Дервиш-паша – визирь Османской империи. Книга 4. Красный кафтан

Глава 5. Визитёры.

Ахмед прогуливался по дворцовому саду. Утреннее заседание совета Дивана в эту пасмурную среду никак не сочеталось с настроением молодого правителя. Последнее время султан чувствовал какую-то тоску. Он грустил занимаясь государственными делами, грустил и в обществе Кёсем, которая казалось, растворилась в сыне, он не находил развлечений и от этого страдал ещё сильнее.

Великий визирь, который пришел на совет самый первый из пашей, подошел к повелителю и поклонился.

– Дервиш, проведите заседание совета сами, – меланхолично сказал повелитель.

– Вы здоровы, иншаллах? – поинтересовался наставник.

– Всё хорошо, – вздохнул султан и бросил небрежный взгляд на увядающий сад.

Осеннее настроение охватило всё вокруг, теплые дни становились редкостью и серые тучи, нависшие над городом, предвещали затяжные дожди.

– После совета, я жду тебя в своих покоях, Дервиш, – султан махнул рукой и паша отправился в зал совета.

Диван среды проводился в присутствии кадиев Стамбула, Галаты, Ускюдара и Эйюба. Судебные тяжбы стамбульцев, общие вопросы и проблемы, которые были озвучены на совете Дивана, действительно угнетали. Но Дервиш-паша вникал в каждую проблему, чтобы от его взгляда не ушла какая-нибудь мелочь. Выслушав доклады и раздав распоряжения, Великий визирь закончил совет и вышел на улицу. Паша окинул дворцовый сад глазами, и, поняв, что Ахмед, скорее всего, поднялся в свои покои, направился наверх.

– Великий визирь, – окликнул его приятный голос, который Дервиш здесь никак не ожидал услышать.

– Сэр Лелло, что Вы здесь делаете? – ровно, без эмоций, спросил визирь.

– Мирей Вам сказала, что я просил о встрече? – играя роль дружелюбного посла, продолжил маркиз.

– Да, но Вы меня решили опередить…

– Я не спал эту ночь, всё думая кто же охотится на нас.

Дервиш как-то загадочно улыбнулся уголком губ. Паша не мог понять, что за игру ведет Антуан. Заметив недоверчивый взгляд, маркиз продолжил.

– Вы всё ещё подозреваете то, что я нанял тех людей?

– Любезный Анри, у нас нет общих врагов и, если Вы полагаете, что нападение на меня это дело рук Ваших руководителей, то зачем им нападать на Вас?

– Может нас пытаются столкнуть? Чтобы Вы подумали, что наемников нанял я, а я связал покушение на себя с Вами?

– Да, мысль интересная. Хорошо, что из-за нас не пострадала Мирей…

– Мирей? – полувопросительно сказал маркиз.

Дервиш пристально посмотрел на посла.

– Генри, Вы подумали о том же, о чем и я?

– Что, если хотели убить Мирей, – продолжил мысли визиря Лелло.

– Нет, – усомнился паша, – этого не может быть. У Мирей нет врагов. Кому нужно убивать её?

Наставник хатун взглянул на маркиза, и на миг ему показалось, что у шпиона появилась какая-то мысль.

– Ха-ха-ха, – раздался чей-то звонкий смех и визирь обернулся.

Юная особа, лет семнадцати, хрупкая, как хрусталь, с белыми, как снег, руками и лицом, парила мимо кустов со скучно-зелеными, увядающими листьями. Приятный тембр голоса красавицы можно было слушать вечность. Она шла в сопровождении Ахмеда и чего-то с задором рассказывала молодому правителю.

– Кто это? – спросил сам себя Дервиш.

Султан и его спутница подошли к приятелям.

– Сэр Лелло, Ваша жена просто чудо…. Никогда не встречал настолько умную и интересную собеседницу.

Дервиш прожигал маркиза взглядом, узнав о неожиданно появившейся жене посла.

– Я очень много работаю и часто в разъездах, – заразительно улыбнулся Антуан, – и Катэрина практически всегда одна. Она перечитала, наверное, все книги в моей библиотеке. Не удивлюсь, что она может дать фору любому ученому.

– Генри, ты льстишь мне, – смутилась прелестница, и на её щеках появился румянец.

Ахмед взглянул на визиря, который погрузился в свои мысли.

– Дервиш, как прошел совет Дивана? – спросил султан и отошёл в сторону, чтобы услышать краткий доклад паши.

– Катэрина, – достаточно громко сказал Лелло жене, – я должен ехать в посольство, Вы доберетесь домой одна?

– Да, конечно.

– Я буду поздно, не ждите меня. Скорее всего, я пробуду в посольстве до утра, так что ложитесь спать без меня…

Ахмед не воспринимал слова визиря, который рапортовал о прошедшем совете, султан прислушивался к разговору супругов.

