Чужой в стране Советов

– Какой ещё форс-мажор? Ты чего слова всякие ненужные применяешь. Ладно, хоть пострадавшая дала нормальные показания. И запомни, Жуков, здесь тебе не фронт, чтобы стрелять налево и направо, – подполковник махнула рукой с досады и вышла из кабинета.

Из нашего отдела меня не осуждали. Краев заявил.

– Туда ему и дорога. Была бы моя воля, я бы их всех прямо на месте к стенке ставил, как в годы войны.

– А кто такой этот Чемодан, что за фрукт? – спросил я майора.

– Известная личность, Чемоданов Семён Ильич, был осужден три раза. Занимался грабежом на улицах, но больше трёх лет не получал. Последний раз его посадили на пять лет, а месяц назад выпустили по амнистии, которую Правительство подписали по причине нашей Победы над фашистами. Только ты ему в паху артерию прострелил, пока суть да дело, скончался он от потери крови. Бусый – это Бусов Олег Иванович, на свободе был почти год, теперь останется инвалидом, у него пулей колено раздробило. Как только придёт в себя, допросим и узнаем, кто третий, – объяснил мне наш непосредственный начальник.

Остальные тоже не переживали на эту тему. До обеда я ходил как варёный, спать хотелось неимоверно. Следователь из прокуратуры, ещё раз меня допрашивал, но не найдя в моих действиях нарушений, отстал. В обед наши собрались в столовую, а я задремал на стуле, положив голову на стол. Разбудил меня Краев.

– Иван, если в столовую не пойдёшь, есть для тебя поручение. Надо опросить жертву мошенников. Поступило заявление от гражданки Томилиной. Сходи по адресу и опроси её повторно, может какие подробности вспомнила, затем опроси её подругу, она свидетелем идёт. Я тебе написал адреса. После этого можешь шагать домой, завтра с утра на работу, – майор положил на стол лист бумаги, где написаны данные женщин и адреса.

Я взял папку, которой пользовались многие сотрудники, сложил туда чистые листы бумаги, чтобы написать протоколы опроса, и потопал по нужным адресам. По пути мне попалась химчистка, я осмотрел свой внешний вид. Костюмчик не помешало бы отутюжить. С мыслью «работа не волк, в лес не убежит», открыл нужную дверь. За прилавком стояла женщина неопределённого возраста. Есть такие, когда после двадцати пяти и почти до сорока их возраст определить невозможно.

– Здравствуйте, вы по какому вопросу? – улыбаясь приветствовала молодая женщина.

– Мне бы костюмчик привести в порядок.

– Тот, что на вас? Было бы лучше если бы вы принесли его отдельно, – выразила пожелание приёмщица.

– Милая девушка, вот совсем нет времени из-за работы. Давайте я сниму костюм и рубашку, а вы приведёте это всё в приличный вид.

Женщина уставилась на меня удивлённо, а я начал снимать одежду. Когда служительница химчистки увидела «сбрую» с пистолетом, забеспокоилась.

– Я вызову милицию, – испуганно объявила она.

– Я уже здесь, – достал и показал ей удостоверение.

Сложив костюм и рубашку на прилавок, положил пять червонцев, подразумевая за срочность. Женщина успокоилась, но посмотрев на меня в трусах и майке, предложила пройти в подсобку. Что я и сделал, а пока приводили в порядок мою одежду, улёгся на кушетку и проспал почти полтора часа, как убитый.

Одежду мне привели в порядок. В прошлой жизни, меня мать приучила к тому, что внешний вид должен выглядеть всегда опрятным и стильным. Вот и сейчас в приподнятом настроении пошёл к пострадавшей от мошенника. Здесь мне повезло, свидетельница и её подруга, были у хозяйки квартиры, не придётся топать на другой адрес. Дополнительный опрос ничего не дал, разве что подробней описали внешний вид мошенника. Я не верил в то, что его быстро поймают, мошенников даже в будущем ловить трудно, но работа есть работа. Всё записал и посчитав себя свободным направился в общежитие. Надо было забрать товар и отнести швее Елене. К швее добрался к пяти часам вечера. Елена жила на Покровском бульваре, фактически это район нашего отдела. Я поднялся на второй этаж и позвонил в звонок. Вскоре послышались шаги и дверь открыла… Елена Прекрасная. В домашней обстановке женщина выглядела совсем по-другому. Прекрасные линии фигуры стройной женщины, возбудили во мне желание. Так и хотелось разложить эту дамочку прямо в прихожей или опереть в стенку головой. Мне явно нужна постоянная сексуальная жизнь, раз такие мысли в голове бродят. На ней был одет шёлковый халат, расшитый крупными цветами, на ногах домашние туфли. Судя по вещам и обстановке, Елена жила совсем не бедно. Квартира была двухкомнатной, плюс кладовка, отдельно ванна и туалет. И это при дефиците жилья в послевоенной Москве, связи у дамочки есть, вне всякого сомнения.

