Банкротство в практике нового Верховного Суда РФ за первый год работы (2014–2015): акты и комментарии
- -
- 100%
- +
В период осуществления Юриным А.Н. полномочий руководителя и ликвидатора общества «Трансзернопродукт» арбитражным судом рассматривался спор о взыскании с названного общества в пользу общества «Никольское» задолженности по договору поставки.
При таких обстоятельствах именно на Юрине А.Н., контролировавшем текущую деятельность должника, лежит бремя доказывания того, что от него была скрыта информация о возникшей задолженности и об иске, предъявленном обществом «Никольское», что он не располагал документами бухгалтерского учета и отчетности, а реальная возможность восстановления соответствующей документации отсутствовала.
Доводы кредитора о том, что ликвидатор в данном случае не мог не знать о наличии задолженности перед обществом «Никольское», Юрин А.Н. не опроверг.
При этом ликвидационный баланс не содержал сведений о задолженности перед обществом «Никольское».
Таким образом, не могут считаться законными выводы судов о соблюдении Юриным А.Н. положений действующего законодательства, регулирующего порядок ликвидации юридического лица, об отсутствии в его действиях (бездействии) признаков противоправности и об отнесении негативных последствий непредъявления требования на кредитора, не извещенного в установленном порядке о процедуре добровольной ликвидации.
Если стоимость имущества должника – юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 224 Закона о банкротстве ликвидационная комиссия, ликвидатор обязаны обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности.
Именно ликвидация через процедуру конкурсного производства обеспечивает справедливое распределение среди кредиторов средств, вырученных от продажи имущества несостоятельного должника, которой предшествует формирование конкурсной массы, в том числе за счет реализации конкурсным управляющим предоставленных ему законодательством о банкротстве полномочий, касающихся выявления и возврата имущества должника, находящегося у третьих лиц, оспаривания сделок должника, совершенных в преддверии банкротства, привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и т.п.
С заявлением о признании общества «Трансзернопродукт» банкротом ликвидатор в арбитражный суд не обращался, мотивы своего бездействия в этой части он не раскрыл.
Данные обстоятельства не были приняты во внимание судами при разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения ликвидатора к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Допущенные арбитражными судами нарушения норм права являются существенными, без их устранения невозможны восстановление и защита прав и законных интересов общества «Никольское», в связи с чем обжалуемые судебные акты следует отменить на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и направить дело на новое рассмотрения в суд первой инстанции.
Руководствуясь статьями 291.11–291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации
определила:решение Арбитражного суда Тамбовской области от 28.04.2014 по делу № А64-6348/2013, постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2014 и постановление Арбитражного суда Центрального округа от 14.11.2014 по тому же делу отменить.
Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тамбовской области.
Настоящее определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской Федерации в трехмесячный срок.
Председательствующий судьяИ.В. РАЗУМОВСудьяД.В. КАПКАЕВСудьяГ.Г. КИРЕЙКОВАКомментарийСледует согласиться с ВС РФ в том, что ликвидация через процедуру банкротства представляет наиболее эффективный механизм распределения надлежащим образом сформированной имущественной базы должника.
Применительно к выводам, касающимся банкротства, сделанным в комментируемом определении, обратим внимание на вменение ликвидатору необращения с заявлением о банкротстве и связь данного обстоятельства с требованием о возмещении убытков, причиненных ликвидатором.
В целом неподача заявления о банкротстве, если для этого имеются основания, является, в свою очередь, основанием для привлечения ликвидатора к субсидиарной ответственности (п. 3 ст. 9, п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве). Думается, что это единственное последствие нарушения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом. Связано это, в частности, с тем, что таким нарушением не причиняются убытки как таковые. С нормативной точки зрения такой вывод может быть обоснован ссылкой на то, что п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве является lex specialis по отношению к lex generalis ст. 15 ГК РФ и даже п. 1 ст. 10 Закона о банкротстве. Сочетание указанных последствий может привести фактически к двойной ответственности. Материальным аргументом является то обстоятельство, что неподача заявления о банкротстве не причиняет убытков, их причиняет вывод активов, он и должен получать нормативную оценку на предмет восстановления нарушенных прав и законных интересов с соответствующим механизмом. Возбуждение дела о банкротстве конечно же упрощает ряд мероприятий, но не является единственной формой их осуществления, кроме того, в данном конкретном случае (при предположении недобросовестности ликвидатора) такое дело о банкротстве, возбужденное по заявлению ликвидатора, вряд ли улучшит положение кредиторов. Принимая во внимание изложенное, существуют определенные сомнения в том, что мотивы необращения ликвидатора с заявлением о банкротстве должника в суд имеют юридическое значение для иска о возмещении причиненных им убытков по ст. 15 ГК РФ.
