А почему бы ДА?
- -
- 100%
- +
***
– Можете расслабиться вечером, отлично поработали, – с этими словами Таня закрыла дверь Пашиного номера.
– Спасибо, госпожа, постараемся. Андрей засмеялся.
Паша знал, что Таня давно ему нравится и искренне не понимал друга, который за все это время не предпринял ни одной попытки вывести их отношения на другой уровень.
– Может, пригласишь ее вечером куда-нибудь и расскажешь уже, наконец, о том, что ты безответно в нее влюблен тысячу лет? – спросил Пашка у друга.
– Ты знаешь, что я не для нее. И поэтому делать того, что ты предлагаешь, не буду. – Андрей повернулся к нему спиной, показывая, что ему не нравится этот разговор.
– Но почему? Ты прекрасный парень!
– Потому что не для нее и точка. Она меня на голову выше. Умнее и красивее в сотни раз.
– А разве это важно? Разве это все важно? Она будет любить твою душу. Настоящую, глубокую, верную.
– Ну да. Тебе, Пашка, легко говорить. На старте мы с тобой совсем с разными данными. Сколько девчонок у тебя было? И все смотрели на тебя, как на бога. А я что? Она будет стыдливо опускать глаза, идя рядом со мной?
– Дурак ты, Андрюха. Все эти девчонки смотрели на меня не как на бога, а как на красивую обертку конфеты. Ни разу не задумываясь о том, каков я, на самом деле, на вкус. Я так долго ходил по тусовкам вместе с ними, потому что все они без исключения считали, что я просто обязан эти тусовки любить; я так часто говорил о тряпках, брендах и веяниях моды, что мне все это, в конце концов, надоело. И когда я почувствовал удушающую пустоту с каждой из этих девчонок, смотревших на меня, как на бога, я перестал. Перестал с ними встречаться. И в том, что ты другой, есть твое спасение, друг, твой шанс, что человек рядом посмотрит, наконец, в твою душу.
Пашка, как показалось Андрею, с остервенением снял футболку и бросил творение дизайнера на кровать.
Андрей, наблюдая за другом, понимал, почему Пашка одинок. Потому что душа его была голодной.
– Давай в душ иди, фейс свой в оптимистичное состояние приведи. В 20.00 мы идем на шоу испанских танцев.
– Может я не пойду? – с надеждой спросил Пашка.
– Пойдешь! Еще как пойдешь! Ты должен пропитаться страстью , эмоциями и огнем.
– Сам для начала пропитайся! – Пашка бросил в него подушку.
– Оденься поприличнее. Лицо в упрощенный вариант приведи. Может к нам одна симпатичная девушка присоединится, – Андрюха кинул подушку обратно в Пашку.
– Как скажешь! Девушка, так девушка. Страсть, так страсть. – и Паша, повесив полотенце на спину, направился в душ.
***
Ксюша рассматривала свой гардероб, чтобы понять, как ей лучше одеться на шоу танцев. О том, что Испания – страна страсти, она знала с раннего детства. Ритмы фламенко будоражили ее кровь. И она хотела быть готовой к этим впечатлениям.
Красное платье, прикрывающее колени, нитка жемчуга, подаренного мамой на совершеннолетие, на шее, собранные в лаконичный хвост волосы – ей нравился ее простой и элегантный образ. Немного косметики и любимые Givenchy – последний штрих. Ксюша улыбнулась своему отражению, взяла салфетку со схемой, которую нарисовал молодой человек из бара, и направилась разыскивать отель Windsor.
***
–
Садись! – Андрей осмотрел Пашку и оценил его простецкий наряд, – Сейчас начнется.
Димка достал блокнот и наклонился вперед – как всегда, будет рисовать то, что поразит его творческое воображение, чтобы потом черпать в этом вдохновение.
– А это место для кого? – Паша вопросительно посмотрел на друга, а потом на пустое сиденье рядом с собой.
– На всякий случай. Если девушка та придет.
Паша вздохнул глубоко и возмущенно.
Пары наполнили сцену, зазвучала музыка, свет стал приглушенным и мягким, и парни устремили взгляд на действо.
– Извините, опоздала на несколько минут. Пришлось воспользоваться вашим именем, – Ксюша шепотом обратилась к Андрею, потом протянула руку для рукопожатия, сказала «спасибо» и улыбнулась.
– Садитесь. Я был уверен, что вы придете, поэтому занял место… – он указал на стул рядом с Пашей.
