Три мира Хельги. Третья часть. Дремир

Она отбросила меч в сторону и побежала по улице. Смит разжал пальцы, освобождая товарища от захвата. Старший не побежал за ведьмой, а просто быстро зашагал следом.

— Чего расселся? Вставай! Распустили нюни! Какую-то девку поймать не можете! Я доложу капитану. Служить вам не в гвардии, а городской страже! Тьху!

Смит подошел к не успевшему подняться товарищу и протянул руку, помогая оторваться от мостовой.

— Он ведь и правда донесет, — виновато сказал Стен.

— Ну и пусть, — коротко ответил дружок. Лицо его выражало решимость. Стен хлопнул его по плечу и дрогнувшим голосом сказал: «Спасибо!»

Оставив погоню позади, Хельга вернулась в ту часть города, которую знала, как своих пять пальцев. Нужно было где-то отсидеться. А где лучшее место, как не в развалинах старой башни? Она любила там уединяться, когда надо было пережить какую-нибудь обиду или просто побыть одной. Тремирка нырнула в кусты и по обвалившимся со стен камням прошмыгнула в дверной проем. Осторожно поднялась по развалившимся от времени ступеням на верхнюю площадку. Здесь уже кто-то был. Парень сидел к ней спиной, свесив ноги вниз. Рядом лежала котомка. Он был чем-то увлечен и поэтому не услышал, как с тыла к нему подкралась Хеля.

— Саймон? — узнала она сына ростовщика. Паренек от такой неожиданности подскочил на месте. Он быстро отложил в сторону перо и бумагу.

— Ты кто такая? Что тут делаешь?

Хельга с детства знала Саймона Грина и поэтому без всякой опаски уселась рядом.

— А ты? Грустишь в одиночку? — в ответ спросил она. Саймон засобирался уходить.

— Что помешала? Стихи пишешь?

— С чего взяла? — открыл он котомку, собираясь уложить туда письменные принадлежности. Из нее приятно пахнуло.

— Пирожки? — жадно спросила Хельга, сглотнув слюну. Это услышал даже Грин.

— Ты, что голодна? — участливо поинтересовался парень.

— С утра маковой росинки во рту не было.

Поэт подал ей мучное изделие.

— Угощайся, — не жадничал юноша. Девчонка радостно схватила пирожок и откусила сразу половину. Жевала, закатив глаза от удовольствия.

— Госпожа Лаура просто волшебница! У нее всегда такие пирожки получаются, что пальчики оближешь.

— А ты, что мою маму знаешь? — удивился парень.

— Кто в этом районе из детворы не знает твою мать? Добрейшей души человек.

— А я что-то тебя не припоминаю. Где ты сама живешь? — не верил собеседнице Грин.

— Это сложно объяснить.

— Что ж тут сложного? Улицы не знаешь?

— Знаю я все, — вытерла губы от крошек Хеля.

— Хочешь еще? — достал собеседник очередной пирожок. Магичка не отказалась.

— Да ты садись рядом, — предложила она. Саймон умостился возле девушки.

— Это тебя все ищут? — неожиданно спросил он. Хельга перестала жевать.

— С чего ты взял, что меня кто-то ищет?

— Сабрина сказала, — признался сын ростовщика. — Это же ее одежда? Правда?

— Вот холера! Значит, это она меня гвардейцам сдала? — огорчилась Хельга. — Что еще говорила? — хотела она знать подробности. Грин вел себя спокойно, не настороженно.

— Сказала, что ты ведьма, и очень странная.

— Даже очень! — согласилась с этим девушка.

— А ты, я вижу, ведьм не боишься?

— Чего их бояться? — улыбнулся Грин.

— Правильно. Чего их бояться, если сам влюблен в мага. Стихи посвящаешь графине Летиции Фишер? — начала проявлять свои странности собеседница.

— Откуда знаешь? — повернул парень голову в ее сторону.

— Я же ведьма. Как мне этого не знать?

— Шутишь? За что, тебя разыскивают?

— Зато, что странная. Ты хороший парень Саймон и всегда был мне другом.

— Я не знаю тебя, — ответил он.

— Зато я тебя знаю. Хочешь, я прочту одно из стихотворений, которое ты, надеюсь, уже написал?

