Омичка навсегда. Лирика о родном городе
- -
- 100%
- +
Нас привезли в Москву в сороковом,
И там служить моя страна велела,
Никто не думал, что мы в бой пойдем,
Что немцы рвутся и в ее пределы.
Все было напряженно в том году,
В ученье тяжело, трудней в сраженье,
Солдаты по ночной Москве бредут,
И видят древний град в таком волненье.
Еще тревог не слышали тогда,
Еще вдали гудели самолеты,
Но надвигалась страшная беда,
Хотя и верить в это нет охоты.
Затишье перед бурей – это так
Понятно в эту страшную годину,
Москва нас принимала, на холмах
Ее мы стали вмиг один мужчинами.
Никто не верил, что они дойдут,
Что где-то там их всех не остановят,
Мы закалялись, этот адский труд,
Был окрылен надеждой и любовью.
Как часто после вспомнив этот год,
Мы понимали, как он добр и важен,
Мы научились драться и вперед
Тогда пошли, и были мы отважны
Мир жил в плену иллюзий и надежд,
Никто не говорил о самом страшном,
Однажды мне приснился Будапешт,
И этот сон остался самым важным.
Откуда я узнал, что это он?
Мне девушка прекрасная сказала:
– Ты в Будапеште, он освобожден.
Но ждет тебя Москва твоя сначала.
И я запомнил чудные слова,
Так легче и надежней было биться.
И комиссар твердил нам, что Москва
За нами- наша древняя столица.
Она была французам отдана,
Но немцы не шагнут сюда, я знаю.
И мирно спит прекрасная она,
Тех ужасов еще не сознавая.
Битва под Моздоком
Светлой памяти ветерана Великой Отечественной войны Ковальчука Константина Никоаевича, награжденного орденом Красной Звезды за сражение под Моздоком на Кавказе
Я, убивший тебя под Моздоком…
Светлов Итальянец
Убиты все, и только он стрелял,По итальянцам из последних сил,Немой Кавказ сраженью не внимал,И только грозно ветер голосил.Ранение, он ранен был опять,Но итальянцы в наступленье шли,Дед не привык, не мог он отступать,И только тени таяли вдали.– Откуда вас и что вас привелоВ ущелья, в горы, я же вас не звал,И он стрелял, стрелял всему назло,Полуживой в тот миг не отступал.Моздок был нем, тумана пеленаСпускалась с гор, он мог передохнуть,И вот тогда нагрянула весна,И путь к своим, о, как он труден путь.Он на себе уносит пулемет,Плутая среди гор в той тишине,Война идет, и к ним весна идет.Труп итальянца видит при луне.– Зачем ты здесь? Скажи, зачем ты здесь?Да я убил тебя и выжил сам.И на груди тот самый черный крест,Который нам поэт наш описал.Он видел все, и снилось там, в грозу,Что горы им прохода не дают,И итальянцы темные идут,И остается несколько минут.И вот тогда в атаке он опять,Стреляет и не может отступить,– Своей земли не отдадим и пядь,Мы будем драться, чтобы победить!!!И Красная звезда осветит путьДо Праги и Берлина в грозный час.С дороги этой деду не свернуть.Он все пройдет, и он придет назад.Но только итальянца не забыть,И страшный бой, и горы, и Моздок.И будет пулемет их там крушить,До Дня Победы путь их так далекСнежная роза. Памяти Алеши
13 октября 2008 года перестало биться сердце Алеши Черепанова – эта сказка ему. Светлой его памяти.
