- -
- 100%
- +
Мужчина на секунду теряется. Ему неловко, он пытается спрятать глаза и занять чем-то руки. Берет с капота тряпку и сильно ее сжимает. Улан – простой работящий мужик, верный моему мужу. Но я вижу, как он жалеет меня в данный момент.
– Айлин Талгатовна, это моя работа.
– Я знаю, Улан. Я не злюсь. Я всё понимаю. Просто скажите, как давно.
– Давно, – признается он. – Почти три года.
– Вы ее куда-то возили?
– Да. Первое время. Потом Рустам Мухтарович купил ей машину.
– Какую? – продолжаю я допрос.
– «Лексус». Из салона.
– У Айбека, что ли, покупал? – называю имя нашего общего друга.
– Да.
– Понятно, – кутаюсь в кардиган, хотя уже печет. Но мне почему-то холодно. – Улан, мне нужен адрес.
– Простите, Айлин Талгатовна. Я не могу. Если Рустам Мухтарович узнает, я потеряю работу.
– Он не узнает, поверьте мне.
Несколько секунд жду хоть каких-то действий Улана, но он только стоит и крутит в руках эту многострадальную тряпицу. И тогда я решаюсь на грязную игру. Знаю, что поступаю плохо, но это сильнее меня.
– Улан, а как Марьям? Как ее здоровье?
Водитель поднимает глаза и смотрит на меня ошарашенно. Мне плохо от того, что я превращаюсь в стерву, но я хочу получить ответы на вопросы. Поэтому ударяю по больному. Марьям – младшая дочь Улана. Прекрасный, милый ребенок восьми лет. Когда ей было шесть, у нее обнаружили лейкоз. Бесплатные лекарства, которые использовали в лечении, вызвали у нее аллергическую реакцию. Об этом я узнала от его жены, когда просто позвонила узнать, как у них дела. Улан не хотел никого грузить своими проблемами, а его супруга цеплялась за любую возможность, только бы спасти дочь.
О том, что девочке срочно нужны дорогие немецкие препараты, я рассказала Рустаму, и он через своих друзей за границей их достал. А потом мой муж полностью оплатил реабилитацию Марьям. При том что всё это можно сделать бесплатно, но когда у тебя есть деньги, то и отношение к тебе совершенно другое. К сожалению. Меня тогда восхитило благородство Рустама. Ради детей он всегда был готов на всё. Как и у любого человека, у него тоже есть светлые и темные стороны.
– Спасибо, Айлин Талгатовна, у Марьям всё хорошо. Вот скоро снова в санаторий поедет.
– Молодец. Передайте привет супруге, – по его глазам я понимаю, что он уже всё для себя решил. – А что насчет моей просьбы…
– Я вас понял. Я отправлю вам данные на телефон.
– Спасибо. Я вас не подведу, – обещаю я, прекрасно понимаю, что, если Рустам узнает об этом договоре, он уволит Улана.
Захожу в дом, снимаю на ходу кардиган и перекидываю его через локоть. Не дохожу до лестницы буквально двух шагов, как вдруг слышу голос мужа со стороны кухни:
– Где ты была? – чуть не рычит он.
– И тебе доброе утро, – поворачиваюсь и с вызовом смотрю на него.
– Я спросил, где ты была?
– Гуляла, – твердо отвечаю я.
– Одна?
– Нет, с любовником, – дразню я его.
Два широких шага, и он оказывается в миллиметре от меня. Больно сжимает запястье и смотрит в глаза.
– Не шути так, Айлин.
– Расслабься и отпусти меня. Есть разговор.
– Какой?
– Я хочу развод. Как можно быстрее.
Глава 6
Рустам
Последние 24 часа Айлин его бесила, выводила из себя, заставляла ревновать и пробуждала в нем давно забытые ощущения. Он не помнил, когда так хотел собственную жену, с которой прожил 17 лет. За это время они так хорошо друг друга узнали, что уже не могли ничем удивить. Страсть растворилась, любовь преобразовалась в дружбу, а трагедия отдалила.
