Безнадзорный. Сломанный компас

I

V

– Ох, башка… Брр, холодно.

Аргент очнулся, лёжа на полу. Он попытался оглядеться, но было слишком темно. Через несколько минут он встал, а глаза привыкли к темноте. Обширная комната со стеллажами. На полках ничего нет, все пустые и покрыты толстым слоем пыли. Небольшие узкие окна у самого потолка с трёх сторон – единственные источники света.

‘Не думал, что загробный мир выглядит, как заброшенный склад. Или я ещё жив. А, точно, он ведь что-то говорил про Тима. Что он не принимает отбеливатель и скоро станет бешенным. И меня убьёт бешеный. Походу и в правду живой. Стоп, это что, рюкзак? ’

Рядом с местом, где очнулся Аргент (у стены, противоположной от входа) лежал его рюкзак. Он открыл его и удивился найденному. Тут был и ноутбук, и пистолет. Он проверил карман – там лежал телефон.

‘Ничего не понимаю. Кто в здравом уме будет оставлять заложнику средство связи? Или компас так уверен в том, что мне не спастись? Или то моё предположение, что тот мужик не хочет меня убивать, правда, и теперь он даёт мне всевозможные пути для побега? Да посрать в общем то. Главное свалить отсюда. ’

Аргент включил телефон. На экране блокировки показывалось 3 часа ночи того же дня. Открыл карты, но связи не было, gps тоже не работал.

‘Глушат, суки. Ну это не проблема. Оцени, что написал на прошлой неделе. Сделал на случай, если потребуется срочно маячок, чтобы мог подкинуть телефон и после посмотреть все передвижения. Он записывает всё моё передвижение и создаёт из этого с помощью карт полный маршрут моих передвижений. Скажешь, что такое уже есть? Во-первых, небезопасно, а тут я подзапарился над этим вопросом, чтоб без моего пароля ничего не открылось. Да и вообще, гораздо спокойней и лучше, когда всё сделано своими руками – не ждёшь какой-то подставы. ’

След из перемещения закончился рядом с маленьким зданием. Посмотреть, что это за здание, нельзя без интернета, но в этом и не было необходимости. Ясно, что Аргент находится именно в нём, как раз напоминает типичный склад. Также это было в зоне оффлайн карт, то есть довольно близко к населённой местности.

‘Нужно только выбраться к этим дачным домикам, и я спасён. Если компас не забрал у меня ничего, то может и охрану не оставил? Посмотрим. Пистолет то я как минимум переложу в карман, с ним поспокойней. ’

Он кинул рюкзак на спину и пошёл к выходу из комнаты. Напротив него, за стеллажами, была двойная дверь. Когда Аргент уже собирался её открыть, он услышал, как за дверью кто-то ходит и хрипит. Аргент замер и слушал. Можно сказать, что из-за страха, а можно, что из-за предосторожности. Оба предположения будут правильным. Он достал пистолет из кармана и взял его в две руки.

Шаги прекратились, а дыхание Аргента всё больше сбивалось от страха. Судя по звуку, человек был где-то левее, относительно Аргента. Но у него не было плана здания, так что находится ли он в одном коридоре с выходом непонятно. Может это вообще две разных комнаты. Эта неясность только прибавляла страха. Слишком много неизвестных перемен.

‘Да уж, за компьютером мне гораздо спокойней, когда вся игра происходит в том мире, что ты понимаешь. Когда тебе понятны алгоритмы, по которым работает игра. И лишь небольшое число процентов, что является импровизацией в игре – за частую иллюзия. Пусть я и думал, что могу в импровизацию, но всегда старался действовать как можно ближе к составленному мною заранее плану. Плану, который был создан с учётом всех развитий событий и с заметками о универсальных методах решения вопроса, если он не предусмотрен в плане. Как это было с той девушкой в офисе, которую я запугал вчера. Но сейчас. Сейчас всё вовсе не по плану, и универсальных способов решения подобных вопросов я не знаю. Более того, где-то здесь должен быть Тим. И если он действительно здесь, то я должен попытаться его спасти. Наверно, его также, как и меня, кинули в какую-нибудь комнату склада и оставили там лежать. Но ему нужен отбеливатель и срочно. С собой у меня нет, хоть я и принимал довольно давно. Моя метка на аномально низком уровне заражения, поэтому я принимаю отбеливать раз в несколько месяцев одну таблетку, и поэтому скрываюсь от больниц и прочих медицинских учреждений. Уж очень они мной интересуются. Чтоб ты понимал: самое длинный срок, который может протянуть самый везучий больной меткой без отбеливателя – две недели.

