Лёд. Один в поле

Вскоре все документы и вещественные доказательства, касательно покушения на жизнь Ивана Ильича Ледогорова, затребовала в свое распоряжение ФСБ Российской Федерации. Избавившись от очередного конкретного «висяка», иркутские полицейские утерли потные лбы и облегченно вздохнули. Пронесло!

Следствие, проведенное федералами, также никаких положительных результатов не принесло. Вполне возможно, след, ведущий к заказчику преступления, и был обнаружен, вот только вел в такие «горние выси», куда не всякий государственный чиновник самого высшего ранга может безнаказанно сунуть свой любопытный нос.

Я все-таки смог попасть на похороны Деда. Командование войсковой группы пошло мне навстречу, предоставило двухнедельный отпуск и обеспечило экстренную доставку на Землю. Хоронили в Москве на Новодевичьем кладбище при колоссальном скоплении народа. Я знал, что мой опекун не простой человек, но даже предположить не мог, насколько непростой. Такого количества представительных лиц в погонах и без, прибывших на бронированных лимузинах с серьезной охраной, я не видел никогда. Известные ученые, генералы, олигархи, федеральное правительство практически в полном составе во главе с премьер-министром – все эти люди прибыли, чтобы почтить память и проститься с Дедом.

Сами похороны прошли для меня как в тумане. Я был подавлен и на автомате принимал соболезнования от незнакомых людей. Видел дорогого мне человека в гробу, усыпанном цветами, и не мог поверить и принять как реальность, что больше никогда его не увижу, не услышу его ехидных реплик по поводу моих глупых мальчишеских проделок.

Во время поминальной трапезы я специально сел в конце стола подальше от родни. Их показушные переживания, истерические вопли и фальшивые обмороки буквально бесили. За время службы мое ментальное восприятие обострилось в значительной степени. В полевых условиях свойство весьма полезное, неоднократно спасавшее мне жизнь. Но только не на похоронах близкого тебе человека, когда родные люди вынуждены демонстрировать скорбь и печаль, хоть на самом деле испытывают скорее радость и облегчение, что наконец-то избавились от старика. Впрочем, никакие они мне не родственники. Был один родной человек. Теперь его нет. Теперь я один на всем белом свете. Есть боевые товарищи, которых я могу назвать друзьями, но Деда заменить никто не может.

Из ступора меня вывел какой-то старик в кителе генерал-полковника. Он мне понравился, поскольку искренне переживал из-за безвременной кончины друга. Обратившись ко мне, он кое-что прояснил:

– Примите мои соболезнования, молодой человек. Иван Ильич был для всех нас учителем и недосягаемой вершиной. Величайший ученый, скажу вам. Бессребреник. Мог бы стать вровень с самыми богатыми людьми, но всегда считал стремление к избыточному богатству мелкой суетой. То, что человечество получило возможность путешествовать к звездам – во многом его заслуга. Его метод математической экстраполяции траекторий небесных тел… Впрочем, что это я? Покорно прошу простить старика. Налейте-ка мне и себе водочки и помянем покойного, Царствие ему Небесное, и пусть земля Ивану Ильичу будет пухом.

А еще этот забавный старик рассказал, что Дед был почетным членом многих мировых академий. Но самое удивительное – лауреатом Нобелевской премии по физике 2075 года. В отличие от многих своих коллег он всегда держал все свои награды и регалии в сейфе под замком и никогда ими не хвастался. Даже на приемы в Кремле приходил с одной лишь звездой Героя Советского Союза. Где и при каких обстоятельствах он её заслужил, Дед так и не просветил потомка.

После похорон меня пригласили на семейный совет. Я всех послал куда подальше и улетел в Иркутск, оттуда вертолетом на Ольхон. Поскольку дом был опечатан, пришлось договариваться с местными полицейскими, чтобы предоставили допуск внутрь. Надолго я там не задержался. Побродил немного по комнатам. В кабинете Деда со стены снял черно-белую фотографию в пластиковой рамке. На ней юный дед в обнимку с двумя такими же молодыми парнями на фоне окутанных густой облачностью горных пиков. Ребята радостно улыбаются. Одеты в старинную военную форму, вооружены древними автоматами. На обратной стороне практически выцветшая надпись: «Афганистан, Тора-Бора, 20 июня 1981 года».

Через полгода после возвращения в часть мне на нейросеть упало уведомление о том, что при разделе имущества мне ничего не перепало. Всё подгребли под себя жадные родственнички. Даже ольхонский дом, который Дед завещал мне, умудрились отжать. Ну и ладно, Господь им судья. Теперь и у меня перед ними никаких обязательств – плюнуть и растереть.

