Чужая слабость 2

Глава 1

Середина сентября выдалась в Нью-Йорке на удивление ласковой. Солнце заливало огромные панорамные окна терминала и стойки регистрации, превращая их в декорации к фильму о красивой жизни. Кондиционеры гудели ровно, старательно мешая пассажирам ощутить этот последний глоток почти летнего тепла.

Ольга стояла у стекла, прижимая плечом к уху телефон, и смотрела, как багажные тележки снуют под крылом огромного «Боинга».

- Пап, нет, я не передумала. Я хочу вернуться, хочу преподавать, - произнесла она с той особенной, слегка усталой интонацией, какой обычно повторяют детям, почему нельзя есть песок.

- Слушай, ну если передумаешь, ты всегда знаешь, что я буду только рад, если ты вернешься в компанию. Полноценно, а не как онлайн-консультантом. Место всегда твое.

Она невольно улыбнулась. Предсказуемость отца была лучшим якорем в ее хаотичном мире.

- Пап, я безумно рада, что ты сохранишь за мной рабочее место, - она чуть растянула слово «безумно», чтобы он услышал усмешку. - Но я пока не предполагаю, что развернусь на полпути.

Динамики аэропорта ожили, и сладкий, механический голос объявил посадку на рейс Нью-Йорк - Москва. Слова эхом прокатились под высокими сводами.

- Все, мой рейс объявили, - она перехватила телефон поудобнее. - Маме привет передай. Я как доберусь до дома, то сразу позвоню.

Отец что-то буркнул в ответ, и в его ворчании она расслышала «береги себя».

Она нажала отбой и медленно, словно давая себе последний шанс, двинулась к выходу на посадку. Очередь уже тянулась, шурша билетами и чемоданами. Она скользнула взглядом по лицам: уставшая мать с орущим младенцем, бизнесмен с лицом человека, проигравшего битву с дедлайном, старушка в смешной шляпке, похожей на торт.

Перед тем как нырнуть в рукав телетрапа, она остановилась на секунду у огромного панорамного окна. Вид на летное поле был залит светом, от бетона поднималось легкое марево. Она вгляделась в здание терминала напротив, в небоскребы где-то далеко, подернутые дымкой - прощальный взгляд.

«Интересно, я сумасшедшая?»

Она поправила ремень сумки на плече и шагнула в прохладный, пластиковый зев самолетного коридора.

Бизнес-класс встретил ее обещанной тишиной и запахом дорогой кожи. Роскошь уединения это именно то, о чем она мечтала последние сорок минут, пока болтливый таксист с бруклинским акцентом рассказывал ей про свою бывшую жену, ее адвоката и соседского кота, который, по его мнению, был «в сговоре». Она откинулась в кресле, прикрыла глаза и позволила мыслям медленно дрейфовать в сторону университетских коридоров, расписания пар и первых встреч со студентами.

- Excuse me... Is... ehm... here... seat... three... С?

Голос прозвучал неуверенно, с тем характерным акцентом, который выдает русского даже в подводной лодке. Английские слова натыкались друг на друга, спотыкались и падали замертво где-то между «here» и «seat».

Она приоткрыла один глаз.

Перед ней стоял парень с рюкзаком, который видел лучшие дни где-то в районе девяностых, и выражением лица человека, впервые оказавшегося в храме, куда его пустили по ошибке.

Она без единого слова указала пальцем на соседнее кресло.

Парень плюхнулся на сиденье с грохотом, который заставил бортпроводника на мгновение замереть. Он тут же с облегчением человека, наконец-то снявшего тесные туфли, перешел на родной язык.

- Ух ты, - выдохнул он, оглядываясь по сторонам. - Вы гляньте, какое кресло. Оно ж раскладывается, да? Столик, наушники, а это что, меню? Настоящее меню?

Он крутил головой, как ребенок в кондитерской лавке, и его восторг был настолько искренним, настолько громким и абсолютно неуместным для чопорной тишины бизнес-класса, что Ольга поймала себя на том, что улыбается.

Вдруг он осекся, повернулся к ней всем корпусом и, внезапно покраснев, спросил уже тихим и испуганным тоном:

- Вы... вы поняли все, что я сейчас сказал?

Улыбка на его лице дрогнула, готовая исчезнуть.

- Конечно, поняла, - ответила она спокойно. - Даже, наверное, больше, чем ты хотел сказать.

Он залился краской до корней волос.

- Ой, а я думал, вы американка, - он на секунду замолчал. - А вы русская?

- Ну, типа того, - кивнула она.

Парень быстро, но очень внимательно оглядел ее дорогой костюм, идеальную прическу, сдержанный макияж. Видимо, сложил два плюс два и получил «обеспеченная».

- А вы, наверное, часто летаете вот так вот шикарно? - спросил он почти шепотом. - А я-то случайно. Я в экономе должен был лететь, но какая-то путаница с билетами вышла, и меня попросили пересесть сюда. Представляете?

- Ясно, - коротко ответила она. Теперь был понятен источник этого щенячьего восторга.

- Ой, извините, - он вдруг спохватился. – Борис, можно просто Боря. Я студент, на полгода на стажировку прилетал в Америку. Между прочим, в банке стажировку проходил. Правда, в основном кофе варил, - добавил он честно, - но все равно очень рад, что здесь побывал. А вы в Москву по делам или домой?

Ольга на мгновение задержала взгляд на его сияющем лице, на рюкзаке, который он все еще прижимал к груди, как спасательный круг.

- Я домой, - сказала она и отвернулась к иллюминатору, за которым покачивалось крыло самолета, и позволила голосу Бориса превратиться в фоновый шум.

А ведь именно из-за таких, как этот взъерошенный студент с горящими глазами, она сейчас и сидит в этом кресле.

