Кот в яблоках с карамелью

– Хорошо, что я не стала тратиться на твое платье, так и знала, что благодарности от тебя не дождешься. Про это Кира тоже не стала рассказывать тете Ларисе. И о том, что сестра совсем не умеет рисовать тоже.

Подарки, присланные девушке, оказались просто великолепны. Князь прислал ларец с драгоценностями, но просил девушку открыть только, когда будет одна. Об этом ей сообщил глава делегации. Девушка смутилась и сказала, что вряд ли ей понадобиться так много драгоценностей, на что дракон ответил, что даже такому бриллианту как она нужна оправа, чем смутил ее еще больше.

Кира думала, что смутить еще больше ее не возможно, но она ошиблась. Подарки от вожаков вручали их вторые сыновья. Первым было запрещено покидать свою территорию. Всю дорогу двенадцать стражей спорили, кто будет охранять какую-то человечку и не могли договориться. Их возмущал сам факт, что им, лучшим воинам клана, придется вытирать нос какой-то девчонки. Теперь же они готовы были с оружием отстаивать честь быть рядом с ней. Она со смущением и достоинством приняла красивый плащ – подарок барсов, в котором не холодно зимой и не жарко летом. Серебряные ножны и кинжал на красивом поясе с чернением – работа клана черных волков и чудесный подарок от стаи белых серебряные – зеркало и расческа. Девушка была смущена и благодарно улыбалась, но еще более были смущены мужчины в делегации. Они считали человеческих женщин недалекими, избалованными и меркантильными, но эта ломала все стереотипы. А мужчины из рода Рохан с гордостью смотрели на свою дочь, сестру и просто свою.

На следующий день Кира сама собрала всех на семейный совет. Третий месяц она гостила здесь, пора было, что то решать. Ей страшно потерять все, что она приобрела здесь, но и быть на иждивении она больше не могла. Девушка не знала как начать разговор, но мамэ начала его сама.

– Доченька ты хочешь уйти от нас? – тревожно спросила она.

– Нет, что вы, – Кира растерялась. Как-то не так хотела поговорить она.

– Просто у меня там учеба, стипендия, если бы можно заочно.

Выручил всех младшенький.

– Кира мы можем вернуться, прямо в тот день, когда ушли, мы же маги и документы сделаем по обмену, – радостно сообщил он.

– А деньги доченька, если нужно – только скажи, – с облегчением произнес Дахар.

– У нее теперь будут свои, – прервал его Тагир, – она в магическом штате теперь состоит и будет получать денежные начисления. Анрэ хотел спросить брата, когда он успел, но увидев его недвусмысленный взгляд все понял и вопроса не задал.

Вопрос о походе в универ было решено отложить на завтра, сегодня все слишком переволновались. На самом деле мужчины хотели вначале все обсудить сами. И поход на вечеринку, куда Рева был намерен затащить Киру, и ее безопасность. Именно об этом они спорили почти до хрипоты, закрывшись в кабинете отца и навесив полог тишины. Было решено, что пойдут с младшим трое оборотней – братишек и Тагир с Мирандаласом. Но выяснилось, что вампир еще не вернулся с зачистки поднятой нежети у Северной границы. Все разошлись спать, решив, что утро вечера мудренее. Эту поговорку часто повторяла Кира, однажды услышав ее от своей бабушки. Рева ушел ночевать в общагу универа, там его ждала его подруга. По некоторым обстоятельствам мероприятие с посещением универа прошлось отложить на пять дней. А через пять дней утром когда Кира с Азаэртой завтракали, Тагир вошел в столовую вместе с Лавриэлем, поздоровавшись они уселись за стол.

Кирка, которая никогда раньше не видела эльфов, не смогла скрыть интереса и во все глаза рассматривала гостя. Зеленые, обрамленные темными ресницами глаза, светлые, почти платиновые, как у Ревы, волосы заплетены в какую-то очень сложную длинную косу. Ему очень шел его костюм. Белая рубашка заправлена в брюки из тонкой кожи, как у Тагира, только светлые, такие же жилетка, пояс и сапоги. Он был словно противоположностью брата Ревы. Такого же роста, но не так широк в плечах. И в отличии от него смотрел на девушку и улыбался.

– Твоя сатара? – спросил он друга.

– Нет! – ответил тот .

