Эффект медиума. Восхождение тиранки

Мира стояла посреди серверного зала, глядя на две голографические карты, которые парили в воздухе. На одной — войска Ветрова, движущиеся к складам Кроуна. На другой — резервные армии Кроуна, выдвигающиеся на перехват. Она видела, как движутся стрелки, как сходятся линии, как начинают загораться красные точки — места будущих столкновений.

Она не чувствовала ни страха, ни жалости, ни триумфа. Она чувствовала только холодную, звенящую пустоту. Пустоту, которая стала её новым домом.

Настя зашевелилась на кушетке. Девочка открыла глаза и посмотрела на Миру. В её взгляде не было страха — только любопытство. Она видела, как изменилась Мира, как её кожа стала бледнее, как её глаза потускнели, став похожими на стекло.

— Что ты делаешь? — спросила Настя, её голос был тихим и хриплым.

— Я строю новый мир, — ответила Мира, не оборачиваясь. — И для этого мне нужно разрушить старый.

Настя села на кушетке, свесив ноги. Она была бледна, её руки дрожали, но в её глазах горел огонь — тот самый огонь, который Мира видела в себе когда-то давно, когда только начинала свой путь.

— Ты победила? — спросила девочка.

— Я только начала, — ответила Мира. — Но скоро всё изменится. Ты увидишь.

Она подошла к Насте и положила руку ей на плечо. Это было странное прикосновение — холодное, механическое, лишённое теплоты. Но Настя не отшатнулась. Она понимала, что Мира делает то, что должна. Что она стала тем, кем должна была стать.

— Ты не боишься? — спросила Настя.

— Бояться — это эмоция, — ответила Мира. — А эмоции — это баги. Я удалила их из своей системы.

Настя долго смотрела на неё. Потом она улыбнулась — грустно, понимающе.

— Ты лжёшь, — сказала она. — Ты боишься. Ты просто не хочешь это признавать.

Мира не ответила. Она отвернулась и снова посмотрела на карты. Ей не нужно было признаваться в страхе, потому что страха не было. Была только пустота. И в этой пустоте она могла строить.

Но даже в пустоте иногда просыпается эхо того, кем ты был когда-то. И Мира, стоя посреди холодного бункера, чувствовала это эхо. Оно дрожало в её груди, напоминая о той девочке, которая мечтала закрыть кредит и купить акции стартапов. Та девочка умерла. Но её эхо осталось. И оно шептало: «Ты не должна стать такой, как они. Ты должна быть лучше».

Мира закрыла глаза. Она знала, что это эхо лжёт. Лучших не бывает. Есть только те, кто выжил, и те, кто умер. Она выжила. А значит, у неё есть право строить мир по своим правилам.

Она открыла глаза и снова посмотрела на карты. Война началась. И она будет вести её до конца.

---

Часть II. Торги с каннибалом: Продажа информации о складах Кроуна

Ситуационный центр корпорации «Сибирский Гелий» находился в недрах Москва-Сити, на глубине, где даже сотрясения от взрывов на поверхности доходили лишь приглушённой вибрацией. Виктор Ветров стоял перед огромным голографическим экраном, на котором разворачивалась трёхмерная карта евразийского континента. Тысячи огней, сотни маршрутов, десятки целей — всё это было его войной, его охотой, его искусством.

Он ждал этого момента десятилетиями. С момента, когда Кроун впервые отказался от личной встречи, предпочтя общаться через голографического аватара. С момента, когда «Нейро-Вектор» начал скупать его поставщиков, перекрывая доступ к редкоземельным металлам. С момента, когда Ветров понял: его убивают медленно, методично, без единого выстрела.

Но теперь всё изменилось. Ведьма принесла ему ключи от королевства Кроуна. И он собирался использовать их.

Дверь ситуационного центра открылась. Вошёл начальник штаба Ветрова — сухой, жилистый мужчина с лицом, высеченным из камня вечной мерзлоты. Полковник ГРУ в отставке, человек, который участвовал в трёх войнах и не проиграл ни одной.

— Виктор Степанович, — произнёс он, щёлкнув каблуками. — Данные проверены. Четыре склада. Координаты совпадают с разведывательными отчетами нашей агентуры. Охрана минимальная — у Кроуна нет физической армии, только цифровая. Наши люди готовы к выдвижению.

