Начать сначала 5. Как я провёл лето

– Обязательно. У тебя, среди ранних работ, есть вполне достойные полотна, – подтвердила Моника.

– Хорошо, mutti1, я обязательно подготовлюсь к выставке. Кстати, я почти закончила копию с картины Каспара2 «Охотник в лесу», – похвасталась Эрика.

– Прекрасно. Сразу приступай к следующей копии, до выставки успеешь сделать, может даже две. Съездишь в Гамбург, там и сделаешь выбор, я могу договориться о поездке вашей школы, чтобы ты рисовала на месте, – произнесла Моника.

– Я так и не получила ответа по поводу русских, – вновь повернулась Эрика к отцу.

– Насколько я знаю, в СССР выехали Корт Кох и Фридрих Ланке. Должны провести предварительные переговоры, так что приедет твой русский писатель, не надо так сильно переживать, – улыбнулся Курт.

– И ничего он не мой. Нет, точнее мой, но друг, – насупилась Эрика, чем вызвала очередные улыбки отца и матери.

Быстро закончив ужин, насколько позволяло воспитание матери, Эрика отправилась в свою комнату заканчивать копию картины. Встав у мольберта, Эрика подумала, что она уже запустила копии грампластинок своим друзьям. А те в свою очередь будут передавать компакт кассеты дальше. Музыка группы «Time Forward» уже гуляет по Берлину, среди молодёжи. Правда папе об этом знать необязательно, как, собственно, и маме. Ей же и вправду нужно готовиться к выставке, это будет хороший рывок в карьере живописца. А Эрика ничуть не сомневалась, что станет известным художником. Как минимум такую цель она ставила перед собой.

Июнь 1976 год. Брук и Ошерович. Эпизоды.

Ещё в самолёте, на рейсе Свердловск-Москва, Леонард Израилевич убеждал Софью Яковлевну, что с гастролями должно всё получится.

– Софья Яковлевна, да не переживайте вы так. Утвердят ваш репертуар. Ко всему прочему приглашение на гастроли именное, всё будет хорошо, – говорил Брук.

Ошерович действительно нервничала. Тот жанр в музыке, который сочиняет Екатерина, под руководством самой Ошерович, не то, чтобы новый, но всё же. Классический кроссовер стирает границы между классической и популярной музыкой, появившись в середине 20-го века. Взять того же Марио Ланца, известного американского тенора. Или, например, Эйлин Фаррелл, американская сопрано, которая соединила классическое пение с джазом и блюзом. Но всё равно, как-то тревожно было на душе у Софьи Яковлевны. В СССР такой жанр в новинку, а значит могут быть трудности. Хотя может, это просто переживания по поводу самой поездки. Ведь Ошерович первый раз выезжает за границу. Из аэропорта Ошерович и Брук сразу отправились в Министерство культуры, благо номера в гостинице забронировали заранее. До самого министра не дошли, их отправили в Госконцерт, который принимает решение по поводу самой поездки, а также репертуара музыкального коллектива. Для этого Ошерович привезла записи альбомов. Не последний вопрос выступления эстрадного балета «Импульс», который должен выехать в составе музыкального коллектива «Время вперёд». Выступления танцоров придают отличную окраску игре музыкантов, превращая концерт в шоу, как говорят в западных странах. В Госконцерте сдали записи музыки, будет комиссия, на которой примут решение, подойдёт или нет выбранный репертуар.

Ходоки из Свердловска получили два дня ожидания, после этого их вызовут на комиссию, которая объявит своё решение.

– Вижу, Софья Яковлевна, вы по-прежнему нервничаете, – заметил Брук нервозность Ошерович, во время обеда

– Как же не нервничать, Леонард Израилевич. Слышала, что чаще утверждают композиции тех, кто состоит в Союзе Композиторов.

– Как вы думаете, что приносят гастроли стране? – спросил Брук.