– Спасибо, – она быстро села, чтобы не мешать сзади сидящим смотреть выступление.
Четыре пары глаз следили за каждым движением танцующих.
«Браво» – зал зарукоплескал апплодисментами. Свет стал таким ярким, что Ксюша невольно зажмурилась. Пашка закрыл ладонью глаза, Андрей снял очки, а Димка перевернул лист блокнота.
Пара секунд, глаза привыкли к свету. Ксюша повернулась к Андрею.
– Спасибо, что пригласили меня, Павел. Было просто великолепно!
Андрей улыбнулся простой широкой улыбкой:
– Меня зовут Андрей. Паша – это тот, что сидит справа от вас.
Ксюша вопросительно посмотрела на Андрея и перевела взгляд вправо… Прямо рядом с ней сидел брендовый и красивый.
***
Он увидел ее еще при входе в зал и даже при тусклом свете сразу понял, что это она. Наблюдая за тем, как вредная разговаривала с Андрюхой, улыбалась и благодарила его, Пашка почему-то злился.
Он хотел поздороваться, но не мог. Язык не шевелился совсем, и этот ее утренний презрительный взгляд стоял перед его глазами.
Все выступление проклятая нитка жемчуга на ее шее не давала ему покоя. И когда фламенко вошел в кульминационный момент, он хотел эту нитку сорвать и поцеловать эту самую шею, прямо у всех на виду.
Пашка сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладонь, и стал дышать медленее, чтобы вена на его шее пульсировала тише, чтобы она не заметила этого и не дай бог не посмотрела в его сторону. Что он будет делать тогда?
Димка, наблюдая за другом, сделал вывод, что творится что-то странное. Звезда, блистающая под светом софитов, его друг детства Пашка, бог и повелитель женских сердец, сидел, как собранная пружина. Напряжение, исходившее от него, просто зашкаливало. И что будет, если от этого напряжения пружина не выдержит, и даст обратный ход, Димка не знал.
– А сейчас пойдемте пить вино! – Димка посмотрел на виновницу Пашкиного состояния.
– Вино? – Ксюша была в ступоре. С напыщенного исчезли брендовые вещи, простая белая футболка и шорты, подчеркивали загорелый цвет его кожи, и он был похож на совсем обыкновенного парня из соседнего двора… только очень красивого парня.
Она представила его лицо, там, на съемке, грустное, с естественными человеческими чувствами, и губы помимо ее воли ответили:
– А почему бы да?
Андрей засмеялся:
– Хорошее выражение. Обязательно запомню.
– Да. Запомните. – Ксюша поправила нитку жемчуга.
– Быстрее пойдемте! А то мест свободных нигде не останется!
***
Они пили вино в небольшом кафе с видом на море.
– Андрей, Дима, Паша – Андрей представил всех по очереди.
Ксюша молча пила вино, крутя бокал.
Парни переглянулись, так и не дождавшись ответа.
– Почему вы сказали мне воспользоваться именем Павла Свиридова, если меня не будут пропускать в отель? – она наконец прервала молчание. – Почему я не могла воспользоваться вашим?
– Ну, я не так знаменит, как он. – Андрей с улыбкой посмотрел на друга.
– Знаменит? – Ксюше казалось, что она вот-вот потеряет сознание.
– Он известен в России, а после сегодняшней съемки для Saint Laurant, думаю, перейдет на мировой уровень, – Андрей снова улыбнулся и похлопал друга по плечу.
– Известен? Saint Laurant? – Ксюша машинально повторяла слова.
Заиграла медленная музыка. Пашка показал парням глазами, чтобы выметались. Димка и Андрей поднялись из-за стола.
– Он что? Хочет наедине с ней остаться? – Димка шепотом недоуменно обратился к другу. – Он же и буквы сказать не сможет? Ты его видел?
– А делать-то что? Надо было и дальше сидеть с ними? Попросил все-таки…. Дим, чего это с ним, а? Никогда таким не видел. Мы тоже хороши, встали, как по команде, и ушли… неествественно так…
– Давай девчонок вот этих потанцевать пригласим. Получится в тему. Уход. – Димка кивнул в сторону соседнего столика.
– Ну давай.
И, подойдя к группе девушек, они пригласили их на танец.
Димка почти сразу повел партнершу под звуки песни. А Андрей получил отказ. И, привычно реагируя на это, отошел к перилам и стал смотреть на море.