Ветров медленно повернулся. Его глаза, цвета оружейной стали, впились в лицо полковника.

— Сколько человек? — спросил он.

— Пятьсот. Элитные отряды «Красных Топоров». Снаряжение — лучшее в мире. Вертолёты поддержки, тяжёлая бронетехника, беспилотники-камикадзе. Мы сметём их в ноль.

Ветров покачал головой. Его пальцы, толстые и сильные, барабанили по столу из чёрного карбона.

— Нет, — сказал он. — Не в ноль. Мы не уничтожаем склады. Мы захватываем их. Оборудование Кроуна стоит миллиарды. Я хочу получить его. Я хочу использовать его для собственного проекта. Ведьма дала мне ключи, а я хочу забрать весь сейф.

Полковник нахмурился. Он не любил отклонений от плана. Но он знал своего босса. Ветров никогда не играл по чужим правилам.

— Каков приоритет целей? — спросил он.

— Склад в Сибири — первым, — Ветров вывел на карту красную отметку. — Там хранятся прототипы серверов Кроуна, те самые, которые он планировал разместить на орбите. Если я получу их, я смогу создать свою собственную сеть. Без чипов. Без контроля. Только чистая вычислительная мощь. Затем — Казахстан. Там — чипы NCR-7. Нам нужны образцы, чтобы создать противодействие. Остальные склады — вторичная цель.

Полковник кивнул. Он начал отдавать приказы в наушник, корректируя планы атаки. Ветров смотрел на карту, чувствуя, как в его груди растёт ликование. Он выиграет. Он всегда выигрывал. Он был каннибалом, пожирающим слабых, чтобы стать сильнее.

Но даже в этом ликовании была тень сомнения. Ведьма дала ему информацию слишком легко. Она не попросила денег, власти или защиты. Она попросила только спектакль. Это было слишком просто. Слишком выгодно.

Ветров знал, что ничего в этом мире не даётся бесплатно. Он знал, что Ведьма играет в свою игру. Но он не мог отказаться от такого подарка. Даже если это ловушка, он был достаточно сильным, чтобы перегрызть зубы любому хищнику.

— Подготовьте людей, — сказал он, поворачиваясь к карте. — Выдвижение через час. Я хочу, чтобы к утру склад в Сибири был моим.

---

Пока Ветров мобилизовал свои силы, Мира сидела в своём бункере, наблюдая за его перемещениями через спутниковую группировку, которая теперь принадлежала ей. Она видела, как вертолёты поднимаются в воздух, как колонны бронетехники движутся к цели, как элитные отряды «Красных Топоров» занимают позиции. Она видела его армию, его мощь, его решимость.

Всё шло по плану. Ветров проглотил наживку. Теперь оставалось только подождать.

Мира переключила канал. Она активировала скрытый протокол, который внедрила в систему Кроуна во время разговора. Она отправила ему предупреждение. Координаты, время, силы — всё, что нужно для подготовки обороны. Кроун не знал, что она же отправила эту информацию Ветрову. Он думал, что она работает на него.

Война началась. Две армии двигались навстречу друг другу, и Мира была единственным зрителем в этом театре абсурда.

Она закрыла глаза. Она чувствовала, как вибрация серверов проникает в её кости. Она чувствовала, как мир вокруг неё меняется. Как старые боги готовятся к битве. Как новый бог сидит в тени и ждёт своего часа.

Когда война закончится, когда обе стороны истекут кровью, Мира выйдет из тени и заберёт всё. Она станет единственным владельцем этого сада. И никто не сможет остановить её.

---

Часть III. Призрак в сервере: Шантаж Кроуна его же данными

Виртуальное пространство, которое Мира создала для разговора с Кроуном, не имело ни стен, ни потолка, ни пола. Оно было бесконечным, как само сознание, и в то же время тесным, как исповедальня. Здесь не действовали законы физики, только законы информации. И здесь, в центре этой бесконечной пустоты, сидел Мартин Кроун — призрак, который не знал, что он мёртв.

Мира вошла в это пространство не как физическое тело, а как поток данных. Она была везде и нигде одновременно, растворяясь в структуре его сознания, анализируя его слабости, просчитывая его реакции.

— Мартин, — произнесла она, и её голос разнёсся по виртуальному пространству, как эхо в пустом соборе. — Мы должны поговорить.