Тем временем моя служба продолжалась своим чередом. После устранения угрозы на Вавилоне наш полк в составе миротворческих сил ООН был направлен на Землю в ЮАР. Там после того, как белое население, спасаясь от расовой дискриминации, разбежалось по разным планетам, началась форменная резня. Зулусы вырезали сото, косо воевали с тсвана, тсвана с упоением убивали тсонга и так далее. За два года я там многого насмотрелся. Горы зверски замученных человеческих тел, пирамиды из отрезанных голов, безжалостно вырезанные непонятно за что целые деревни. Среди мертвых чернокожих время от времени попадались европейцы и азиаты. Рои мух, адская вонь. И необъяснимая жестокость чернокожих даже друг к другу.

После Африки был Урал – недавно открытая планета, где я в составе специальной снайперской группы отстреливал местных хищников, угрожавших жизням поселенцев. Практически копия Земли, какой она была в меловой период своей истории. Динозавры, птеродактили, древовидные папоротники. С высокой степенью вероятности через сотню-другую миллионов лет какой-нибудь из местных видов стал бы разумным. Однако выпало так, что разумная жизнь появилась здесь намного раньше, и аборигенам ничего не светит. Жизнь вольного траппера мне понравилась. Я даже подумывал, чтобы по завершении военной службы приобрести здесь кусок земли, стать фермером или продолжить заниматься охотничьим промыслом. Однако моим планам не суждено было воплотиться в жизнь.

За месяц до окончания контракта мне на нейросеть упал информационный пакет. Там неведомый доброжелатель назвал имя настоящего заказчика убийства Деда, более того, привел неопровержимые доказательства виновности некоего российского олигарха Романова Павла Александровича.

Не стану слишком подробно распространяться по этому поводу. Вкратце: Дед стоял на пороге важного научного открытия касательно возможности углубленного развития псионического дара человека. Изначально эти исследования и строительство экспериментальной установки финансировал означенный Романов. Когда работа была практически закончена, олигарх попытался присвоить её результаты с целью получения прибыли. Дед же этому всячески воспротивился, мол, открытие должно принадлежать всему человечеству. Таким образом, возник конфликт сторон. Чтобы убрать помеху в лице строптивого ученого, люди, нанятые Романовым, разработали и успешно воплотили в жизнь план физического устранения моего родственника. Операция была проведена настолько тонко, к тому же все непосредственные её участники были ликвидированы группой зачистки, что следствие по этому делу зашло в тупик. Компетентные органы подозревали причастность Романова к убийству Деда, но что-либо доказать возможности не было.

В конце письма мне предлагалось отомстить за смерть дорогого человека. Вся необходимая информация о клиенте и оборудование будут доставлены в любое удобное мне место и время.

К тому времени я уже не был юношей бледным со взором горящим и прекрасно понимал, что меня хотят использовать для устранения Романова. Кто это, озлобленные конкуренты, жаждавшие поделить имущество олигарха наследники, неверная жена или кто-то еще? Мне плевать. Тот или те, кто ко мне обратился, прекрасно просчитал мой психотип и знал, на какие фибры моей души нужно воздействовать. Мне дали ответ на вопрос «Кто виноват», а уж «Что делать» – я решу сам. Кем бы ни был мой неизвестный «доброжелатель», от его помощи отказываться я не собирался.

Мой дембель прошел со скрипом. Отцы-командиры никак не хотели расставаться с классным специалистом-снайпером. Уговаривали, стращали трудностями гражданской жизни (ха-ха-ха!), обещали поступление вне конкурса в любой военный вуз, даже офицерское звание присвоить хотели (оно хоть и не положено без высшего образования, но орденоносцу в виде исключения можно). При других обстоятельствах я бы остался – уж больно плюшкопад заманчивый маячил на горизонте, да и привык я к упорядоченной армейской жизни. Но возможность отомстить за Деда перевесила все разумные доводы и обещания начальства. Не согласился продолжить карьеру военного. Так и подался на гражданку в чине старшего прапорщика, не обремененный никакими долгами перед горячо любимой родиной.

По прибытии в столицу снял недорогую однокомнатную квартирку в одном из спальных районов. В связи с громадным оттоком населения на другие планеты недостаток свободного жилья в городе не ощущался. Дед когда-то сказал, что еще не так давно Москву называли «не резиновой» из-за желания многих россиян всеми правдами и неправдами обосноваться в этом городе. По этому поводу юморной народ всячески прикалывался. Рекорд к 2061 году был двадцать пять миллионов официально зарегистрированных жителей. Однако уже к началу двадцать второго века население столицы составляло едва ли пять миллионов человек и до сих пор медленно, но неуклонно уменьшается.