***
Напряжение над столом достигло пика. Ксюша пребывала в каком-то ступоре. Руки были холодными, как лед. В голове мелькали картинками сандалии, дурацкая брендовая футболка, этот его вгляд там, на валуне…. Сердце почему-то стучало так быстро, что она боялась, что он услышит его стук. Тело будто парализовало. 10 причин, чтобы не встречаться со звездным мальчиком, как алгоритм, стояли перед глазами. В душе была полная смута. И она понимала, что если взглянет на него хотя бы раз, то разревется и убежит.
Чтобы не смотреть в его сторону, она перевела взгляд на отошедших ребят… Ксюша видела, что Андрей, получив отказ, отошел к перилам и делал вид, что любуется морем, чтобы не мешать им тут быть вдвоем… От этой мысли ее бросило в жар, она поднялась из-за столика, подошла к Андрею и тихо попросила:
– Потанцуйте со мной.
Андрей перевел взгляд на друга, будто спрашивая разрешения. Но Пашка смотрел куда-то вперед.
– Потанцуйте со мной, – повторила Ксюша.
И они стали двигаться в такт музыке.
– Он хороший парень, – Андрей посмотрел прямо ей в глаза. – Хороший друг. Настоящий.
– Правда?
Андрей утвердительно кивнул в ответ.
Пашка был зол. Он просто рвал и метал. От своей трусости. От того, что не встал, не проявил свою харизму, не забрал ее из рук друга, чтобы закончить танец вместо него.
– Спасибо, Андрей, за все. За вечер спасибо, за шоу, за танец, за вино.
– Пожалуйста. Вы уже уходите?
Пашка встал из-за стола и решительно направился к ним.
– Скажите, как вас зовут? – набрав полные легкие воздуха, наконец, решился он.
Не понимая, что она делает, Ксюша ответила:
– Это не нужная информация, – развернулась и практически побежала в обратном направлении.
***
Димка, Андрей и Паша молча смотрели друг на друга…
– Я улечу завтра.
– А как же отдых здесь? Ты же хотел.
– Отдохну в Крыму. Здесь не хочу, – Пашка сжал кулаки и пошел в отель.
– Что происходит? – Андрей вопросительно посмотрел на Димку, когда Паша исчез из вида.
– Мне кажется, наш друг влюбился и получил отказ. Жестокий и решительный.
– И как он с этим справится? Все будет хорошо? – Андрей поправил очки.
– Не знаю, Андрюх.– Должен справиться.
Глава четвертая
Она проплакала всю ночь, сидя на подоконнике и смотря в окно.
Почему она вела себя как незрелая истеричка? Почему? Для чего? Что это за «ненужная информация» на простой человеческий вопрос «как тебя зовут?».
«Когда ты заправишь свои иголки внутрь, Ксюша? Когда перестанешь навешивать на людей ярлыки и мыслить стереотипами? Когда начнешь доверять мужчинам? Когда выбросишь этот дурацкий парализующий страх из своей души? Страх, который лишает тебя способности жить здесь и сейчас?», – она вела внутренний монолог и плакала, плакала до тех пор, пока солнце не встало и не озарило робкими лучами ее комнату.
«Я обязательно извинюсь перед ним сегодня», – пообещала она себе, надела купальник и пошла на море.
***
«Весь отдых испортила! – Пашка с остервенением запихивал рюкзак на полку для ручной клади, – Весь отдых испортила! Вредная, не разбирающаяся в людях, неблагодарная девчонка! И надо же было встретить тебя! Встретить именно в этом, полном романтики месте! И какого лешего я за этими сандалиями полез?! Придурок! Сам виноват!».
– Вода с газом или без? – вежливо спросила стюардесса, когда самолет набрал высоту.
– Не надо мне никакой воды! Ни с газом, ни без! – рявкнул Пашка и уставился в неработающий телефон.
Люди оборачивались, но ему было все равно. В душе его бушевал ураган, и он не знал, как все это прекратить.
– Наш самолет совершил посадку в международном аэропорту города Симферополь, – сообщил капитан.
Пашка встал с места и полез за рюкзаком.
– Смотри, – показывали на него молодые девчонки, – это он! Это точно он! Павел Свиридов! Красавчик какой!!!
– Не я это! Не я! – практически заорал он и стал быстро продвигаться к трапу.
***
У нее оставалось еще два дня. Ксюша решила, что будет в море столько, сколько сможет.
Почему-то вдруг все вокруг перестало радовать. Внутри было неспокойно, и она не находила себе места.
Смыв соленую воду в душе, она завязала парео и пошла в бар за чем-нибудь освежающим.