Кроун поднял голову. Его сапфировые глаза, лишённые зрачков, уставились в никуда. Он знал, что она здесь. Он чувствовал её присутствие, как чувствуют паразита в своей системе.

— Я слушаю, — сказал он. Его голос был лишён эмоций, но в нём слышалась едва уловимая вибрация — признак того, что он просчитывает вероятности.

— Ты знаешь, что я захватила сеть, — начала Мира. — Ты знаешь, что я могу делать с ней всё, что захочу. Но ты не знаешь одного.

Она вывела перед ним данные. Это были счета, которые он считал спрятанными даже от самых опытных аудиторов. Панамские офшоры, каймановские трасты, сингапурские криптокошельки. Сорок семь миллиардов долларов, которые он копил десятилетиями, пряча от налоговых служб и конкурентов.

— Я нашла их, — сказала Мира. — Все. Каждый цент. И я могу сделать с ними всё, что захочу.

Кроун смотрел на данные. Его сапфировые глаза мерцали, обрабатывая информацию, просчитывая угрозы. Он не был удивлён — он знал, что рано или поздно кто-то найдёт его секреты. Но он не ожидал, что этим «кем-то» станет девушка из техподдержки, которая несколько месяцев назад дрожала в серверной банка, мечтая закрыть кредит.

— И что ты хочешь? — спросил он. Его голос был ровным, но Мира чувствовала, что внутри него что-то ломается.

— Я хочу, чтобы ты объявил войну Ветрову, — сказала Мира. — Публично. Используй свои резервные армии, используй своих шпионов в правительствах. Сделай так, чтобы мир увидел двух титанов, разрывающих друг друга.

Кроун долго молчал. Он просчитывал вероятности, анализировал возможные исходы. Наконец, он медленно кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Я сделаю это. Но помни, Мира: я не проигрываю. Я просто беру паузу, чтобы пересчитать свои фигуры. Когда я вернусь, ты заплатишь за каждое своё слово.

— Я с нетерпением жду этого дня, — ответила Мира. — Но пока наслаждайся войной.

Она разорвала связь. Виртуальное пространство схлопнулось, оставив её в одиночестве бетонного бункера. Мира стояла посреди серверного зала, глядя на две голографические карты, которые парили в воздухе. На одной — войска Ветрова, движущиеся к складам Кроуна. На другой — резервные армии Кроуна, выдвигающиеся на перехват.

Война началась. И она будет вести её до конца.

---

Часть IV. Анатомия хаоса: Мир как шахматная доска

Мира сидела в центре бункера, окружённая голографическими картами. Она была похожа на паука, сидящего в центре своей паутины, ожидающего, когда добыча запутается в нитях. Она видела всё: движение войск, потоки данных, панику в штабах. Она была везде и нигде одновременно.

Внезапно на карте вспыхнула красная точка. Склад в Сибири был атакован. Ветров начал операцию.

Мира переключила канал. Она видела, как вертолёты «Красных Топоров» зависают над складом, как десантники высаживаются на крышу, как начинается штурм. Это было красиво и жестоко — танец смерти, в котором каждый шаг был рассчитан до миллиметра.

Но Кроун был готов. Он знал о атаке заранее. Его силы, состоящие из наёмников и бывших спецназовцев, встретили десантников шквальным огнём.

Бой начался. Мира смотрела, как гибнут люди, как горят вертолёты, как рушится бетон. Она не чувствовала ни жалости, ни страха, ни радости. Она чувствовала только холодную, математическую удовлетворённость. Всё шло по плану.

Через час на карте загорелась вторая точка. Склад в Казахстане. Ветров атаковал, и Кроун защищался. Война разрасталась, захватывая новые территории.

Мира включила канал связи с командным пунктом Ветрова. Она слышала его голос, хриплый и взволнованный.

— Ведьма! — кричал он. — Что происходит? Кроун знал о нашем нападении! Он подготовился!

— Я знаю, — спокойно ответила Мира. — Я предупредила его.

Ветров замолчал. Наступила такая тишина, что Мира слышала его дыхание. Затем он взорвался яростью.

— Ты предала меня, сука! — заорал он. — Ты продала меня!

— Нет, — ответила Мира. — Я продала вас обоих.

Она отключила связь. Экран погас, оставив после себя лишь тишину. Мира стояла посреди бункера, чувствуя, как вибрация серверов проникает в её кости. Она была одна. Она была Богом. И она была пустотой.