– Не знаю, наверное, валюту, может быть известность наших исполнителей.

– Именно. Валюту, в которой страна всегда нуждается. К тому же за границей любят наших артистов, иностранцам интересно посмотреть на исполнителей из «империи зла», – засмеялся Брук, своей шутке.

– А как с оплатой артистам? – заинтересовалась Ошерович.

– Оклад за каждый концерт. Если пройдёт несколько концертов, то соответственно можно умножить на количество выступлений. Надеюсь, что выплатят в чеках «Внешпосылторга», тогда можно будет порадовать себя в магазине «Берёзка». Насколько знаю, несовершеннолетним не платят совсем. Правда наши ребята все устроены официально, да и несовершеннолетних немного. Но будем что-то думать, решать, если получится, – объяснил Брук.

Брук не сидел в гостинице, у него свои дела в Москве. Ошерович прогулялась по столице, сходила в музей, в Кремле. Посмотрев на очередь в мавзолей, решила, что посмотреть на вождя революции, не такая уж необходимость, без которой нельзя жить.

На третий день отправились в Госконцерт. Их пригласили в зал совещаний, где собрались члены комиссии. Перед приглашением пришлось ждать полчаса, ждали приезда министра. Как же без него, соизволил поприсутствовать. Ошерович тряслась, словно осиновый лист, волнение только нарастало. А вот Брук вёл себя спокойно, шутил и улыбался. Когда вошли в зал совещаний смогли рассмотреть присутствующих. Министр Культуры СССР, Демичев Пётр Николаевич. Странно, но сидел чуть сбоку. В центре стола руководитель «Госконцерта» Маслюков Леонид Семёнович, его назначили руководителем зимой этого года. Здесь же находился его заместитель Титов Андрей Егорович. Ещё двоих узнала Ошерович. Светланов Евгений, дирижёр и худрук Государственного симфонического оркестра, и Темирканов Юрий, дирижёр и худрук Ленинградского театра оперы и балета. Имелись ещё присутствующие, но их Софья Яковлевна не знала, да и не видела никогда. Стоять Брука и Ошерович не заставили, предложили присесть. Ошерович и Брука представили членам комиссии, как и назвали всех заседающих, но Ошерович не запомнила имена от волнения.

– Начнём, пожалуй. Пётр Николаевич, не возражаете? – обратился руководитель Госконцерта к министру Культуры.

– Не возражаю, Леонид Семёнович, – доброжелательно ответил министр.

– Давайте с вас, Евгений Фёдорович, – обратился руководитель Госконцерта к Светланову, он сидел слева, у самого края.

– Нам представили три альбома классического кроссовера. Что сказать? Жанр новый в нашей стране, но зарубежные музыканты уже пробуют себя в таком стиле. Лично мне понравились два альбома, «Сказки Шехерезады» и «Звуки природы». Альбом «Звуки космоса» неплох, но слишком близко к западному року, хотя, несомненно, достоен внимания. Считаю, что такая музыка может нравится зарубежному зрителю. Софья Яковлевна, в пояснительной записке указано, что вы в соавторстве с Екатериной Егоровой. Это так?

– Честно сказать, на начальном этапе, мы работали в соавторстве с моей воспитанницей, в том числе на грампластинках, что записаны «Фирмой Мелодия». Взять, к примеру альбом «Сказки Шехерезады», это чисто Катина работа, её же идея использовать этнические инструменты, при чём разные и совместить с электронными инструментами, – продолжая волноваться, ответила Ошерович.

– Даже так? Очень приятная музыка на арабские мотивы. У вашей воспитанницы отличный слух, по всей видимости, – умеренно восхитился Светланов.

– При приёме в Свердловскую консерваторию, комиссия определила, как исключительный музыкальный слух. Катюша может послушать композицию, а потом без ошибок определит задействованные музыкальные инструменты, – гордо сообщила Ошерович.

Софья Яковлевна действительно гордилась совей ученицей, ничуть не собиралась этого скрывать.