Неделя ушла на подготовку акции. В результате неведомый доброжелатель обеспечил меня всей необходимой информацией о клиенте. Выяснилось, что по вторникам и четвергам Романов посещает самый модный столичный гей-клуб «Голубая устрица», точнее «Blue Oyster», ибо члены клуба были ещё теми англофилами и между собой общались исключительно на языке жителей Туманного Альбиона – эдакий плевок в сторону патриотично насторенных педерастов. Там я и решил прищучить олигарха. Выбрал и оборудовал позицию на крыше соседнего дома, определился с прогнозом погоды, тщательнейшим образом протестировал винтовку: проверил работу каждого отдельного узла и пристрелял в давно заброшенном песчаном карьере, расположенном в получасе езды от столицы. Средства маскировки и оружие, как я уже упоминал, подогнал тот, кто сподвигнул меня на это дело.

Прошлой ночью под покровом темноты я поднялся на крышу высотки и, укрывшись под маскировочной накидкой от сканеров полицейских дронов и средств космического наблюдения, стал ждать. В армии у меня был позывной Лед. Вовсе не из-за созвучности с фамилией. Однажды, будучи курсантом учебного центра, на спор с сослуживцем, я провел стоя в довольно неудобной позе ровно сутки. При этом только моргал, не пил, не ел, лишь писал в специальный резервуар (пардон за интимные подробности), но даже мизинцем не пошевелил. Свидетелям моего «подвига» примерещилось, будто в какой-то момент от меня буквально пахнуло холодом. По этой причине погоняло «Лед» накрепко прилепилось ко мне и стало моим официальным позывным.

От мыслей о былом меня отвлекла ожидаемая надпись на сетчатке глаза: «Внимание! Двухминутная готовность!» Это означает, что клиент уселся в машину и очень скоро прибудет на место. Ну что же. Я готов. Встретим достойно.

Неожиданно в окружающую меня реальность вкралось что-то ненормальное, опасное. Уж что-что, а угрозу для собственной жизни за десять лет практически постоянного стресса я научился ощущать буквально всеми фибрами души. И угроза эта исходила не от кружащих неподалеку полицейских дронов, не из космоса, а вообще непонятно откуда. Прислушался к этим самым фибрам и в считанные секунды выяснил источник опасности. Оказывается, на крыше соседнего здания сидел замаскированный мужик и буквально держал меня на прицеле точно такой же, как у меня, винтовки «Kinetics 15M». Странный выверт моего воспаленного сознания: я как бы воочию увидел распластанное под маскировочной тканью тело. Вдобавок мне было досконально известно все о его боевом оснащении. Я даже был способен описать порядок его действий. Он дождется, когда я завалю Романова, затем пустит мне пулю в голову. Нет, не в голову, скорее в туловище, чтобы следакам проще было опознать труп.

Ага, вот она бескорыстная помощь от неведомого благодетеля. Лед нужен только до определенного момента времени. После акции его бездыханное тело полицейские обнаружат на месте преступления. Для чего это нужно? А хрен его знает, на ходу можно придумать кучу более или менее правдоподобных версий и еще больше абсолютно неправдоподобных. Хотя конечная цель вполне понятна – отвести подозрение от заинтересованного в смерти Романова лица. Внук откуда-то узнал о причастности олигарха к гибели дорогого человека и отомстил единственным доступным ему способом. А откуда взялся второй снайпер – для следствия не так уж и важно. Мало ли какие разборки происходят между бывшими военными.

Не стану ломать голову. Сейчас главное то, что мне удалось определить засаду. В моем распоряжении примерно минута, чтобы принять решение, как действовать дальше.

Итак, моя жизнь вне опасности до тех пор, пока жив Романов. Значит, угрозу со стороны неведомого стрелка нужно устранять непосредственно перед проведением запланированной акции. И делать это нужно очень быстро, чтобы служба охраны олигарха не успела отреагировать на стрельбу. То, что мою цель помимо стандартной бригады обычных бодигардов сопровождает сильный маг (по-научному – псионик), мне известно. Ладно, постараюсь не облажаться.

Наконец блестящий черным лаком и хромом лимузин в сопровождении еще одной машины вынырнул из-за поворота и, лихо взвизгнув тормозами, замер у парадного входа в гей-клуб. Из автомобиля охраны выскочили шесть мужчин и рванули к машине охраняемого лица. Один из охранников услужливо распахнул дверцу. В тот же момент группу людей окутала радужная пленка, будто огромный мыльный пузырь.