– Сэр Лелло, – не дослушав повествование наставника, сказал султан, – Вы не против, если Ваша жена немного погостит у меня? Я хотел бы дослушать одну историю, что рассказывала госпожа Лелло.

– Как пожелаете, повелитель, – поклонился посол, – прошу меня простить, я должен идти.

Султан качнул головой Генри и показал миледи сопровождать его. Девушка сделала реверанс на прощание мужу и, продолжив свой рассказ, пошла следом за падишахом.

– Генри, – окликнул маркиза визирь, – в какую игру Вы вновь решили играть?

– Любезный друг, Вы по-прежнему мне не доверяете…

Дервиш посмотрел в след своему повелителю, чтобы убедиться, что он их не слышит. Когда паша повернулся к маркизу, то его уже не было, шпион исчез так же, как и появился.

Антуан Куаффье Де Рюзе прибыл в посольство и сел за письменный стол, чтобы написать письмо во Францию.

– Маркиз Д’Эффиа, – в комнату вошел человек в темной одежде и сел напротив Антуана.

Шпион сразу заметил на пальце собеседника перстень с печатью ордена.

– Учитель, – почтительно опустив глаза, произнес агент.

– Я прибыл сюда, чтобы лично контролировать ситуацию в Стамбуле, – сказал тихий голос. – Теперь Вы будете получать приказы от меня. Вы собирались писать письмо?

– Я хотел сообщить, великому магистру, что Катэрина успешно приступила к выполнению своей миссии.

– Отлично. А Вы? Как дела у Вас?

– Учитель, – помялся маркиз, не зная стоит ли спрашивать, – почему Вы пытались убить Мирей?

– Как ты смеешь? – закипел собеседник. – Что за дерзость?

Маркиз опустил глаза, вынужденный подчинятся иерархии братства.

– Мирей – достойный материал, – продолжил Антуан, – из неё получится, хороший агент. Она обладает данными, которым многие учатся годами.

– Вы просите за врага, маркиз?

– Учитель, Вы знаете меня…. Я никогда не упускаю ценных людей и не выполняю приказов, смысла которых не понимаю…

– Ты лучший агент нашего ордена Д’Эффиа и пользуешься этим, проявляя неслыханную дерзость. Чем тебя не устраивает Кэтрин? Екатерина Невилл прилежная ученица и талантов у неё не меньше, чем у твоей Мирей.

– Катэрина воспитывалась орденом с ранних лет, а Мирей родилась с этими талантами, только она ещё не знает всех своих возможностей.

– Не знаю, маркиз, – усмехнулся собеседник, – по мне член влиятельной семьи Невиллов предпочтительнее, чем безродная девица.

Маркиз взглянул на учителя спокойным взглядом и добавил.

– Вы знаете моё отношение к женщинам. Эти создания опасное оружие в умелых руках и сломанная игрушка по результатам миссии, – с непонятной холодностью сказал шпион.

– Поэтому Вы и лучший агент, Антуан. Я помню Ваше хладнокровие по отношению к той заблудшей овечке…. Как её звали?

– Изабель, – спокойно изрек агент.

– А-а-а, да, – обрадовался магистр и рассмеялся.

Маркиз напрягся, как струна.

– Что Вы скажете про Мирей, – довольно спокойно сказал Генри.

– Ладно, – будто сделал одолжение учитель, – мы не тронем её.

Маркиз чуть поклонился человеку в темном.

– Великий визирь не подозревает, что это Вы организовали покушение?

– Он сомневался, но сейчас он уверен, что я непричастен…

– Хорошо. Что ещё?

– Паша написал письмо королю Якову и просил отправить.

– Где письмо?

Маркиз достал послание и передал учителю. Магистр ордена, читая письмо, одобрительно улыбнулся кривой улыбкой, что означало высочайшую похвалу.

Дервиш влетел в свой дворец словно коршун.

– Мирей, – крикнул паша и, как только она спустилась, визирь приказал идти за ним.

Пройдя в библиотеку, паша набросился на девушку.

– Ты знала? Про его жену ты знала? – кричал наставник.

– Паша, – виновато сказала хатун, – я увидела её только вчера…

– Почему мне не доложила?

Мирей вспомнила вчерашний день, как она после покушения пришла во дворец. Она с трудом рассказала визирю про очередное нападение, потому что её немного ещё трясло. А вот про жену Лелло она не смогла вымолвить ни слова, потому что боялась разрыдаться и тогда паша понял бы о её чувствах к шпиону Де Рюзе.

– Почему мне не доложила? – ещё более яростно, крикнул визирь.

– Паша, я виновата…

– Виновата??? Да ты никуда не годна. Отправляйся к себе.