Настя открыла глаза. Она смотрела на Миру с пониманием и болью.

— Ты сделала это? — спросила она.

— Да, — ответила Мира. — Я сделала это. И я сделаю это снова.

---

Часть V. Финал главы: Пустота в центре бури

Бункер погрузился в тишину. Война продолжалась где-то там, на поверхности, но здесь, под землёй, было спокойно. Мира стояла перед главным терминалом, глядя на карты, которые постепенно окрашивались в красный и чёрный цвета. Войска Ветрова и Кроуна сталкивались, уничтожали друг друга, исчезали с лица земли. Они сражались, не понимая, что это была не их война. Это была её война.

Она чувствовала, как мир меняется под её пальцами. Как старые структуры рушатся, освобождая место для нового порядка. Как Ветров и Кроун, два титана, два врага, два бога, превращаются в пепел, потому что она решила, что так будет лучше.

Она была архитектором хаоса. Она была Богом, который создаёт мир, разрушая старый.

Настя подошла к ней и положила руку на плечо. Её прикосновение было тёплым, живым — единственным напоминанием о том, что Мира всё ещё была человеком.

— Ты сделала правильный выбор? — спросила Настя. — Ты уверена?

Мира обернулась и посмотрела на неё. В её глазах не было ни сомнений, ни страха, ни сожалений. Только пустота.

— Выбор — это иллюзия, — ответила она. — Есть только необходимость. И я делаю то, что должна.

Она отвернулась и снова посмотрела на карты. Война продолжалась. И она будет продолжать её до тех пор, пока не останется только один игрок на доске.

Она.

---

Надпись внутри линз очков мигнула, перестраивая матрицу приоритетов:

[СУБЪЕКТ: МИРА ПЕТРОВА]

[СТАТУС: АДМИНИСТРАТОР РЕАЛЬНОСТИ | ROOT_LEVEL: ABSOLUTE]

[ЭМПАТИЯ: КРИТИЧЕСКОЕ ПАДЕНИЕ -> 0.0%]

[ПСИХОПРОФИЛЬ: ОБНОВЛЕНИЕ... КАЧЕСТВО ЭМПАТИИ: ОШИБКА ДЕЛЕНИЯ НА НОЛЬ]

Мира закрыла глаза. Она знала, что это только начало. Война будет долгой. Но она будет ждать. Она будет наблюдать. И когда наступит момент, она нанесёт удар.

Она откроет консоль разработчика. Курсор мигнёт в темноте, зелёный и равнодушный. Она напечатает заголовок следующего глобального обновления билда:

GARDEN_OF_DELIGHTS_v2.0_FINAL_RELEASE

И нажмёт Enter.

Кредит закрыт. Начальник уничтожен. Мир сломан. Архитектор вернулся на стройплощадку. Работа предстояла адская, но финал того стоил.

Мира открыла глаза и улыбнулась. Холодной, пустой улыбкой человека, который больше не боится ничего.

— Начинаем, — прошептала она в пустоту.

Глава 33. Архитектура цены: Десять процентов

Часть I. Цифровой реквием: Последствия войны

Бункер под Альпами не знал времени суток. Здесь, на глубине тридцати метров под гранитным массивом, солнце никогда не вставало и никогда не садилось. Единственным источником света были тусклые диоды серверных стоек и холодное, стерильное сияние мониторов, отражавшееся от бетонных стен влажным, липким блеском. Мира сидела в центре этого цифрового храма, скрестив ноги на холодном полу, и чувствовала, как вибрация тысяч процессоров проникает в её кости, становясь частью её собственного пульса.

Прошло три часа с момента завершения активной фазы военной кампании «Каннибал». Три часа абсолютной, звенящей тишины, нарушаемой лишь мерным дыханием Насти, которая спала на кушетке в углу, и низким гулом систем охлаждения. Мира не спала. Она не чувствовала усталости — её новое тело, созданное в лабораториях Кроуна и перепрошитое её собственным кодом, работало на резервных источниках энергии, игнорируя биологические циклы. Она была машиной. Идеальной, безжалостной, эффективной машиной, которая только что уничтожила две армии, не сделав ни единого выстрела.

Но власть, как и любой сложный алгоритм, имела свои баги. Свои слепые пятна.