– Это моя сатара, – раздался радостный голос от двери. И в дверном проеме с улыбкой во все лицо обнаружился Рева. Он видно только что вернулся, так как был одет в джинсы футболку и обут в кроссовки. Кира выскочила из-за стола и бросилась навстречу Андрею, он схватил ее за талию и закружил по столовой. На ходу поцеловал в щеку мамэ и вместе с Киркой плюхнулся на стул напротив брата и его друга. Усадив сестренку на ее место, стащил у нее ложку и начал воровать из ее тарелки кусочки еды. За столом началась веселая возня, брат и сестра пытались перетянуть тарелку друг у друга. Анрэ еще и пытался стянуть кусочки еды с вилки Киры. Мамэ улыбалась глядя на них, Лавриэль тоже и только Тагир хмурился. Он щелкнул пальцами, и перед Ревой появилась тарелка с завтраком и приборы.

– Хорошо, когда твой сатар – Маг, – с шальной улыбкой сказал младший.

– Не хочу, чтобы техери мамэ осталась голодной, – холодно ответил старший.

– Я собственно приехал за помощью, – постарался разрядить обстановку эльф. И положил на стол пластину с пророчеством. – Наш оракул отправил за помощью к вам. Я чего-то не знаю и у нас появилась Читающая пророчества? И кто сия достойная «матрона»?, – с иронией спросил Лавриэль.

За столом наступило неловкое молчание. Неожиданно для всех Кира встала со стула и опершись одной рукой о его спинку изобразила книксен, причем такой завораживающе изящный, со слегка наклоненной вправо головкой, что все присутствующие мужчины неожиданно сглотнули. А эльф даже закашлялся. Девушка с улыбкой обогнула стул и поднявшись на цыпочки попыталась заглянуть через левое плечо старшенького, между ним и эльфом, но Тагир, сделав вид, что не заметил ее попытки, отодвинул стул справа от себя и переложив туда пластину продолжил завтрак. Азаэрта с улыбкой посмотрела на невозмутимый вид старшего сына, он ел эльфийскую капусту с пряным соусом для мясных шариков и запивал травяным зваром. Что за волнение пытался он скрыть, она бы давно прочитала в его душе, но не зря его считали самым сильным магом Межмирья и всех миров, он умело закрывался даже от нее. Но что волнение его велико она не сомневалась, он терпеть не мог травяной взвар, сильнее этого он не любил только эльфийскую капусту и пряный соус к мясным шарикам.

Завтрак закончился и Кира обратилась к Тагиру, не отрывая глаз от пластины.

– А можно в папин кабинет? – спросила она и скорее ощутив согласный кивок мага нежели увидев его прижав пластину к груди шагнула и исчезла… Все недоуменно застыли. И тут же она появилась вновь.

– Тагир, ты мне тоже нужен и можешь захватить Лаврюшу, если хочешь, и девушка снова исчезла.

– Она что, тоже Шагающая? – недоуменно спросил эльф.

– Похоже на то, – задумчиво произнес Верховный. Азаэрта улыбнулась.

– Должна вас предупредить, дети мои, она всегда так к ним обращалась. – Она Летящая и Говорящая с драконами. Присмотрись-ка к ее правой ручке, Тагир. Если Князь трижды назвал ее дочерью и Кира разрешила ему, то теперь она Принцесса Серебряных. Только не пугай техери, – и она пристально посмотрела в глаза сына. Он согласно кивнул, поцеловал руку матери.

– Я присмотрю, – почти беззвучно прошептал ее младший, так чтобы услышала только она. И не кто не заметил, как облегченно вздохнул старший, и как улыбка озарила его строгое задумчивое лицо. Но все заметили, как расправились его плечи. как будто тяжелая ноша покинула их. Мужчины переместились вслед за девушкой в кабинет Дахара, Кира уже сидела на стуле поджав под себя одну ногу и задумчиво водила по бумаге.

– Лаврюша, – обратилась она к эльфу. – А вот это что за буквы, – и она провела пальцами по пластине. – В словаре эльфийского я их не нашла.

– Кира, вообще-то Лавриэль – наследный принц, а эльфы очень высокомерны и обидчивы, – еле сдерживая смех сказал Верховный.

– Это я поняла, – ответила девушка. Здесь так и написано «Красоту светлых эльфов превосходит только их высокомерие, а темных их воинственность….», а вот дальше буквы похожие на эльфийский но получается какая то абракадабра.

– Абра что?– хором спросили маг и принц.

– Не грузитесь, – привычно ответила девушка им, не поднимая головы.

Глава 5. Не мешайте серым мышкам спасать котиков

Друзья переглянулись.

