Звезда княгини Ольги. Дочери Руси

Глава 3 Новые испытания

Долго ли коротко ждал князь известия от послов, но дождаться никак не мог. Мефи развлекался, ему не хотелось, чтобы все так быстро заканчивалось. Он делал все с большим азартом, считал, что надо мстить достойно тем, кто оказался таким дерзким и неуправляемым.

Вот и стал он в один миг странником утомленным долгой дорогой, соорудил подметную грамоту для князя, где и сообщал, что послы его сообщают, что ворочаться назад не собираются, больно земля их бедна да убога. Это они поняли, как только киевские земли узрели. Княгиня к ним милостива, они тут и поселятся навсегда. С этой грамотой он и пробрался в княжеский дворец, чтобы вручить ее князю лично в руки. Они там узнали руку воеводы своего, и подтвердили, что писал он собственноручно. Он же рассказал, что сами послы и отправили его сюда, чтобы не ждал он и не надеялся на то, что они вернуться назад собираются.

– Княгиня хитра, – подмигнул странник, – ей удалось уговорить и одарить твоих людей, теперь они ее слугами верными стали, а о тебе они позабыли давно, наверное, не больно ты добр был к ним, всегда так было – рыба ищет, где глубже, человек, где лучше, – ввернул бес знакомое изречение и остался доволен сам собой.

Выслушав все это, князь не усомнился даже, что так оно и было, разгневался на своих подданных Мал. Как же легко они к коварной княгине переметнулись, понял, что надо новых, более надежных послов туда отправлять, чтобы и тех вернули назад, и миссию свою исполнили, и наказал он, чтобы княгиню к нему доставили. Велел он прочитать им грамоту воеводы, и предупредил, чтобы ни на какие уговоры не поддавались, а то худо им станет. Он предупредил, что с женами и детьми сам расправится, если вздумают они против него пойти. Понимали послы, что угрозу свою князь исполнит, потому и настроены были решительно исполнить все, что требуется.

№№№№№№№№

А княгиня в тот же вечер узнала от беса, что задумал теперь князь ее враг вечный. Поняла, что не успокоится он, пока не уничтожит она его. Но так тому и быть. Она узнала, что не ладье отправились те послы, а по суше двигаться стали, значит, прежняя хитрость бесполезна.

– Не унимается князек, – хихикнул бес, – видно сильно хочет он тебя в жены заполучить, да земли твои к рукам прибрать, а сам мечтает князем Киевским стать. И чем ничтожнее, тем выше он привык метить, окаянный, не подозревает, глупый, как тяжела доля княжеская.

Вздрогнула Ольга, показалось ей, что вести о лютой расправе дошли до Мала, не сунется он больше в град ее. Но не оправдались ее догадки и на этот раз. Нужно было что-то новое придумать, не дает ей передохнуть разбойник проклятый.

Не могла она остановиться, потому как не только за Игоря убиенного мстила, но и за себя, за сына своего, за земли, которые им в наследство достались. Если узнают древляне, что она натворила, то не избежать им битвы страшной. Она должна была опередить их и бороться дальше. Вспомнились проповеди варяга, но теперь они были почти бесполезны. Но какую ловушку предпринять против новых послов, что делать ей теперь?

Мефи молча усмехался, ему не хотелось все решать за княгиню, он может только помочь ей осуществить то, что она задумала. Потому сообщив обо всем, он решил смыться поскорее —пусть сама думает обо всем.

Тогда она и вызвала Демона, вспомнив старое заклятие. Она помнила о его свирепой красе, и решила, что это не станет изменой ее погибшему мужу, если она захочет развлечься с ним. Но пока им грозит беда, нельзя думать о развлечениях, надо все сделать для того, чтобы миновала ее чаша сия.

№№№№№№№№

Демон выслушал ее, задумался.

Если люди не собираются успокаиваться, значит их нужно уничтожить, другого ничего не остается. Он все еще молчал, и Ольге стало казаться, что и он не может найти выхода.