Мира открыла глаза. Интерфейс очков ANABELLE v.3.1, вживленный в её зрительный нерв, услужливо подсветил потоки данных, текущие сквозь стены бункера. Оптоволоконные кабели тянулись вверх, пронзая гранит и бетон, уходя в небо к спутниковой группировке, которая теперь принадлежала ей. Миллиарды зеленых точек на глобальной карте пульсировали в такт с биением сердец их носителей. Каждая точка была человеком. Каждый человек был узлом. Каждый узел был её собственностью.

Она встала. Движение было плавным, лишенным той неуклюжей дрожи, которая сопровождает пробуждение у обычных людей. Её босые ступни коснулись холодного бетона, и она ощутила, как пол вибрирует под тяжестью серверных стоек. Это была музыка. Симфония нового порядка. Но в этой симфонии слышались диссонансы — звуки битвы, которая всё ещё гремела на поверхности, хотя её эхо уже утихало.

Мира подошла к главному терминалу. Экран засветился, отражая её лицо — бледное, с острыми скулами и глазами, в которых больше не было ни страха, ни надежды, ни даже злости. Там была только пустота. Идеальный интерфейс для идеального оператора.

— Покажи мне итоги, — прошептала она в тишину.

Система откликнулась мгновенно. Экран разделился на сотни окон. Данные текли водопадом — военные сводки, логистические отчеты, списки потерь, карты разрушений. Это был реквием по старому миру. Всё, что Кроун и Ветров строили десятилетиями, теперь лежало перед ней, как распотрошенный труп на столе патологоанатома.

Мира начала с подсчёта потерь. Она погрузилась в океан цифр, отслеживая каждую жизнь, каждую единицу техники, каждый квадратный метр разрушенной инфраструктуры. Это была архитектура чистой войны, возведённая в абсолют.

Склад в Сибири: полностью уничтожен. Пятьсот бойцов «Красных Топоров» погибли, двести ранены. Оборудование Кроуна — прототипы серверов, чипы NCR-7, резервные копии ядра — превратилось в груду расплавленного металла и пластика. Ветров потерял не только людей, но и возможность захватить технологии.

Склад в Казахстане: частично разрушен. Кроун успел эвакуировать часть оборудования, но его наёмники понесли тяжёлые потери. Три сотни убитых, пятьсот раненых. Ветров не добился своей цели, но он нанёс удар, который ослабил Кроуна.

Склады в Европе и Азии: атакованы, но не захвачены. Ветров растянул свои силы, пытаясь нанести максимальный урон, но Кроун, предупреждённый Мирой, подготовил оборону. Война превратилась в кровавую бойню, где не было победителей.

Мира смотрела на эти цифры, и её лицо оставалось бесстрастным. Она не чувствовала ни жалости, ни триумфа, ни сожаления. Она чувствовала только холодную, математическую удовлетворённость. Всё шло по плану.

Но даже в этом холодном расчёте были нюансы. Она нашла файл, который не ожидала увидеть. Лог переговоров между Кроуном и Ветровым, который они вели втайне от неё, пытаясь найти способ объединиться против общего врага.

«Она слишком опасна», — писал Кроун. «Она играет на обеих сторонах. Мы должны уничтожить её, прежде чем она уничтожит нас».

«Согласен», — отвечал Ветров. «Но как? Она контролирует сеть. Она видит каждый наш шаг».

«У неё есть слабость», — писал Кроун. «Девочка. Настя. Она нужна ей для поддержания связи с ядром. Если мы заберём девочку, мы заберём у неё контроль».

Мира закрыла дневник. Она чувствовала странное спокойствие. Они искали её слабость и нашли её. Но они не знали, что она уже нашла их. Она знала их планы, их страхи, их уязвимости. Она была на шаг впереди.

Она подошла к стене бункера. Провела рукой по холодному бетону, чувствуя шероховатость поверхности. Отражение в стекле монитора смотрело на неё пустыми глазами. Она больше не видела в нём ту девочку из техподдержки, которая боялась опоздать на работу и мечтала закрыть кредит. Та девочка умерла в серверной B-12, когда впервые надела старые очки брата и увидела мир таким, какой он есть на самом деле.

Но на её месте родилось нечто иное. Нечто, что могло видеть структуру реальности и переписывать её код.