Она цвела упорно до мороза,Страх потеряв, чего еще бояться?Прекрасная, изысканная роза,Морозу продолжала улыбаться.Когда Кащей пронесся над полями,От древней дикой лютости зверея,Над белыми, холодными снегами,Вдруг роза заалела для Кащея.Сначала он виденью не поверил,Умерил пыл, спустился к ней поближе.И боль, и ярость вдруг в душе КащеяОбнажена: – Люблю и ненавижу…Коснулись пальцы скрюченные розы,Глаза его бесцветные слезились.И тихо побелела от мороза,И лепестки от холода скрутились.– Вот так весь мир, – хрипел Кащей устало, —Меня завидев, умирал внезапно.Но роза и жила и трепеталаВ каком – то сне и пламенном азарте.Чудовище становится добрее,И схлынули ужасные морозы,Когда в тумане, где поля белеют,Вдруг поступает пламенная роза.Зачем она опять пылать готова?Чтоб усмирить жестокого Кащея?Но он дохнет и заморозит снова.И все-таки она в снегах алеет.И мечется опять в бескрайнем полеСтарик усталый, ветер обгоняя.Что стало с ним? Тоска, найти он хочет,Цветок прекрасный, пусть тот засияет.Прекрасная, изысканная роза,Кащею продолжала улыбаться,Она цвела спокойно и в морозы,Она умела с холодом сражаться…Театр Драмы
И мир, и миг, и тучи серебристы,Стихают за чертою голоса,Выходят на поклон легко артисты,Оставив в драме мир на два часа.А время снова бег для нас смиряет,И утихает боль, и счастья мигНас на мгновенье снова окрыляет,И кажется прекрасен этот мир…Но что потом, за призрачным порогом,Какая страсть охватит, и к чемуМне знать, что эта жизнь опять убога,Пришедшие из тьмы уйдут во тьму.И если свет костра мне так приятен,Как свет звезды в тумане золотом,То голос твой отчаян и не внятен,То остается за чертой твой дом.Жизнь не театр, она ясней и строже,Она порой бездействием убьет,Но император в той высокой ложе,Вдруг улыбнется, ангел запоет,Танцует там Матильда до рассвета,И мы в том действе и во всем правы,И танец примы или песня ветраТеряется в кружении листвы.«Сонный город дышит снегом…»
Сонный город дышит снегом,Пролетающим в тумане.В беспокойном сером небе,Переполненном обманом,Чьи-то призрачные тениИ не узнанные лица.Как увидеться нам с теми,Кто ушел, и не простился.Кто ушел туда навеки,Не желая возвращаться…Сонный город дышит снегом,Не простить, не попрощатьсяНе успели, и растаяв,Только в снах тревожных снятся,Из тумана вырастают,Пожелав нам оставаться.Над Венецией и РимомТень беспечного поэта,Все условности отринув,Снова бродит до рассвета.И стихи его звучали,В снегопаде растворяясь,Но забыты все печали,Только в памяти осталисьГолоса из-за тумана,Рыжий кот, тоски безбрежность,Сонный город дышит снегом,Дарит нам покой и нежность…Тень Достоевского
Любимый роман – Братья Карамазовы, любимый герой – Иван Карамазов, если речь о Достоевском
Ко мне пришел сегодня старый чертРастрепанный, усталый и хмельной,И говорит, что время – то течет,А веры нет, поговори со мной.Но у меня важнейшие дела,Для философий время, право, нет,И все же снова кофе налила,Врубила свет, и дым от сигаретПричудливые лица рисовал,Холодный ветер распахнул окно,И он меня к тебе не ревновал,Он видел, что теперь мне все равно.Мигала лампа, и шуршала мышь,А может Домовой не мог уснуть.Вот так всю ночь о чем-то говоришь,Пытаешься за грани заглянуть,Потом слегка кружится голова,И на снегу следы его копыт,Мне показалось, что я умерла,Зеленым глазом на меня косилИ улыбнулся в редкие усы,И говорит о том, что жить и жить.И вдруг салют, и от такой красы,Не спрятаться и хочется парить.И подождут все важные дела,Общение важней всего на свете,И понимаю, я не умерла,Раз он один уходит на рассвете.И на прощанье говорит: – Пока.И снова повторяет: – Никогда.Змея, как роза черная в руках,И на снегу два ясные следа.Дева засыпана снегом