То, что в благородном семействе не всё гладко, никто не хотел признавать, потому что всех всё устраивало. Несколько лет назад Айлин потеряла ребенка на большом сроке. Ее депрессия растянулась на несколько месяцев, она винила во всём себя и боялась снова забеременеть. Когда Рустам сказал жене, что у них еще будут дети, она ответила, что им уже хватит.
Рустаму было искренне ее жаль, но в какой-то момент он поймал себя на мысли, что ее состояние раздражает. Хотелось встряхнуть супругу и сказать ей: «Посмотри, в кого ты превратилась? Где та 20-летняя девчонка, в которую я влюбился?»
Да, он помнил их первую встречу на каком-то приеме. Рустам как раз проходил мимо, когда услышал, как совсем еще девчонка бегло говорит по-испански ни с кем-нибудь, а с консулом Испании. Потом оказалось, что отцы Рустама и Айлин давно знают друг друга. 23-летний парень пригласил ее на танец, и Айлин восторженно расспрашивала его об Америке, откуда он только вернулся. Ее утонченная красота и пытливый ум сразили его наповал. А еще то, как беззаветно она его любила. Их отцы были только рады породниться, потому что у отца Рустама был большой бизнес, а у папы Айлин – связи там, где принимаются самые важные решения. Просто так удачно совпало.
Первые годы совместной жизни были прекрасными. Айлин родила дочерей, занималась их воспитанием и образованием. А еще сопровождала мужа на светских мероприятиях, где блистала не только красотой, но и знанием языков. В мире богатых и влиятельных она чувствовала себя как рыба в воде. Рустам пять лет жил в Америке и отвык от казахстанских реалий. Но Айлин выросла в этой среде и знала тонкости ведения дел по-казахски, потому что дома дедушка, бабушка и папа часто это обсуждали.
Рустам и Айлин были идеальной парой, пока их жизнь не перевернула трагедия. Айлин просто сломалась и морально, и физически. Жена то ходила к психологу, то уезжала в зарубежные санатории, то занималась девочками. Сильно похудела, перестала интересоваться чем-то, кроме уроков, репетиторов, и подолгу уходила в себя. Когда врач, наконец, разрешил возобновить половую жизнь, это чуть ли не привело к нервному срыву. Из-за выкидыша и последующего лечения гормональный фон нарушился, и у Айлин диагностировали сухость влагалища. Правда, сам Рустам об этом диагнозе не знал. Просто когда он захотел близости с женой, она оказалась совершенно не готова, несмотря на внешнее возбуждение. Внизу была Сахара, и казалось, будто он во второй раз лишает ее невинности. В самый ответственный момент она закричала от боли и убежала рыдать в ванную. Рустам разозлился и выместил всю злость на подушке. Позже они решили, что можно использовать лубрикант, но суррогат не приносил должных ощущений ни ей, ни ему. Врач успокоила Айлин, сказав, что даже после родов такое бывает, но скоро всё придет в норму.
Вскоре после этого случая Айлин захотела провести зимние каникулы с дочерями на вилле в Испании. В частной школе они были длинными. Решили, что сначала уедут они, а Рустам присоединиться к ним позже. Пока его девочки отдыхали, мужчина завалил себя работой и многочисленными деловыми встречами. В ближайшее время ему нужно было лететь в Астану на свадьбу дочери министра энергетики. Разговаривая по видеосвязи с женой, Рустам пожаловался, что без нее не может толком выбрать что надеть. И тогда Айлин посоветовала купить костюм – что-нибудь из новой коллекции. Она сказала, что предупредит консультанта, с которой они всегда работают, и та что-нибудь подберет.