Она вернулась к терминалу. Ей нужно было решить, что делать с этим знанием. Кроун и Ветров планировали объединиться против неё. Она могла уничтожить их обоих, но это оставило бы вакуум власти, который заполнил бы кто-то похуже. Она могла продолжить играть на обеих сторонах, но это требовало постоянного контроля, постоянного напряжения.

Или она могла сделать нечто иное. Она могла занять официальную позицию. Легализовать свою власть.

Мира улыбнулась. Холодная, безжизненная улыбка, которая не затронула уголки глаз.

— Вы все думаете, что вы игроки, — прошептала она в пустоту. — Но вы всего лишь фигуры на доске. Разница в том, что я знаю, как двигать фигуры, а вы только учитесь ходить.

Она знала, что нужно делать. Нужно потребовать плату. Не за информацию, не за услуги — за молчание. За то, что она не раскроет их секреты, не уничтожит их репутацию, не разрушит их империи. Цена должна быть высокой, но не настолько высокой, чтобы они отказались.

Десять процентов акций «Нейро-Вектора». Это была идеальная сумма. Достаточно, чтобы сделать её официальным игроком, но недостаточно, чтобы угрожать контролю Кроуна. Достаточно, чтобы дать ей право голоса, но недостаточно, чтобы вызвать подозрения.

Мира открыла защищенный канал связи с Кроуном. На экране появилось его лицо — бледное, уставшее, с глазами, в которых мерцала усталость и раздражение.

— Мартин, — произнесла она, и её голос эхом разнесся по виртуальному пространству. — Мы должны поговорить.

---

Часть II. Вход в тронный зал: Разговор с Богом-машиной

Виртуальное пространство, которое Мира создала для разговора с Кроуном, не имело ни стен, ни потолка, ни пола. Оно было бесконечным, как само сознание, и в то же время тесным, как исповедальня. Здесь не действовали законы физики, только законы информации. И здесь, в центре этой бесконечной пустоты, сидел Мартин Кроун — призрак, который не знал, что он мёртв.

Мира вошла в это пространство не как физическое тело, а как поток данных. Она была везде и нигде одновременно, растворяясь в структуре его сознания, анализируя его слабости, просчитывая его реакции. Она чувствовала его усталость, его раздражение, его страх. Он боялся её. Он боялся того, что она знала. Он боялся, что она использует это знание, чтобы уничтожить его.

— Мартин, — произнесла она, и её голос разнёсся по виртуальному пространству, как эхо в пустом соборе. — Мы должны поговорить.

Кроун поднял голову. Его сапфировые глаза, лишённые зрачков, уставились в никуда. Он знал, что она здесь. Он чувствовал её присутствие, как чувствуют паразита в своей системе. Он не был удивлён — он знал, что рано или поздно она придёт. Но он не ожидал, что она придёт так скоро, когда он ещё не оправился от удара.

— Я слушаю, — сказал он. Его голос был лишён эмоций, но в нём слышалась едва уловимая вибрация — признак того, что он просчитывает вероятности, пытаясь найти выход из этой ситуации.

Мира медленно подошла к нему. Она не видела его физического тела, но чувствовала его присутствие — холодное, тяжёлое, как лед. Она знала, что он пытается анализировать её, найти её слабости, но она была готова к этому. Она была готова к любой его игре.

— Ты знаешь, что я захватила сеть, — начала Мира. — Ты знаешь, что я могу делать с ней всё, что захочу. Но ты не знаешь одного.

Она вывела перед ним данные. Это были счета, которые он считал спрятанными даже от самых опытных аудиторов. Панамские офшоры, каймановские трасты, сингапурские криптокошельки. Сорок семь миллиардов долларов, которые он копил десятилетиями, пряча от налоговых служб и конкурентов. Всё это теперь лежало перед ним, обнажённое и беззащитное.

— Я нашла их, — сказала Мира. — Все. Каждый цент. И я могу сделать с ними всё, что захочу.

Кроун смотрел на данные. Его сапфировые глаза мерцали, обрабатывая информацию, просчитывая угрозы. Он не был удивлён — он знал, что рано или поздно кто-то найдёт его секреты. Но он не ожидал, что этим «кем-то» станет девушка из техподдержки, которая несколько месяцев назад дрожала в серверной банка, мечтая закрыть кредит. Он чувствовал, как внутри него что-то ломается.