И лишь луна печальная светилаНад городом, окутанным метелью.И дева раздраженная спешилаТуда во мрак, в тот клуб, и канительюУвит был мир, и в ожиданье чудаОна сидела в сумраке опять,Холодный снег, один лишь снег повсюду,И чтобы старый новый год начатьСогреться надо снова у камина,Не разожгли тот призрачный камин,И странно улыбнулся ей мужчина,Душа стремилась в ту метель за ним.Но не судьба, придется ей остаться.Не сжалится такой суровый век,И вечно будет маятник качаться,И падать, падать новогодний снег.Ее судьба пусть снова повторится,И пусть летят в ненастье, в снег стихи.О как хотелось, все забыв, кружиться,Чтоб были души и тела легки.Муж позабыл за пеленой азарта,Никто не дарит Любочке тепла,И лишь метель, возникшая внезапно,Ее куда-то к звездам унеслаОмск В белом безмолвии
В белом безмолвии призрачны птицы,И голоса не сумеют прорваться,Милый мой город, ну как тебе спится,В шорохе снов и кошмаре сенсаций.Ты остаешься той снежной лавиной,Где беззаботно метелица кружит,Где так таинственны и неповинныВ том, что свершается. Пир или ужинНам приготовит судьба в этот вечер,Не понимаю, и в музыке дивнойТолько сомненья и радости встречиНас убаюкают, в жизни той дикойВсе остается за снежным пределом,И в океане мерцающих будней,Как мне вчера еще бросить хотелосьСнега порывы, и пусть он забудетТо, что случится и то, что стучитсяВ души и окна в том снежной пустыне.Только прозрачная легкая птицаНас увела в ту реальность, и с нимиС духами снежной зимы мы согласны.Нам до реальности мало так дела,И убаюканы снова безгласноЭтой метелью и вальсом мы белым…Как бы очнуться потом и проснуться,Только слетаются дивные птицы,Только душе на тот праздник вернуться,И воплотиться, и воплотиться…7 февраля
Замерзал мой снежный город,Но каким казался нежным,Погуляем мы не скороВ старом парке безмятежно.Все сильней Кащей ярится,Карачун не знает меры,Мир привычный изменился,Смотрит кто-то зло на небо.Солнце зимнее слепило,Черный кот в снегу резвился,Нас несла такая силаВ мир, где вьюга веселится.Мы пройдем по той тропинке,Огибая все сугробы,Вдохновенье не покинет,Ты догнать кота попробуй.Погуляем мы не скороВ старом парке безмятежно.Замерзает снежный городСнежный-снежный, нежный-нежным.«Медленно-медленно…»
Медленно-медленнокружится марево снежное,Марево сонное, тихое,нежное-нежное.И растворяется,Где-то в безбрежности,Дарит надежды и радость,и крылья, и нежности…И засыпает дорогу,и ждет нашей сонности,Нашей улыбки растеряннойв вечной бездомности,Тихо Любаша взираети ежится бедная,С князем Петром не увидится,кружится медленно,В вальс е забытомэпоха ее растворяется,И улетает куда-то,и все не сбываютсяСлухи и сны и страданьяв той бесконечности,Только в снегах утонулии сны, и беспечности…В городе праздничномтихо от той неизбежности,Медленно – медленнокружится марево снежное.Тонут в сугробах котыи мечты, и случайности,И укрывают снегаэти тайны и таинства…Белое —белоеи бесконечное в снежностиПросит о свете и неге,и радостной нежности,Город заснул, и проснется,снегами укутанный,И ухожу от тебяпо тропинке запутанной…И постигаю стихию,и тайну, и таинство,И от меня в этом мирепусть строчка останется,И закричит, запоето любви неизбежности.И о стихии поэзиисветлой, о нежности.Март на исходе