– Проходите, простите не знаю вашего имени, – лучезарно улыбаясь, предложила Елена.

Женщина беззастенчиво разглядывала меня, в её глазах мелькал интерес, а я порадовался, что одет вполне прилично.

– Будем знакомы, Иван, – я галантно поцеловал ручку ей, что даме явно понравилось.

Мы прошли в комнату, где работала Елена. Здесь стоял стол закройщика, у окна швейная машинка «Зингер» с ножным приводом. Для этого времени это очень редкая и дорогая вещь. У стен столы с рулонами тканей.

– Я на дому шью. Обшиваю в основном женщин. Клиенты у меня обеспеченные. Жёны горкомовских, есть даже кремлёвские. Иногда беру заказы на мужчин, – стала пояснять Елена, пока я выкладывал товар из мешка.

Он прошла к окну и раздвинула шторы, а я, глотая слюни, смотрел, как аппетитно она выглядит ниже спины. Елена пересчитала количество комплектов, сходила в другую комнату и принесла мне деньги. Куча пачек с денежными знаками получилась большая, сто десять тысяч рублей. Скидку на опт, она у меня всё же выпросила. Хорошими деньгами оперирует девушка. Я проверил сумму, после этого для Елены отсчитал восемьсот рублей, она сходила за кожаной курткой. Куртка мне понравилась.

– Воров не боитесь, вдруг ограбят? – спросил я Елену.

– Я не афиширую о своих занятиях. На барахолке Наталья торгует простыми платьями. Такие я тоже шью. Деньги дома не держу, мне их принесли в обед, пришлось взять в долг, сумма очень немалая, – спокойно пояснила Елена.

– Но меня вы пригласили прямо домой.

– А вы будете грабить меня? Просто вы мне понравились.

Я посмотрел на Елену сверху вниз. Грудь стоит, волосы пышные. Выглядит Елена ухоженной женщиной, к тому же бог не обидел её фигурой и красотой. Очень симпатичная. Я сглотнул слюну и собрался уходить.

– Ну что же вы так сразу и бежать? Бокал вина не желаете? – Елена явно заигрывала.

Вина я, естественно, желал, но больше желал поставить красотку в позу и… Ну в общем понятно, что «и». Мы прошли на кухню, а здесь и закуска приличная. Колбаска, огурчики, жареная картошка и котлетки. Дама явно готовилась к моему приходу. Я сразу вспомнил, что не обедал. Вечер обещал быть не только томным, но и сытным. Когда закончилась бутылка вина, мы переместились в комнату, в горизонтальное положение. Елена оказалась не только симпатичной, но и очень темпераментной. В кровати она вела себя раскрепощённо. Я даже подумал, что в будущем врали, будто наши предки ничего не понимали в сексе. Не следует верить непроверенным фактам. Елена наслаждалась с полной отдачей, со стонами и криками. После каждого раза, Елена давала мне отдохнуть, а потом быстро приводила меня в боевую готовность, целуя моё тело в нужных местах. После полуночи мы отдыхали потные, но удовлетворённые.

– Я замуж в сороковом вышла, а в сорок первом мужа забрали. Через три месяца пришла похоронка. Хорошо, что квартира на меня оформлена, а то бы забрали. А потом я стала обшивать партийную элиту. Так что меня никто не трогает. Материал тоже от клиентов попадает, помогают достать в спецраспределителе. А ты так и не сказал ничего о себе, – она закинула на меня ногу, прижавшись всем телом.

– В милиции работаю, в уголовном розыске. Воевал, списали по ранению.

– В милиции? Ты не выглядишь, как милиционер. Скорее похож на дипломата или на партийного работника. Да нет, на партийного не похож, а вот на дипломата точно. Да и внешне очень даже привлекательный, бабам такие нравятся.

Она принялась целовать меня, спускаясь вниз к животу. Здоровье меня не подводит, и мы приступили ко второму акту постельных утех. Ближе к трём часам ночи, удалось уснуть, а в семь меня подняла Лена и позвала завтракать. После завтрака, провожая меня в прихожей, он поцеловала меня.