О чём я вообще думаю? У меня жизнь висит на волоске, а я вспоминаю про свои отношения с больницей. Глупо, да? Хотя, таким образом я могу отвлечься, что мне сейчас необходимо, а то я с ума сойду от страха. Хотя нет, лучше бояться. Это не тот случай, где можно расслабиться, здесь мне нужно всё внимание к окружению. Погнали. ’

Аргент начал потихоньку открывать дверь. Она не скрипела, и всё происходило тихо. За дверью был крестообразный коридор. Тут уже нормальные окна, так что видимость гораздо лучше. Белые стены, серый пол.

Аргент сразу поднял пистолет и развернулся к левому коридору. Последний раз, шаги были слышны оттуда. Перед ним стояла сложная задача. Он понимал, что если кого-то увидит, то мешкать нельзя – сразу стрелять. Иначе он труп. Но одновременно с этим – что, если это Тим? Или тот, кто вообще никак не замешан к этой ситуации и не знает о происходящем? Может Аргент и Тим вовсе не одни здесь заперты. Тогда получается, что нельзя стрелять без разбора. Но это ожидание даёт время врагу на атаку. Голова Аргента разрывалась на части, он никогда не бывал в таких ситуаций. Скажем так, «полевых».

Аргент, целясь на уровне своей головы, медленно шёл к центру коридора. Когда он подошёл к углу, то прислонил пистолет к себе и чуть наклонился. Он еле сдержался, чтоб не крикнуть, и резко вернулся обратно за стену.

В конце коридора стоит человек. Он повёрнут к двери в конце своего коридора, поэтому был повёрнут к Аргенту спиной. Весь его верх голый, на нём только джинсы и кроссовки. На спине куча царапин, от правого плеча до середины позвоночника было чёрное-чёрное пятно, как будто ожёг. Сам человек довольно непропорционален: правая рука намного больше, чем у обычного человека, но при этом сама кисть обычных размеров. Левая рука без изменений, как и ноги, но корпус широкий. Шею как будто вытянули вверх.

Настоящий бешеный.

Сгорбившись, это существо стояло перед дверью и хрипело. Аргент ещё раз заглянул за угол и стал всматриваться в него. Посмотрев внимательно на джинсы, он стал полностью уверен, что это Тим. Опёршись о стенку, он съехал на пол. Ему хотелось плакать. Скривив лицо, толи от злости, толи из-за обиды, он положил пистолет рядом с собой и закрыл трясущимися руками лицо.

‘Ему конец. Тима больше нет. Он просто умер. Вру, хуже. Превратился в бешеного. Он этого не заслужил. ’

Чуть успокоившись, Аргент выдохнул, взял пистолет и стал придумывать план побега. Из своего положения он хорошо видел правый коридор. Там ясно видео лестницу.

‘Я сейчас явно не на первом этаже, судя по виду из окна – на третьем. Сейчас я должен тихо пройти к лестнице и спуститься на первый этаж. Найти там выход, если понадобиться – создать его. Разбить окно или ещё что. Главная опасность в нём. Если он так свободно здесь разгуливает, то скорее всего компас не оставили своих людей, по крайней мере, у меня есть причина так думать. Всё, поехали. Раз, два, три! ’

Аргент встал с пола и, как можно тише, побежал к лестнице, не забывая оглядываться. Бешеный не менял своего положения, стоял, как и раньше. Засмотревшись на него, Аргент не заметил бутылку, лежащую на ступеньке в горизонтальном положении. Он поскользнулся и скатился с лестницы на второй этаж. Пистолет выпал из рук и проскользил куда-то в даль по коридору второго этажа.

Бешеный, громко крича и рыча, побежал к источнику звука. Аргент в панике встал с пола и побежал к пистолету. В его глазах начали играть все цвета, голова стала тяжёлой и появилось чувство, что она качается, как маятник. Упав на четвереньки, он продолжил приближаться к пистолету. Когда он схватил его, бешеный уже стоял прямо над ним. Взяв его своей гигантской рукой, он швырнул свою жертву прямо в стену, как резиновый мяч. Хоть Аргент и наклонил голову, что спасло его от того, чтобы разбить её и потерять сознание, удар был такой силы, что он упал плашмя на пол. Лихорадочно продолжая держать пистолет в руке, он чуть приподнялся на один бок, чувствуя боль при каждом движении, и направил пистолет в сторону бешенного. Тот уже подбегал.