– Я позабочусь, – наконец заговорил он, -чтобы они не встретили никого по дороге и не узнали правды, раз сюда снова направляются послы, значит им ничего не ведомо. А когда они доберутся до твоих палат, вели истопить для них баню, пригласи помыться-попариться с дороги. А Банник твой свое дело прекрасно знает. Более свирепого духа нет в округе, да и должок у него есть.

И хотя Ольга пока еще мало что слышала о Баннике, но ничего выяснять не стала, решив положиться на красавца. Она вовсе не хотела его обмануть подозрением.

– Ты сделаешь все, чтобы они отправились в баню, а там мы их встретим, – произнес он на прощание.

Расставшись с Ольгой, Демон заглянул к Баннику и объяснил, что от того требовалось. Банник лишь усмехнулся в ответ.

– Ну что ж, давно я не развлекался с такими гостями, -только и произнес он, – повеселимся от души.

В отличие от Домового и Кикиморы Банник хотя и жил среди людей, и часто с ними соприкасался, терпеть их не мог. Нрав у него бы отвратительный, потому что тяжелой и жгучей оказалась работа. Просто одних он ненавидел чуть больше, а других немного меньше. К княгине он относился чуть терпимее, Демону был многим обязан – часто и много проигрывал в кости, да и побаивался его сильно, силы, если потасовка завяжется, были неравны. Он быстро все подготовил для дела, о котором говорил Демон. Без поджога и пожара тут не обойтись. Ну жечь баню, так жечь, княгиня потом еще лучше отстроит. Конечно, их можно было и так уморить, но вдруг они живучими окажутся, тогда ему точно несдобровать, Демон шутить не любит.

– А эту баню давно сжечь пора, она ни на что не похожа, даром, что только так называется, – ворчал Банник, вечно чем-то недовольный.

Но все приготовив, он решил поспать немного, работа – то его только к вечеру начинается. Демон быстро его разбудит, когда все начнется.

Глава 4 Тяжелый пар

Всадники мчались навстречу гибели без вдохновения. Они не могли нарушить приказа князя, но сомневались в том, что все их предшественники решили остаться в Киеве. Им хотелось выяснить, что же там произошло. Странным показалось и то, что по дороге они никого не встретили, и только один из путников, мелькнувший на горизонте, тут же исчез, они так и не успели к нему приблизиться.

– Что за чертовщина? – спросил удивленно воевода, – дороги совсем пусты, они что там, вымерли?

На первый взгляд впечатление было таким. Воевода же был проницателен, он никому, даже князю не верил на слово. Но повернуть с этого пути и вернуться назад никто бы не решился, им велено было без княгини не возвращаться, а дома оставались семьи и дети в заложниках у строптивого князя. Они должны были выяснить, что случилось с их братьями, у многих в том посольстве были родичи.

Всадники в полном одиночестве приблизились к городской стене, молчаливые стражники, с которыми не поговоришь сильно, указали им дорогу к княжеским палатам.

Странную картину какой-то мертвечины немного оживила сама княгиня. Она словно уже поджидала их, знала, что они должны появиться.

Она стояла на высоком крыльце и загадочно улыбалась. Дурные предчувствия развеялись понемногу. И хотя в той схватке они были победителями, но в мире побежденных было как-то тревожно, кто его знает, что можно ждать от раненого зверя. Да и следовало подчиниться чужим законам. Но кажется, пока ничего не предвещало беды. Когда они спросили о своих товарищах, Ольга снова улыбнулась:

– Не ждали вас так рано, гости дорогие, только к вечеру все соберутся тут. Тогда и поговорите, а пока накормлю я вас и велю баню истопить, чтобы помылись вы с дороги, ведь длинным был ваш путь, да и повелось так издавна у славян.

И она распорядилась истопить баню, а сама пригласила гостей к столу.