Хельга напрягла память и начала декламировать:

«Взаимности давно не жду я,

Люблю смиренно девушку-мечту,

И каждый день, я сам с собой воюя,

Боготворю ее, далекую звезду».

Саймон превратился в слух.

— Этого не может быть! Я их никому не читал! — попытался он вскочить на ноги, но девушка придержала его за руку.

— Ты станешь известным поэтом.

— Кто ты, скажи? Как, ты можешь это знать?

— Я отвечу, но не знаю, поверишь ли ты мне. Можешь представить, что где-то далеко есть подобная этой страна, но называется она по-другому? И живет там, такой — же, как и ты Саймон Грин и такая же графиня Фишер, только имя у нее другое. Они друзья с детства и он также тайно в нее влюблен. Представляешь?

— С трудом. Как может быть два Саймона?

— А вот это ты видел? — она показала ему медальон семейства Фишеров.

— Это герб графа Фишера, — промямлил он.

— Это герб Кристофера Фишера Тритского, уроженца юга, — повторила с дополнением Хельга.

— Ты сперла его и за это тебя ищут? — по-своему предположил Грин.

— Дурак, — резюмировала Хеля. — Никто, ничего не крал. Я графиня Хельга Фишер Тритская, которой тот далекий Саймон Грин посвящал свои стихи. И я такая же дура, как и Летиция, ничего об этом не знала. Почему ты не можешь открыто сказать о своих чувствах? — наехала на него Хельга.

— Кто я, а кто она? Постой, постой, но такого не может быть! — все еще сомневался парень.

— Вот, ты упертый! Возьми это себе на память!

В его ладошку легла монетка. Их оставалось так мало, но для друга не жалко. Он покрутил золотой перед носом.

— Но, здесь написано Тремир, а мы живем в Дремире, — заметил парень изъян.

— И я о чем! Ты думаешь, чтобы тебя в чем-то убедить я отчеканила монету и полезла в дом Фишеров, чтобы стащить их фамильную реликвию?

— Нет, конечно, — согласился Саймон. — Но это так неожиданно! За, что тогда тебя ищут?

— За то, что странная такая. Сабрина мне не поверила и сдала гвардейцам, — вздохнула магичка. Грин положил свою ладонь на ее руку.

— Если мы там, — он кивнул вдаль. — Друзья и ты все знаешь обо мне, то я никому ничего не скажу.

— Спасибо! — искренне поблагодарила его девушка.

— А, как ты оттуда попала к нам?

— Разумники могут и не такое сотворить.

С этим парень был согласен. О Разумниках слышали и в Дремире.

— Может, тебе чем-то помочь? — спросил он.

— Чем ты мне поможешь? Это не мой мир, хотя и сильно похожий.

— Ты хочешь вернуться?

Простой вопрос, на который не так просто ответить. К кому и куда возвращаться, если бы даже была такая возможность?

— Не знаю, я еще не решила.

— Почему не расскажешь всем, как все есть на самом деле? — не понимал Грин причину бегства девчонки.

— Сабрина не поверила. Думаешь, графиня Фишер меня признает? Представляешь две графини Фишер? Кому это надо?

— Ну, да, — согласился собеседник.

— Может, тогда еще пирожков принести? — не знал он, чем помочь.

— Принеси, — согласилась она, решив уйти не прощаясь. Он подскочил и поспешил со своей котомкой к выходу.

— Эй, Саймон! — окликнула его вдогонку Хеля. Парень обернулся.

— Ты все-таки скажи ей!

— А если откажет?

— Даже если откажет, не вздумай пойти туда, куда задумал, — пригрозила Хельга.

— Это куда? — хитренько прищурился паренек.

— Саймон Грин, я все о тебе знаю! Не вздумай! — показала она кулак.

Грин засмеялся и исчез из ее поля зрения. Хоть с пирожками, хоть без них, а из города необходимо выбираться. Стоило попробовать через другие ворота. Внимательно всматриваясь в толпу, чтобы не нарваться на патруль, Хельга петляла по улочкам Дремира. Обстановка в районе и этих ворот была аналогичной. Стража тщательно проверяла всех выезжающих. Девчонка стояла и думала, как ей выбраться, когда послышался какой-то шум. Это к городским воротам неслась четверка лошадей запряженных в карету с вензелями герцога Нивольского.

