Возрождение

Глава 2

Распластываюсь в полете, усиленно думая, что делать. Вокруг шумит воздух, продавливаемый моим падающим телом. Мысли в голове мелькают словно молнии, выдавая одну безумную идею за другой. Глаза шарят по округе, пытаясь зацепиться за что-то, могущее мне пригодиться, но я все еще был слишком далеко от поверхности. Глаза уже все в слезах от встречного ветра, и тут же разворачиваюсь на спину, пытаясь проморгаться.

Мегаполис Центральный фактически расстилался от горизонта до горизонта, закрывая почти всю поверхность, видимую из моего положения. Только где-то справа немного выглядывала синяя гладь океана, покрывавшего всю планету. Но даже так до шпилей высоченных небоскребов было еще несколько километров, и я стремился к ним на полном ходу. Прямо надо мной летят обломки разрушенного лифта, а гибкие тросы, ранее стыкующие поверхность со станцией на орбите, уже падали вниз, прямо на город. В голове таймер стремительно отсчитывает последние секунды спокойного полета.

Резко закрываю глаза, давая им отдых. Разворачиваю биолокацию в некий жгут, пытаясь нашарить летающие объекты. Телекинезом хватаю поочередно пять рваных кусков металла и тело погибшего, подтягивая к себе и выравнивая наши скорости. Вовремя! Интуиция подает сигнал, и я еле успеваю развернуться.

Стремительный силуэт вражеского глайдера выскакивает снизу, моментально открывая огонь из пушки. Тяжелые пули дырявят мгновенно стянутую мной в воздухе баррикаду, на глазах превращая ее в решето. Заряды буквально свистят рядом со мной. Интуиция просто вопит об опасности, заставляя неподвижно падать вниз, избегая тем самым попаданий. Держусь долгие две или даже три секунды, а затем телекинезом разбрасываю свой импровизированный щит, попутно дергая и себя вбок. Оружие на глайдере тут же реагирует на это, устремляя новые пули в тело погибшего. Крупнокалиберные заряды мгновенно отрывают части тела погибшего, разбрызгивая красным. Пилот почти сразу понимает, что его провели, но уже поздно. Закрываю глаза и телекинезом еще сильнее толкаю себя к поверхности, прямо навстречу боевой машине. Удерживаемый металлический обломок влетает в глайдер, оставляя длинную борозду на небронированном корпусе.

Пилот дергает летающую машину в сторону. Напоследок меня обдает жаром работающих двигателей, а вихрь разрезаемого глайдером воздуха закручивает мое тело в штопоре. Мир на мгновение мелькает как сумасшедший, но я быстро стабилизирую свое положение, успевая заметить, как враг уходит в новый вираж, пытаясь развернуться. Взгляд сквозь слезы на поверхность, и внезапно осознаю, что уже падаю мимо гигантских небоскребов.

Внизу вовсю мелькали очерченные полосы, направляющие движение личного транспорта. Сотни, если не тысячи глайдеров летали на разных уровнях, подчиняясь своим правилам и требованиям. Сквозь эти десятки рядов где-то внизу виднелась жесткая конструкция уже пешеходной площади, на которой даже располагались небольшие здания. Но под ней, сквозь открытые проемы переходов, разбросанные тут и там, и особенно вдоль самих небоскребов можно было заметить новые уровни, в свою очередь тоже забитые зданиями. Мегаполис был словно многослойный пирог, каждый уровень обладал своей собственной инфраструктурой. Только громадины небоскребов проходили сквозь них все, будто праздничные свечи.

И до всего этого великолепия мне оставалось лететь всего ничего. Телекинезом замедляю себя, одновременно бросая в сторону ближайшего здания. Стеклянная поверхность отразила мое изображение словно зеркало, попутно слепя ярким красным солнцем. Чувствую, как опаздываю, я еще сильнее давлю импульсом силы, старательно сближая себя с небоскребом. Сверху снова приближается звук двигателей, но я уже почти достиг нужного расстояния.

