Тигры уходят, коты остаются. Сказки заповедного леса

Глава 6 Василиса в заповедном лесу

Пока кот Баюн боролся с Болотным и крысиным королем, который собирался усыпить заповедный лес, украсть упрямого тигренка Тараса, за ним же отправилась и наша царевна Василиса. Как давно она не появлялась перед нами. А тут во всей красе и предстала.

Она не успела привыкнуть к Трофиму, и даже имени его не знала, его же уже в лесу так назвали, но зато Тарас сразу оказался ее любимцем, и жить без него она не собиралась.

– Я должна найти Тараса, – сказала она Тимофею, который все еще оставался во дворце, так и не решился оттуда сбежать. Но тигренок был какой-то тихий, пришибленный, с таким каши не сваришь, Василиса же была девочкой шустрой, как мы помним, она и волков не боялась, а тигрят и подавно.

– Ведь и тебе и мне без него очень скучно. Пусть белый тигр будет в лесу, ему там даже прятаться легче, а Тарас должен быть с нами, – уговаривала она Тимофея, а его не надо было уговаривать.

Тигренок ей ничего не сказал, но он с ней согласился сразу. Только очень ему не хотелось оставаться одному, вот и отправился он тихонько за Василисой на лес посмотреть, себя показать. Правда, говорить он ей ничего не стал, чтобы она не оставила его дома, да не заперла еще в какой-нибудь комнате дворца.

Тимофей решил, хотя и самым последним, но все-таки самостоятельность проявить и прогулку в заповедный лес совершить. Наверное, это было опасно, но об этом он тогда и не задумывался вовсе.

Так вместе с упрямой царевной Василисой из дворца исчез и последний тигренок. Впрочем, об этом царь Горох еще не знал и не ведал. А потому пока и не переживал. Стражники тоже ничего не заметили, комнат во дворце было много, за всеми не уследишь. А так как уходила Василиса тайно задними дворами, то они туда и не заглядывали.

№№№№№№№

Василиса торопилась. Ей вовсе не хотелось, чтобы ее обнаружили и вернули назад раньше, чем она окажется в любимом лесу. Потому что она была слишком упряма, чтобы отказаться от желания уйти, но если за ней станут следить да стражников приставят, то вырваться будет труднее. Но все обошлось.

Остановилась наша царевна около перепутного камня, вот там тигренок и появился, да и смотрит на нее так загадочно.

Василиса растерялась, она не сразу сообразила, что это не Тарас, а Тимофей, рыжие тигры как-то были похожи на первый взгляд.

Сначала девочка подумала, что это ее уже пришел встречать тигренок, сбежавший раньше, но тогда появился и тот, ворона Тарасу рассказала, что Василиса здесь и она его ищет, то он и поспешил на тропинку.

– Тимофей, а ты как тут оказался? – наконец догадалась обо всем Василиса.

– За тобой пошел, ты же меня бросила, а чего мне было там оставаться.

– Да уж, вижу, – тяжело вздохнула царевна, – все тигрята в сборе.

Но она бросилась к Тарасу, своему любимцу, чтобы убедиться в том, что с беглецом все в порядке.

– И что мне с тобой делать? – стала спрашивать у Тимофея Василиса, когда поняла, что с Тарасом ничего страшного не случилось. Он жив и невредим.

– Ты же не бросишь меня, будем тигра и ведьму искать, – успокоил Василису Тимофей.

– Да уж, я тебя не брошу, – отвечала ему царевна, тем более что Тарас нам их быстро найдет..

Глава 7 Помощник Стас

Дворцовый тигренок, оказавшийся в лесу в первый раз, даже не подозревал, сколько вокруг духов, души и зверей бегает, прыгает, летает. Ему казалось, что здесь пусто и совсем никого нет. Он очень обрадовался, когда появился черт Стас с его помощником, чертенком Вадимом, который скорее был похож на какой-то куст, чем на настоящего черта, таким он уродился, от дриады и черта Игната произошел такой необычный дух, черт не черт, куст ни куст..

Когда другие над ним смеялись, даже издевались, черт Стас быстро его взял под свое крыло. Хотя сам он был чертом внешне обычным, но поэтом, потому знал прекрасно, что такое быть чужим среди своих.

Вадим был толковым и очень симпатичным чертом, Стас не мог на него налюбоваться, хотя остальные были уверены, что хвалит он того только для того, чтобы насолить им самим. Вот на этот раз Стас вместе с Вадимом и встречали третьего тигренка, которого прежде никто в глаза не видел. Они сразу заметили и старую свою знакомую царевну – ее то все прекрасно знали и многие любили. Уж Серый волк точно очень даже любил свою Василису, и других заставлял относиться к ней с особым вниманием. Никому из духов, даже чертей, не хотелось клыки Серого на своей шкуре пробовать, вот они все и молчали. Но царевна Василиса, верила своему любимому волку без оглядки, а вот черту доверяла меньше, это надо заметить.