Вот кто ей поможет! — озарило Хелю. Но как попасть в карету? Что сказать Нивольскому?

Лошади быстро приближались. Она импровизировала на ходу. Слепила огненный шарик и когда транспортное средство поравнялось с ней, ударила по колесу. Бац! Карету занесло. Кучер вовремя успел остановить скакунов. Лакеи соскочили с козлов и засуетились возле колеса.

— Ну, что там еще? — открылась дверца кареты, и на мостовую шагнул сам герцог. Он осмотрел поломку, и нервно стуча перчатками по руке ждал, когда устранят неисправность. Тут откуда ни возьмись, перед ним появилась Хельга.

— Не желает ли милорд узнать ближайшее будущее?

— Иди прочь шарлатанка, — замахнулся мужчина перчаткой. — Откуда тебе знать мое будущее?

— Скажу, но денег не возьму, — не отставала Хеля. Герцог просто ее игнорировал.

— Приехал милорд подписывать важный документ. Пиковая дама из свиты червонного короля сильно ему благоволит, — чуть отойдя в сторону, вещала магичка.

— Как может быть пиковая дама в свите червонного короля? — усмехнулся герцог над потугами гадалки. — Чепуху говоришь, шарлатанка.

— А разве советница графиня Беккер светлых кровей? Волосы ее черны, а наш король наоборот. Вот и выходит, что пиковая дама в свите червонного короля.

— Эй, девочка, о чем ты говоришь? — оглянулся Нивольский по сторонам. Тремирка продолжала.

— Валет бубновый сильно против этого союза. Вижу за валетом далекого короля. Честно сказать не знаю, какой масти в Фолдане король.

— Ого, какая ты политическая гадалка. Кто же этот валет? — мелькнула искорка заинтересованности в глазах герцога.

— Нашего маршала вы и сами знаете и догадываетесь, кто за ним стоит.

— И, что дальше? Чем закончатся твои фантазии?

— Договор вы подпишите назло врагам, но ждет вас большая опасность и исходит она от вас самих, — загадочно ответила девушка.

— Замысловато говоришь. Может попроще?

— Скажу и проще, но не просто так.

— Ха-ха-ха! — засмеялся Дастин.

— Я так и знал, что все пророчества закончатся деньгами, — разочаровался он.

— А, ну, в сторону! Чего варежки разинули? — рявкнули патрульные на зевак, направляясь к карете. Хельга занервничала, и это заметил ее собеседник.

— Да у тебя проблемы с властями! — веселила его ситуация.

— Не надо мне ваших денег! — выпалила девушка

— Что же тебе надо?

— Услугу.

— Не будет никаких услуг. Сейчас гвардейцы заберут тебя, — шантажировал ее Дастин.

— Послушайте милорд! — взмолилась магичка.

— У меня есть то, что очень вам дорого! Не выдавайте меня, пожалуйста! — жалобно попросила тремирка. Солдаты, завидев Хельгу, целенаправленно направились в ее сторону.

— Милорд, эту женщину разыскивает капитан гвардии граф Фишер. Мы вынуждены доставить ее к нему, — заявили бравые парни. Старк по голосам узнала своих преследователей. Только упертого старшего, среди них не было. Наученные горьким опытом военные сразу же схватили девицу за руки. Гадалка почти повисла между ними.

— Позвольте ребята! — нашел, что сказать Нивольский.

— Это моя служанка. Да и какая она женщина? Так, девчонка. Вы, наверное, обознались.

— Обознались? — переглянулись между собой парни. Чтобы склонить чашу весов в свою сторону и прервать это томительное раздумье, герцог подкрепил свои слова весомым аргументом, а именно мешочком медных монет. Смит примерил в руке объем кошеля и довольный своими измерениями подтвердил гипотезу дворянина.

— Действительно, обознались!

Хеля подняла голову. В ее глазах светился лучик надежды, а в ответ она получила ироническую улыбочку. Кучер доложил о готовности транспортного средства продолжить движение.

— Прошу в карету, — подтолкнул магичку Дастин.

— Уж больно меня заинтересовал тот факт, что о тайных государственных переговорах, в этой стране знает даже бродячая гадалка.

Миновав городские ворота, они продолжили общение.