Арбитражные управляющие
Определение от 26 июня 2015 г. № 305-КГ15-1971
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИРезолютивная часть определения объявлена 19.06.2015.
Полный текст определения изготовлен 26.06.2015.
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего судьи Ксенофонтовой Н.А.,
судей Разумова И.В. и Шилохвоста О.Ю. –
рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве на решение Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2014 (судья Лапшина В.В.) по делу № А40-55062/14, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2014 (судьи Кольцова Н.Н., Маркова Т.Т., Мухин С.М.) и постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.12.2014 (судьи Нужнов С.Г., Кобылянский В.В., Петрова В.В.) по тому же делу.
В заседании приняли участие:
гражданка Булатова М.А. (заявитель);
представители Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве (заинтересованное лицо) – Егоров А.Е. по доверенности от 15.06.2015 № 07-17/038865, Клюевский Г.В. по доверенности от 08.09.2014 № 07-15/106288, Голуб М.Е. по доверенности от 18.06.2015 № 07-17/039712.
Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Ксенофонтовой Н.А., а также объяснения заявителя и представителей заинтересованного лица, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации
установила:конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Энерготрейдинг» Булатова М.А. (далее – конкурсный управляющий или заявитель) обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании незаконным выраженного в письме Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве (далее – заинтересованное лицо, регистрирующий орган) от 27.03.2014 № 05-18/035862 отказа во внесении в единый государственный реестр юридических лиц сведений о конкурсном управляющем как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени общества.
Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2014 заявление удовлетворено: действия регистрирующего органа, связанные с отказом во внесении в единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) изменений относительно конкурсного управляющего общества, выраженном в письме от 27.03.2014 № 05-18/035862, признаны незаконными и на регистрирующий орган возложена обязанность по устранению допущенного нарушения путем внесения в ЕГРЮЛ сведений о конкурсном управляющем как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени общества.
Суд признал, что для внесения подобных изменений в реестр достаточно вступившего в законную силу определения арбитражного суда об утверждении кандидатуры конкурсного управляющего, представленного им в регистрирующий орган вместе с заявлением, составленным в произвольной форме.
Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2014 решение оставлено без изменения.
Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.12.2014 решение от 09.06.2014 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2014 оставлены без изменения.
Регистрирующий орган подал в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации кассационную жалобу на судебные акты, в которой просит их отменить в связи с несоответствием обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильным применением норм права и нарушением единообразия сложившейся судебной практики, каковые считает основаниями для отмены судебных актов в соответствии со статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2015 кассационная жалоба заинтересованного лица с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.
В судебном заседании представители заинтересованного лица доводы жалобы поддержали и просили об отмене судебных актов и отказе в удовлетворении требования заявителя.
Заявитель в судебном заседании просил об оставлении судебных актов без изменения как соответствующих закону.
Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и пояснениях присутствующих в судебном заседании заявителя и представителей заинтересованного лица, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации считает, что решение от 09.06.2014, постановление от 15.09.2014 и постановление от 11.12.2014 подлежат отмене по следующим основаниям.
Заявитель определением Арбитражного суда города Москвы от 18.02.2014, принятым в рамках дела № А40-1136/13 о банкротстве общества, утвержден его конкурсным управляющим.
Конкурсный управляющий подал в регистрирующий орган заявление от 11.03.2014 № 03-к, в котором просил об исключении из ЕГРЮЛ сведений о своем предшественнике и внесении таких сведений о себе как лице, имеющем право действовать без доверенности от имени общества на основании определения от 18.02.2014.
В ответе от 27.03.2014 № 05-18/035862 регистрирующий орган указал заявителю на необходимость представления заявления по форме № Р14001, утвержденной приказом ФНС России от 25.01.2012 № ММВ-7-6/25@, соответствующего требованиям пункта 1.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ.
Сочтя изложенные в ответе регистрирующего органа от 27.03.2014 № 05-18/035862 требования незаконными, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением об оспаривании поименованного ответа как отказа во внесении изменений в содержащиеся в ЕГРЮЛ сведения.
Достаточность судебного акта об утверждении заявителя конкурсным управляющим и неправомерность требования регистрирующего органа о предоставлении других документов заявитель обосновывает наличием у него в силу статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) полномочий органов должника и необходимостью применения к регистрации заявленных им изменений аналогии пункта 2 статьи 21 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) о совершении регистрационных действий по ликвидации юридического лица в случае банкротства на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.
Эта позиция заявителя поддержана судами неосновательно.
Порядок внесения изменений в сведения ЕГРЮЛ регулируется Законом № 129-ФЗ.
Сведения, за изменением которых обратился конкурсный управляющий, применительно к терминологии Закона № 129-ФЗ именуются сведениями о юридическом лице, не связанными с внесением изменений в учредительные документы юридического лица.