Сонный город вдыхает весну,Поедая чернеющий снег.На меня обреченно взглянулТот старик, и отчаянный смехБыл похож в этот вечер на плач,Об ушедшем, ярился Дракон,И в пылу у земных неудач,Мне казался волшебником он..Там давно не встречали принцесс,Да и рыцарей, черная мгла,Только сказочный этот процесс —Вдруг в тумане весна расцвела.И подснежников первая боль,И герои в забытом саду,Мы останемся вместе с тобойЯ к тебе на свиданье приду.И еще не кончается ночь.И гадаем – а будет ль рассвет,Но весна нам пыталась помочь.Силуэты в дыму сигарет,И герои из разных эпох,И печали неведомых стран,И какой-то пленительный БогНаблюдал сквозь кудрявый туманВечерний Омск
Ранний вечер над городом снежным,Тишина, тень усталой улыбки,И как хочется быть только нежным,А сосед все играет на скрипке.Что за дивная музыка бродитПеред князем Петром на закате,Он влюблен и он счастлив, но вродеТак печален, что слов мне не хватитВсе в усталых глазах отразится,И полет над заснеженным садом,Не хватало в Петра мне влюбиться.И просить о замужестве, рядомТот собор, где другие венчались,Монастырь уготовив колдунье,Отчего он стоит, опечалясь,И о чем его темные думы…Он ли нужен тебе, чаровница,Или только чужая корона,И стираются снежные лица.Нет, хотелось остаться влюбленной.Власть не вечна, любовь побеждает,И заснежена снова округа,Но колдует, его увлекаетВ это пропасть забытого круга..И как хочется быть снова прежней,А сосед все играет на скрипке.Ранний вечер над городом снежным,Тишина, тень усталой улыбки.«Парящий орел над Сибирью бескрайней…»
Парящий орел над Сибирью бескрайней,Беспечная прелесть заснеженной дали,Поэтам красивым, как птицам тем ранним,Пристало ли жить и в любви, и в печали.И все-таки там, за чертой мирозданья,Их дивные души, как прежде витают,Парящий орел, пыл любви и мечтаний,Рифмующим братья отчаянно дарит.Мы стали иными в ту снежную зиму,Легко поднимаясь над вечной печалью,И только в отчаянье призрак любимый,Нас снова в заснеженных далях встречает.Парящий орел, он подарит нам чудо,А кажется, так на земле не бывает,И голос Марины, звучащий оттуда,Нас всех в эту ширь, в эту даль увлекает.В просторе бескрайнем такая отрада,Такая веселая песня поэта,Оставьте печаль, нам ль тревожиться надо,В преддверии света, в объятьях рассвета.Поэтам красивым, как птицам тем ранним,Пристало ли жить и в любви, и в печали.Парящий орел над Сибирью бескрайней,Беспечная прелесть заснеженной дали.Женщина в окне
Женщина с котом в окне напротивНеподвижна и всегда одна,Никого о милости не просит,Никому, как видно, не нужна.Дети, внуки, книги и картины,Все укрыто от нее туманом,Как и позабывшие мужчины,Все уходит поздно или рано.Рама от мороза серебрится,Кот заснул, и неподвижен мир,Что еще такое с ней случится,Кто вернется в дом ее на миг.Ангелы в метели пропадали,Бесы отступили до поры,Только люди мимо проплывали,Перепутав правила игры…Сумрак скроет все, что с ней случится,Ничего за призрачной стеной,И душа летит в метель, как птица.Птицы возвращаются весной.Сны ее веселые прекрасны,А реальность до поры мертва,Что-то шепчет, подобрав напрасноСамые красивые слова.Выйти бы в метель и раствориться,Но не бросит рыжего кота.Память воскрешает чьи-то лица.Память возвращает голоса..Все могло сложиться по-другому,Только в одиночестве немомВ снегопаде прорываюсь к дому,К женщине с котом там за окном.Мне бы с ней поговорить о чем-то,И послушать сбивчивый рассказ,Но кажусь себе я невесомой,И не подберу улыбки, фразы.Так она одна и остается,Тает, исчезает в час метельный,Скоро кот ее опять проснется,Пан сыграет песню на свирели.И она напишет снова сказку,И подарит миру, и растает,Женщина коту лишь дарит ласку,Кот ее вовеки не оставитУчитель
11 апреля 1999 года ушел из жизни
Великолепный А. Б. Мордвинов