Мирей закусила губу и выбежала из кабинета, а Дервиш надавил на виски, пытаясь понять, что теперь делать с этим интересом, что вызвала у Ахмеда эта обворожительная Кэтрин Лелло.

Глава 6. Рассвет новой любви.

… дворец Великого визиря.

Дервиш пробыл дома несколько часов, но ему не давала покоя мысль о девушке, которая была сейчас во дворце Топкапы с его падишахом. От этой особы можно было ожидать чего угодно, ведь паша понимал, что она, как и Д’Эффиа иностранный шпион.

«Я смирился с тем, что маркиз находится в Стамбуле, но я так и не выяснил, кому он служит, – подумал Великий визирь. – Что я узнал о нём? Он француз или всё же англичанин? Я не знаю его настоящего имени, ведь Антуан Куаффье де Рюзе маркиз Д’Эффиа – это, скорее всего, такое же заимствованное, как и посол Лелло. Какие он преследует цели и задачи? А эта леди – Кэтрин Лелло….».

Дервиш прокрутил в голове ещё раз сегодняшний день.

«Я наверно был слишком жесток с Мирей. Я забываю, про её возраст и то, что она девушка. Хатун тяжело, но она, тем не менее, раньше не подводила меня».

Паша расхаживал по кабинету, пытаясь найти решение для новой головоломки. Понять, как ему действовать в этой ситуации.

«Маркиз сказал, что пробудет сегодня весь день в посольстве, что если мне посетить его дом?» – свежая мысль пришла в голову визирю, и он вышел из кабинета.

Идя по огромной гостиной, визирь услышал смех детей и поднялся наверх. Армаан бегала по комнате и совсем измучила кормилицу. Хандан сидела около внука и, качая кроватку, смотрела на игру дочурки.

Дервиш подошел к жене и поцеловал.

– Я должен уйти, – тихо прошептал он, видя, что мальчик засыпает.

– Снова уходишь, – печально пропела госпожа и с любовью взглянула на мужа.

– Где Мирей?

– После разговора с тобой она не возвращалась.

Великий визирь обнял дочку, поклонился султанше и вышел из покоев. Спустившись вниз, он немного постоял у входа и направился в комнату Мирей-хатун.

Мирей лежала на диване, уткнувшись в подушку, и плакала от боли и обиды. Ей казалось, что она лишняя в этом мире, её голова и сердце разрывались на части. Раздался стук в дверь. Девушка вскочила и вытерла слезы. Тихо подойдя к двери, хатун открыла её.

– Дервиш-паша, – суетливо протараторила девушка и инстинктивно провела рукой по лицу, боясь, что учитель увидит, что она плакала.

Визирь сделал шаг вперед, и хатун отступила, чтобы паша прошел внутрь.

– Я был не справедлив к тебе, прости, – по-отцовски сказал наставник.

– Нет, Вы правы, – виновато ответила ученица, – я должна была сразу рассказать Вам. Из-за меня Вы попали в трудное положение.

Умная Мирей догадалась, что паша сорвался на ней, потому что эта девушка и Д’Эффиа что-то выкинули.

– Султан Ахмед попал под чары госпожи Лелло, – пояснил наставник.

– Простите, визирь, – Мирей виновато опустила голову.

Дервиш приподнял её за подбородок и посмотрел в глаза хатун.

– Ты не виновата, кто виноват так это маркиз. Его попытки повлиять на дела в Стамбуле, а теперь и попытки влезть в семью султана переходят границы. Он крутит тобой, да и я чувствую себя, марионеткой в его руках. Стоит де Рюзе дернуть за веревочку, и я отступаю. Он же вновь нападает, но так больше не может продолжаться. Я должен покончить с ним.

Мирей в ужасе замерла, в её мыслях предстала самая страшная картина.

– Я должен убить его, – твердо проговорил Дервиш. – Маркиз не переживет эту ночь.

Девушка не могла произнести ни слова.

– Он сказал, что будет в посольстве, – уже сам себе говорил визирь. – Ну, ладно. Отправлюсь сначала к нему домой, если его там нет, то подожду его возвращения.

Паша открыл дверь и, не обращая внимания на остолбеневшую хатун, вышел.

… дворец Топкапы.

Пасмурная погода утра сменилась не менее угрюмым днем и плавно перетекла в прохладный вечер, но Ахмед, будто не замечал уже этих опавших листьев, увядающих цветов и мерзко холодной земли, он был весел. Понимая умом, что леди Лелло – это не его гарем, что это жена посла другого государства, повелитель ничего не мог с собой поделать. Её нежная, легче пуха рука, как-то незаметно прокралась в его ладонь, и не было сил сопротивляться этому. Тонкая талия шептала: «Обними». Плечи просили поцелуя и, как бы султан ни старался, у него не получалось оторвать свой взгляд.