– Киреныш, это же темноэльфийский, язык дроу, – вступил в беседу младший из рода Рохан. – Но словарей по нему нет.

– Я знаю, кто может помочь, только договориться с ней вряд ли получится.

– Жена вождя орков? – спросил Верховный.

– Да, после того как Анрэ помог со сватовством ее сыну…

– Помог со сватовством? – переспросила девушка.

–Да, – начал рассказ эльф. – Ситорис – сын вождя – служит с твоим сатаром в его отряде стражей, и совершенно не желает жениться, вернее не желал. Когда Селита подобрала ему невесту, Анрэ и Ситорис пришли в дом к невесте под видом гадалок и нагадали невесте такого, что она даже не согласилась на смотрины. А через неделю Ситорис случайно встретился с девушкой в городе, его тройка сопровождала гостей, приехавших на экскурсию, и, проведя с ней день, влюбился. На следующий день он слезно просил матушку сосватать девицу, но она уперлась. «Пойду, говорит, только за стража, который сопровождал меня на прогулке». Ситорису пришлось во всем признаться. Сваты уже сватали четыре раза, а девушка уперлась и не в какую. Если в пятый раз откажет, то Ситорис больше не сможет сосватать ни одной девушки из этого рода.

– А в этом роду есть девушки красивее его избранницы? – задумчиво спросила Кира.

–Есть, – радостно сообщил Рева. – И красивее, и на два года моложе. и влюблена в Ситориса.

– А вот это просто замечательно, даже превосходно, – с восторгом выпалила она. – Когда идем к оркам?

– Сначала решим с походом в твой мир. Лаврюша, ты с нами? – не скрывая улыбки. спросил друга маг.

– А как же без меня, а Лаврюша я только для не твоей сатары, – уел его эльф. Отправиться в универ было решено на следующий день. А пока надо было навестить эльфов, Тагир хотел пойти один, но девушка смотрела на него такими умоляющими глазами, что он сдался и взял ее с собой. И очень быстро пожалел об этом. Во дворце эльфов их встретили сразу три кузины Лавриэля, увидев следующего за другом Тагира, они кинулись к нему, чуть не сбив с ног Киру, которую маг держал за руку. Девушка высвободила из захвата руку и отошла в сторону. Девицы повисли на старшеньком и, отталкивая друг друга, пытались поцеловать его в губы. Все трое были высокого роста, светлые волосы водопадом закрывали спины и переливались на свету. Тагир почувствовал взгляд девушки и на минуту замер, столько боли и отчаяния он увидел в Киркиных глазах, но девушка, поймав его взгляд, резко отвернулась. Эльфийки воспользовались заминкой и тут же заворковали на эльфийском.

– Тагир, почему так долго не приходил, мы скучали, – надув губки говорила одна.

– Мы могли бы согревать твою постель и в Межмирьи, – ворковала другая.

–Мы согласны все втроем стать твоими веселикури. Эльф, видя смущение друга, потащил Киру вперед. Навстречу им спешила красивая юная эльфийка. Девушка была не просто красива, она была безупречна. Когда расстояние между ними сократилось, она рассмотрела, что рядом с принцем идет простая человечка, и на лице ее появилось высокомерно-надменное выражение.

– Ты не один Лавриэль? – нараспев произнесла она.

– Нет, сестренка, со мной сатара Анрэ.

– Что? – радостно взвизгнула девушка, – ты Кира? – и она, вцепившись в руку девушки, потащила ее по коридору. От ее надменности не осталось и следа.

– Я обошла всех швей столицы и набрала тебе много разных лоскутов, а еще растягивающие ткани, знаешь, это когда из маленького лоскутка можно растянуть большой. А еще я накупила тебе речного радужного жемчуга и много эльфийских пуговиц, – девушка остановилась у какой то двери. – Это мои покои, идем скорее. Их догнал запыхавшийся Лаврюша.

– Алавритаэль, ты даже не дала мне вас познакомить. – Мы сами, не маленькие, познакомимся, а вы старшенькие идите по своим взрослым делам. Только предупреди своего друга, что твои кузины привезли жреца и помолвочные браслеты, – и она захлопнула дверь перед носом брата, Кира только заметила, что к эльфу приближался Тагир. Она была рада передышке.