Рустам не любил шопинг. Все решения по гардеробу принимала только Айлин, поэтому когда он вошел в бутик премиум-класса, то сначала огляделся, а потом шумно выдохнул, понимая, что без жены будет тяжело.
– Здравствуйте! Могу вам чем-то помочь? – к нему навстречу плыла очаровательная брюнетка в черном платье-футляре и туфлях на каблуке.
– Мне нужна консультант Жанна. Жена должна была предупредить, что я приду.
– Ах да, Жанна мне сказала. Простите, пожалуйста, она заболела. Сегодня я буду вашим консультантом. Меня зовут Томирис. Вы ищете что-то определенное?
– «Бриони», «Лоро Пиана». Может, «Китон», – скучающим тоном перечислил он
– Прекрасный выбор. «Китон» – бренд, который носят президенты, – она сказала это красивым, низким голосом, от которого у Рустама перехватило дыхание. Он поразился такой реакции на нее.
– Вы знаете, я хотел бы побыстрее с этим закончить.
– Конечно, – улыбнулась она. – Я провожу вас в примерочную, а потом принесу костюмы.
Томирис изящно развернулась на каблуках и, призывно виляя бедрами, направилась вглубь зала. Рустам – за ней. Он нарочно отвел от нее взгляд, но долго не продержался. Его тянуло смотреть на нее снова и снова. Рустам почувствовал, как тело мгновенно напряглось и по-мужски откликнулось на незнакомку. В девушке была природная манкость и сексуальность, будоражащая сознание и сносящая все запреты.
Томирис вернулась через несколько минут, держа в руках несколько вариантов костюмов. Выбрала из стопки один и протянула ему.
– Вы пока переодевайтесь, а я подойду через минуту, – сказала она обворожительным приглушенным голосом.
Рустам надел тройку и вызвал девушку в примерочную. В этот момент он не понимал, для чего всё это делает, но ему хотелось вновь ощутить ее близость.
– Давно здесь работаете? – спросил он строго, глядя зеркало.
Томирис стояла за спиной клиента, затем подняла на него свои колдовские глаза и перехватила его взгляд.
– Чуть больше недели, – ответила она почти шепотом, а потом провела ладонями по его плечам, расправляя невидимые складки на пиджаке. – Вам очень идет этот костюм. Как я сказала, «Китон» носят президенты.
– Спасибо, можете идти, – кивнул он строго.
Стоило ей выйти, как он тяжело выдохнул, понимая, что от ее взгляда, прикосновений и голоса его повело. Он столько лет хранил верность жене, а сейчас не мог утихомирить зверя, рвущегося наружу. Выход один: скорее уйти и больше не возвращаться. Он так и сделал. Вечером позвонил жене по видеосвязи, увидел ее красивое, довольное лицо и сказал, что любит. В ответ услышал: «И я тебя люблю, милый». Вроде отпустило.
Оказалось, ненадолго. Весь следующий день он возвращался мыслями к притягательной брюнетке. Желание увидеть ее было слишком сильным, и ближе к концу рабочего дня Рустам снова приехал в бутик.
– Добрый вечер! Это снова вы? – в голосе слышалось удивление вперемешку с радостью. – Вам помочь?
– Я подумал, что мне нужен ремень.
– Да, конечно. У нас большой выбор. Проходите, пожалуйста.
И вновь всё по отработанному сценарию. Она передала ему несколько вариантов, он надел первый попавшийся и вызвал ее. Томирис тихонько вошла и медленно закрыла за собой дверь.
– Вас устраивает этот вариант? – и вновь от ее голоса мужчину бросило в жар. Хотя нет, это было адское пламя.
– Да, – кивнул Рустам. – Этот.
– Позвольте, посмотрю, всё ли правильно, – она подошла ближе, дотронулась до пряжки ремня и как будто случайно задела пальчиками ширинку. Последовала молниеносная реакция. Как контрольный в голову.
