я хочу девок из борделя «Ночная бабочка». И что? Ты потаскух тут видишь? Нет? И я тоже. Мало ли кто что хочет. Возьми у него депешу, а его гони прочь.

– Как прикажете, ваше сиятельство. Но если он будет настаивать?

– Если он будет настаивать, Арниель, ты пойдешь в передовой полк ротным и, может, там ты поумнеешь.

– Я все понял, господин генерал.

Через несколько минут он принес депешу. В руках адъютант держал большую лампу и встал рядом с кроватью генерала.

– Ваше сиятельство, вот депеша…

– Утром, Арниель, – не открывая глаза, пробурчал генерал. – Все утром. Иди.

– Вам надо дать ответ императору, ваше сиятельство, – не отступал от кровати адъютант.

Генерал скинул одеяло и сел. Засунул ноги в меховые тапочки и не к месту подумал, что ноги стали мерзнуть чаще. Стянул с головы ночной колпак. Зевнул, прикрывая рот, и требовательно протянул руку.

– Давай, – произнес он.

Взял конверт, сломал печати и приказал:

– Лампу ниже опусти, дурень.

Адъютант угодливо нагнулся.

– Так что тут у нас?… М-м-м… Приказываю начать наступление, не дожидаясь подхода подкреплений, – одними губами произнес он, читая написанное. – В связи с тем, что противник узнал о планах вторжения и стал мобилизовывать дружины лордов. Сроки начала вторжения сместились. И т. д., и т. п., – произнес вслух генерал, не вчитываясь дальше. И так было ясно – император требовал немедленно начать наступление на Вангор. – И что? Это не могло подождать утра? – спросил он. Поднял голову, брезгливо посмотрел на адъютанта. – Ты понимаешь, голова пустая, что ночью я никого не соберу. Зато буду злой и не выспавшийся. Иди отсюда. Хлыщу столичному скажи, что я утром дам ему ответ. Ты же подготовь его сейчас и напиши, что приказ исполню немедля. Пшел вон!

Генерал надел колпак и лег на кровать, укрылся одеялом под подбородок и закрыл глаза.

Сон не шел. Он поворочался и с раздражением крикнул:

– Арниель! Воду, бритву и завтрак…

Военный совет собрался лишь к вечеру. Отчего генерал ходил злой и раздавал подзатыльники промерзшим поварам и денщикам. Того, кто чистил ему сапоги, он мордой ткнул в грязь, повара за недожаренного цыпленка приказал высечь. Окружение генерала ходило тихо и старалось быть как можно более незаметными.

– Господа, – начал генерал совет. Он не говорил длинных речей. Говорил кратко и по существу, не разжевывал задачи, а требовал от подчиненных проявлять умение додумывать частности самому. Кто не справлялся, тех он понижал или даже изгонял из армии. Его суровый характер знали все, кто с ним служил, и император доверял ему больше, чем своему маршалу. – Нам поступил приказ – не дожидаясь подкреплений из метрополии, выступить всеми силами на врага. План наступления уже сверстан и вам известен, но в него нужно внести кое-какие коррективы. Маги задерживаются, поэтому дружины лордов пойдут в наступление, имея лишь своих придворных магов. Кто взял их с собой, тот молодец, кто не взял – пусть обходится без них.

Граф Лучиано, вы возглавляете дворянское ополчение и наемников. Сегодня в ночь вы пересечете границу с Вангором и, обходя корпус врага с флангов, устремитесь к городу Старая Крепость. Оттуда поступают корпусу вангорцев припасы и подкрепления. Брать его штурмом не надо, а надо только блокировать подход подкреплений из центральных районов королевства. Грабьте села, нападайте на караваны, громите вражеские обозы и постарайтесь договориться с местными лордами, чтобы те если уж не пойдут с нами, то пусть отсиживаются в своих замках. Потом после победы всем им это зачтется. Вам все ясно?

– Да, ваше сиятельство. Остался только один вопрос, как будут обстоять дела со снабжением коней и дружин?