– Привет, незнакомка, – Андрей по-доброму улыбнулся.
– Привет, Андрей, – Ксюша улыбнулась, вспоминая, как пела эту песню Ирина Аллегрова.
– Вы как? Нормально? – Андрей вопросительно смотрел на нее.
– Ксюша, меня зовут Ксюша, Андрей.
Он смотрел на нее изучающе.
– Хотите спросить, почему вашему другу этого не сказала?
– У вас, видимо, были на это свои причины, – Андрей поправил очки. – Он чем – то обидел вас?
– Нет. Он даже обувь мою из воды спас.
Взгляд Андрея стал еще более вопросительным.
– Просто не люблю таких, как он. Брендовых, напыщенных повелителей жизни.
Андрей уставился на свои руки и молчал.
– Знаете, Ксюша, вчера он сказал, что в том, что я не так красив, как он, есть мое спасение и шанс, что человек рядом посмотрит в мою душу.
Мурашки поползли по плечам и Ксюше стало нехорошо. Она сделала большой глоток воды, посмотрела Андрею в глаза, и сказала:
– Я хотела бы извиниться перед ним. Вашим другом. Где я могу его увидеть?
– Он улетел. Еще утром. – Андрей снова поправил очки.
– Тогда передайте, пожалуйста, ему мои слова.
– Я могу дать вам номер его телефона, передадите лично.
– Не нужно. Я думаю, если вы согласитесь помочь, этого будет достаточно.
Вторым глотком Ксюша допила воду и направилась к морю.
***
«Спасибо, Тосса де Мар!», – Ксюша стояла на самом верху крепости под ночным небом. Море было завораживающе-красивым. Ночной морской бриз гладил ее лицо. Она невольно повернула голову назад, туда, где еще недавно сидел брендовый, и представила его грустные глаза. «Шанс, что человек посмотрит в твою душу…», – слова Андрея и этот взгляд крутились в голове, как заезженная пластинка.
«Он – исключение из правил?», – подумала она.
И все взгляды и мнения, формулируемые ей годами, поставил под сомнение один только этот вопрос.
Она закрыла глаза на несколько секунд, снова почувствовала прикосновение ветра на своих щеках и сказала вслух: «А почему бы да?»
Глава пятая
– Ты уже приземлилась? Как Испания? Как море? У тебя все хорошо? – Аня сыпала вопросами.
– Все нормально.
– А голос чего грустный такой? Думала, будешь пищать от удовольствия, когда я тебя услышу.
– Я еще даже до гостиницы не добралась, просто нужно немного прилечь. Устала.
– Старая перечница! – Аня засмеялась в трубку. – Как прибудешь в Ялту, дай знать. Я все-таки волнуюсь.
– Заметано, подруга! – Ксюша нажала кнопку отбой и пошла к ленте с багажом.
***
Пашка лежал на пляже гостиницы «Интурист», подставив лицо солнцу. Тани не было рядом, а ему было все равно, высушит солнце его кожу или нет.
Он выбрал Ялту, потому что любил ее климат, и Ласточкино гнездо любил. А у этой гостиницы был единственный песчаный пляж. Поэтому Пашка и решил обосноваться здесь. Ребята должны были приехать только завтра. Но одиночество не тяготило его. Ему нравилось быть наедине с собой. Так он мог упорядочить мысли и отдохнуть от суеты, которая окружала его практически постоянно.
Мысли о вредной стали не такими яркими и он даже простил ее. Простил за ее к нему поверхностное и стереотипное отношение. И переданное ему Андрюхой ее послание немного охладило его пыл. Но только немного. Эта нитка жемчуга не давала ему покоя. Этот ее взгляд и все ее поведение продолжали терзать его самолюбие. Он даже друга видеть не хотел, потому что он с ней танцевал. А ведь Андрюха вовсе в этом и не виноват. «И почему вообще тебе важно, как она к тебе отнеслась?», – спрашивал он себя. И никак не мог ответить на этот вопрос.
Пашка встал и подошел к морю. «Я о тебе не думаю! Не думаю! Поняла! Не думаю совсем», – и с этими словами он нырнул в воду.
***
Ксюша нажала кнопку «15» и стала подниматься на лифте в свой номер. В гостинице было 16 этажей, но жилые номера располагались со второго по пятнадцатый. Бронируя номер, она специально выбирала верхнее расположение, чтобы можно было любоваться морем из окна в полном, панорамном обозрении.