Ночь над городом кружит, как птица,И вздыхает, и где-то порхает.Мне сегодня Учитель приснится,Он на Любинском нас поджидает.Тьма такая что пусто и жутко,Никого, ничего впереди,Только домик Белова, минуткуПостоим, ты меня проводи,В Омск старинный, почти деревянный,Где поэты поют на заре.И останется он безымянным,И закат над рекой догорел.Ничего никогда не случится,Нас дождутся вокзал и причал,Только ночь, словно черная птица,Нас на небе беззвездном встречала.Мы на Линиях дом отыскали,Где Мартынов родился и жил,И внезапно растают печали.И вернется наш свет и наш мир.Двадцать лет с той весны пролетело,Мир другой, ничего не понять.Отшумело давно, отболело.Но рассвет нам как прежде встречать.Мне сегодня Учитель приснится,Он на Любинском нас поджидает.Ночь над городом кружит, как птица,И вздыхает, и где-то порхает.Мой дивный город
Слепило солнце, город пробуждался,Метался призрак, тишина, ни слова,И глыбой перед нами возвышалсяТот узник, и безжалостно-суровый.Он шел к острогу, Любинский покинув,И не найдя давно тот мертвый город,Художник кисть к рассвету вдруг откинул,И снова был он и влюблен и молод…И демоны его не окружали,И не бежали стайкой вечной Музы,И только мир в тревоге и печали,Внимал весне, и радости, и музыкеДа где он, мертвый дом, в какой стихии,Городовой нам усмехнется снова,И только Омск – он сердце всей России,Весенний, очарованный взволнован.А говорят, ходили тут медведи,И декабристы маялись до срока.Мне город тот унылый был неведом.Тень Адмирала и Ермак высокий,Они у Иртыша ведут беседу.К ним арестант выходит на рассвете.И ястребы одержат вновь победу,Здесь все прекрасно – и цветы, и детиМой дивный город-ты душа Сибири,И что бы нам в эфире не вещали,Мы любим все и дали все и шири,Тень Адмирала с нами на причале.«Сегодня солнца ласковы лучи…»
Сегодня солнца ласковы лучи,И город дышит негой и прохладой.И все сияет, все теперь блестит.Князь Петр грустен, смотрит он с досадой,На то, что уготовила судьба,Им всем в объятия весны не сладко,Весна убьет в тебе тот знак раба,Когда гуляешь в сквере, и так зябко,И так приятно в городе родном,Знакомы лица, зданья, очертанья,И я, порой мечтая об ином,Спешу сюда, на новое свиданье.Князь Петр хмур, ему влачить свой век,Последний спрут все время вспоминая,Но оживится мир, и мрак померк,И мы опять у Ирия встречаемМладую Ладу и спешим туда,Где жизнь легко пройдя до середины,Сияет нам погасшая звезда,Весной с Ярило мы всегда едины.Пусть тает там Снегурочка-душа,Князь Петр сердит, и он не понимает,Что жизнь весной так дивно хороша,Когда б ни плен, который убивает…Но город жив и дышит вновь и вновь,И убеждает нас с тобою снова,Что в мире есть великая любовь,Что Слово нас спасает, только Слово.«Омские ангелы так беспричинно печальны…»
Омские ангелы так беспричинно печальны,Так одиноки в потоке чванливых столиц.Им охранять наши души, и песни, и тайны,Им отыскать своего средь метелей и лиц.Наши поэты порой так легки и крылаты,Спорят с судьбой и ищут защиты у строк,Омские Музы уйдут, не дождавшись расплаты.И остается безбрежность метельных дорог.Кто нас хранит? Берегини, русалки и Лада,Где-то в тайге бродит вечно печальный медведь.И уезжают, твердят, возвращаться не надо.Как без поэтов и жить, и смеяться, и петь.Я положу апельсин на плиту у Олега,Я прогуляюсь по Линиям, снова в пленуСтрок поднебесных, дома побелели от снега,Тонут событья и думы, и я там тону….И никого ни на Любинском, ни в отдаленье,Только собор, и печальная песня любви.Слышу я в парке, как бродят в тумане олени,Князя Петра навещу, и растаю вдали…Ангелы в небе отыщут как прежде поэтов,Музы молчат, никого, ничего впереди,Снова у Любочки строки звучат до рассвета.Если прислушаться там адмирала шаги…«Дорога к дому-сонмище тревог…»