Всё произошло слишком быстро, словно у Рустама отключили программу, отвечающую за здравый смысл. Он схватил Томирис за руку, резко рванул на себя и припечатал к стене. Она даже не сопротивлялась, а, наоборот, тяжело дышала, смотря на него затуманенным, полным желания взглядом. Рустам поцеловал ее жадно и страстно – так, как давно не целовал собственную жену. Томирис сладко застонала, отвечая на поцелуй и царапая ноготочками кожу на затылке.
Оторвавшись от ее опухших розовых губ, он сначала перевел дыхание, а потом поймал ее взгляд в зеркале и сразу всё для себя решил.
– Когда заканчиваешь?
– Через полчаса, – ответила она, поправляя платье.
– Я буду ждать на парковке, – не церемонясь, предупредил он.
– Хорошо, – блеснула она глазами.
В тот же вечер он привез ее в роскошную гостиницу и не отпускал всю ночь. Он брал ее снова и снова, наслаждаясь шикарным телом 25-летней красавицы, ее чувственностью, отзывчивостью и готовностью. Томирис стонала, извивалась, кричала от наслаждения, сгорала и плавилась в его руках. Он увлекся настолько, что пропустил ежедневный видеозвонок с семьей, написав жене в перерыве, что сидит на бизнес-ужине. Она пожелала удачи и отправила смайлик с поцелуем. Рустам ненавидел себя в этот момент. Его трясло от собственно вранья и… желания вновь обладать Томирис. Выйдя из ванной, где Рустам писал сообщение жене, он замер от открывшейся ему картины: на кровати лежала обнаженная и разгоряченная красавица. Она закусила губу и призывно раздвинула перед ним ноги.
– Я соскучилась, – протянула она игриво, и Рустам снова забыл обо всем: о клятвах верности, о чистой любви, которую дарила ему жена, об обещаниях, данных несколько лет назад.
Томирис стала для Рустама наваждением, его сладким искушением, его девочкой, перенесшей его на 20 лет назад, когда он был молодым и резвым. Мужчина снял любовнице квартиру в элитном комплексе и приезжал к ней каждый вечер. Разумеется, оставался на ночь. Айлин и дочерям он сказал, что не может приехать в Испанию из-за форс-мажора, требующего его присутствия. Вранье за враньем, оправданное тем, что он мужчина, который внезапно встретил ту, с кем невероятно хорошо и легко. У 37-летнего Рустама сносило крышу от ее идеальных изгибов, низкого сексуального голоса, длинных волос и сладких пухлых губ. Секс на ужин, на завтрак, а иногда и на обед. Такого не было никогда.
Он потребовал, чтобы она уволилась, и Томи с радостью согласилась. Рустаму нравилось ее желание угодить ему во всём. Она смотрела на него с любовью, восхищением, неподдельным обожанием. И в груди сладостно ныло. С Айлин уже давно так не было. Они с женой стали больше партнерами и друзьями. По крайней мере ему так казалось. К тому же Айлин ничему в этой жизни уже не удивлялась. Даже в суровые 90-е у нее было всё и даже больше. Поэтому дизайнерские шмотки и сумки, заграничные курорты и перелеты бизнес-классом она воспринимала как данность. А Томирис радовалась всему, как ребенок, прыгала от счастья, прижималась, как маленькая девочка, целовала и обнимала его, говорила, как сильно любит… Именно с ней у него началась вторая молодость.
Вскоре Айлин и девочки вернулись. Теперь ему предстояло делить свое время между семьей и любовницей. В ту первую ночь после возвращения Айлин сама сделала шаг навстречу. Поцеловала с такой оглушительной любовью и лаской, что у него защемило в груди. Жена призналась, что теперь готова к близости, и он, конечно, сделал все аккуратно и медленно. Но секс с женой был другим: спокойным, размеренным, без ярких вспышек и фейрверков. Рустама тянуло к другой.