– Хороший пар нынче будет, постараются слуги мои верные, – подумала княгиня, усаживаясь вместе с гостями за стол. Подняла свой кубок Ольга за князя древлян, с которым они должны были породниться.

– Думала, что каприз это княжеский, вот и попросила послов задержаться, но вижу, что князь настойчив, твердо решил он взять меня в жены, придется мне, видно, согласиться.

И так ласкова да приветлива она была все это время, так выражала покорность судьбе, что даже у всегда сомневавшегося воеводы уснула бдительность в душе, он сам спросил, готова ли баня, уж больно хотелось попариться от души.

Княгиня кивнула в ответ, попросив не задерживаться надолго, она будет ждать их с нетерпением на вечерний пир. Так и отправились они, улыбаясь, навстречу смерти своей лютой.

Ольга стояла на пороге, провожая гостей в баню. Ласковая улыбка застыла на губах, когда воевода оглянулся. Он решил, что она пожалуй, глупа, как и всякая баба, хотя и слишком хороша для дикого князя с бешеным нравом. Но что поделать, другого у них все равно нет, а Игорь просто оказался слабаком. Говорят, она любила покойного варяга. Но воевода никогда не видел его, а потому не ведал, каким тот был, отличался ли он чем-то от остальных. Княжеская баня была замечательной, богатой и просторной. Она же понимает, что ее судьба решена, смирилась, а что останется деве в этом жестоком мире? Надо скорее со всем покончить и отправляться назад, в гостях хорошо, а дома все равно лучше. Она забудет о муже и будет счастлива с их князем, а не будет, так не велика беда, многие так живут и ничего, счастливы. Уж лучше плохая жизнь, чем хорошая смерть.

Наверняка плохая жизнь лучше, чем хорошая смерть, но Ольга не собиралась себя в чем-то обделять. Она была тут хозяйкой и поступала так, как захочется. Ей показалось, что где-то рядом мелькнула черная ряса, когда гости скрылись в бане.

Прошло полчаса, час, Ольга начала волноваться, все ли там получилось так, как хотелось? А что если они вымоются и вернутся назад. Она не знала, как сможет расправиться с ними, если в бане что-то будет не так. Что если ей повезло в прошлый раз, но не теперь? Она запаниковала и едва могла себя успокоить. Но во дворец ворвался дружинник и закричал, что в бане начался пожар, а двери заперты, и люди не могут оттуда выбраться, их надо спасать, но он ничего не смог сделать.

Он говорил и поражался тому, что она ничего не сказала и не сделала. Она просто отстранила его и шагнула к выходу. Она ничего не сказала, и спасать не торопилась.

Ольга стояла на крыльце и смотрела в сторону бани, из которой валил дым, она слышала жуткие крики сгоравших людей. Княгиня попятилась назад, прислонилась к колоне. Подумала и отправила, наконец, своих людей к бане, чтобы не возникло подозрений, что это она и задумала все заранее. Слуги ее метались в панике, никому не хотелось страдать из-за гостей. Потушить пожар они так и не смогли.

№№№№№№№№№

Ольга все еще стояла, прикрыв глаза руками. Она чувствовала, что устала так, что готова была упасть и покатиться с высокой лестницы. Она казнила себя за то, что готова была усомниться в том, что все получится. Но она не могла позволить себе слабости.

В тот момент в бане обрушилась крыша – теперь их точно не спасти, никто не полезет в это пламя. Никто не вышел оттуда живым. Все сгорели, она могла спать спокойно.

Она повернулась и пошла в комнату, надо было немного передохнуть вдали от посторонних глаз. Но она понимала и другое, что должна поднять дружину и отправиться к древлянам. Не стоило придумывать новую казнь, надо просто сжечь город.

Ей показалось, что тень Игоря промелькнула перед ней. Он все видел и должен это одобрить. Ни Мефи, ни монах в этот день в палатах не появлялись, на месте, где стояла баня, были развалины и пепелище. Кто-то завывал там всю ночь.