Интуиция снова спасает меня. Вспышка опасности, и резко меняю направление, выбрасывая себе вверх и не пытаясь приблизиться к зеркальной поверхности. Короткая очередь из пушки проходит прямо передо мной, врезаясь в стекло небоскреба. А то на удивление внезапно окутывается силовым щитом, с легкостью принимая на себя эти попадания. Не дожидаясь реакции, с ускорением бросаю себя еще ниже, больше не желая пробиваться внутрь здания. Пилот же стремительно следует за мной и снова открывает огонь.

Первые заряды мелькают совсем близко, буквально царапая меня и уходя дальше, вниз. Взгляд невольно следует за цепочкой выстрелов, замечая, как те попадают в неудачно вылетевший из небоскреба глайдер. Рваные дыры мгновенно образовываются в корпусе, а ни в чем не повинная машина резко уходит в крен, обрушиваясь тяжелым снарядом на летящие под ней ряды транспорта. Больше наблюдать не удается – новый рывок телекинезом бросает меня вверх, прямо навстречу врагу.

Пушка дергается, пытаясь последовать за мной, но обоюдная скорость слишком велика, и пилот не успевает. Мое тело врезается в корпус. Сильный удар выбивает дыхание, чуть не лишая чувств. Меня мгновенно протягивает к торчащему стволу оружия, и я чудом успеваю отойти от жесткого контакта, в последний миг машинально хватаясь за пушку. Враг на удивление мгновенно реагирует, тут же задирая нос глайдера. Но я уже разворачиваю свою биолокацию на полную, проникая внутрь машины. Время словно замедляется, пока тело на автомате что есть силы держится за торчащую пушку. Для точности ощущений даже прикрываю глаза, нащупывая врага.

Телекинетический удар впечатывает голову пилота в панель управления. Глайдер от внезапного рывка снова клюет вниз, чуть не сбрасывая меня со своего корпуса. На несколько мгновений приходится отвлечься, старательно удерживая себя на машине телекинезом, а пилот начинает агрессивно действовать в ответ. Боковая дверь внезапно уходит в сторону, а интуиция начинает захлебываться в крике.

Тут же разжимаю кисти и мощным импульсом отбрасываю себя как можно дальше. Спустя миг прямо возле корпуса проходит взрыв, придавая мне еще больше ускорения. Меня с силой впечатывает в энергетический щит небоскреба позади, вбивая затылок в твердую поверхность. На остатках сознания успеваю заметить, как гнет корпус глайдера, а с другой стороны из него вылетает человеческая фигура. Мир снова окрашивается в черное, но новая вспышка опасности каким-то чудом встряхивает сознание, позволяя прийти в себя и углубиться в боевой транс.

Несколько мгновений отхожу от удара и только потом открываю глаза. Мое тело безвольным кулем летит вниз, успев проскочить верхний уровень мегаполиса. Из носа идет кровь, оставляя небольшой шлейф в воздухе за запрокинутой головой. Встряхиваюсь и телекинезом снова замедляю падение, как прямо надо мной мелькает черная тень.

Каким-то чудом тело моментально мобилизуется, и удар ноги проходит вскользь, отведенный моим предплечьем. Тут же рука разворачивается, хватая врага за конечность. Включая телекинез на полную, с размаху пытаюсь ударить телом противника о мелькающую рядом зеркальную стену небоскреба. Но пилот, внезапно оказавшийся тоже псионом, будто предугадывает это, мощным порывом ветра выбрасывая меня вверх.

Удары приходятся почти одновременно, и мое тело сталкивается с ним, после чего меня впечатывает в твердую поверхность. Вот только его при этом буквально разворачивает вверх ногами, ведь я так и не отпустил ногу. Он тут же пытается оттолкнуться от меня, но я прекрасно знаю, что такое аэрокинетик с его объемными взрывами. Рука, усиленная телекинезом, держит мертвой хваткой, и дополнительно я еще удерживаю нас в связке. Несколько секунд противник еще пытается раскидать нас порывами воздуха, но затем резко меняет тактику.

Новый удар сносит нашу связку тел на один из уровней мегаполиса, выбрасывая прямо на пешеходную часть. Не удержавшись, я все же отпускаю противника, и тот тут же еще больше разрывает дистанцию, задействовав способности. В голове вихрем проносятся ругательства, но телекинез успевает меня хоть как-то замедлить, не позволяя расплющиться в блин. Тем не менее я все же достаточно жестко приземляюсь на бетонную поверхность одного из уровней. Тело тут же отзывается болью по всей поверхности, словно меня долго били. Из носа не прекращает идти кровь от перегрузки и значительного использования телекинеза, а головная боль просто адская, вот только еще ничего не закончено.