Айлин не заметила изменений в поведении мужа. Рустам первое время ненавидел себя за всю эту ложь. Но больше всего корил себя за то, что нарушил клятву не обманывать и не заводить токал. Он пытался порвать с Томирис, но никак не получалось. Когда он заводил разговор о том, что им надо расстаться, она плакала так самозабвенно и долго, говорила, что безумно любит и жить без него не может. Разумеется, весь разговор потом плавно переходил в горячий секс на грани. А потом она шокировала его новостью о беременности.
Сначала Рустам разозлился и орал, что она обещала пить таблетки. Томи только всхлипывала и отвечала: «Я не знаю, как так вышло». Ребенок на стороне не входил в его планы, но он уже был, и Рустам решил, что Томи должна рожать. В назначенный срок на свет появился мальчик. Не сказав ему ничего, Томи еще в роддоме оформила свидетельство о рождении сына через приложение «Электронное правильство» на смартфоне. Она назвала малыша Тамерланом. Рустам был против, ведь это имя предназначалось для их с Айлин малыша. Но Томи сказала, что информация уже попала в базу и само свидетельство будет готово завтра же… В итоге Рустам снова смалодушничал и пошел у нее на поводу. Тамерланчика он обожал, но жалел, что не может уделить ему достаточно времени и внимания.
Через несколько месяцев после рождения сына Томи и Рустам лежали в кровати, разгоряченные и счастливые. Она прильнула к нему, как кошечка, а он медленно гладил ее волосы, пропуская пряди через пальцы. Томи играла с завитками на его груди и спросила:
– Когда ты ей скажешь?
– Еще не время.
– А когда будет время? Нашему сыну уже полтора года. Если ты не с ней, то со мной. Ты же говорил, что любишь меня.
– Люблю, но мне надо подготовить жену. Я же говорил, что не брошу ее никогда. Она для меня очень важна.
– А я? Я, получается, твоя токал?
– Я не люблю это слово, – поморщился он.
– Но это же так. Я твоя вторая жена. Я родила тебе наследника. И я хочу, чтобы ты меня больше не скрывал. Расскажи про меня и Тамерлана родителям. А потом и жене. Я не против, что она будет главная.
– Боюсь, что она будет против, – тяжело вздохнул Рустам. – Подожди, пока не пройдет мой день рождения. Айлин готовит прием, там будут важные люди. После я всё ей скажу.
– Хорошо, милый, – Томирис потянулась за поцелуем и получила то, что хотела.
Рустам для себя решил, что ни за что на свете не оставит Айлин. Но и Томирис не бросит. Он понял, что любит их обеих, и не сможет выбрать только одну. Совесть периодически мучила его, но он успокаивал себя тем, что сотни людей так живут, что это древние традиции, что даже его друзья давно делят время между старшей женой и младшей. По этому поводу он даже поговорил с Ренатом и Аскаром, у которых тоже были токалки. Друзья его успокоили, сказав, что Айлин перебесится и смирится. И он в это поверил, ведь их жены приняли такой формат отношений.
Чего Рустам не ожидал, так это того, что Томирис его ослушается и придет к Айлин. Когда он увидел младшую жену рядом со старшей, в нем вскипела ярость. На себя, на Томирис, даже на Айлин. Жена, как всегда, держала лицо и даже язвила. Мужчина отправил Томи домой, а сам хотел поговорить с женой. Но что-то пошло не так. Вместо того чтобы сказать, что любит ее, он зачем-то назвал ее соратницей и опорой. А ведь хотел, чтобы она поняла и приняла его полиаморность. Но Айлин разозлилась и выдала ему в лицо, что тогда тоже пойдет налево. Рустам рассвирепел. Никогда он не отдаст свою жену другому. Чтобы дать ей время успокоиться, он поехал поговорить с Томирис. В таунхаусе, куда он поселил сына и его мать, было тихо. Он знал, что в это время няня водит Тамерлана в Центр раннего развития. Рустам прошел в спальню и услышал, как в ванной течет вода. Через несколько секунд оттуда вышла Томирис в облегающем платье, которое ему так нравилось.