«1555 – три пятерки, счастливый, – она рассматривала табличку с цифрами на двери, – а под соседней дверью сколько цветов, наверное, моя соседка неземная красотка», – она улыбнулась и зашла внутрь.
***
«Опять», – Пашка поднял цветы с пола, зашел в комнату и набрал номер администратора: «Пожалуйста, пришлите кого-нибудь забрать цветы, а то ставить некуда».
И, повесив пляжное полотенце на сушилку, направился в душ.
***
Ксюша весь день провела на пляже, а ближе к вечеру пошла кататься на канатной дороге. Она боялась высоты, но желание насладиться видом сверху взяло верх над страхами. И она была очень горда собой.
«А почему бы да?», – как мантру, повторяла она, ставя ногу в шатающуюся кабинку.
Эта замечательная фраза, сказанная однажды Ксюшиным педагогом, делала ее сильнее, разносторонее, меняя тем самым жизнь в лучшую сторону.
Часто нам легче подготовиться к неудаче, чем к успеху. Потому что все наши жизненные сценарии учат тому, как справиться с поражениями. Но что же делать с победами, не говорит никто. Как быть готовым к тому, что у тебя все получится? Что чувствовать при этом? Какие цели ставить дальше?
Оставаясь во власти собственных страхов, будучи уверенными в том, что ничего не получится, нам проще примерить роль жертвы и смириться с ней. Проще, чем действовать. Проще, чем куда-нибудь двигаться и, не дай бог, после всех попыток снова испытать неудачу. Проще, потому что смиряясь, мы можем списать все на обстоятельства, переложить ответственность за свою жизнь на чужие плечи, обвинить в своих неудачах кого угодно, но не себя.
Вот так проще было Ксюше в отношениях с мужчинами. В чувстве презрения ко всем ним без исключения ей было комфортнее, потому что так она могла избежать разочарований и боли.
Так думала и чувствовала она всю свою жизнь, до встречи с брендовым.
Наверное, речь шла не о симпатии к нему лично, а о том, что она, Ксюша, возможно, ошибается насчет сильного пола. И то, что она думает о мужчинах, может и не соответствовать реальности.
«Хорошо. Я хочу попробовать по-другому», – она переоделась, зайдя в номер, и решила, что сегодня она будет петь и танцевать.
***
Пашка понял, что очень устал. Устал от работы, перелетов, мок, жизни на чемоданах, излишнего внимания и суеты.
Надев простецкие шорты и футболку, купленные за копейки на местном рынке, надвинув кепку практически на глаза, Пашка вошел в лифт, и, нажав кнопку 1 этажа, принял решение, что в его руках сегодня побывает несколько стопок текилы, а лучше не несколько, а много раз по несколько.
Мысли о вредной крутились в голове без остановки. И ему очень хотелось, чтобы он не встречал ее вообще.
***
До полуночи она подпевала местным уличным музыкантам. И танцевала прямо на набережной.
Улыбка не сходила с ее лица, потому что она любила музыку. Для нее, как и в книгах, в ней был целый мир.
«Ялта, парус, в этом мире только мы одни», – слова с легкостью слетали с ее губ, она смотрела, как руки парнишки скользили по грифу, и снова улыбалась.
«У меня уже едет крыша, – думал Пашка, проходя по набережной, голос вредной мерещится». Он посмотрел на группу людей около уличного музыканта, но, вспомнив, что устал от суеты, надвинул кепку на глаза и прошел мимо.
«Солнечный рай», – Пашка прочитал название на вывеске и уверенно шагнул внутрь.
***
Он не любил крепкий алкоголь, но подумал, что сегодня настало именно его время.
Сидя прямо за барной стойкой, он опрокидывал стопку за стопкой.
«Солнечный рай», – Ксюша решила, что это место практически около ее отеля, ей отлично подойдет. «Я хочу танцевать, встречай меня, солнечный рай», – она вошла внутрь и села в самый дальний угол, – воду с лимоном и бокал вина, – сказала она подошедшему официанту и в ожидании заказа стала невольно смотреть по сторонам.
Парни и девушки, мужчины и женщины наполняли танцпол. Свет скользил по потолку, стенам, полу. Девушка около шеста заводила публику танцем гоу-гоу. Атмосфера была пропитана свободой отрыва, ароматами спиртного и драйвом, свойственным югу. Здесь люди будто отпускали всю свою усталость, накопленную за год, давая свободу чувствам.