В десяти метрах возле меня уже медленно подымается фигура пилота в комбинезоне и в небольшом шлеме с зеркальным забралом, на котором отчетливо виден след от удара о панель. Бросаю короткий взгляд вокруг, прикидывая диспозицию, пока противник не начал действовать. Мы находились практически возле самого края этого уровня. Высокий трехметровый защитный барьер из энергощита не давал засмотревшимся людям свалиться вниз, но мы эту преграду преодолели как раз сверху. Немного поодаль располагался один из ближайших переходов между уровнями для глайдеров, так что большая куча летающих машин находилась буквально за спиной вражеского псиона, выстроив многочисленные плотные ряды. Виднеющиеся зеваки смотрели на нас крайне заинтересованно, до сих пор не понимая, чем это им грозит.

Все это мелькает в сознании меньше чем за мгновение, а мое тело уже рвется вперед, преодолевая растекающуюся боль. Враг тут же реагирует, забрасывая руку за спину. Интуиция подает сигнал, и я тут же бросаю себя в сторону, уже наученный опытом на арене. Взрыв сносит меня в полет, но мой телекинез почти сразу гасит силу удара, уменьшая инерцию. Ноги только касаются земли, как я снова перехожу в атаку. В глазах уже темнеет, но все же мой импульс силы справляется с тяжеленным объектом.

Псион будто что-то чувствует, пытаясь одновременно развернуться и подлететь, но поздно. Стоящий позади глайдер внезапно срывается с места, моментально набирая скорость и буквально снося врага с ног. Его тело катится по земле, и я тут же добавляю сверху своим снарядом. Глаза закрывает пелена, а колени подгибаются. Сил просто нет, и я фактически валюсь на бетон, пытаясь прийти в себя. Так долго и так интенсивно я еще никогда не использовал свои способности. Даже удивлен, что смог выдержать такое.

Взгляд нашаривает лежащее ничком тело псиона, ноги которого придавлены перевернувшимся глайдером. Мозг лениво и безучастно отмечает, что, с учетом медленно текущей крови, вполне вероятно, их раздавило полностью. Далее замечаю выпавший пистолет, которым так и не успел воспользоваться атаковавший меня пилот. Медленно поднимаюсь, глядя на суетящихся рядом людей, догадавшихся, что уже все кончено.

– Замереть на месте, иначе мы откроем огонь! – сверху внезапно раздается командный голос, и я наконец замечаю зависший в воздухе огромный глайдер с открытыми боковыми створками. Перегруженное сознание воспринимает все какими-то фрагментами, иначе не понимаю, как умудрился прозевать такую махину.

Стоящий внутри боец с внушительной лазерной пушкой, явно подсоединенной к энергореактору машины, уже целится в мою сторону. Несколько фигур позади него, все в средней броне и с короткоствольными винтовками в руках. Но все же большая надпись на борту – «Городская охрана» – несколько успокоила меня. Вот только ответить ничего не успеваю. Вспышка опасности заставляет попытаться резко развернуться. Но только попытаться…

Взрыв отбрасывает меня словно тряпичную куклу, впечатывая в защитный барьер. Еще в полете явно выставленная на автоматическую стрельбу лазерная пушка открывает огонь в мою сторону, мгновенно сжигая мне руку по плечо. Боль обжигает, а затем следует сильный удар. Во мне словно что-то хрустит, и я просто безвольно падаю на бетон, не в силах пошевелиться. Взгляд ловит валяющийся пистолет, который тут же подхватываю телекинезом. Прицелиться не успеваю. Новый взрыв происходит прямо внутри кабины глайдера бойцов, охраняющих город. Металл машины мнет, а из искореженных обломков прямо наружу вылетают человеческие фигуры.