Дорога к дому-сонмище тревог,И лиц чужих повсюду очертанья,И тот, кто одолеть ее не смог,Тот на чужбине ждет своих признаний.Но ничего не будет впереди,Когда ее мы одолеть не в силах.Сил наберись, и выйди и идти.Там все родное, как там все красиво.И за опушкой первозданный лес,И песен дивных звуки чаровали.И мир там полон радостных чудес,И нет там больше яростной печали.Дорога к дому – огонек во тьме,И бабушка застыла на пороге,И снова поспешат они ко мнеВсе кто бывали радостны и строги.И впереди нас встретит старый сад,Где яблони и вишни в хороводе,И нет пути в тот мир, в тот миг назад,Но мы его находим, мы находим.Давай поженимся
На Любинском мне назначает свиданье,От гнева и страсти слегка бронзовеет,Прощенья прощу и минутку внимания,Не смотрит, не видит, наверно, не верит.В печали стоим и молчим виновато,Какая досада, какая отрада,Весь век я спешила, летела куда-то,А нынче и этому парню так рада.Да что-то железный мой гений не видит,Что я же пришла, пусть навек опоздала,Наверное, всех он теперь ненавидит,И рад в ресторан заглянуть для начала.Но словно Тезей перед гордым Аидом,Стоит и не может он сдвинуться с места,Мой бронзовый парень, немного обидно,Но если к другому уходит невеста,Ему остается лишь ждать обреченно,И думать о том, что уже не случится.Но вот симпатичная рядом девчонка,А сердце немеет, уже не стучится.И он обреченно на время взирает,Часы золотые —последняя радость.И люд в ресторан до утра зазывает,И кажется все там и чудом и раем.На улице дождь, он один бронзовеет,И знает, что больше вовек не случится,И он никому в этом мире не верит,На Любинском больше ему не напиться.И словно в аду все тянулся бы снова,Но только туда в тот уют не вернуться,И в мире не будет другого такого.Взглянул, усмехнулся, опять отвернулся.Прощенья прощу и минутку внимания,Не смотрит, не видит, наверно, не верит.На Любинском мне назначает свиданье,От гнева и страсти уже бронзовеет.«Засыпает город дивный…»
Засыпает город дивный,Лихачи несутся мимо.Мы еще с тобою живы,И для близких, и для мира..Лик луны в пустыне неба,И на Любинском так тихо,Тот, кто здесь ни разу не был,Говорит об Омске лихо…Но пришло очарованьеК тем, кто к нам явился в гости,Врубель пред музеем замер,Достоевский путы сбросил.Там художники пируют,Лицедействуют артисты,И в эпоху мы другуюПереносимся. Со свистомНа извозчике несетсяВалиханов, бал намечен,Кто-то плачет и смеется.Кто угрюм, а кто беспечен…В девятнадцатом столетьена краю земли печальной,Здесь еще смеялись дети,Здесь рождались сны и тайны…И Ван Гонг на нас взирает,Улыбается Любаша…Омск – он грусти плен стирает,Здесь красиво, а не страшный«В заснеженном городе призрачны люди и птицы…»
В заснеженном городе призрачны люди и птицы.Печали не вечны, но снова царила метель.Скажи мне, художник, что снова в метели приснится,Какая дорога уводит тебя от людей.Да надо писать эти тайны, и звезды, и блики,Да надо понять, что несет она в мир поутру,В заснеженном городе снова Ярило ярится,Приходят русалки погреть к ночному костру..И вроде бы даже тепло, но дыханье КащеяТревожит и манит, и нам от него не уйти,И странные звуки не вальса, а танго смелееУсталую душу пытались запутать в пути…А там никого, только снега немая лавина,Мы словно оглохли, и больше не будет пути.Апрельская вьюга, как предавший душу мужчина,Пытается дерзко вернуться, очнувшись, дойти.На Любинском снова замру, постою у Ван Гога,Присел на ступеньку, любуется снегом с утра,В заснеженном городе много печали у Бога,А вечность отступит, и снова обнимет хандра.Она принесет Тамерлана и канет до срока,Сиди и пиши свой роман о сгоревшей любви.И ворон на Любинском. черный, красивый, высокий,И тени в метели все тают и тают вдали«Я рисую заснеженный город…»