Уже утром появились мастера, чтобы построить новую баню, лучше сгоревшей. Банник должен быть вознагражден за то, что он сотворил.

№№№№№№№

Монах все знал о расправе. Это ее рук дело, кто бы ни был в том замешан. Но он не мог понять, как это княгине удалось. Хотя, то местом казни стала баня – это все нормально. С давних времен все самые важные дела творились там. Но как княгиня нашла с ними общий язык, не сами же они все сотворили. Неужели у них дьявол в женском обличии правит Киевом.

Монах убедился в том, что зло всегда было сильнее, ему никогда с ним не справиться, да и было оно всегда на шаг впереди. Он плелся по следам и все время опаздывал. Он провел тут столько времени и ничего так и не смог сделать хорошего для этого мира. Он должен был признать, что не может ее остановить.

Глава 5 Утро после пожара

Сон Ольги был неспокоен, явно что-то происходило в том мире. Она медленно поднялась и подошла к окну, сразу же увидела угли пожаров, груду пепла и группу людей около сгоревшей бани.

Они стояли на приличном расстоянии и боялись подойти ближе к этому жуткому месту.

Им казалось, что какие-то тени поднимались над пепелищем и улетали туда, в небеса. Но мастера уже ставили новый сруб, не обращая внимания на любопытных.

Ольга вспомнила вчерашнюю панику и поняла, что все еще владеет собой. Но может случиться какая-то неожиданность, и кто сказал, что всегда и все будет гладко? Даже если у нее и есть какие-то помощники.

– Ты довольна тем, как все случилось? – услышала она голос рядом, как только начала умываться и приводить себя в порядок. Мефи не понимал, почему вместо радости в душе княгини тревога. Это и привело его в замешательство.

– Ты чем-то недовольна? – поинтересовался он

– Да нет, все так, – отвечала она, понимая, что с ним лучше поговорить, не стоит отмалчиваться.

– Тогда что с тобой? Все случилось, как хотелось.

– Это не последние послы, они явятся снова, сколько можно нам топить, жечь их, устала я от этого всего. Рано или поздно появится сам князь, а я не хочу его дожидаться. Разве могу я быть спокойна, пока они живы. А когда он узнает, что с этими и с теми приключилось..

– Всему свое время, – говорил бес.

Его ироническая усмешка заставила его немного успокоиться, хотя можно ли ему верить до конца? Но надо было как-то разобраться со всем, что творится в мире. Но успокоится она только тогда, когда древляне исчезнут с лица земли. Пока они живы, они будут мстить и не будет ей покоя.

Медленно открыв глаза и очнувшись, она видела, что перед ней стоит монах, и как-то странно искажено его лицо. Она поняла, что говорила все это вслух, потому он и воскликнул:

– Ты злодейка, злодейка, и не будет конца злодеяниям.

Он смотрел так, словно перед ним появилось жуткое чудовище, а потом он и вовсе стал яростно креститься, отступил назад, будто она собиралась его толкнуть в тот костер или ударить.

Ольга усмехнулась, почувствовала, что ей нравится быть тем самым чудовищем в глазах этого черного человека.

– Ты злодейка, и не будет конца твоим злодеяниям, – хрипел монах.

Он стал отступать назад. Хотя она стояла и не шевелилась. Видя ужас в глазах жреца, Ольга усмехнулась и почувствовала, что ей нравится быть чудовищем. Она готова была на все, чтобы одержать победу. Каждый в этом мире борется, как может. Она должна все сделать быстро, как ей перехитрить оставшихся в живых древлян.

Сейчас Мефи злился на себя, потому что самоустранился. Это не он все придумал, они обошлись без него. А он смотрел со стороны и гадал, получится у нее что-то или не получится. Он был ленив в те часы, решил, что еще не время, они должны прийти к нему с протянутой рукой, попросить его раза три, а они не пришли и не попросили.