Принцесса что-то говорила ей, а девушка еле сдерживалась, чтобы не уйти назад. Она понимала, что надо быть сильной и не показывать свою слабость, но так же она понимала, что против высоких и стройных, длинноногих эльфиек выглядит серой мышкой, маленькой и незаметной, опять серой-пресерой мышкой. Они пили чай с новой подругой, девушки сразу нашли общие темы для разговоров, к концу разговора Кира уже называла принцессу Ариэль, а та ее запросто Кирюша. После чая и осмотра сада, Кира сослалась на занятость и собралась домой, эльфийка немного расстроилась, но взяла обещание, что девушка обязательно еще придет в гости. Сложив все в корзинку Ариэль хотела позвать Тагира, но Кира остановила ее, сославшись на то, что Верховный может быть занят. Принцесса захихикала, вспомнив сцену в холле дворца.

– Я сама могу, не волнуйся, – потом опустив голову смущенно спросила: – А что значит «веселикури»?

– Любовница, а зачем тебе?

– Так. Просто не поняла в контексте это слово, – ответила новая подружка и махнула на прощание рукой.

Принцесса вышла из комнаты и наткнулась на друзей.

– А где Кира? – спросил Тагир.

– Не захотела отвлекать тебя, – задумчиво ответила Ариэль.

– Лавриэль, она почему-то спросила, что значит веселикури.

– Веселикури, – казалось Тагир произнес это с трудом.

–Да, сказала, что ей все понятно, но значение этого слова ей не ясно, -кивнула девушка.

–Только не говори, что она понимает эльфийский.

Верховный ошарашенно смотрел на друга.

–Я ничего не делал, – ответил тот.

– Я пожалуй домой, – заторопился Тагир.

– Я с тобой, – ответил эльф.

–Нет. Дождись отца нам нужен амулет и Плод Благословения.

И маг исчез. Верховный остановился у комнаты Киры в нерешительности. Что он скажет ей? Что все это в прошлом, что кроме нее ему не нужен никто? Нет, вдруг она скажет что ей все равно. И постояв еще, он отправился в свою комнату, срочно принять душ и похолоднее. После душа он хотел позвать брата размяться на мечах, но его не было.

И тогда он увидел знак вызова, что-то случилось. Накинув рубашку, он натянул сапоги и закрепил перевязь. Шаг – и он в своем кабинете. В коридоре стояла просто звенящая тишина. Открыв дверь он почувствовал, что все, почему-то находятся в подвальном помещении. Спустившись, обнаружит там и Азаэрту, которую прижимал к себе Дахар, брата и еще человек двенадцать стражей. Оказалось Отряд Золотого, как звали все второго сына вождя Барсов, подняли по тревоги, на Восточной границе был всплеск подъема нежити. Когда с ней почти уже справились, загнанный в угол свихнувшийся некромант из темных эльфов метнул кинжал в одного из стражей. Барситос в последний момент успел прикрыть собой своего подчиненного. Его смогли переместить, но рана оказалась тяжелой, вылечить можно лишь оборотом, но внутренний зверь никого не подпускал. Вышли посоветоваться в коридор, позвали Азаэрту, но зверь не подпустил и ее.

Никто не понял откуда появилась Читающая пророчества, она вошла в камеру и закрыла за собой дверь. Верховный подошел к окошечку и еле заставил себя посмотреть в него. Кира сидела в углу на постеленной соломе, подложив под себя одну ногу и что то тихонечко пела, на ее коленях лежала голова огромного барса. Дыхание его было порывистым, судорожным, глаза закрыты.

– Все же смог обернуться, – с облегчением сказал Анрэ, который подошел сзади и выглянул из за спины старшего.

–Другой вопрос почему он ее не тронул, – задумчиво произнес Тагир и подумал: «Только пусть она не окажется его истинной парой».

Кира продолжала петь, потом голова ее наклонилась, и она положив ее на шею зверя, уснула. Все разошлись, у камеры остались только два оборотня и Верховный. Тагир аккуратно открыл дверь, барс утробно рыкнул.

– Ей неудобно, она утром не сможет разогнуться, а у нее и так болит спина. – Знаешь, – маг присел рядом с барсом. – Она никогда не жалуется, если просит помощи, то не для себя. Вот такая досталась нам с тобой любимая. Если она твоя истинная пара, то пусть выбирает она, потому что она моя агарэ. Любимых не неволят, их нужно заслужить. Я уже не ждал что когда нибудь встречу свою судьбу, но и связывать себя с нелюбимой не хотел. Я никогда не понимал, почему мужчины целуют губы женщин, ведь их запах раздражает. И для связи я выбирал женщин, запах которых был мне не очень противен, а сейчас я дышу рядом с ней и не могу надышаться. А ее губы манят и обещают блаженство. Он помолчал.