— И что ты имеешь такого, что так дорого мне? Если обманешь мои надежды, то в первом же городке, сдам тебя властям, — пригрозил мужчина.

— Я согласна. Но если позволите, у меня будет одно условие, — попросила Хеля.

— Ставить условия герцогу? Не слишком ли?

— Вы столь великодушно спасли меня от ареста, неужели вас смутит одно мое маленькое условие? Оно никак не заденет вашу честь, — гнула свою линию девушка.

— Я заплатил за тебя деньги, а ты ставишь мне условия? Каково?

— То, что я вам дам стоит значительно больше, чем тот кошелек, — не сдавалась Хеля.

— Ладно, говори свое условие, а я посмотрю, подходит ли оно мне? — уступил Нивольский.

— Я не могу открыть источник той информации, которую вы захотите услышать.

— То есть, ты не скажешь мне, откуда ты узнала о переговорах? — правильно понял собеседник.

— Нет, — мотнула головой Старк.

— А может о них уже весь базар знает, и я зря везу тебя в своей карете?

— О них знают не многие, но результат мне известен, — снова туманно сказала тремирка.

— Как такое может быть? Ты просто врешь.

— А это вы узнаете чуть позже.

— Тогда какой смысл мне возиться с тобой, если результат будет позже? — не понимал он.

— Потому, что вы должны одну услугу. Услуга за услугу, — снова непонятно сказала девушка и принялась копаться в одежде.

— Я никому ничего не должен! — упорствовал герцог. Хельга наконец-то нашла, что искала. Она протянула Дастину его перстень.

— Обладатель сего может просить любой помощи, как у подданных герцога, так и у него самого.

Ошеломленный мужчина рассматривал полученную драгоценность и оригинал у себя на пальце

— Этого не может быть! Это подделка!

— Этот перстень вы заказали у старого мастера на рождение своего первенца. Мастер не делал двух экземпляров.

— Тогда поясни, как он оказался у тебя?

— А это и есть мое условие, — напомнила ему Хельга о просьбе.

— Это все колдовство! На меня навели чары. Перстня нет на самом деле. Это иллюзия! Ты ведьма! — разволновался герцог.

— Это не колдовство. Здесь задействован механизм посложнее простого колдовства. Некогда моя мать спасла жизнь герцогу Нивольскому, и он в знак благодарности подарил это украшение, — приоткрыла Хельга завесу тайны.

— Я никому не дарил перстня. Он постоянно при мне, — не соглашался Дастин.

— Я не сказала, что это были вы. Я сказала герцог Нивольский.

— А кто я, по-твоему? Или у нас несколько герцогов Нивольских? — бесился Дастин.

— Поэтому мне тяжело, что — либо вам объяснять. Примите как есть. Перстень настоящий?

— Похоже, что да, — согласился собеседник. — Но, я…, — опять начал что-то доказывать дворянин.

— Если бы вы кому-либо вручили свой перстень, он обладал бы такой же силой, как назвала я? — перебила его Хельга.

— Несомненно.

— Тогда выполняйте предназначенное или вы будете спорить, что этот перстень не принадлежит дому Нивольских? — зашла с другой стороны магичка.

— Фу-у! — выдохнул мужчина. Спорить с девчонкой было бесполезно.

— Я отдала вам то, что так для вас дорого?

— Да. Ты не обманула. Проси, что хочешь, но в разумных пределах, — не стал увиливать от клятвы герцог, которую и не давал.

— Доставьте меня в Вербен, — попросила Хельга.

— М-м, — задумался Дастин. — Хотя, я еду и не туда, но слово дороже. — За какое преступление тебя разыскивает гвардия? — интересовался ее спутник.

— Ничего серьезного. Случайно забралась в дом их капитана, — небрежно махнула рукой девица.

— Так ты воровка? Может и о переговорах случайно где-нибудь подслушала?

— Никакая я не воровка, а за переговоры думайте, что хотите, лишь бы они были успешными.

— Ты знаешь, о чем идет речь? — не снижался у мужчины интерес к загадочной особе.

— В общих чертах, — не хотела оглашать степень своей осведомленности девушка.

— Ты еще говорила о какой-то опасности, которая исходит от меня самого? Пояснить можешь?