Но ему хотелось уничтожить весь мир, а не два десятка мужиков, иначе грош ему цена.

Сейчас он был как никогда серьезен.

№№№№№№№№

А утром в подземном дворце Князя Тьмы царило гробовое молчание, только там и тут мелькали странные тени. Сам князь повернулся к бесу:

– Ну, дружок, я вижу, ты разошелся, пожары вон какие, сколько людей посжигал да уничтожил? Ни один не спасся. В глазах князя появился какой-то странный восторг.

Бес молчал, если он хочет думать, что все так и было, пусть думает. Демона тут не было и некому было не дать ему соврать. Но потом, отойдя от эйфории, свалившейся на него незаслуженной славы. Он начал, как обычно с ним случалось в спокойные времена, рассуждать здраво, о том, что роль его во всем этом сильно преувеличена, надо поскорее что-то сделать, чтобы соответствовать тому, что говорят в подземном мире. Надо было расправиться с городом древлян, этого вполне достаточно для него.

У Ольги была дружина, но много ли сделают дружинники, они могут помочь, не более того.

Но пока он ничего рассказывать не стал, только удалился, загадочно усмехнувшись. Но для этого надо все хорошо продумать и придумать. Надо было действовать, засучив рукава. Его настоящая победа еще впереди.

Глава 6 Поход к древлянам

Монах поплелся в свою келью, он казался себе самому бессильным и опустошенным. Ничего больше не оставалось в его жизни, он пожалел о том, что суждено было дожить до этих времен.

Он прислушался, пригляделся, когда оказался в жилище, и показалось, что там находится еще кто-то. Такое чувство возникало не впервые. Да, конечно, белая фигура со скорбным ликом. Призрак стоял, скрестив руки на груди, и только когда монах окликнул его по имени, словно очнулся от забытья.

– Ты еще здесь, – растрогано проговорил он, – радуясь, что он тут был не один.

– Я ждал тебя, чтобы попрощаться, здесь больше некого хранить, они безумны и бездушны, я не могу тут оставаться. Я долго терпел и надеялся, но больше не могу. Уходи и ты, старик, иначе все плохо кончится, для любого это плохо кончится.

На лике его отразилась странная печаль.

– Я сразился с бесом и самим Дьяволом, я не боюсь их, но я не могу сражаться с целым градом, с безумным градом, потому можно только удалиться, надолго, может навсегда забыть об этих землях.

И он пошел к выходу из дома, задержался на пороге, оглянулся, спросил:

– Ты со мной?

– Нет, – запротестовал старик, понимая, как безумно все, что творится с ним, – нет, я останусь, мне некуда идти, век мой краток.

Ничего не ответил ангел. Только еще раз поднял на него печальные глаза и удалился.

Подойдя к окну, словно завороженный, наблюдал старик за тем, как белое облако несется прочь. А потом стал молиться, и просил он у Всевышнего только одно – испить чащу до конца, и уйти, не сворачивая с пути, не поддаваясь сомнениям. Ему казалось, что он видел эту чашу, в которой осталась только пара глотков живительной влаги.

№№№№№№

Все решил всадник. А всадником этим, конечно был Игорь, воскрешенный бесом. На этот раз решительно взявшись за дело, он действовал по правилам черной магии, и решил все красиво обставить, но так как сам понимал красоту.

Всадник настиг Ольгу, когда она вышла в сад, чтобы хорошенько все обдумать и вызвать Демона, узнав у него, как ей поступить на этот раз, чтобы завершить это трудное дело – покончить с древлянами, со всем, что они пытаются ей навязать.

Ольге послышался храп коня, и она оглянулась, но не испугалась, а лишь удивилась, в ее саду находился чужой конь. Но это был только призрак, потому что в седле сидел Игорь.

– Ты снова тут, но я не звала тебя, – говорила княгиня, – почему ты не можешь успокоиться? Что я должна для тебя сделать?