– Жаным, ты пришел. Ты поговорил с ней? Всё нормально?
– Нет, не нормально, – зло бросил он, развязывая галстук. – Я просил тебя ничего не делать. Я сказал, что сам разберусь. Почему ты полезла туда, куда тебе не надо совать свой нос?
– Милый, почему ты кричишь? – ее глазенки наполнились слезами. Она подошла к нему и хотела обнять, но он одернул ее руки.
– Ты слишком многое себе позволяешь, Томирис. Не надо было ходить к моей жене, в наш дом. Или я плохо объяснил?
Рустам сел в кресло, стоявшее напротив кровати. Рой мыслей в голове не давал расслабиться. Но одно он понимал точно: он сам загнал себя в этот капкан любви на троих. И теперь ему из него не выбраться.
– Жа-а-ан, ну прости меня, – Томи села в его ногах и ласково потерлась щекой о колено. – Я не могу так жить. Я хочу проводить с тобой больше времени. Я не хочу прятаться. Все должны узнать о Тамерлане.
– Томирис, ты меня очень расстроила, – он погладил ее по голове, а потом собрал ее длинные волосы в кулак и оттянул назад. Это она приучила его к таким играм, которые с пол-оборота заводили его. Томирис подсадила его на развязный и даже жесткий секс. С Айлин такого никогда не было.
– Прости меня, милый. Я так больше не буду. Ты меня накажешь? – она похлопала глазками и облизала губы.
– А ты хочешь, чтобы тебя наказали? – хрипло спросил Рустам.
– Конечно, любимый. Я знаю, как ты любишь, – Томирис изящно поменяла позу, устроившись между его раздвинутых ног, и опустила вниз молнию на брюках.
Рустам закрыл глаза, полностью отдаваясь невероятным ощущениям. Сейчас мозг полностью отключился.
Через несколько часов Рустам как ни в чем не бывало вернулся домой и увидел жену в черном вечернем платье. Сердце сделало кульбит и упало с высоты. Она была так прекрасна и грациозна, что привлекала к себе все мужские взгляды. А Рустам снова злился на себя, но уже ничего не мог изменить. Это было сильнее него. Только недавно он был с одной женщиной, а теперь отчаянно хотел другую. В ту ночь Айлин ему отказала, пообещав оторвать яйца. Впервые она говорила с ним в таком тоне.
Он заметил, что Айлин сильно изменилась за последние сутки. Спокойная жена превратилась в тигрицу с острыми ядовитыми клыками. И когда она вернулась домой с прогулки и попросила развод, он опешил.
– Я хочу развод, – повторила Айлин.
– Нет. Я не хочу разводиться, – отрезал Рустам.
– Мне плевать, что ты не хочешь. Сегодня же я подам заявление. Остальным займется мой адвокат.
– Ты с ума сошла? Какой развод? Мы вместе 17 лет, – возмутился мужчина.
– Раньше надо было думать головой! – крикнула ему в лицо Айлин и поднесла указательный палец к виску. – А не той извилиной, что у тебя между ног.
Рустам схватил ее за руку и потянул на себя. Она часто дышала и смотрела него с такой ненавистью, что он видел чертей, пляшущих на пепелище ее терпения.
– Отпусти меня, – потребовала она. – И больше не прикасайся.
Он нехотя отпустил.
– Я хочу, чтобы тебя здесь не было.
– Что? Ты с ума сошла? Это мой дом! – возмутился он.
– Хорошо, тогда я с девочками уйду. И так будет лучше. Не хочу приходить и вспоминать, как сюда заявилась твоя шлюха.
– Не говори так, – взревел Рустам.
– Как? Не называть твою токалку шлюхой? Прости, не могу. Привыкла называть вещи своими именами.