Картинка всплыла сама собой: Чикаго, три месяца назад. Конференц-зал университета. Она стояла за кафедрой, переключала слайды с графиками риск-менеджмента и волатильности брокерского рынка. Цифры, проценты, сухие термины, то, чем она жонглировала годами в отцовской компании почти на автомате.

Но в тот день что-то щелкнуло.

Она подняла взгляд от ноутбука и увидела сотни глаз, устремленных на нее. Студенты сидели с открытыми ртами, кто-то лихорадочно строчил в блокнотах, кто-то просто смотрел, не моргая, боясь пропустить слово. Они шли к ней после лекции толпой, обступали, перебивали друг друга, и в каждом взгляде плескался тот самый огонь: «Я хочу. Я смогу. Расскажите еще».

Она вдруг остро осознала, что ей нравится делиться, нравится видеть, как загораются идеями, как рождается понимание в глазах, как кто-то вдруг выдыхает: «Так вот оно что...»

И тогда же пришла мысль, от которой внутри все сжалось и расправилось одновременно. Хватит прозябать на руководящей должности, в уютном кресле отцовской компании. Хватит писать сухие экономические обзоры для журналов, которые пролистывают за утренним кофе и забывают к обеду. Этот блеск, это желание покорить фондовый рынок, двигать массами информации, финансовыми потоками, не потому что «надо», а потому что горит внутри, он и породил в ней желание преподавать.

Но преподавать она хотела им именно в России, не в Америке. Она сама когда-то вышла из стен провинциального российского вуза, и именно там, в этих не самых престижных аудиториях с облупившейся краской на подоконниках, в нее вбили тот самый фундамент, на котором потом держалась вся ее карьера. Фундамент, позволивший ей конкурировать с выпускниками Гарварда и MIT на их же поле и побеждать. Она знала цену российскому образованию не понаслышке: оно могло дать фору любому западному, если в него вкладывали душу. И теперь она хотела вернуть этот долг. Не системе, не государству, а тем конкретным мальчишкам и девчонкам, которые как она когда-то, сидят в тесных аудиториях и верят, что их будущее зависит только от них самих.

Полет все-таки был долгим. Океан внизу казался бесконечным серым полотном, и даже бизнес-класс со всеми его привилегиями не мог ускорить вращение Земли.

Ольга закончила со своим стейком, аккуратно промокнула губы салфеткой и уже предвкушала остаток пути в блаженной тишине, когда краем глаза заметила движение слева. Борис, наконец-то наигравшийся с кнопками кресла, извлек из своего потрепанного рюкзака пухлую папку с конспектами. Он разложил листы на столике, наморщил лоб и погрузился в изучение с таким усердием, будто от этих записей зависела судьба мира.

Ольга невольно скосила взгляд через его плечо. Профессиональное любопытство старая привычка, от которой не избавиться: графики, таблицы, формулы расчета рисков, схема работы банковского отдела трейдинга. В целом неплохо для студента. Видно, что старался.

И тут она заметила вопиющую, кричащую ошибку в расчетах, из-за которой вся кривая роста на его графике уходила в совершенно противоположную от реальности сторону.

Внутренний голос строго сказал: «Оля, молчи». Она не промолчала.

- Вот здесь у вас неверно, - ее палец без спроса ткнулся в лист. - Из-за этого весь прогноз идет в минус, хотя реальная динамика была бы положительной.

Борис вздрогнул и поднял на нее глаза. В них читалась смесь испуга и недоверия.

- Откуда вы знаете?

Ольга вздохнула. «Ну вот, началось».

- Я немного разбираюсь в этой теме. Несколько лет в управлении активами. Сотни сделок, миллиардные портфели. Это не догадка, Борис, это практика.

Эффект был мгновенным. Борис изменился в лице, он закивал так уверенно и часто, что Ольга испугалась за его шейные позвонки.

- Тогда я не буду вам объяснять, почему я уверена в этой ошибке, - сухо добавила она.

Ольга снова ткнула пальцем в злополучный график, на этот раз ниже, где мелким почерком был написан вывод.

- Вывод неверный. Если заключить сделку на основе этих данных, вы совершите фатальную ошибку. Рынок вас сожрет и не подавится.

Оставшийся полет прошел совсем не так, как она планировала. Борис, оправившись от первого шока, засыпал ее вопросами. И Ольга к собственному удивлению, принялась раскладывать по полочкам все: устройство фондового рынка, нюансы риск-менеджмента, тонкости трейдинга, о которых не пишут в учебниках. Он слушал с открытым ртом, лихорадочно строчил в своем конспекте, иногда переспрашивал, уточнял. Глаза его горели тем самым огнем, который она так хорошо помнила по Чикаго.

Когда шасси коснулись московской земли и самолет замер, Борис поднялся и посмотрел на нее с благодарностью.

- Ольга, я так рад знакомству. Честное слово, никогда этого не забуду. Я теперь всем расскажу, что с самой Яковлевой знаком. Вы даже не представляете, что это для меня значит.

- Представляю, Борь, - она улыбнулась и ее ярко-зеленые глаза засияли от счастья, которого она сама от себя не ожидала.

Позже, сидя в кресле «Сапсана», что нес ее от аэропорта в сторону Ленинградского вокзала, Ольга смотрела на проносящиеся за окном подмосковные перелески и думала. Она хотела провести этот полет в тишине, планировала выспаться, подумать о своем, настроиться на новую жизнь. А вместо этого больше половины пути проболтала со студентом о его учебе и своей работе, и это ее совершенно не утомило.

Напротив, где-то внутри разгорался тот самый огонь, который она увидела тогда в Чикаго. Только теперь он горел в ней самой. Она еще больше захотела делиться: словами, знаниями, опытом. Всем, что накопила за годы в душных кабинетах и на бешеных торгах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.