Ахмед не замечал и того, что Кёсем заприметила со своего балкона двух, как ей показалось, влюбленных. Султанша металась по комнате, не понимая, откуда могла взяться эта девушка. Подозвав свою верную служанку Мелике-хатун, Валиде велела ей выяснить всё про соперницу. Госпоже показалось вечностью то время, что не было Мелике, а когда служанка пришла, султанша не в силах ждать, кинулась к ней, чтобы услышать то, что ей удалось выяснить.

– Эта девушка пришла с англичанином, который встречался с Великим визирем, но почему она до сих пор здесь не понятно, – хатун опустила глаза и добавила, – с близи эта девушка ещё прекраснее, и повелитель, я думаю, очарован…

– Да, как ты смеешь, – крикнула Кёсем и толкнула маленький столик, на котором стояли фрукты и щербет.

Посуда с грохотом покатилась по комнате, а султанша вновь метнулась к балкону. Мелике приказала служанкам у дверей прибраться и последовала за госпожой.

Ахмед, витавший, словно в облаках, бросил свой взгляд на дворец и увидел, что Кёсем-султан красная от гнева смотрит на них.

– Ваш сад настолько великолепен, – пропела миледи, которая тоже увидела султаншу, – несмотря на то, что уже осень, он всё ещё прекрасен.

– А я после Ваших рассказов об Англии теперь хочу в эту страну, – с горечью сказал султан. – Но я более не свободен, чем любой мой подданный. Я хотел бы вдохнуть тот воздух, которым Вы дышали в детстве и погулять по тем улицам, по которым ступала Ваша нога.

– Ваша мечта может отчасти осуществиться, повелитель, – загадочно прошептала Катерина.

– Как же?

– Если бы Вы побывали у нас в гостях… – она сделала многозначительную паузу. – Наш дом обставлен по последней английской моде и, приходя туда, я чувствую себя как дома. Только…

– Только?

– Я подумала глупость, простите, – леди засмущалась и опустила глаза. – Вы, наверное, слишком заняты, я и так отняла у Вас уйму времени. Но мне так скучно в Стамбуле, я постоянно одна в огромном пустом доме…

– А как же сэр Лелло?

– Генри практически нет дома. Вот и сегодня… – девушка тяжело вздохнула и закусила губу. – Меня ждет одинокая ночь.

– Я понимаю Вас, госпожа, – сочувствующе сказал Ахмед. – Мне тоже очень одиноко…

Катерина подняла огромные голубые глаза на собеседника и искренне удивилась. В её взгляде повелитель прочел: «Как можно быть одиноким в этом огромном дворце? Как можно чувствовать себя одному имея гарем из красавиц? Но приличия не позволяли леди сказать это вслух.

– Я хотела бы Вас принять у себя, – девушка замялась, – но, рамки, в которых я нахожусь, не могут мне позволить делать подобные приглашения.

– Я – падишах мира, а Вы – гостья в этом государстве и я считаю себя обязанным проверить, как Вы устроились и всем ли Вы довольны. Прошу Вас не смущаться, Кэтрин, даже Ваш муж не сможет мне помешать сделать этого.

Ахмед взял леди Лелло за руку и повел из этого райского сада. Кёсем увидела это и бросилась в комнату.

– Мелике, подай мне теплый кафтан.

Помощница замешкалась, но опомнившись, тут же принесла одежду. Кёсем быстрым шагом пошла по коридору вниз. Как нарочно то один, то другой служащий гарема останавливал госпожу, чтобы получить распоряжения относительно дел гарема. Султанша отмахивалась от них, потому что боялась опоздать, но как госпожа не спешила, когда она вышла на улицу, то увидела удаляющуюся карету.

… по дороге к дому посла Лелло.

Ахмед и его спутница ехали в черной без изысканного обрамления прогулочной карете султана. В этом экипаже повелитель обычно выезжал в город, если хотел проехаться инкогнито.

– Моя госпожа, – с волнением произнес молодой правитель, – Вы так прекрасны, что я просто теряю голову.

Повелитель взял ручку девушки и поднёс к своим губам. Влажный поцелуй лег на руку красавицы и султан увидел, как юная прелестница, млея, прикрыла глаза. То, что чаровница не сопротивлялось, придавало молодому человеку уверенности в своих действиях и султан начал наступление. Покрывая хрупкое тело поцелуями, повелитель обнимал желанную леди. Карета остановилась, и девушка вздрогнула, будто придя в себя.

– Мы приехали, мой повелитель, – чуть дыша, прошептала миледи.

Стараясь быть не замеченными, молодые люди прошли в дом, а немногочисленная охрана осталась возле кареты.