– Неудивительно, что наставник так гордится своей воспитанницей. Но продолжим, товарищи, кто ещё желает выступить? – перехватил суть разговора Маслюков.

Желание высказаться заявил парторг Госконцерта Ивашин.

– Прошу вас, Роман Петрович, – разрешил Маслюков.

– В первую очередь хочу спросить, почему не отражена идеология советского человека? Только и делаем, что копируем западную музыку, от того и молодежь тянется к ценностям капиталистов. Почему не написать музыку о войне, пусть даже в таком жанре, хоть и чуждом для партии и народа? – Ивашин уставился на Ошерович.

– Музыка должна быть вне политики, иначе пора запрещать Шопена, Бетховена, Моцарта или Баха. А потом в наших композициях нет ничего такого, что могло бы порочить наш народ или нашу партию, – немного резковато ответила Ошерович.

Софью Яковлевну безгранично возмутило то, как этот чиновник трактует музыку вообще. Ему бы только марши звучали, да песни про колхозников и рабочих.

– А вы не передёргивайте, Софья Яковлевна. А то могут последовать соответствующие выводы. Прислушиваться следует к словам партии. Не знаю, я против тех альбомов, что предоставили организаторы, пусть поменяют на что-то революционное и патриотичное, – так выразил своё мнение парторг.

– Моя воспитанница, между прочим, сочиняет военные песни. Взять хотя бы «Память солдата», на радио запустили эту песню. Иосиф Кобзон с удовольствием взял в свой репертуар, с одобрения автора. Или песня «Встанем», что прозвучала на праздник Победы в этом году. Тоже на радио звучит. Так что с патриотизмом у автора, всё в порядке, – начала горячиться Ошерович.

Брук взял её за локоть, чтобы Софья Яковлевна не наговорила грубостей. Потому она постаралась успокоиться. А парторг между делом продолжил.

– Я смотрел список участников. Хочется услышать пояснения. Зачем вам художник по костюмам на гастролях. Или тот же хореограф? Насколько я понимаю, танцы все капитально отрепетированы. Далее, зачем столько танцоров? Аж двадцать человек вписали, достаточно и десяти, – от слов парторга создавалось впечатление, что он вообще бы выпустил записи вместо музыкантов за границу.

– Художник по костюмам необходим, вдруг какой костюм порвётся или ещё что-то. Как и хореограф, который проводит прокат, перед выступлением, у танцоров. А количество танцоров предусматривают распределённые роли, на гастроли отправляем лучших артистов, – снова попыталась возмущаться Ошерович, но Брук вновь её придерживал за руку.

– Порвётся костюм, возьмите иголку и зашейте, любая женщина должна уметь, справится с такими пустяками. А то ишь взяли моду, тащат всех, кого надо, и кого не надо тоже, – тут же отреагировал парторг.

После парторга выступали и другие члены комиссии. Отрицательных высказываний не было, но и хвалить особо не хвалили, из осторожности, во избежание последующих выводов. Все обсуждения прекратил министр Культуры.

– С высказываниями комиссии всё понятно. Товарищи, прошу вас подождать в приёмной. Мы здесь обсудим, а по принятому решению пригласим, – произнёс Маслюков, выпроваживая Ошерович и Брука.

Софья Яковлевна и Леонард Израилевич вышли из зала совещаний, нашли место, где можно подождать и спокойно поговорить.

После того, как свердловчане вышли, министр решил сказать своё слово. Он хорошо помнит, что Брежнев назвал настоящую реальность, временем великих достижений.

– Товарищи, считаю, что ничего лишнего у свердловчан нет, как в составе коллектива, так и в репертуаре. Утверждаем по спискам, предоставленным из Свердловска. Осталось решить, кто ещё войдёт в сопровождение. Прибыли представители принимающей стороны, они торопятся, планирую концерты в июне этого года, так что нужно ускоряться. Сейчас предлагаю сделать перерыв на десять минут, потом вновь собраться и подписать протокол, – с такими словами обратился министр к членам комиссии.