Порядок государственной регистрации изменений таких сведений и требуемые для совершения регистрационного действия документы прямо предусмотрены статьями 9, 17, 18 Закона № 129-ФЗ, поэтому применения по аналогии статьи 21 Закона № 129-ФЗ о регистрации ликвидации юридического лица недопустимо.
Согласно статьям 9, 17, 18 Закона № 129-ФЗ для внесения требуемых конкурсным управляющим изменений установлен заявительный порядок регистрации, устанавливающий обращение заинтересованного лица по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации органом исполнительной власти. Таковой является форма № 114001, утвержденная приказом ФНС России от 25.01.2012 № ММВ-7-6/25@, на незаполнение которой заявителем сослался в оспариваемом ответе регистрирующий орган.
Закон № 129-ФЗ не содержит иных правил регистрации изменения сведений, не связанных с изменением учредительных документов для лиц, находящихся в процедуре банкротства.
Закон о банкротстве, в частности статья 129 о полномочиях конкурсного управляющего, не содержит специальных правил регистрации сведений о нем как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени должника.
Судебный акт об утверждении конкурсного управляющего подтверждает полномочия этого лица и относится к основаниям для внесения в реестр сведений о нем как о лице, действующем без доверенности от имени находящегося в процедуре банкротства юридического лица, но не подменяет собой другие требуемые Законом №129-ФЗ для совершения регистрационных действий документы, которые заявитель должен представить в регистрирующий орган в установленном этим Законом порядке.
Следовательно, регистрирующий орган правомерно отказал в совершении регистрационных действий.
При таких обстоятельствах судебные акты о признании оспариваемого письма регистрирующего органа незаконным подлежат отмене в силу статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а заявление – оставлению без удовлетворения.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 184, 291.13– 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации
определила:решение Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2014 по делу № А40-55062/14, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2014 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.12.2014 по тому же делу отменить.
В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Энерготрейдинг» Булатовой Марии Анатольевны о признании незаконным отказа Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве, выраженного в письме от 27.03.2014 № 05-18/035862, во внесении в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о конкурсном управляющем как лице, имеющем право без доверенности действовать от имени общества, отказать.
Настоящее определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской Федерации в трехмесячный срок.
Председательствующий судьяН.А. КСЕНОФОНТОВАСудьиИ.В. РАЗУМОВО.Ю. ШИЛОХВОСТКомментарийДанное дело продолжает «тренд» на отказ от принципа непосредственного действия судебных актов по делу о банкротстве (название условное). Ранее такое действие усматривалось из целого ряда источников права, а также актов их толкования. В качестве примера можно привести непосредственное действие определения о введении наблюдения для приостановления исполнения исполнительных документов (абзац четвертый п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве), решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства для снятия арестов, наложенных на его имущество (абзац девятый п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве), определения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства для снятия соответствующих арестов, наложенных на имущество должника (п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. № 59) и др.
Данный принцип (непосредственного действия актов по делу о банкротстве) берет свое начало из представления о банкротстве как процедуре, затрагивающей интересы широкого круга лиц (включая публичные), не терпящей промедлений и предполагающей как можно более скорое и эффективное наполнение конкурсной массы, ее сохранение, продажу и распределение выручки среди кредиторов, связанной нередко с желанием должника увести активы от кредиторов, а отдельных кредиторов получить полное удовлетворение, несмотря на недостаток конкурсной массы. Очевидно, что непосредственное действие ограничений (или их снятие) способствует достижению указанных целей с учетом упомянутых особенностей.
Принцип непосредственного действия судебных актов по делу о банкротстве предполагает отсутствие каких бы то ни было дополнительных заявлений (ходатайств и т.п.) для обеспечения реализации эффекта того акта, о непосредственном действии которого мы говорим. Следовательно, данный принцип «отступает» каждый раз, когда делается вывод о необходимости подать то или иное дополнительное заявление в тот или иной орган для достижения необходимого и предусмотренного законодательством эффекта. Такой вывод в последней судебной практике делается не впервые. Например, в определении КС РФ от 15 мая 2012 г. № 813-О указывается, что для снятия ареста, наложенного в уголовном деле, самого по себе решения о признании должника банкротом недостаточно, необходимо постановление, определение «лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело и в чьи полномочия входит установление и оценка фактических обстоятельств, исходя из которых снимаются ранее наложенные аресты на имущество должника, признанного банкротом»; в определении ВС РФ от 14 мая 2014 г. № 18-КГ13-191 установлено, что решение о признании должника банкротом не влечет автоматической отмены меры обеспечения, примененной к его имуществу в гражданском судопроизводстве.
Комментируемое дело, таким образом, продолжает «серию» подобных изъятий из указанного выше принципа.