Стас сразу же почувствовал это и был немного обижен. Как и всякий поэт, он все очень сильно преувеличивал. Но что было, то было.

Тут же к ним присоединился и Соловей. Но ему царевна верила еще меньше, чем незнакомому черту. Тот не скрывал своего разочарования.

– Вот так всегда, если пахать кому, так Соловей, а если доверие оказать, так точно не дождешься.

Он махнул рукой, сделал вид, что куда-то уходит, хотя все это было притворство – никуда Соловей уходить и улетать не собирался.

Когда девочка появилась в лесу, где еще было находиться Соловью, он кожей ощущал, что все самое интересное будет происходить тут. А уж развлечься Соловей всегда был рад радешенек, потому запрятался он пока где-то в кроне дуба, но уже выглядывал оттуда и что-то насвистывал бравое и веселое.

Глава 8 Диковинная птица ведьмы не боится

Какую только птицу не встретишь в заповедном лесу.

Ну Соловей наш, который Разбойник и не был никакой такой птицей, а вот попугай, огромный и разноцветный появился.

Где его сцапал вместо девицы Горыныч сказать трудно, может, он сам приблудил к Змею в какой дальней стране, об этом наши сказки и сам Змей умалчивали. Только попугай вместе со Змеем жить стал.

Так он в пещере однажды и оказался, а когда и там ему стало скучно и грустно, то ничего не оставалось Змею, не мог он смотреть, как гость заморский скучает и тоскует, стал расспрашивать его, где он прежде жил, куда его нести надо, чтобы он среди своих оказался.

А вот этого попугай и сам не знал. Ничего толком объяснить он не мог, хотя и был говорящий и сообразительный очень.

Что было делать Змею, как только он собрался в заповедный лес, так и отправил и попугая туда. Думал сначала, что на время.

– Яга тебе точно поможет, – говорил Змей, – а если что и кота подключим, он то все знает, а чего еще не знает, так быстро у других выяснит.

Только надеялся на это Горыныч напрасно.

С попугаем, у Яги и кота все оказалось глухо, ничего они про него не знали и не ведали, только руками лапами разводили. А придумать ничего не могли, куда его девать, куда послать.

Так и пришлось оставаться ему в заповедном лесу и ждать счастливого случая, пока появятся какие-то его соотечественники, да и заберут его с собой.

Но судя по всему, за попугая больше Змей волновался, чем он сам за себя.

В лесу попугай освоился быстро, страшно гордился тем, что был он единственным и неповторимым, таких тут точно больше не было, да и быть не могло. И никого он давно не ждал, хотя всех необычных созданий, таких как царевна и тигренок, встречал с большей радостью, чем обычных. Ведь и правда, в них была своя прелесть.

Прятался попугай часто в дремучем лесу, там было значительно спокойнее. Но всегда возвращался в заповедный, как только уставал отдыхать и хотелось какие-то новости узнать.

Соловей считал его все-таки своей птицей, хотя вопрос это был очень даже спорный. Попугай был ничьим, впрочем, как и сам Соловей, часто свобода и вольность значительно дороже того плена, в котором он вдруг оказался.

Теперь, несмотря на то, что он был ярким и приметным, попугай, следовал за Василисой и тигренком и внимательно слушал, о чем они говорили. Очень ему эта парочка понравилась, от них чем-то родным и близким повеяло в тот же миг. Пока он этой парочке ничем помочь не мог. Но понимал, что самое интересное только начинается.

Глава 9 Тайна черта Стаса

А события начинались и на самом деле очень интересные.

Черт Стас, хотя и обижался на Василису и тигренка, но довел их до избушки Яги, потому что если кот Баюн им не поможет во всем разобраться, то больше и некому будет.

Василиса и раньше заглядывала со своим волком в заповедный лес, но никогда не заходила в него так далеко, вот и оглядывалась с интересом – немного жутко, но так весело там было в те минуты.

Избушка Ажбеты, где жили тигрята, была на опушке в более светлом и красивом месте. Но упрямый обиженный черт пошел в самую темную чащу, где и днем настоящий сумрак таился, кричали пронзительно какие-то птицы и диковинные животные появлялись то там, то тут.

Черт шагал, как ни в чем не бывало, постукивая своими копытами по камням, а Василиса испугалась и оглядывалась по сторонам.