Следуя какому-то слепому наитию, отпускаю пистолет и пытаюсь подхватить рассыпавшиеся фигуры. Успеваю удержать двоих от падения за барьер, перенося их на территорию уровня, как на меня словно падает тяжелый взгляд вражеского псиона. Успевший сбросить с себя шлем, он смотрел на меня залитым кровью лицом, явно готовя новую атаку своими разрушительными способностями. Резко бросаю фигуры бойцов, заставляя их грузно упасть с пяти метров, и пытаюсь добить врага, но интуиция уже захлебывается от крика. Черт, не успеваю… Абсолютно не успеваю…

Время будто полностью останавливается, застывая, словно цемент. В голове отчетливое осознание, что не успеваю ударить телекинезом до того, как враг сформирует свой фирменный взрыв аэрокинетика. Откуда-то идет ощущение, что вот он, уже создается буквально в нескольких метрах от меня, словно враг до сих пор пытается взять меня живым. Вот только сомневаюсь, что смогу пережить еще один такой удар. Отчаянно хочется замедлить его, остановить формирование этого импровизированного вакуумного взрыва. Непроизвольно напрягаю все свои силы в этом желании, словно телекинез мог захватить эту точку создания, заставив все замереть в ней. Прямо как это мгновение. И на удивление это… работает.

Время медленно начинает набирать ход, но я четко осознаю, что взрыв каким-то невероятным способом удерживается моим телекинезом. Будто хватка моих невидимых импульсов зажала в своих руках вражескую ментальную технику, не давая ей двинуться. Вот только сил это забирает невероятно много, заставляя выкладываться на полную и еще дальше, за грань моих возможностей. Тело начинает дрожать, а в глазах темнеет. Острая боль молниями бьет в голове, вызывая помутнение. С силой сжимаю зубы и последними усилиями подхватываю пистолет, направляя его во врага. Зависшее в воздухе оружие дрожит и дергается, словно его удерживает откровенно пьяный. В глазах вражеского псионика отчаяние и непонимание, а затем я нажимаю спуск, используя остатки сил. Тяжелая пуля бьет в его голову, мгновенно пробивая неаккуратную дыру во лбу и разрывая череп позади, разбрызгивая содержимое. А затем темнота поглощает нас обоих, вот только одного уже навсегда…

– Эй, парень, ты как? – надо мной нависает фигура в уже знакомой броне и с отметками городской охраны. Сквозь закрытое забрало шлема лица не видно, но за его спиной замечаю второго бойца с аналогичной экипировкой. Глаза с трудом фокусируются, медленно обводя все вокруг. Редкие заинтересованные зеваки пока не решались подойти слишком близко, боясь возможного продолжения. Больше же никого не было. Приходит осознание, что это, вероятно, те, кого я успел подхватить из разрушенного глайдера. – Я тебе вколол стимулятор, так что до прихода помощи должен продержаться. Только постарайся не терять сознания – медицинское оборудование осталось на борту машины… И да, спасибо, что спас…

– Не за что, – с трудом ответил я, медленно приподнимаясь и опираясь на защитный барьер. Состояние было ужасное, а в голове даже мелькнула мысль о том, что расслабился и решил, что стал непобедим. Ведь действительно, после арены, даже участвуя в огромных битвах и фактически взяв на абордаж корабль принца, я практически не пострадал. Да и Старший не доставил проблем. Все же вполне возможно, что я пока просто не видел действительно серьезных спецов в реальных сражениях, а не когда их возможности ограничены чем-либо, как на арене.

Резко закашлявшись кровью и преодолев очередное помутнение в глазах, все же не удержался и попросил еще один стимулятор. Уж слишком самочувствие было отвратным, а терять не то что сознание, а даже возможность самостоятельно двигаться мне вообще не хотелось. Боец, немного поколебавшись, вколол мне требуемое, принося вместе с легкими ощущением покалывания по всему телу долгожданное облегчение болевых ощущений.

– Благодарю, – произнес я более твердым голосом и, не дожидаясь ответа, скользнул в медитацию. Сознание в трансе учащенно пульсировало, но что более важно – оно снова немного изменилось в восприятии. Ранее зеленый шар с красно-фиолетовыми прожилками смешал все три цвета в практически равной пропорции, попутно увеличив свое сверкание. Интересно, это проявление этой новой возможности останавливать создание псионических техник у других? Никогда не слышал про такое, и в базах упоминания не было, но потенциально это крайне мощная штука, позволяющая расправляться с более сильными псионами. Черт, и откуда на меня все это валится?