– Ну так что, можно я заберу ее и унесу спать? Обещаю, что не причиню ей вреда. Барс приподнял голову, позволяя Тагиру аккуратно поднять девушку. На прощание Золотой снова тихонько рыкнул и, положив голову на солому, закрыл глаза. Его названная сестра помогла ему обернуться и тем спасла ему жизнь. А его истинная пара – он потерял ее, когда обидел и она ушла к «вольным», а он дурак ее не остановил. Верховный маг тихо вынес девушку, оборотни дернулись на встречу, но он остановил их.

– Я сам, – твердо сказал он. – И не закрывайте камеру с Барситосом, все в порядке, ему просто нужно отдохнуть. Прижимая Киру бережно к себе, он вышел в коридор, затем в кабинет и оттуда домой. Дома не спали все, ждали вестей. Тагир вначале отнес девушку в ее комнату и уложил в постель. Снял обувь, провел пальцами по платью оно превратилось в красивую кружевную сорочку, но потом, подумав вернул все обратно, вдруг Кира не так поймет и напридумывает себе чего-нибудь. Он прикрыл ее теплым пледом и вышел.

Семейство обнаружилось в гостиной. Азаэрта поднялась с кресла увидев входящего сына.

– Все в порядке, мамэ, – тепло сказал он. –Твоя техери спит. Я уложил ее на постель и накрыл. Барситос тоже, думаю, к утру с ним все будет в порядке. Как случилось, что она вошла в камеру? – обратился он к отарэ.

– Сам не понимаю. Барс никому не позволял подойти, боялся, что его зверь от боли будет неуправляемым. Потребовал закрыть его в камере. Пока все спорили, появилась Кира, сунула Анрэ какую-то корзинку и, войдя в камеру, закрыла за собой задвижку на двери. А потом, повернувшись к окошку, приложила палец к губам. Затем подошла к оборотню, лежавшему на соломе, и начала гладить по голове и что-то шептать на ухо, слышно было только «Барсик», так она ласково называла его. Потом она резко выдернула кинжал, и Барситос в прыжке сумел обернулся. Огромный барс кинулся к техери, но остановился и лизнул ее в щеку. Потом положил на колени свою голову, – мужчина вздохнул. – Прости, тахер, моя вина, не уследил, – устало сказал он.

–Нет вина на мне, – ответил отцу старший сын, я виноват, что Кира вернулась одна. С меня и спрос.

–А почему она вернулась одна, – заинтересованно спросил младший.

Тагир тяжело вздохнул.

–Пойдем надо поговорить, –ответил старший и, поцеловав в щеку мамэ, выше из комнаты. В кабинете отца он разлил темное рубиновое вино по бокалам и рассматривая напиток на свет поинтересовался у Анрэ:

– А ты в курсе, что твоя сатара понимает эльфийский.

–Да-а-а, – передразнивая старшего протянул брат. – Вполне возможно, она в универе входит в тройку лучших. И что в этом плохого.

– Плохое в том, что в гостях у Лаврюши оказались его кузины, – с раздражением ответил старший.

–Ииии, – многозначительно протянул младший.

– И она услышала много такого, чего ей не нужно было слышать, -вздохнул старший, – а потом поинтересовалась у Ариэль, что значит «веселикури», – и он сделал судорожный глоток из бокала. – А еще неизвестно сколько и чего себе надумала, – задумчиво продолжил он.

– Знаешь, я сегодня был в универе, отслеживал ситуацию. Так вот, туда звонили родители Киры и интересовались, почему не звонит их дочь. Дескать они переживают и просят приехать. Я как дурак распереживался и помчался к ним. Дверь открыла ее сестра – весьма беременная – и сказала. что родители на даче. Я туда, -младший как-то задумался.

–И, –Тагир сам не узнал свой голос.

– Знаешь, даже в самых страшных сказках про колдунов и ведьм такого не придумали. Ее старшая сестра Снежана беременна, и мать решила заставить Кирюшку записать ребенка на себя.

– И каким же образом? – поинтересовался брат.

– А тут, братик, все просто, дескать, не захочет же она, чтобы ее племянник, ну, или племянница выросли в детском доме. Снежаночка – красавица, ей надо жизнь устраивать, а младшей все равно ничего не светит. Правда институт придется бросить. А чтобы она ни смогла отказаться, ну так на всякий случай, они оформили Снежану по документам Киры. Так что беременной считается Кира Васнецова, студентка нашего универа. Понимаешь Тагир, у меня душа вся как будто сжалась в комок от этих слов. Даже не подошел к ним. Они ведь не видели меня, сидели на диванчике в саду на даче и решали судьбу младшей дочери, как чужой. Страшно, когда тебя придают родные люди. Она ведь для меня сестренка младшая, которую хочется защищать. И для мамы как дочь. Теперь у нее, кроме нас, никого нет. Еще только тетка, кажется, сестра отца.