Применительно к данному определению отметим также следующее. Раз внесение сведений о конкурсном управляющем возможно на основании правильно оформленного заявления, следовательно, такое заявление является имеющим юридическое значение, но главное другое – юридическое значение имеет то, «находится» конкурсный управляющий в реестре или нет; в противном случае об этом было бы сказано в комментируемом определении. Вот именно эта идея и заставляет беспокоиться о ее соответствии целям банкротных процедур.
Само по себе прекращение полномочий бывшего руководителя должника и появление таких полномочий у конкурсного управляющего должны происходить в день открытия конкурсного производства (при утверждении конкурсного управляющего), а не в дату внесения изменений об этом в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ); такое решение направлено на фиксирование и сохранение конкурсной массы. В противном случае мы можем столкнуться с многочисленными сделками, произведенными между датой открытия конкурсного производства и внесением сведений о конкурсном управляющем в ЕГРЮЛ.
По общему правилу, если мы не дадим специального решения для смены лица в случае открытия конкурсного производства, такие сделки могут остаться в силе, имея в виду п. 22 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25, в котором для не связанных с должником лиц предлагается пониженный стандарт осмотрительности (достаточно сведений из ЕГРЮЛ, нет необходимости ознакомляться с учредительными документами), а также принимая во внимание принцип публичной достоверности ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 51 ГК РФ). Вряд ли это соответствует смыслу смены лица, действующего от имени должника, в случае открытия в отношении должника конкурсного производства.
Именно в связи с этим и необходимо развивать концепцию отказа от ЕГРЮЛ как единственного источника, с которым должен ознакомиться контрагент при совершении сделки с должником, когда мы говорим о сделке банкрота. Реестр имеет значение тогда, когда речь идет о частных изменениях, само по себе признание должника банкротом – акт публичного характера, открытый для всех, в связи с чем значение ЕГРЮЛ как такового для целей ознакомления с полномочиями лиц, действующих от имени потенциальных должников, должно быть снижено за счет принятия во внимание также сведений об утверждении конкурсных управляющих.
В целях проведения этой концепции (отказа от исключительности ЕГРЮЛ для определения полномочий лица, действующего от имени должника, на предмет их прекращения в связи с открытием конкурсного производства и появления таких полномочий у конкурсного управляющего) ВС РФ мог бы принять и иное решение, продемонстрировав идею отсутствия значения заявления конкурсного управляющего для целей внесения изменений в ЕГРЮЛ и указав, что такие изменения вносятся регистрирующим органом при первом получении заверенной копии решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства (с утверждением конкурсного управляющего), в связи с чем само по себе то обстоятельство, что конкурсный управляющий подал заявление не по предусмотренной для частных изменений форме, не может служить основанием для отказа во внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ.
Представляется также, что для решения подобной проблемы наиболее полным образом de lege ferenda необходимо внесение изменений в ЕГРЮЛ в автоматическом режиме: решение о признании должника банкротом подлежит направлению в регистрирующий орган, который, не дожидаясь какого бы то ни было заявления, вносит необходимые изменения в кратчайший срок.
Установление (исключение) требований
Определение от 6 августа 2015 г. № 302-ЭС15-3973
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИРезолютивная часть определения объявлена 03.08.2015.
Полный текст определения изготовлен 06.08.2015.
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего судьи Букиной И.А.,
судей Капкаева Д.В. и Кирейковой Г.Г. –
рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Красильникова Владимира Петровича на определение Арбитражного суда Красноярского края от 10.09.2014 (судья Ерохина О.В.), постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.11.2014 (судьи Магда О.В., Бутина И.Н., Споткай Л.Е.) и постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 03.02.2015 (судьи Васина Т.П., Николина О.А., Палащенко И.И.) по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агентство Норильск Авиа Сервис» № А33-16866/2013.
В судебном заседании приняли участие представители:
индивидуального предпринимателя Красильникова Владимира Петровича (далее – предприниматель) – Игнатов А.Ю. по доверенности от 31.07.2015;
Управления Федеральной налоговой службы по Красноярскому краю – Чайковская Н.В. по доверенности от 21.07.2015 № 158;
Федеральной налоговой службы – Степанов О.С. по доверенности от 19.03.2015 № ММВ-24-8/123.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Букиной И.А., объяснения представителей Красильникова В.П. и уполномоченного органа, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации
установила:в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Агентство Норильск Авиа Сервис» (далее – ООО «Агентство Норильск Авиа Сервис», должник) индивидуальный предприниматель Красильников Владимир Петрович обратился в арбитражный суд с заявлением о включении задолженности по договорам беспроцентного займа в размере 21 130 000 руб. в реестр требований кредиторов должника.
Определением Арбитражного суда Красноярского края от 10.09.2014, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.11.2014 и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 03.02.2015, в удовлетворении требования отказано.