– Иван, приходи ещё, я буду рада. Ты мне очень понравился.

– Хорошо. Только работа у меня сама понимаешь какая. Бывает сутками не знаем покоя.

– В любое время. У меня никого нет. С клиентами я только днём работаю.

Я спускался по лестнице и размышлял о нелёгкой женской судьбе. Сколько мужиков поубивало на войне. А впереди ещё бои с японцами. Даже такая красивая баба, как Елена, и та свободна. Но планы мои, с женитьбой пока что не пересекались. А вот посещать тихую гавань, в виде Елены и её квартиры, очень даже не помешает.

Рабочий день начался с неприятных заполнений документов, меня опять заставили готовить дела, которые надо сдать прокурору. Напротив меня сидит Ольга и морщит лоб, как поймать мошенника, который обманом похитил деньги у пострадавшей женщины. В кабинет зашли Краев и Машков.

Олег поздоровался со мной за руку и подмигнул, типа сочувствует, что меня посадили за бумаги, а не его.

– Зузыкина, не делай такое страдальческое лицо. Скажу тебе по секрету, мошенников ловить не просто, а ещё сложней доказывать их вину, – заговорил Краев, присев на стул возле стола Ольги.

Ольга стала перечислять способы как, по её мнению, отследить мошенника, обманывающего женщин.

– А много эпизодов за этим брачным аферистом, хотя бы в Москве? – спросил я.

– Брачным аферистом? Жуков ты откуда такие слова знаешь? – засмеялся Краев.

– А поймать можно если последить в ресторанах. Пострадавшая или свидетель наверняка узнают его, – продолжил я свою мысль.

– А кто платить будет, важный момент? – спросил Олег Машков и засмеялся.

– Как кто? Руководство должно иметь фонды, для такого дела, – удивился я.

В этот раз никто не засмеялся. Краев вновь посмотрел на меня, как будто впервые увидел неизвестную зверушку, или я что-то сказал, до чего он сам не додумался.

– Пойду схожу к Кругловой, – заявил наш майор и вышел из кабинета.

– Ой, а у меня платья для ресторана нет, а школьные уже малы, – расстроенно заявила Ольга.

– Тебе не грозит такой поход, – решительно заявил Машков.

– Интересно почему? Дело веду я, мне значит и ловить преступника, – возмутилась Ольга.

– Как ты пойдёшь со свидетельницей? Очень подозрительно, если девушка девушку в ресторан ведёт, – выложил свой аргумент Машков.

– А что по ресторанам только пижоны, как Жуков ходят? И вообще, Машков, ты ведёшь себя, как козёл, – и Зузыкина посмотрела в мою сторону с видом, будто я отобрал у неё конфету.

Я удивлённо уставился на Ольгу. Взяла и пижоном обозвала, а хожу я по ресторанам или нет не её дело. Странно, в этом времени, пролетарии к опрятным и стильным людям относятся. Дискуссия могла затянуться, Машков даже хотел что-то ответить Ольге, но наш спор прервал вошедший Краев.

– Руководство даёт добро. Но так как свидетель и пострадавшая женщины, пойдут… – и Краев стал обводить взглядом кабинет, умышленно испытывая терпение сотрудников.

– А сколько денег выделили, на кофе хватит? – спросил эксперт Славин, считая, что он удачно пошутил.

Я посмотрел на Зузыкину, мне даже показалось, что она молится про себя, чтобы её выбрали.

– Пойдёт… Капитан Ваганов и старший лейтенант Жуков. Получится две пары. Денег выделили шестьсот рублей и это на три дня слежки. Остальные в прикрытие. Задействуем разные рестораны. Я и Зузыкина прикрываем Ваганова. Машков и три девушки из постовых прикроют Жукова. Ваганов, идёшь в «Асторию». Жуков, ты идёшь в «Савой», – вынес свой вердикт Краев.

– Совсем нет справедливости, у меня опыт работы больше, чем у Ивана, – заявил Машков, он явно желал сам посидеть в ресторане.

– Не что иное, как попрание прав женщин. И вы товарищ майор способствуете мировой буржуазии, когда задвигаете женщин на второй план. Потворствуете подозрительным элементам, вот Жуков и скатывается от пролетария к мелкой буржуазии, а ведь он комсомолец. А наша коммунистическая партия Советского Союза, во главе с товарищем Сталиным, ведет нас совсем по-другому курсу, – пыталась толкнуть речь Ольга, но Краев только отмахнулся от неё, как от назойливой мухи.