Место было, скажу я вам, еще то жуткое. Тигренок никогда не видел ничего такого, а потому он еще меньше стал доверять этому странному черту.

– Василиса, по-моему, мы тут никого и ничего не найдем, – наконец не выдержал Тимофей.

И только Тарас посмеивался немного над ними и говорил, что страшно только в первый раз, а на самом деле жить здесь здорово.

Но Тимофей уже жалел, что он не остался во дворце, где о нем так заботились, делать можно было все, что хочется, и никто тебя там не пугал такими страшными избушками на куриных ногах, которые сами поворачивались в разные стороны.

– Главная чародейка живет там? – спрашивал он у Тараса

Тот кивал в ответ. Это было самым жутким и самым странным местом на свете, а когда дверь распахнулась и из избушки выглянула старушка, тигренок подпрыгнул на месте – вот ужас какой. Хотя старушка приветливо что-то говорила, но Тимофей уже ничего не слышал, он дрожал от страха.

Он успел привыкнуть к молоденьким и хорошеньким чародейкам, но там был кто-то старый и страшный. Яга умела прикинуться ужасной.

Если бы с другой стороны не выскочила рыжеволосая красавица с зелеными глазами, а это была Ажбета, то он и вовсе бы, наверное, страшно перепугался, но Ажбета уже бросилась к ним.

Она знала о третьем тигренке, даже догадывалась, что именно его упрямая царевна и привела, и все-таки никак не могла поверить, что их было уже три. В том, что и этот тигренок останется в лесу с остальными, она не сомневалась, разве не за этим он сюда пожаловал?

Ажбета была вообще слишком самоуверенным созданием, не сомневалась, что она всегда думает правильно. Часто так и было, только ведь и ведьмы порой ошибаются и заблуждаются Попугай вздрогнул первым, а потом и остальные. Он услышал плач Болотницы где-то рядом и содрогнулся. Сколько здесь уже жил, а никак к такому вою жуткому не мог привыкнуть. А что уж говорить про других?

Глава 10 У страха глаза велики

Чего только не случается в заповедном лесу, особенно если кто-то туда неожиданно врывается и действует решительно так, как ему хочется.

Такой была царевна Василиса. Но если во дворце ей все сходило с рук, то совсем по-другому было в заповедном лесу.

Тут духи были разными, если Леший только смотрел на нее свысока и усмехался, то коварная Болотница была настроена более решительно. Она приблизилась к девице насмешливо и заглянула ей в глаза

Василиса отпрянула, потому что ей показалось, а может, и не показалось, что та была как две капли воды на нее похожа, словно она смотрелась в прозрачную лужу и видела там себя.

Ну в какой-то мере это так и было. Болотница научилась отражаться в других, и тем, кому с ней приходилось сталкиваться, они все могли себя и увидеть. Но ведь Василиса ничего об этом не знала и не ведала. Потому испугалась она сильно.

– Неужели я такая страшная и злая? – невольно подумала наша царевна, но понять этого она так и не могла.

Болотница между тем повторяла все ее движения, и оставалось только шарахаться в разные стороны, и если бы не вмешался черт Федор, а он был поблизости, то Василиса бы бросилась куда-нибудь и точно заблудилась в дремучем, непроходимом лесу, а то и в болоте бы утонула.

Но завидев черта и понимая, что он ее хвалить не станет за то, что она творит, Болотница исчезла.

Василиса могла, наконец, немного успокоиться. Да и тигренок все время оставался с ней. Она была в этом жутковатом месте, куда не многие бы решились заглянуть, совсем не одна.

Вот это и уберегло ее от многих грядущих несчастий и бед.

Но Болотница никогда не исчезает просто так, особенно, когда кто-то, пусть и Леший, стоит у нее на пути.

Как только она исчезла, а тигренок сел перед испуганной царевной и стал оглядываться, так и появился какой-то странный зверь. Он был похож на самого тигренка, только без всяких полос, был такого же размера и рыжим. Вот уж точно странный зверь.

Тигренок, если бы он подольше прожил там, где его забрали, узнал бы, что такими бывают только Львята. Но он тогда не успел столкнуться с львенком, а тут и негде было сталкиваться, оставалось только смотреть удивленно и прикидывать, насколько тот опасен.

Львенок был и на самом деле горд и яростен. И рычал он очень сильно, хотя не должен был бы так сердиться. Но когда обидели его любимую болотницу, он не перед чем уже устоять никак не мог.

Львенок бросился ее защищать, и тут уж никакой тигр бы не смог его остановить. Хотя еще трудно сказать, кто из них был сильнее.

Но схватка между двумя нашими пришельцами казалась бы не шуточная.