Пока я был в трансе, бойцы, видимо, успели вызвать подкрепление. Аналогичный глайдер медленно и аккуратно приземлялся на небольшом пятачке поблизости, стараясь не зацепить припаркованную технику. Выскочившие бойцы моментально выстроили барьеры вокруг места происшествия, не церемонясь со столпившимися гражданскими. Делаю над собой усилие и все же встаю, преодолевая накатившую слабость. Но все же стимуляторы делали свое дело, и, несмотря на то что меня шатало словно под порывами ветра, я все же мог стоять самостоятельно.

– Вы остаетесь тут под руководством Рика, – махнул один из бойцов. Его шлем резко раскрылся, а затем уехал назад, оставляя небольшое утолщение позади. Короткостриженый, с жестким взглядом черных суженных глаз, он хмурился при виде всего это беспорядка. Ходящие желваки показывали еле скрываемое недовольство от потери бойцов. И таким же взглядом он мазнул по мне, на мгновение словно пытаясь проникнуть мне в голову. Впрочем, я точно так же упер в него взгляд.

– Так, что касается тебя. Сейчас тебе помогут погрузиться в глайдер и доставят в медицинский центр для оказания помощи. И сразу готовься рассказывать все по данному происшествию, – не дожидаясь ответа, он снова переключился на своих бойцов, – и закиньте труп в глайдер тоже. Хватит уже неожиданностей.

В итоге уже спустя пару минут после того, как все было зафиксировано нейросетями городской охраны, глайдер медленно взлетал над злополучной площадкой. В небольшой кабине, помимо меня и тела погибшего псиона, находилось еще двое бойцов. Чуть дальше, в глубине, разместился пилот, активно ведя летающую машину к пункту назначения.

Разместившись в на удивление удобном кресле, я продумывал, что можно сказать городской охране. Ссориться с наемной службой мегаполиса, занимающейся правопорядком и безопасностью, было бы глупо, но в то же время задерживаться на одном месте не хотелось абсолютно. Уж слишком легко нашла меня Организация. Не сказать что я прятался, но все же даже имея идентификатор нейросети, в пределах Верона с учетом десятков планет и тысяч станций – невероятно быстро. Кем-то другим эти противники явно быть не могли – попытка взять живым говорила об этом четко. Черт, словно они отслеживали мое местоположение…

Некая мысль начала оформляться в голове, но, неудачно пошевелившись, я вызвал новую вспышку боли в поврежденных ребрах, от чего мысль исчезла, словно дым на ветру. Впрочем, сознание сразу же переключилось на другие вещи. Да и срезанная лазером рука давала о себе знать, радуя фантомными ощущениями. М-да, все же медицинская помощь мне не помешала бы. Но все же мне лучше, чем этому псиону. Смерив взглядом лежащий рядом труп, прямо под убранной в потолок лазерной пушкой, я неожиданно пришел к другой достаточно интересной идее.

Прикрываю глаза, демонстративно морщась от боли, всем своим видом демонстрируя бойцам, что мне плохо, я скольжу в транс, разворачивая био-локацию. Обе фигуры в средней броне молча сидели напротив меня, уложив короткоствольные винтовки себе на колени. Полностью закрытые шлемы скрывали любые переговоры, и тем самым мрачная тишина только нагнетала атмосферу. Хотя мне сейчас было не до этого.

Вытянув щуп внимания, я медленно обыскивал погибшего пилота, пытаясь найти хоть что-нибудь полезное. И такое нашлось – похожий чип, прямо как у Старшего, только этот был без защиты. Словно псион, успев прочесть данные, по какой-то причине не зашифровал их снова. Или же понадеялся на удачный исход, или просто халатность вместе с забывчивостью. Но такой шанс я решил не упускать. Телекинезом активирую доступность к подключению, и нейросеть сразу же подсоединяется к чипу, копируя все содержимое к себе. Перед глазами всплывают данные единственного файла, которые больше всего походят на досье. Досье обо мне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.