– А ты Машков не бузи. У Жукова вид, как будто он из ресторанов не вылезает, чисто буржуй. К тому же ему ежемесячно положены выплаты за ордена и медали к его зарплате. Если что, из своих доплатит. Правда зарплату он ещё не получал, но пусть преодолевает трудности, – сказал, как отрезал Краев.

– Во-во, я и говорю, что Жуков выглядит совсем, как буржуй. Надо его проработать на комсомольском собрании, – подхватилась Зузыкина, но Краев вновь махнул рукой, чтобы она заткнулась.

Я только открыл и закрыл рот. За время диалога даже слова не сказал, но зато теперь знаю какое мнение обо мне в коллективе. Кстати, о доплатах за ордена, мне действительно полагалась доплата к окладу опера, за «Красное Знамя» двадцать рублей, за «Красную Звезду» пятнадцать рублей и за медаль «За Отвагу» десять рублей. Итого к окладу восемьдесят рублей, так как орденов у меня по два. Но всё равно сумма смешная. Хочешь смейся, а хочешь плачь.

В первый день слежки определили два ресторана «Савой» и «Астория». Ваганов и пострадавшая женщина пошли в «Асторию», мне же достался «Савой». Развезли нас на служебном автобусе. Женщин загримировали, чтобы мошенник их не опознал, правильней сказать сделали макияж. Даже простой парик, с волосами другого цвета, делает женщину неузнаваемой. Когда меня и свидетельницу Марину привезли к ресторану «Савой», Краев выдал напутственное слово.

– Держи, вот тебе, Жуков триста рублей. Если вздумаешь шиковать доплачивай из своих. В случае обнаружения мошенника, шум не поднимать. Надо будет за ним проследить. Тебя будет страховать Машков с постовыми девочками. Может ещё по парочке постовых добавят, они будут крутиться поблизости от ресторана, – Краев подал, мне пять сотенных купюр.

Я в этом времени в ресторанах не был, цен не знал, но подстраховался, взяв свои средства. Мы с Мариной вошли в ресторан, к нам подошёл метрдотель и поинтересовался заказан ли у нас столик. Оказывается, Краев позаботился в этом вопросе, на мою фамилию был заказан стол на двоих. Нас провели на наше место, буквально через три минуты подошёл официант. Марина чувствовала себя свободно, видимо он бывала в таких заведениях и не раз. На меня тоже ресторан не производил шокирующего действия. В прошлой жизни для меня рестораны считались обыденным заведением, куда можно забежать просто покушать.

– Вы уже выбрали, товарищи? – слащавым голосом спросил официант, было заметно, что он осмотрел наши наряды, и составил оценку клиентов.

Я открыл меню и быстро просмотрел список вин, потом скорректировал, что будет заказывать сама Марина.

– Нам бутылочку «Киндзмараули», фруктовую нарезку, овощную нарезку. Из горячих закусок принесите жульен с грибами и курицей, две порции, – зачитал я из списка меню.

– Смею предложить украинский борщ, а на второе свинина с тушёным перцем, – начал было официант, но я его прервал.

– Любезный, мы начнём с того, что я заказал, не надо мне советовать то, чего я не хочу, если задержимся у вас, то обязательно закажем что-то посерьёзней. У вас что, здесь столовая, что ты мне борщ навяливаешь? – я постарался высказаться как можно капризней.

Как я ожидал, официант не обиделся, в его глазах мелькнуло угодливое выражение. Официант ушёл, а я обратился к Марине.

– Марина, если вы заметите нужного нам человека, не смотрите на него пристально, тихо сообщите мне и больше не подаём никакого вида, просто наслаждаемся пищей и беседой, – я проинструктировал свою спутницу.

Марина кивнула головой. Я заметил, что она рассматривает меня с некоторым интересом, я же успел её рассмотреть со спины, когда шли к столику. Надо честно сказать, что женщина мне понравилась, особенно вид сзади. Не помешает посетить такую «гавань», чтобы разгрузиться. Навевает на всякие похотливые мысли.

– Скажите, Иван, вы женаты? И почему вы пошли работать в милицию? Вы больше похожи на дипломата или на партийного работника.

Такое впечатление, что все дамы пользуются одинаковым штампом, но я улыбнулся и ответил.

– Я не женат. В милицию пошёл, чтобы устроиться в Москве. А вообще меня привлекает журналистика. Но пока не обзавёлся связями в столице. Может вы о себе расскажите?