– Все возьмете у врага. Война сама себя кормит, господин граф. Желаю вам победы и наград. Свободны.

Граф Лучиано поклонился кивком головы и покинул совещание. В штабной палатке осталось трое. Сам генерал, командир тяжелой пехоты и командир тяжелой бронированной конницы.

– Дела, господа, у нас неважны, – откровенно проговорил генерал. – С наступлением мы запоздали, начались дожди. Надо было или раньше выступать, или дождаться холодов, но император сначала не торопился, а теперь спешит.

Вангорцы прознали о войне и спешно собирают ополчение. Оно, конечно, вряд ли им поможет, не успеет, но нам надо поторопиться.

Агенты сообщили, что корпус вангорцев разбит на три части, и стоят они в линию, в укрепленных полевых лагерях, в десяти лигах от границы. Конницы у него нет, одна пехота, но много магов. Вам, господин Журбер, надлежит вместе с тяжелой конницей блокировать два лагеря корпуса, стоящих по центру и на нашем левом фланге.

Вы, господин Вастанас, тяжелой пехотой штурмуете лагерь, стоящий на нашем правом фланге. Надо разгромить их по очереди. Поэтому, Журбер, не дай вангорцам покинуть свои лагеря. Делай все, чтобы они сидели в них тихо, как мыши.

– Понял, господин генерал, – кивнул командир императорской тяжелой кавалерии. – Когда выступать?

– Через сутки. Пусть дружины лордов порезвятся и оттянут вспомогательные силы вангорцев на себя. Вопросы есть?

– Есть, – широколобый и невысокий командир тяжелой пехоты смотрел исподлобья. – Где осадные машины?

– Они еще не прибыли, – спокойно отозвался генерал. – Когда прибудут, я не знаю, обходитесь своими силами – это приказ императора.

– Но, может быть, мы сделаем обманные маневры, походим вокруг лагерей, подождем прибытия осадных машин и тогда начнем штурм лагерей? – предложил Вастанас.

– Мы не знаем, сколько ждать эти машины, а наступать нужно сейчас. Нельзя давать противнику время собраться и организовать оборону. Внезапность – ключ к успеху. Все, господа. Я остаюсь с резервом императорской гвардии здесь. Жду от вас положительных известий. Свободны.

Когда все ушли, он устало опустился на кресло. Расстегнул ворот мундира и позвал адъютанта.

– Арниель, давай сюда ответ императору и позови императорского посланца…

– Командор, имперцы выступили на Вангор, – огорошил меня известием Авангур.

– Как? – не сдержал я своего крайнего удивления. – У них же нет еще отряда имперских магов и осадных орудий…

– Не знаю, командор. Видимо, спешат. Скоро наступит распутица. Повозки, обозы и пехота увязнут в грязи.

Я задумался и стал сверху разглядывать Старые горы и их отроги. В одном дневном переходе от границы с королевством Вангор двигались в его сторону передовые части имперской армии. Это были дружины лордов и наемнические разношерстные отряды. Конные, пешие с обозами и маркитантами. И было их около двадцати тысяч. Большая, но неорганизованная сила. Их цель, как я понимал, захватить дороги и перекрыть подвоз припасов корпусу армии королевства. И видимо, они решили обойти полевые укрепленные лагеря вангорцев с флангов. Две широкие людские реки двигались к пограничной реке, названия которой я не знал. Именно она отделяла земли Вангора от обширной ничейной земли.

«Если отряды ополчения, – размышлял я, – будут двигаться всю ночь, то к утру они не выйдут к границе. Еще полдня отдыха, и снова ночной марш. Можно успеть на берегу реки выставить оборону. Преодолеть реку под огнем магов и лучников будет сложно. Но вот проблема, кто даст команду вангорским войскам выдвигаться к реке, если мессир архимаг – командующий войсками Вангора на юго-востоке – сейчас в столице? Ох как не вовремя… Но что-то надо предпринять. Его подчиненные палец о палец не ударят без команды».