Айлин перевела дух и посмотрела на мужа с такой болью, что его самого пробрало до дрожи.
– Нам надо поговорить спокойно, – предложил Рустам. – Сегодня я уезжаю в Актау, мы планируем открывать там заправки. Я говорил тебе об этом. Оставайся здесь. И девочки, – он осекся, когда речь зашла о дочерях, – они не поймут, почему ты не дома.
– Анель с Лаурой приедут через три недели. Мы должны всё решить за это время и поговорить с ними.
– Я надеюсь, ты передумаешь, – осипшим голосом заявил он.
– Надейся и жди, – Айлин вздернула подбородок. – Я даю тебе время для твоей командировки, потом подаю заявление. Но адвокату позвоню сегодня же.
Она развернулась и побежала вверх по лестнице. Рустам окликнул ее, но она даже не обернулась. Он понял, что теряет ее навсегда.
Глава 7
Айлин
Выйдя из душа в банном халате, я прохожу в свою любимую гардеробную в бело-бежевых тонах. Здесь просторно, светло и уютно. С одной стороны – мои наряды и туфли. С другой – костюмы и рубашки мужа. Вспоминаю, как мы с Дианой подолгу обсуждали дизайн этой гардеробной, спальни, комнаты девочек, гостиной. У Ди с мужем компания по изготовлению элитной мебели, а сама она уже много лет работает дизайнером интерьеров. Столько воспоминаний нахлынуло разом: как мы с Рустамом впервые приехали на участок, смотрели, как заливают фундамент, потом поднимают стены. Это были одни из самых счастливых моментов в нашей жизни. Закрываю глаза, и память уносит меня на шесть лет назад…
Рустам обнимает со спины, а я кладу голову на его плечо. С ним всегда так хорошо и тепло, он дарит чувство защищенности и любви. Муж целует меня в щеку, и я опять таю в его объятиях.
– Ты довольна? – шепчет он на ухо. – Всё так, как ты хотела?
– Даже еще лучше, – восхищенно говорю я, смотря на уже готовый дом. Осталось только оформить комнаты, купить мебель и можно въезжать.
– Представь, что здесь мы встретим старость. У нас будет много внуков, и они будут гостить у нас.
– Представила, – закрыв глаза, ответила я. – Ты будешь всё таким же шикарным дедом, а я буду много ворчать, но всё так же любить тебя.
– А я тебя.
– Ма-а-ам, ма-а-ам, а какая из этих комнат наша? – в унисон кричат дочки.
Мы смеемся над нашими девочками. Рустам берет меня под руку и ведет в дом.
Щека горит от предательской слезы. Теперь этим воспоминаниям нет места в моей жизни. Подхожу к шкафу, где висит одежда Рустама, и кончиками пальцев пробегаюсь по висящим на вешалках пиджакам, достаю его голубую рубашку и вдыхаю ее аромат. Она пахнет им. Запах любимого мужчины, которого я навсегда потеряла. Я приняла окончательное решение, что не буду бороться и спасать семью. Ее больше нет. Нас больше нет. Все мосты сожжены в огне. Остался только шаткий и жалкий остов, за который почему-то так цепляется Рустам.
Но у меня осталось еще одно важное дело. Я хочу увидеть сына своего мужа. Мальчика, которого родила ему не я, а другая женщина. Умирать, так с музыкой. Я посмотрю на него одним глазком, и на этом всё. Мне нужно это, чтобы просто понять, что же я сделала не так.
Я вызываю такси, чтобы не светить свою машину. Судя по информации, которую скинул Улан, Томирис с сыном живут в таунхаусе «Кристалл сити» неподалеку от парка Первого президента. Недвижимость в этом районе элитная и очень дорогая. Такси без проблем пропускают на территорию, так как в коттеджном городке развитая инфраструктура: кафе, магазины, салоны красоты. Прошу водителя встать вдалеке от нужного мне дома.