– Пожалуй, я смогу вам помочь. Есть знакомые и не только в газетных изданиях. Знаю кое-кого в Союзе писателей. Я замужем, муж работает на железной дороге инженером, ну а я домохозяйка. Хотя предпочитаю поддерживать связи с деловыми людьми. Скажите, вы уже пробовали что-то писать? – Марина явно флиртовала, по её глазам и ужимкам можно было понять это.

– Думаю, начать с заметок в газеты. Надо сначала приобрести известность, прежде чем соваться со своими работами куда-то в солидные издания. Как говорится, сначала ты работаешь на репутацию, потом репутация работает на тебя.

– Нам надо подружиться, я обязательно помогу вам, – сказала Марина с придыханием подавшись немного вперёд.

Дополнительно оценив вид спереди, я мысленно согласился с Мариной, что подружиться нам совсем не помешает, при чём в ближайшее время. Марине было не больше тридцати лет, в принципе она выглядела ухоженной. В их семье явно не знали, что такое безденежье. И ещё, она просто-напросто «клеила» меня. Не удивлюсь, если в конце вечера она пригласит меня домой. Пока Марина болтала о разных пустяках, я вспомнил своих родных из прошлой жизни. Как они там? Для родителей мы с сестрой поздние дети, особенно для отца. От моих раздумий отвлекла Марина, тронув меня за руку.

– Посмотрите на того мужчину, который вошёл с женщиной. Это он и есть, назывался Евгением, – зашептала она испуганным голосом, показав на вошедшего мужика с дамой глазами.

Я повернулся и посмотрел в сторону входа. Действительно с метрдотелем разговаривал видный мужик, одет в военную форму и орден есть, кажется «Красная Звезда». Его под руку держит миловидная женщина лет тридцати или сорока.

– Я её знаю. Это Нинка Ломова, работает в тресте, сидит на сбыте товаров. У меня муж со складов у неё товар порой получает для железной дороги. Не бедствует, хоть и без мужа, да и стыдно бедствовать на такой должности, – снова зашептала Марина.

– Марина, успокойтесь, больше не надо смотреть в их сторону. Давайте лучше выпьем хорошего вина, – я разлил вино по бокалам.

Я осторожно рассмотрел мошенника. Не удивляюсь, что такой нравится женщинам, темноволосый и кудрявый, ростом наверно повыше меня будет, в плечах крепкий. Тут же поискал глазами Машкова, но не увидел.

– Марина, вы не можете ошибиться? – спросил я спутницу.

– Нет, конечно. Такая внешность видная. Моя подруга сразу на него клюнула. Я его хорошо запомнила, только он был в гражданской одежде.

Надо было Марину отправлять домой, найти напарника и сообщить Машкову, что клиент здесь. Самим же проследить за этим пронырой. Я под видом, что надо в туалет вышел из зала, а затем на улицу. На другой стороне увидел Олега, который флиртовал с девочками из постовых.

– Олег, свидетель опознала клиента. Надо Марину сплавить, поручи постовым девочкам, пусть проводят её домой. А мы с тобой проследим за этим мужиком. Он там с бабой, предложил я Машкову.

– Отлично, значит девчата отведут Марину домой. Чёрт! С нашими никак не связаться, а то бы подскочили для страховки, попробуем взять с поличным, сразу включился Олег.

– Олег, ты нашим пока ничего не говори, раз нет возможности. Нам бы его не спугнуть, вдруг он осторожный. Мы его и вдвоём проследим, а на адрес, уже своих вызовем, – выдал я свой вариант действий

Марину отправили домой в сопровождении постовых девчонок, правда перед уходом она оставила мне номер домашнего телефона. А я остался в ресторане следить за подозреваемым. Как я и думал парочка, аферист и его жертва, пошли на квартиру к женщине. Мы с Машковым проследили адрес и всё же по пути доложили Кротову, позвонив в «Асторию» из телефонной будки. В общем в результате мошенника взяли с поличным, а мы с Олегом получили нагоняй от начальства. Кротов объяснил нам, что женщина могла погибнуть. Зузыкина проверила похожие дела по другим городам отправив запрос. В результате через неделю пришёл ответ из Ленинграда, что там за этим Евгением числятся ещё четыре эпизода. Ну, а моя служба шла, я постепенно вникал в специфику уголовного розыска. Крупных дел в нашем районе не было, мелкие кражи и пьяные драки. Рутина затягивала. А я, как мог, косил от работы. Ловить преступников точно не моё призвание, это я понял буквально за пару недель работы.