Глава 11 Три тигренка и один львенок

А не пора ли нам с вами узнать, откуда взялся тот самый львенок, как он вообще оказался в заповедном лесу.

История оказалась очень даже интересной, кот Баюн не даст соврать. А он и на самом деле не даст, потому что сам много раз эту историю и рассказывал. А начиналось все с того, что бог страсти Ярила как-то влюбился в богиню леса и всех животных Зевану – любимую дочь Перуна. В этом ничего удивительного не было, он всегда в кого-то, а то и во всех девиц, богинь и берегинь и влюблялся. А удивительным оказалось другое – Зевана его не полюбила.

Это так поразило нашего пылкого бога, что он прямо воспламенился, и все старался придумать что-то такое, чтобы покорить ее гордое и холодное сердце. Но ничего придумать не мог, хотя он и знал, что удивить ее можно только каким-то животным.

Любила богиня животных больше всего на свете. Но животное должно быть необычное. Только где и какое животные взять? Вот этого Ярила не знал и не ведал. Где только он не был, каких только животных не видел, и чудного медвежонка, на нашего не похожего, и жирафа какого-то диковинного. Но никто не нравился Яриле. Он понял, что и Зевану такими животными не удивишь, а если они еще помрут, тогда и вовсе скверно все будет. А потому и решил уже возвращаться Ярила назад, когда он того самого львенка и приметил.

Долго раздумывать было некогда, Ярила всегда принимал решения быстро, вот и оказался он вместе с Львенком в заповедном лесу, только дыхание перевел шустрый наш бог.

№№№№№№№№№

Львенок не растерялся, прыгнул на зеленую траву, огляделся, бабочек стал разглядывать. Все здесь было не так, как в его родном мире, но ему все-таки понравилось. Это было лучше, чем ничего. Только и на Ярилу найдется какая-нибудь Болотница. А вот эта Забава и стащила львенка, пока Ярила дожидался появления Зеваны.

Пропал львенок, словно сквозь землю провалился. Но почти так оно и было на самом деле. Он оказался в самом дальнем лесу среди Болот, туда не то что Бога, но и лешего нога не ступала, потому Ярила и решил, что на такое воровство отважился кто-то из богов, может быть и Перун сам. А спорить с ним было бесполезно.

Развел руками наш бог, да ничего больше предпринимать и не стал. Так все у него и оставалось. А когда бог забыл про львенка и вовсе исчез, стала Болотница его выпускать понемногу, чтобы он не одичал совсем, по лесу погулял, порезвился.

Так львенок не просто с заповедным лесом познакомился, но стал там очень важным зверем. Все берегини, и ведьма Ажбета, о русалках и говорить нечего, полюбили его очень. Так он и тут себя царем зверей почувствовал.

Где лев не появится, там он и царь – появилась скоро такая примета в мире. Когда Ярила его увидел снова, то не узнал даже сначала, а потом уже и передумал его Зеване дарить. У него и возлюбленная к тому времени совсем другая была. Так львенок и оставался вольным зверем в заповедном лесу, до появления белого тигренка, а потом и рыжих его братьев. Но львенок не расстроился даже

– Теперь нас несколько и я смогу до богини добраться, – твердит львенок. -Пусть это год тигра, я тебе уступаю, но вообще-то лев- царь зверей.

Так тигрята и узнали, что ему хочется добраться до богини Зеваны. Они не знали, кто она такая, но им тоже стало интересно. И четыре зверя вместе – это уже могучая сила.

Глава 12 Гнев богини охоты

Ярила расстался с богиней охоты и думать про нее перестал, а нам как раз настало время разыскать ее, да взглянуть на эту дивную охотницу, которая чаще всего не убивала, а защищала своих животных от других охотников и сурово наказывала тех, кто их убивал, да еще не спросясь тех, кто от них не мог защититься.

Зевана только теперь, когда появились тигрята, узнала всю историю львенка, который мог достаться ей самой, а оказался у вредной и противной Болотницы.

– Но как такое могло быть, что она себе позволяет?

Болотница, как только услышала, что богиня в гневе, так и спряталась подальше, ей вовсе не хотелось под стрелой оказаться, а то и вовсе в какую корягу превратиться. Потому искала ее богиня напрасно, Болотницы нашей и след давно простыл.

Не найдя болотницу, богиня отправилась туда, в ту глухомань. Она не боялась этих гиблых мест, и пошла, чтобы забрать своего львенка. Но тут случилось совсем невероятное.

У богини Зеваны был Леопард, которого ей подарил когда-то сам Перун, когда отправлял любимую дочь на землю.