Все потянулись на перерыв. Демичев подождал, когда все выйдут из зала, придержал Маслюкова.

– Леонид Семёнович, как часто сопровождает коллективы парторг Ивашин? – спросил министр.

– Я с прошлого года руковожу. Ивашин в прошлом году съездил три раза. В этом году ездил с танцевальным коллективом Поличкина, кстати тоже свердловчане. Да и сейчас собирается, я правда ещё списки не утверждал, – ответил руководитель Госконцерта.

– А не часто ли ездит товарищ Ивашин за границу, подумайте, кто поедет вместо него. Как бы вашей партийной организацией на заинтересовались в партийном контроле. Могут быть неприятности, сейчас с этими делами строго, – напутствовал Демичев.

О том, что министру звонил первый помощник генсека, намекая, что коллектив должен поехать в кратчайшие сроки, Демичев говорить на стал. Зачем лишний раз напрягать людей, если они, итак, сделают всё правильно. После перерыва Ошерович и Брука пригласили в зал совещаний ещё раз. Объявили, что списки остаются без изменения, альбомы советую взять все, сделать предложение на выбор принимающей стороне.

– Хочу вас предупредить, что завтра, в 14-00, назначена встреча с представителями ГДР, где будут осуждаться детали гастролей, прошу не опаздывать, – сообщил заместитель руководителя Госконцерта.

В общем обрадовали, так что Брук и Ошерович возвращались с хорошим настроением в гостиницу. Предстоял ещё день переговоров, а потом можно возвращаться домой.

На следующий день свердловчане приехали в Госконцерт к назначенному времени. Со стороны ГДР присутствовали: главный редактор государственной фирмы грамзаписи «AMIGO» Курт Кох, юрисконсульт фирмы, переводчик из посольства и Чрезвычайный и Полномочный посол ГДР Вольфганг Цайсс. От Советского Союза присутствовали: заместитель министра Культуры Константин Воронков, руководитель Госконцерта Леонид Маслюков, заместитель Госконцерта Андрей Титов, юрисконсульт, Леонард Брук и Софья Ошерович, а также переводчик из МИДа. Обсуждали госконтракт, условия и временной промежуток гастролей. Слово взял Курт Кох.

– Мы планируем ряд концертов с участием ваших артистов. Два-три концерта в Берлине, в зависимости от продажи билетов. Если появится большой спрос, то хотели бы устроить в Лейпциге, Дрездене и Карл-Маркс-Штадте дополнительно по одному концерту. Хотелось бы отразить в контракте, что могут добавиться ещё четыре крупных города. Кроме этого, фирма «AMIGO» планирует выпустить грампластинки, для начала тираж десять тысяч, но возможен дополнительный тираж, – начал объяснять свои желания Кох.

– Насыщенная программа. В соответствии с этим артистам следует предоставить визу. Ну и хотелось бы послушать финансовую сторону контракта, если вы не против, – произнёс заместитель министра Культуры Воронков.

– Летняя пора, мы планируем задействовать площадки стадиона. За концерт готовы платить тридцать тысяч марок, советской стороне. Плюс предоставляем гостиницы не ниже трёх звёзд, трёхразовое питание, транспортировка артистов. Ну и суточные, только артистам. В случае высокого спроса, готовы заплатить премию в размере суточных, за каждый день пребывания артистов в ГДР, – озвучил условия оплаты Кох.

Заместитель руководителя быстро посчитал расходы. Ведь суточные советская сторона должны платить сами. Перед встречей Титов обсуждал с руководством и заместителем министра о суточных, которые заплатит Госконцерт, что равнялась 20 маркам в сутки. Естественно никто. По возвращению с гастролей артисты получат свои оклады, но тоже за каждый концерт. Руководство СССР допускает, что выплатят в чеках «Внешпосылторга». Что касается записи на грампластинки, то здесь совсем другой расклад, получают только авторы. Естественно, Госконцерт не позволит получить авторам в валюте, только чеки «Внешпосылторга».