–Тагир, – младший брат смотрел в глаза старшего с затаенной мольбой. – Поговори с Кирой как старший сатар, как брат.

– Нет. Я не могу, она не моя сатара.

– Почему? Потому что твоя мать погибла вместе с твоей не родившейся сестрой? Но Кира в этом не виновата. Ведь наша мамэ любит тебя, как родного, почему ты не хочешь полюбить нашу сатару? – в голосе Ревы появились гневные нотки.

– Она не может быть моей сатарой, потому что она моя агарэ, – голос Тагира звучал устало. – Помнишь, при первой встречи я спросил о фрезиях, больше всего я ценил свободу, даже мысль о навязанном браке мне была противна. Я не знаю как быть, за эти три месяца я передумал всякое. Я не хочу быть игрушкой в женских руках, не хочу жалости, а как добиться ее любви не знаю. Ее слишком много предавали, друзья, родные. Вы приняли в свой род, хорошо Серебряный вмешался.

– Почему ты мне раньше не сказал?– младший положил руку на плечо старшему, как обычно это делал старший, желая поддержать младшего.

– Почему? Ты же знаешь Анрэ, мне никогда не приходилось ни о чем просить женщин, они сами просились в мою постель и теперь, когда появилась единственная и желанная, я не знаю, как быть. Она сторонится меня. Я ей неприятен. Сердцу, брат, не прикажешь. Ты должен пообещать мне, что не скажешь ей об этом. Младший согласно кивнул. И они, обнявшись, пошли спать. Поворачивая в свою комнату старший бросил. – А ребенка у старшей дочери Васнецовых не будет, – тихо, словно сожалея, сказал он.

Следующий день начался с завтрака и косых взглядов Киры в сторону Тагира. Еще до завтрака появились три небезызвестных оборотня с целой корзиной спелой земляники. Они с восторгом смотрели на принцессу, так теперь они называли девушку, от чего та еще больше смущалась. После завтрака состоялся разговор Верховного мага с Барситосом. Оборотень в нескольких словах рассказал, как поссорился со своей парой, так как она хотела, что бы с ней считались, хотела учиться, а он указал ей, что место женщины в стае рожать и воспитывать детей, а так же выполнять все прихоти и желания мужа. Она обиделась и ушла. – Я думал, пройдет ночь, она успокоиться и мы поговорим, но утром ее сестра передала мне записку, что она освобождает меня от данных обязательств и уходит к «вольным». Я даже не искал ее, болван, благодаря Кире я понял, что в любовь может быть только на равных. Мужчина должен отдавать больше, потому что он сильней. Он помолчал, а потом добавил:

– Каждый из оборотней мечтает, что твоя агарэ обратит внимание на него. Если бы Князь Серебряных не взял с нас клятву на крови, что мы признаем в принцессе сестру, мы бы уже давно устроили брачный поединок, и ей пришлось бы сделать выбор. Не подумай, что пугаю, просто предупреждаю. А обидишь, не посмотрю, что она твоя суженая, увезу, и больше не найдешь. И положил свои руки на плечи Верховного, Тагир не задумываясь, сделал тоже самое. Вокруг образовалось золотистое свечение, клятва верности и дружбы была принята. А после обеда…

Глава 6. От проблем можно уйти, только решив их

И снова Кира оказалась с Ревой в ее бывшей комнате. Прошло три месяца, но, как и говорил Андрей, они оказались в той самой точке времени, откуда он ее забрал. Но Кире не было больно, ей было хорошо и спокойно. Во дворе их ждали Тагир и Лавриэль. Девушка оглядела их и слегка смутилась. То что она влюбилась в Старшего из рода Рохан она поняла давно, но если бы это было не так, она бы влюбилась снова. Темно-серые джинсы, на тон светлее футболка и кроссовки. Футболка облегает мускулистый, но не накаченный стероидами торс, косы нет, темные волосы собраны в хвост, завязанный кожаным шнурком. Кира не удержалась и провела рукой по спине Верховного. Нет, коса была на месте. Тагир улыбнулся, глядя на ее смущение, а девушка смутилась еще больше.