Решение пришло внезапно, и я подумал: «А где наша не пропадала? Не в первый раз мне применять иллюзию».

– Мата! – крикнул я стоящей в стороне управительнице города. – Коня мне моего, быстро.

И тут же принял иллюзию архимага. Авангур удивленно на меня посмотрел.

– Ты чего, командор? – спросил он. – Так состарился?

– Буду командовать обороной Вангора, – усмехнулся я и погладил окладистую бороду. И знаешь что, Авангур, позови своих помощников. Надо будет оказать мне помощь в войсках. Кого надо подстегнуть, кого надо припугнуть. Там сидят такие ленивые субъекты, что без вас мне не справиться.

Я, конечно, подольстил. Своих припугнуть мне как плюнуть с горы – просто. Но надо смутить умы командиров врагов, это важнее. Этим и должны были заняться специалисты по ментальным диверсиям. Три брата и Авангур.

Авангур кивнул:

– Отправляйся, командор. И ни о чем не беспокойся, мы чем можем поможем.

Я тоже кивнул, вскочил на своего лигирийского скакуна, что похорошел на травах лугов моей Горы, и очутился пред воротами главного лагеря вангорских войск.

– Открывай ворота! – заорал я и напустил ментального страха. Стражники подняли фонари, увидели архимага и струхнули.

Видимо, я перестарался со страхом. Они не стали открывать, а заорали во все горло:

– Начальник караула, на выход!

«Дурни», – подумал я и коротким телепортом переместился за ворота, вовнутрь лагеря. Соскочил с коня и сразу дал понять, что шутки закончились.

Начальник караула, выскочивший сонный из землянки, вырытой у ворот, хлопал глазами и смотрел на меня как на чудо из чудес.

– Как звать? – гаркнул я и упер тяжелый взгляд в офицера. Страх, пущенный мной, витал в воздухе, и офицер затрясся. Он силился что-то сказать, но лишь тряс подбородком. – Ты и твои часовые сядете на гауптвахту за задержку командующего, – заревел я и приказал: – Коменданта лагеря ко мне! – и сразу зашагал к бараку штаба.

Страх разливался вокруг меня, и я уменьшил его флюиды. Еще, чего доброго, обоср…

Меня догнал полковник – грузный, с одышкой – и посеменил рядом.

– Мессир, полковник тан Труск прибыл…

– Полковник, ты хочешь остаться полковником и не стать рядовым? – спросил я сурово, и тот молча закивал. – Чего киваешь? Хочешь стать в строй к ополченцам? – спросил я и открыл двери штаба.

– Никак нет, мессир. Хочу остаться полковником.

– Хорошо, – удовлетворенно произнес я. – Останешься, если начнешь выполнять мои приказы точно и быстро. Офицера, начальника караула и двух часовых на воротах – на гауптвахту. За сон на посту. Всех командиров собрать сюда через полчаса. Кто опоздает – разжалую в рядовые за предательство короны и саботаж. Враг выступил к границам Вангора. Всех, кто будет заниматься саботажем моих приказов, повешу без суда и следствия.

Полковник сначала оторопел, а я понял, что мессир архимаг, начальник академии Азанара, не был столь решительным и страшным для них, и теперь у полковника случился, если можно так сказать, разрыв шаблона. Вроде и тот архимаг, только больно круто и беспощадно стал командовать.

– Ты еще здесь? – спросил я и прищурился. – После того как исполнишь приказ, живо ко мне с комендантской ротой. Или повешу сейчас же.

Полковника подхватили крылья страха и усердия. Он, почти паря над землей своей округлой тушкой, быстро покинул штаб. Передо мной вытянулся дежурный адъютант из старшекурсников академии.

Я его знал.

Из простолюдинов. Мессир Кронвальд понимал, что брать на эту должность благородного, это иметь заступника папашу, и тогда начнутся подкаты, подарки, просьбы пристроить сыночка и прочие прелести кумовства.