– Герр Кох, какие расценки вы предлагаете за грамзапись? – спросил Титов.

Курт Кох тоже начал что-то писать в своём блокноте, видимо считал планируемую прибыль.

– Наша фирма готова заплатить авторам за каждый тираж грампластинок десять тысяч марок. Естественно, через Госконцерт, в ваши внутренние правила мы н вмешиваемся, – ответил Кох.

– Я настаиваю на тридцати процентах от сборов за билеты, высказал своё мнение Титов.

Курт Кох вновь обратился к своему блокноту, что писал и считал.

– Двадцать пять процентов, более не могу предложить, – наконец-то ответил Кох, что вполне устраивало советских чиновников.

– Леонард Израилевич, у вас есть вопросы к принимающей стороне? – спросил заместитель министра у Брука.

– Пожалуй имеются. Какую аппаратуру готовы предоставить на месте? Нам хотелось бы понять, что нам везти с собой. И ещё. Какое будет оформление площадки, в том числе по поводу спецэффектов? – спросил Брук, а переводчик перевёл его вопросы.

– Всю необходимую аппаратуру мы предоставим, как и крупногабаритные инструменты, от вас потребуется список. Что касается спецэффектов и освещения, то за это не волнуйтесь. Мы подготовим площадку, технические требования подайте отдельным списком, – пояснил Кох.

Предварительные переговоры вскоре закончились, юристы проверят контракты, позже их подпишут те, кто имеет на это полномочия. Ориентировочная дата концерта 25 июня 1976 года. Покидая здание Госконцерта, Ошерович не удержалась и задала свой вопрос заместителю руководителя Госконцерта.

– Андрей Егорович, на какие суточные могут рассчитывать артисты? А ещё хотелось бы понять по авторским отчислениям, если возможно.

– Нет никаких секретов Софья Яковлевна. Суточные для участников гастролей двадцать марок от нас. Оплата за концерты в размере существующих окладов. Что касается авторских, то вы получите процент от контракта, но в виде чеков «Внешпосылторга», – ответил Титов.

В этот же день Ошерович решила вернуться в Свердловск, а Брук остался решать вопросы по гастролям других коллективов, но уже на территории страны.

Июнь 1976 год Свердловск. Екатерина Егорова. Эпизоды.

После отъезда Ошерович в Москву, Екатерина Егорова осталась за старшую в коллективе. Никто из ребят и девочек этому решению Софьи Яковлевны не препятствовал. К тому же оставалась Тобина Мария Ивановна, она хоть и руководила группой всего эстрадного балета «Импульс», ежедневно бывала во дворце, работая с основным составом танцоров, которые были неотъемлемой частью музыкального коллектива «Время вперёд». В отсутствие руководителя Катя решила репетировать свои новые композиции, среди которых были такие, как аранжировка западного рока. Особенно музыкантам понравились композиции «Металл и скрипка». Катя взяла за основу песни группы «Led Zepellin», благо пластинки этой группы имелись. Добавила скорость темпа, чуть больше басов, ударные тоже заиграли быстрее. Плюс скрипка, виолончель и даже несколько моментов с баяном. Получилась совершенно новая композиция. Всем понравилось, Катя добавила ещё три подобных. А потом подумала, что можно насобирать на грампластинку или на компактную кассету. Идея понравилась, как и сами композиции. На взгляд Кати получалось очень здорово, когда в жёстком роке появляются мелодии классической музыки, особенно партии струнных инструментов. Екатерина пошла дальше, взяла композиции групп «Deep Purple» и «Scorpions». В итоге насобирала на кассету. Что понравилось самой Екатерина, такая музыка писалась быстро. Ощущение будто слышит результат в голове. От Ошерович эти новые композиции пока скрывали, не зная её реакции, которая могла последовать. А вот танцоры попробовали, а их руководитель Тобина не препятствовала. К концу мая записали компактную кассету, дав альбому название «Металл и скрипка», ничего более умного в голову не пришло. В исполнении композиций здорово отличились гитаристы коллектива. Екатерина пересмотрела отношение к Корякову Диме. Ну да, характер у парня мерзкий, зато как гитарист он мастер. Соло на гитаре ведёт так, что повторить сложно. Быстро схватывает ноты, играет то, что нужно Екатерине, как она видит музыку. После того, как Ошерович пригрозила убрать Дмитрия из коллектива, он притих, но время от времени его заносит. Катя поговорила с наставницей на эту тему.