Готовясь к операции, я тщательно изучил внешность Романова. Высокий мужчина в стильном костюме черного цвета, спортивного телосложения, едва за сорок. Жгучий брюнет с аккуратной бородкой клинышком и лихо завитыми вверх напомаженными усами, едва ли не как у Пабло Пикассо, длинными волнистыми волосами, высокий лоб, породистый нос с горбинкой, обжигающий взгляд черных глаз. Кто-то назвал бы его образ демоническим. А по мне, так обыкновенное пижонистое дерьмо, к тому же банальный педик, любитель потрахать молоденьких парней, считающих себя крайне одаренными личностями и готовых ради популярности и денег предоставить свое тело в полное распоряжение любому, кто способен оказать в этом содействие. Сегодня у Романова очередное «прослушивание» будущего гения эстрады, а то и стразу нескольких. Для этого в «Голубой устрице» имеются специальные комнаты-студии с идеальной звукоизоляцией и широкими кроватями.

Мага, в отличие от классических бодигардов, я также знал в лицо, поскольку, прежде чем приступить к ликвидации основной цели, необходимо снять генерируемую им силовую защиту. А для этого необходимо уничтожить псионика. Вообще-то магическая защита способна уберечь человека от попадания пули, выпущенной из любого вида существующего стрелкового оружия, даже из противотанкового ручного гранатомета. Однако достаточно нескольких пулевых попаданий в одно и то же место, чтобы ослабить защитную пленку так, чтобы в конце концов преодолеть, казалось бы, непреодолимый барьер.

Вообще-то, если бы все было так просто, олигарха смог бы уничтожить тот, кто в данный момент сидел в засаде на соседней крыше и держал меня на мушке снайперской винтовки. Суть в том, что разброс выпущенных пуль не должен превышать доли миллиметра. Зная об этом, маг не стоял на месте, он постоянно перемещался из стороны в сторону, а вместе с ним дергался защитный купол. То есть в данном случае требовался снайпер-виртуоз, к которым, без ложной скромности, я отношу себя.

Навел ствол на псионика и выпустил пять пуль с поправкой на траекторию его движения. Негромко загудел компенсатор отдачи. Последняя, преодолев наконец силовую защиту, вошла в голову человека. В результате черепушка мага лопнула, будто гнилая тыква, орошая окружающих кровавым фаршем и осколками костей.

В следующий момент я перевел ствол на сидевшего в засаде снайпера и, не целясь, всадил ему в грудь тридцать пять граммов горячего металла. Краем глаза заметил, как тело незадачливого охотника буквально подбросило на метр и опустило обратно уже мертвой окровавленной кучей. Дело в том, что тяжелая пуля, выпущенная со скоростью два километра в секунду, при контакте с телом жертвы раскрывается подобно бутону цветка. В результате внутри организма человека помимо механических повреждений от самой пули образуется мощный гидродинамический импульс, который буквально плющит внутренние органы, ломает кости и выплескивает наружу находящиеся внутри жидкости. Смерть от болевого шока даже при попадании пули в предплечье или ногу наступает практически мгновенно.

Прости, брат. Возможно, мы с тобой когда-то сражались плечом к плечу. Не исключено, что в одной компании бухали в баре и трахали одних и тех же проституток. Тебя, скорее всего, использовали втемную, поскольку вряд ли, узнав имя будущей жертвы, ты бы согласился на проведение акции за любые деньги. Однако ты мог бы пошевелить мозгами, прикинуть хрен к носу и сделать правильные выводы. Не сделал – сам виноват.

Впрочем, отставить лирику. На ликвидацию снайпера и прочие заумные рассуждения о бренности бытия ушло не более трети секунды. Вновь ствол моего оружия направлен к стоящей неподалеку от дорогого автомобиля олигарха группе людей. Нужно отдать должное бодигардам Романова… Несмотря на потерю магической защиты, парни начали действовать. Один пытался аккуратной подсечкой положить клиента на землю, остальные успели извлечь оружие из скрытых кобур. Однако поздно, парни. Забрызганная кровью и мозговым веществом мага физиономия Романова уже в перекрестье моего прицела. Мгновение, и она также разлетается мелкими брызгами. Ну всё, работа выполнена. Спектакль окончен. Занавес.

Стоп! Рано опускать занавес. Из распахнувшихся стеклянных дверей на улицу не ко времени вышел недавний «батюшка». С чувством глубочайшего удовлетворения я всадил последнюю оставшуюся в обойме пулю в его необъятное брюхо. Вот теперь занавес.