Ксюшин взгляд скользнул по силуэту около бара. Сидящий там парень выделялся своей надвинутой ночью на глаза кепкой, отсутствием компании рядом, неподвижной позой и взглядом, сосредоточенном на стопке напротив.
«Наверное, хочет побыть один и напиться, – подумала Ксюша, – наверное, что-то у него случилось».
Но, увидев приближающуюся к нему девушку с коктейлем в руке, она улыбнулась, подумав, что все теперь с ним будет в порядке, сделала глоток вина и пошла танцевать.
***
– Девушка, подождите, – какой-то парень бежал за ней. – Возьмите, может, еще починить можно будет.
– Ну это навряд ли, – Ксюша засмеялась и взяла протянутые ей каблуки. – Не везет мне с обувью в этот отпуск.
Она шла медленно, чтобы насладиться свежим воздухом и тишиной после шума и выпитого вина.
Улыбнувшись администратору, Ксюша подошла к лифту, и, когда двери его распахнулись, передумала ехать, решив идти пешком.
***
– Ты такой няшный, – шептала какая-то блондинка ему на ухо.
Пашка понимал, что пьян. Перед глазами все плыло. Он расплатился с барменом, встряхнул головой, чтобы хоть как-то прийти в себя, и осторожно встал с высокого барного стула.
– Я провожу тебя до номера, – кокетливо говорила блондинка, беря его под руку, – просто не могу позволить, чтобы с таким красавчиком что-нибудь случилось.
– Не надо, сам дойду, – Пашка убрал ее руку.
– Уууу, ну ты же шатаешься!
«Черт с тобой, веди», – подумал он.
Проходя мимо ресепшена, он сильнее надвинул кепку на глаза, понимая, что ему стыдно. Он был благодарен администратору, что та не сказала ни слова, лишь окинула его спутницу долгим изучающим взглядом.
– Куда, котик? – спросила его блондинка, зайдя в лифт, – Какой этаж?
– Пятнадцатый.
Пашка уткнулся головой в стенку лифта и опять эта нитка жемчуга встала перед его глазами.
– Скажи, – обратился он к спутнице, – ты бы полюбила меня?
– Я в тебя и так уже влюблена, – блондинка стала гладить его по лицу.
– Что, вот так, сразу? – Пашка злорадно ухмыльнулся. – Но почему?
– Ты такой красивый, с таким офигенным телом, – ее пальцы перешли с его лица на плечи.
– Ааааааа, – Пашка опустил глаза и еще раз ухмыльнулся.
Дверь лифта распахнулась, телефон, выпав из кармана, с грохотом встретился с полом, губы блондинки были практически у его лица, и тут он увидел ее.
Ксюша, наконец-то, добралась до своего этажа. Она собиралась открыть дверь номера, но обернулась на шум, исходящий от лифта.
По наполированному полу мобильный молниеносно проскользил из кабины к ее ногам. Она осторожно подняла его и обращаясь к парочке в лифте сказала: «Возьмите, пожалуйста».
***
Пашка не мог пошевелиться. Дверь лифта то открывалась, то закрывалась, а он не мог сделать и шагу.
«У меня галлюцинации? Она что здесь делает? Да быть этого просто не может! Ты пьян, Паша, ты просто очень, нет, ты смертельно пьян», – и он продолжал стоять, прислонившись к стене.
– Ооо, спасибо большое, – блондинка широко улыбнулась Ксюше лицом с безупречным макияжем, – котик просто сильно выпил.
– Пожалуйста. – в этом слове Ксюша собрала всю силу воли. – Пожалуйста, – и практически бегом залетела в номер.
***
«Зачем ты это сделал именно сейчас? Когда я решила, что все может быть по – другому? Что такие, как ты, могут быть другими? Почему именно сейчас? Придурок брендовый! Идиот и мерзавец! Напыщенный журнальный гусь! Сволочь и бабник!», – Ксюша рухнула на пол и плакала, сидя прямо у двери.
– Пойдем уже, сколько можно стоять?! – блондинка взяла его за руку и потянула из кабины лифта.
Пашка на негнущихся ногах дошел до номера, провел ключ-картой по замку и просто ввалился внутрь.
Он кое-как снял кроссовки и только успел выпрямиться, как почувствовал шпильку, скользящую по его ноге.
– Я пьян, – сказал он все так же ухмыляясь.
– Разве это имеет значение? – шпилька продолжала скользить по его ноге, и губы блондинки были совсем близко.
– Для меня имеет, – он отодвинул ее от себя.
– Ну не будь таким врединой, – не унималась она.