– Мучел, – обратился я к нему. – Поднимай всех наших и строй у штаба. Понадобится помощь.

Тот все слышал, что я говорил коменданту, и понял сразу, так как пообтерся в этой ленивой, сонной среде, и тут же скрылся.

Я разложил карту расположения войск Империи на длинном столе, рядом с картой вангорской провинции. Тут же наметил пути выдвижения имперского ополчения к пограничной реке.

Конечно, через полчаса никто не собрался, чтобы прийти в штаб. Зато пришли маги, ученики Вангорской академии. Магистры, которых с собой забрал мессир Кронвальд. Около трех десятков. Адъютант доложил мне, что маги собраны. Я вышел к ним. Над ними висели светляки, и лица магов выражали тревогу.

– Враг направляется к границе Вангора, – сообщил я. – Если он беспрепятственно перейдет реку, то прорвется нам за спину и перекроет пути снабжения. Корпус окажется отрезанным и погибнет.

Офицеры войск забыли свой долг перед королем и не хотят слушаться приказов. Нам надлежит напомнить им про их долг. Поэтому поторопите их и подожгите бараки офицеров. Солдат выгнать на построение в полном вооружении. Начальника хозчасти срочно ко мне. Вся ответственность за последствия лежит на мне, – пояснил я огорошенным моим приказом магам.

Но маги это не королевские офицеры. Дисциплина у них была на высоте. И вскоре я с удовольствием увидел, как загорелись первые бараки. А из них с воплями стали выбегать полуголые люди.

«Ну что ж, начало положено, – удовлетворенно подумал я. – Приступим к формированию дисциплины».

Солдаты выбегали под командованием младших командиров и действовали гораздо организованнее, чем их командиры. Начальника хозчасти приволокли ко мне полуголым и испуганным.

– Звание! Должность. Как звать? – рявкнул я.

– Полковник интендантской службы Хромус, мессир, вы меня знаете… Что тут происходит?…

– Мы давим мятеж офицеров против короля. Я хочу знать, вы с кем – с королем или с мятежниками?

У полковника глаза полезли из глазниц.

– Я с к-ко-ролем, – запинаясь, ответил он.

– Хорошо, полковник. Я в вас не сомневался. У меня для вас отдельное задание. Полк сегодня выходит к границе встречать врага. Нужно собрать все повозки, загрузить в них припасы и направиться с охраной к границе. Маршрут знаете?

Полковник лишь кивнул.

– За выполнение приказа точно и в срок – награда сто золотых корон. Если приказ не исполните, повешу и сделаю нежитью. Свободны, полковник.

Я отпустил припустившего прочь полуголого интенданта. Я дал ему и пряник, и пообещал казнить, и был уверен, что он будет стараться. Не только за страх, но и за золото. Такова уж натура всех хозяйственников. У них ладони от рождения с клеем, куда прилипает неправедно нажитое добро. И лучший мотив для хорошей работы – это работа за вознаграждение.

Но ко мне неслась толпа таких же полуголых, но разъяренных «недоспанцев». Они могли меня смести и не заметить. Я встретил их воздушными кулаками и положил на грязь самых прытких. Затем усилил голос и крикнул:

– Всем стоять! Это что, мятеж против короля? Всех повешу!

Страх парализовал разъяренную толпу офицеров.

Маги встали с боков от меня и приготовились открыть огонь на поражение. Их лица выражали решимость и жажду мести за унижения в офицерской среде.

Так уж сложилось, что армейская верхушка презирала магов, а маги платили ей той же монетой. Только маги были подчиненными и могли плевать себе в рукав или в спину, когда офицер мог унизить мага. Что они обычно и делали.

Свет от горящих бараков хорошо освещал лагерь, и видно было, как выстраиваются по батальонам солдаты и как теснятся толпой офицеры.

– Посмотрите на себя, – воззвал я к их совести. – Вы позор Вангора… Всех разжалую…