– Катюша, со временем ты вырастешь, как музыкант, при чём известный музыкант, я даже не сомневаюсь в этом. Вокруг тебя будет много людей, которые станут исполнять твою музыку. Поверь мне, с дрянными характерами обязательно будут. Творческие люди часто бывают завистливыми, постоянные интриги и прочие прелести. Учись смолоду работать с любыми людьми. Руководитель обязан быть, в некотором смысле психологом, а тебя сия чаша точно не минует. Убирать музыканта можно только в том случае, когда совсем не можешь его терпеть, или он бесталанен. Надеюсь, ты меня услышала, делай выводы, – такой совет дала Ошерович полгода назад.

И Катя старалась найти «золотую середину» в отношениях с Дмитрием Коряковым. Когда брат пришёл на репетицию, вызвал Диму на разговор, Катя хотела накинуться на брата, чтобы он не лез в её дела. Однако, вернувшиеся парни, сделали вид, что ничего криминального не произошло. Дмитрий хоть и морщился, но на брата не жаловался. Поэтому Катя не стала давить на брата. В этот день она подготовила кассету, которую собиралась отдать Юре Карпенко для дальнейшего распространения.

Вечером Екатерина забрала подругу, Каверину Ольгу, она танцует в основном составе балета. В этом сезоне мотоциклистов, Ольга постоянно катается с Катей на сборища рокеров. Брат Мишка остался дома, снова засел за книгу. А Екатерина поехала с подругой на набережную, к «Космосу», сегодня именно там соберётся народ из фанатов-мотоциклистов. Дворовые приятели были уже здесь. Рашид Абдулин, Юра Карпенко и Сашка Волков, который приехал не один, а с Леной Першиной. Катя дружила с Леной, когда жила в бараке. Сейчас они встречаются крайне редко. Началась взрослая жизнь, для посещений подруг в бараке совсем нет времени. Народ, как обычно, веселился, слушая или танцуя под музыку. Диск-жокеем выступал Кузнецов Артур, которого здесь называют просто «Кузнец». Парень взрослый, отслужил в армии, старше Кати на шесть лет. Катается на мотоцикле «Урал» с коляской, в которой у него приспособлены колонки аудиосистемы и магнитофон. Эдакая передвижная музыкальная установка. Катя подошла к дворовым ребятам, поздоровалась со всеми, в том числе с Леной Першиной. Екатерина знала, что Ленка поступила учиться в УПИ, на радиофак.

– Юра, я приготовила кассету, здесь наши новые композиции, что-то вроде хэви-метал, но в то же время здорово отличается, – пояснила Катя, подавая «хохлу» кассету.

– Крутая музыка? Мы можем размножить и продавать, не возражаешь? – сразу подхватил Юра.

– Такие дела с братом решайте, у меня и без этого забот хватает. Музыка – кроссовер классики и рока хэви-метал, наслаждайся, – отмахнулась Егорова.

– Сейчас поставим у Артура на магнитофон, пусть народ удивится, – решительно заявил Карпенко.

Юра направился к Артуру, чтобы воткнуть кассету на звучание, Катя и Ольга остались с Леной Першиной, девочкам иногда нужно делиться новостями.