Карету качнуло. Острая боль в районе живота заставила Хельгу побледнеть. Она приложила ладонь к больному месту. Эта беготня даром не проходит. Ей бы после наложения швов полежать, отдохнуть, а ее гоняют словно зайца.

— Не хочу предопределять ход событий, они ведь могут пойти и по другому сценарию, но, тем не менее, хочу вас предупредить, чтобы вы не вздумали в знак своей искренней признательности дарить королю животных. Вы можете оказаться в центре интриг, которые плетут недоброжелатели Эдгара Счастливого, и ваш подарок сыграет с вами злую шутку, — общими фразами пояснила она суть своего предостережения.

— Весьма туманно, как впрочем, и все о чем ты говоришь. Один только перстень реален и он удерживает меня от желания вышвырнуть тебя вон. Ты где-то нахваталась умных фраз и скорее всего, подслушала чей-то разговор, и теперь интригуешь меня, якобы своими знаниями. Все это пустышка! А вот с перстнем я действительно еще не разобрался.

— Надеюсь, вы сдержите свое слово? — обеспокоилась Хельга.

— На то я и герцог, чтобы держать слово. Однако ты тут всего столько наговорила, что мне не терпится задать еще парочку вопросов.

— Кто твои родители?

— Герцог, мы снова будем ходить по кругу. Вас не столько интересуют мои родители, как каким образом этот перстень оказался у меня. Чтобы я вам не сказала, вы все равно мне не поверите.

— Отчего же? Если это будет правда, то поверю.

Этот ответ рассмешил спутницу. Смех, правда, получился выстраданный. Она покрепче прижала рану. Дастин заметил изменения, проскользнувшие на лице девушки, но не понял их причину.

— Правда заключается в том, что кроме нашего мира еще существуют и параллельные миры. Вам понятны такие формулировки? — поумничала Хельга.

— Я получил достойное образование и понимаю, что значит параллельный, но не понимаю, как это может относиться к мирам? Кстати, откуда ты знаешь такие понятия? По виду не скажешь, что ты образована, хотя если судить по речам, то и на простолюдинку не похожа, — размышлял дворянин.

— А я не простолюдинка. Внешность обманчива. Может, я графиня? — постаралась выглядеть серьезной спутница мужчины.

— Графиня? Ну и рассмешила! — не воспринял Дастин всерьез это заявление.

— Графиня Хельга Фишер Тритская родом из Тремира, из королевства в центре материка, с границами с Фолданом и Эберией, — пафосно заявила она.

— Это Дремир имеет границы с Фолданом и Эберией, и у графа Фишера дочь зовут Летицией, — попытался герцог осадить полет ее фантазии.

— Это в Дремире у него дочь Летиция, а я говорю о параллельном мире и страна там Тремир. В этом Тремире я дочь графа, а герцог Нивольский должник моей матери. Она спасла его от смерти, а он дал ей этот перстень, — попыталась она сказать правду герцогу.

— Даже нивольские сказочники не способны такое придумать! — иронизировал Дастин.

— Как знаете милорд! Я устала объяснять вам прописные истины, — гневалась девушка.

И тут карету снова подбросило. Хельга ойкнула и поменялась в лице.

— Да, что с тобой? — не понимал Дастин, смотря, как его спутница держится за живот.

— Пустяки милорд! Сейчас пройдет, — посиневшими губами прошептала она. Мужчина убрал руку девушки от одежды. Ткань пропиталась кровью.

— Что это? — строго спросил герцог.

— Ничего страшного, милорд! Не беспокойтесь обо мне, — попросила она и потеряла сознание.

Дальнейшие действия происходили как в тумане. Ее нес на руках сам Нивольский. Затем какие-то бревенчатые стены, испуганное женское лицо и темнота. Сознание возвращалось эпизодически. Окончательно она пришла в себя снова в карете, но теперь лежа на мягких подушках. Первое, что она увидела, так это хмурое лицо дворянина. Заметив, что девушка очнулась, он протянул ей кувшин с непонятной жидкостью.

— Выпей настоев из трав. Он вернет тебе силу, — приказал мужчина. Пришлось подчиниться. Настой хоть и не был вкусным, но бодрость в тело действительно принес.

— А теперь поговорим начистоту, без всяких выкрутасов, — голосом, не предвещавшим ничего хорошего, заявил Нивольский. В руках он держал медальон с гербом Фишеров.