Сотворил его в своей волшебной кузнице для внучки старый Сварог, и он оставался бессмертным, как и сама юная богиня. Им суждено всегда было оставаться вместе.

Так вот тот самый леопард теперь и заступился за Болотницу, и надо сказать, что вел он себя очень тонко и мудро:

– У тебя есть я, – говорил Леопард, – зачем тебе нужен еще и лев, а у Болотницы никого больше нет.

– Уж не ревнуешь ли ты? – поинтересовалась Зевана

– Чего мне ревновать, разве он не смертный, и если его кто не убьет, он все равно помрет рано или поздно, а я с тобой останусь.

– Это так, но мне хочется, чтобы со мной было побольше животных, – не унималась богиня, и потом, я смогу защитить его, если смерть придет за ним слишком рано. Это тоже было правдой, леопард уже пожалел о том, что напомнил о гибельности львенка.

№№№№№№№№

Львенок был маленьким, но уже очень хитрым зверем, ему очень хотелось к богине, но он понимал, что рядом с таким леопардом ему не будет никакого житья. Вот и стал он говорить о том, что останется в лесу, ему тут хорошо, весело (а это было правдой), богиня, если захочет, то сможет его навещать, когда ей вздумается.

Зеване ничего не оставалось, как только уйти, не простившись, если он не хочет с ней оставаться, то она не собиралась настаивать, с какой стати?

Леопард только усмехнулся про себя, и решил, что лев не так прост, с ним еще будет немало мороки. Это сразу заметно.

Глава 13 Песня грустного Леопарда

Богиня Зевана расположилась на поляне, залитой золотистым лунным светом.

Чудесный пятнистый зверь растянулся у ее ног и тихонько похрапывал.

Нет, никому и никогда он не уступит свою богиню. Никакие львы и тигры (леопард уже слышал, что они тоже появились у них в лесу и ведьмы с ними носятся) никакие звери не смогут занять его место рядом с богиней Зеванной.

Они смешны и нелепы, хотя бы потому, что смертны, он же наделен бессмертием, переживет всех и останется, когда от них даже след простынет.

Богиня тихонько гладила его пятнистую шкуру и напевала песенку, которую для него придумала когда-то, правда, ей в том помогал кот Баюн, но об этом Зевана постаралась забыть, и убедила себя в том, что песню придумала она сама.

Но в тот день, когда богиня носилась со львенком, леопард загрустил.

Ему стало вдруг горько оттого, что его жизнь никогда не кончится.

– Может смерть, это не так плохо? А если ты никогда не сможешь подняться на небеса, так ли прекрасная жизнь.

Она будет жалеть о тех, кого с ней нет, кто ушел, а я останусь, Зеване не нужно жалеть или вспоминать меня.

И чем больше он думал, тем грустнее ему становилось.

Но он промолчал, жаловаться не стал.

Леопард, спустившийся с небес на землю, понимал, что надо просто принять то, что есть, особенно если переменить этого все равно не удастся.

Глава 14 Баюн беседует с Аукой

Все эти происшествия, связанные с разными зверями, которые в заповедном лесу только пребывали в последнее время, не коснулись ушей только маленького и дивного нашего духа Ауки. Скажу я вам, созданием он был презабавным.

Когда-то он был сотворен помощником Лешему Тихону, когда тот уже с людьми не справлялся, а наказывать их никак не решался – жалел.

Тогда этот дух и появился, Лада ему наказала останавливать тех, кто в лесу безобразничал.

– А много ли я смогу сделать, если того нельзя, этого нельзя, не потопить их хорошенько не придушить.

– А ты и поступай так, чтобы мало им не показалось, но при этом никакого насилия.

Уселся Аука на пенек, да и стал голову ломать, что же ему такое сделать надо? Думал – думал, да и придумал. Стал он их кружить, заставлял пугаться и заблуждаться, да так, что и днем с огнем дороги не найти. Хорошо это у него получалось, потом он еще Водилу черта обучил своим премудростям.

Скоро слухи среди людей пошли, что если ты со злыми мыслями в лес пришел, и что-то творить начал, то такое на тебя свалится с неба прямо, что и оглянуться не успеешь, как закружился, завертелся да в болото упал.

– Бежать надо.

– А как бежать, если со всех сторон за тобой гонятся, а там, где не гонятся, там болото страшное.

Так люди понемногу и отучились безобразничать, даже те, кому очень хотелось, услышат шум, вспомнят, как жутко и страшно было, и перестают.

Вот на этот раз что-то такое с самим Аукой случилось, что он заблудился на болоте, мужик больно вредный оказался. А когда вернулся, тут он и тигрят, и львенка, и леопарда и саму Зевану – всех разом и встретил.