Заиграла музыка новых композиций Катиного сочинения. Следует заметить, что немногие знают о том, что такую музыку сочиняет Екатерина. Для всех звучит исполнение групп «Time Forward». Катя подхватила подруг, и они подошли ближе к танцующему народу. Егоровой было очень интересно, как рокеры отреагируют на такие музыкальные произведения. И рокеры её не разочаровали. Да и не только рокеры, в том числе подруги мотоциклистов. Народ ликовал, а Екатерина радовалась тому, что получился вполне приличный альбом. В сторону Карпенко посыпались просьбы переписать такую «крутую штуку». Видимо «хохол» договорился с Артуром о том, что «Кузнец» будет распространять записи.

– Братья и сёстры, музыка – разорви мозг, исполняет группа «Time Forward», новый альбом. Такого нигде не купить, только у Артура, можете верить мне на слово, – сразу включил в себе успешного торгаша Юра.

По каким ценам будут продавать записи, Катю не интересовало, с этим разберётся брат. Она подхватила Ольгу и Лену, и они ворвались в круг танцующих. Каверина и Егорова всегда танцевали парой, исполняя шафл. Надо сказать, что получалось у девушек очень здорово и синхронно. Вокруг них образовался некий круг, многим нравилось, как они танцуют. Кто-то даже пытался повторять. В общем, эстрадный балет рулит. Натанцевавшись до того, что пересохло в горле, Катя и Ольга отошли в сторону. Кто-то из парней уже сбегал в ресторан «Космос», принесли пива и газированной воды, ящики и коробки стояли тут же, возле мотоцикла Артура. Катя подхватила две бутылки, одну передала Ольге.

– Даже не думала, что твоя музыка вызывает такой ажиотаж, – похвалила Ольга.

Пока подруги наслаждались газированной влагой, к ним подошёл Рашид Абдулин.

– Катя, с тобой можно поговорить наедине? – спросил Рашид.

Екатерина Рашида знала давно, относилась к нему по-дружески. Абдулин учился с братом Мишкой с первого класса. Она кивнула головой, и они отошли так, чтобы их никто не подслушал.

– Рашид, у тебя появились секреты, которыми хочешь поделиться? – улыбнулась Екатерина.

– Катя, предлагаю тебе дружбу, – помолчав минуту и набираясь смелости, предложил Рашид.

– Дак мы, итак, с тобой дружим. Разве нет? – Екатерина засмеялась и взъерошила волосы на голове Рашида.

Взъерошить волосы Катя могла только брату и его приятелям Рашиду и Юре. Такое повелось с самого детства, примерно со школьных времён. Так Екатерина выражала своё расположение к пацанам. Не все, во дворах барака, удостаивались такой чести.

– Ну это понятно… Я о другом…Хочу предложить, как парень с девушкой, – всё же выдавил из себя Абдулин, жутко смущаясь и краснея.

О том, что сильно нравится Рашиду, Екатерина, естественно, догадывалась. Но строить какие-либо интимные отношения, в данное время, она не планировала. Музыка, вот то, что занимало все её мысли. Но и обижать парня она не хотела. Рашид ещё в школе дрался, заступаясь за Катю, хоть ему порой доставалось по полной. Екатерина приметила, что Рашид за последний год здорово изменился. Занимаясь боксом, он окреп, стал шире в плечах. Видимо появились деньги, одеваться Абдулин стал модно, видно, что на нём дорогие вещи, явно с «тучи»3. Имелся небольшой минус, Катя не испытывала влечения к Рашиду, как к объекту противоположного пола. Относилась, как к хорошему другу, тем более он младше её на два года. Да и вообще, не планировала каких-либо серьёзных отношений в принципе, нет у неё сейчас на это времени. В то же время, надо как-то сказать об этом парню, чтобы его не оттолкнуть от себя совсем.