— Начнем по порядку? — легкая ухмылочка коснулась его губ. Хельга стиснула зубы. Рассказ о Тремире здесь не поможет. У герцога с фантазией проблемы. Надо что-то придумать и такое, чтобы мужчина поверил.

— Что вы хотите знать? — решила Хеля сыграть свою игру.

— Кто ты на самом деле? Воровка? Это из-за этого медальона тебя ищут солдаты?

— Не совсем. Медальон принадлежит графу Кристоферу Фишеру, а я его внебрачная дочь. Он сам подарил мне его.

Выражение лица Нивольского поменялось. Надменную серьезность сменило удивление.

— Внебрачная дочь? — повторил он.

— Вас это смущает? Или в Ниволе не практикуют связи на стороне? — ехидно спросила Хельга. Герцог немного смутился.

— Тогда почему искали? Кто ударил ножом, и почему подарив такой дорогой медальон, Кристофер не смог позаботиться и о приличном платье?

— Были у меня и приличные платья, — вздохнула Старк. — Мы с маменькой ни в чем не нуждались. Жили хорошо, до тех пор, пока жена графа не узнала о моем существовании. Баронесса Ариен Рихтер весьма переживала, что наследство Фишеров могло достаться еще кому-нибудь, кроме ее доченьки. Не буду говорить ничего плохого, но моя маменька внезапно заболела и скончалась. Осталась я сиротой при живом отце. Он меня конечно любил. Брал с собой в поездки, когда это можно было скрыть от жены. Отец у меня хороший. Он прощал мне многое. Я действительно фантазерка. Начиталась всяких книжек и начинаю выдумывать свои миры.

Пока врать получалось складно. Она бы и сама в эту сказку поверила.

— О переговорах, откуда узнала? — задавал вопросы дворянин.

— Отец говорил. Не мне конечно. Я подслушала разговор. Что-то сама придумала. Вы уж простите, не удержалась, — повинилась девчонка.

— А перстень? — больше всего хотел знать Нивольский эту тайну.

— Подделка. Я его на базаре купила. Вы его любому ювелиру покажите, и он вам скажет, — врала дальше Хеля.

— Я так и знал! — остался доволен собой герцог.

— Я ни капли не поверил в эту ахинею, что ты несла. Но врала, скажу тебе, мастерски.

— Фантазировала, — поправила его Хельга и невинно заклипала ресничками.

— Теперь все становится на свои места. Ну, а ножом кто?

— Дочка баронессы. За отца мстила, гадина. Убить меня хотела. Я испугалась, побежала. Отец хотел найти меня, и отправить к бабке в Вербен. Только я боялась, что если первой меня найдет баронесса Рихтер, то уже ни к какой бабке, я не попаду. Вот и пряталась. А тут вы повстречались. У меня перстенек фальшивый был и поэтому, я и подумала, что вы сможете мне помочь. Простите милорд, что наплела вам всяких небылиц. Испугалась я очень. А, что если бы отец женушку послушал? Кто за меня заступился бы? Безродное дитя, — жалела сама себя Хеля.

— Не совсем безродное. Отец же тебя признал? — хотел мужчина поддержать девчонку.

— Если медальон дал, то признал. Но это признание только беду принесет. Пока меня не изведут мать с дочкой, не успокоятся, — всплакнула тремирка для убедительности. Дастину стало жаль бедную девочку.

— Медальончик, наверное, во время перевязки увидели? — шморгая носиком поинтересовалась девчонка. «Лингвист» был на месте. Она незаметно пощупала кармашек. Пальчики уперлись во что-то твердое. Монетки и ее вовремя снятый с пальца перстенек были на месте. Хвала богам!

— Да. Женщины, которые помогали тебе, передали его мне. Зачем, ты тогда врала, если на самом деле дочь графа?

На этот вопрос у нее был готов ответ.

— Поставьте себя на мое место. Кто захочет связываться с бастардом? Как бы отреагировал граф Фишер на то, что кто-то полез в его семейные дела? Вам бы был нужен такой конфликт? Нет. Значит, скажи я вам правду, то вы бы отказали мне в помощи.

Аргументы достаточно правдоподобные. Дастин почесал подбородок и согласился с ее доводами.