Она говорила и говорила. Боясь, что услышит его голос, потребуется что-то страшное. И все-таки услышала:

– Ты должна устроить тризну, на то месте, где меня убили. Только тогда успокоится моя душа, а пока мне нет пути в Пекло, я должен слоняться по земле.

– Но я не знаю, как это сделать в том мире, – призналась Ольга, – там целый град, и вряд ли они это позволят.

Сразу видно, что это давно не дает ей покоя

– Я не могу пойти на них в сражение, ведь так и без дружины легко остаться, а что дальше? Они хотят одного – захватить наши земли. Они думают, что со мной просто справиться.

– Не нужно с ними сражаться, дружину сохранить надо, – отвечал Игорь.

Она почувствовала, что в личине его другой прячется, сооруди под покровом ночи большой костер, туда они все и угодят.

– Сжечь город? —спросила Ольга, – но как можно сделать это. О, какая бы это была тризна по убитому князю. Они полностью бы расплатились за то, что натворили. Но ты не поведал, как сделать это? – торопила она, боясь, что призрак исчезнет, так и не поведав о главном.

– Возьми птиц из гнезд, и с углями отправь их обратно, так и сгорит град этот, следа от него не останется. Твой Демон тебе в том поможет, а к утру и завершится все. Вот и будет тебе тризна, которой мир не видывал. Устал я скитаться, как неприкаянный. Только покоя душа моя просит.

И такие страдания были на лице князя Игоря, что содрогнулась Ольгина душа, поняла она, что не успокоится, пока не исполнит то, что он хочет.

Конь под призраком шевельнулся, медленно понес седока прочь из сада, оставив княгиню в одиночестве со своими раздумьями.

– Да, я так и поступлю, птицы сожгут город проклятый. А когда он пеплом станет, тогда и поймут они, кто перед ними стоит. Получат они и жену убиенного князя, и земли его, все получат.

Мефи радовался, какой он спектакль устроил. Все эти всадники, призраки, пророчества, маски, это так ему всегда нравилось. Этого они не забудут, и все красиво получилось. И всегда так будет, хотя кто же может говорить, знать, что всегда.

Ему показалось, что он творит легенду, которую через века рассказывать будут. И это будет сказание о всаднике, мертвеце князе, который с того света возвращается к жене и просит о мщении врагам лютым. Надо сказать, что хорошо это у него получилось.

Глава 7 После явления

Ольга восприняла это явление как знак свыше, и начала собираться в поход. Это было выходом, конец ожиданиям и мучениям. Да и воины давно хотели проявить себя в схватке с врагами. Никто не сомневался, что она сама поведет их в сражение, а не поручит это воеводе. Многие из них помнили еще Олега и продолжали ему верно служить.

Ольга радовалась такому порыву. Они не чувствовали опасности, не пытались ее остановить.

А может, они чувствовали ее колдовскую силу, потому и не боялись смерти. Ощущение защищенности возникло в душах не случайно. Они готовы были в новое сражение.

Дружина ступила на землю древлян на рассвете. Они были там с первыми лучами солнца. Ольга в княжеском плаще выглядела величественно и спокойно, хотя они проделали долгий путь. Эта дева ни в чем им не уступала, она была на равных с бывалыми воинами.

Но так ли спокойно было у нее на душе? Ольга вспомнила о мелькнувшем и растаявшем перед нею монахе. Человек из иного мира хотел снова напомнить о себе. И появился как раз перед тем, когда они вышли в поход.

Монах подошел к ее коню, когда она была в седле, и взял лошадь под уздцы.

– Княгиня, не делай этого, – взмолился он. Знал или только догадывался о том, что может случиться дальше. Она видела мольбу в его глазах и немного смутилась. Но тут же посмотрела на воинов и произнесла тихо:

– Отойди от коня, ты хочешь невозможного, не бывать этому, я знаю, что делаю, так будет.