Я рисую заснеженный город,Позабыв, что весна наступила,И Ярилы отчаянный голосВозвращает и волю, и силы.Но в снегу не найти вдохновенья,И подснежники гибнут и травы,И весны, заплутавшей мгновеньяОн уносит куда-то, лукавый.Даль светла, и иная эпохаНас не тронет своей новизной.Я рисую заснеженный городИ какое-то время иное.Понимаю, что это не шутка,Мне сегодня в снегу утопая,Отыскать тебя лишь на минуткуИ спокойно растаять у края.Ночь обрушилась как откровенье.Никого, ничего мне не ясно,Только строчками стихотвореньяЯ еще наслаждаюсь напрасноМихаилу Окуневу
В театре погасли люстры,И все разошлись куда-то,И в свете луны он любитПоговорить с Пилатом,О той не сыгранной роли,О Женщине в той пустыне,И мы понимаем порою,Что муза его не покинет.О как тяжело держаться,Баланс всегда соблюдая,И в зеркале отражаться,И молча стоять у края.Где зрители негодуют,Смеются и плачут снова,Со спесью столичной дуетТот ветер, а он взволнован,Он снова идет по кругуНа старой любимой сцене,И будет понятно другу,Что маг себе не изменит,И только желанной ролиСумеет ли он дождаться,На старой любимой сцене,Он снова будет сражаться.И золото новой маски,Украсит его достойно,Любим, печален, обласкан,Он вечно дракон и воин,И кто кого переборет,И кто кому не поддастся,А рыцарь с драконом спорит,Опять выходя сражаться.А если погасли свечи,Яснее видны утраты,И в этот беззвездный вечер,Он там говорит с Пилатом.И тот его понимает,И ждет, под луной томится.А мастер грим не снимает,Как хочется раствориться…И город устало дремлет,И люди спешат куда-то,И звезды ласкают землю,Где жизнь, как всегда -театр.«Сонный город дышит негой…»
Сонный город дышит негой,Но печаль меня терзает.И почти стальное небо,Словно полог нависает.Я ищу к тебе дорогу.Все укутано туманом.И художник на порогеОдарит меня обманом.Он реальней, чем живые.Он всегда со мною рядом.С ним по городу бродили,Но боясь встречаться взглядом.Мне хотелось обмануться,Стать той Любочкою снова,К губернатору вернуться,Жить беспечно и взволновано,О, далекая эпоха,Дневники ее и судьбыПривлекают. Профиль Блока,В нем надежда, счастье, суть их.И в саду за поворотомНе актеры, не массовка,А живой, реальный кто-тоОбъясняется неловко.Состраданье и доверье,Жизни тихой середина,И презренье к лицемерью,Дом, единственный мужчина,И художник на пороге,И забота, и участье,И на Любинской дорогеАнгел обещает счастье.Где мы это растеряли?Так грубы, полуодеты.Их внезапно повстречалиВ дивных переливах света.И волна непониманья,И безмолвье в миг печали,Это странное свиданье,Та эпоха со свечами.Погружение в лето
Мой сонный город погружался в лето,Как в водопад прекрасных легких снов.И птицы снова пели пред рассветом,И мир казался так красив и нов.Ночная тьма была чуть-чуть прозрачна,И резко отступили холода.Ждала друзей я в этот день напрасно.И в озере темнела том вода.Был Велес хмур, зато Перун так весел.И никого на роковом пути.И снова зазвучала Леля песня,И он решился по углям пройти.Внезапно страсть нахлынула волною.И радость снова душу обожгла,Мы вечно пробуждаемся весною.И словно плед, окутала нас мгла.Очнулась от морозов вся природа,И первый дождь, и первая гроза,Какому злому Демону в угодуЯ возвращаюсь в этот миг назад.Но ангелы там, в небесах, незримы,И город в лето уходил шутя…Все были и прекрасны, и любимы,Надежда просыпалась, как дитя.