В воздухе пронёсся выстрел. Пуля попала в плечо со стороны большой руки. Бешеный остановился и закричал нечеловеческим голосом. Как зверь. Аргент же не справился с отдачей и пистолет выпал из его руки. Он действительно плохо стрелял. Он потянул руку в сторону пистолета, но тут его тело напомнило о стене, об которую его ударили, и он скрутился калачиком на боку. Бешеный же в ярости приближался к нему. За секунду до того, как бешеный потянул свою руку к Аргенту, он превозмог боль, понимая, что сейчас его убьют, схватил пистолет и, не думая, выстрелил прямо в голову бешенному, которая в этот момент висела прямо над ним. Аргент тяжело дышал и его рот был широко открыт. На этот раз он справился с отдачей и пистолет остался в его руке. Кровь из пробитой головы бешенного полилась Аргенту прямо в рот. Её было очень много. Он плевался и попытался отвернуться, но тут же его накрыла неимоверная боль: труп бешенного упал прямо на него, что его отбитому телу не понравилось. Весь в крови, Аргент, стиснув зубы, пытался поднять тело, но у него не получалось.

Пролежав так около пяти минут, дождавшись, когда боль хоть немного утихнет, он смог выползти из-под трупа. Приподняв корпус с помощью рук, Аргент смог сесть. Болела вся спина, от чего было очень тяжело двигаться. С неимоверным трудом, у него получилось встать с первого раза. Уж очень ему не хотелось падать. Ещё перед тем, как вставать, он убрал пистолет в карман.

‘Хоть и от удара ноутбук наверняка сломался, рюкзак мне ещё пригодится, да и оставлять здесь чтобы то ни было нельзя. ’

С постоянными резкими вдохами, вызываемые каждым его шагом, Аргент вернулся к лестнице и спустился на первый этаж. Это был большой коридор: не крестовой, как два предыдущих, а один – от края до края. По бокам стояли диваны, журнальные столики. Всё, конечно, в пыли, так как здание заброшено. В самом конце стояла двойная дверь на выход. Дойдя до них, Аргент потянул за ручку двери, но та не поддалась. Недолго думая, Аргент прицелился в рядом стоящее двойное окно и сделал два выстрела. Дулом поразбивав мешающиеся ему куски стекла, он вылез из здания и оказался на улице.

Вокруг пустота, за исключением небольшой игровой площадки. Впереди дачные домики. В некоторых из них горел свет. Это было понятно, потому что в таких местах лампы не ставят, но, тем не менее, там светло. Единственными источниками света мог быть внутренний двор и окна этих домов. Аргент подошёл к площадке и сел на край песочницы.

Только сейчас он понял, что произошло. Всё это время его движения и действия, начиная с момента падения, были сделаны автоматически. Он чувствовал себя как зритель, не верил, что всё, что происходит – реально.

‘Наверное, этот автомат называется «инстинкт самосохранения». Я бессознательно выстрелил. Я убил своего бывшего друга. Хотя, это же бешенный. Уже не человек, не Тим. А может это оправдание? Может его ещё можно было спасти? Вряд ли, да. Я впервые видел настоящего бешеного. Его тело очень сильно изменилось. Не думаю, что такое обратимо. Но даже если бы была одна сотая процента вероятность того, что ему можно было помочь и можно было спасти, я должен был его спасти, а не убивать! Я убил его, убил. Выстрелил прямо в голову. Его кровь у меня во рту, на лице, на одежде. Как мы к такому пришли?

Всё, хорош, я успокоился, давай трезво смотреть на вещи. Конечно, я бы его не спас, потому что для этого нужно было бы его нейтрализовать, а я бы не смог. У меня нет никаких физических параметров, а тут бешеного уложить. С таким заданием не каждый подготовленный человек справится, тем более я. Поэтому мне оставалось спасать свою жизнь, что я и сделал. Нельзя сдаваться. Никогда нельзя сдаваться. Я должен как-то отомстить компасу, устроить им ад. Я должен на них что-нибудь найти и засадить нахрен каждого!

Да, я говорил, что там есть и хорошие люди, с ними что-нибудь придумаем. Но их главные и остальные должны страдать в тюряге и на допросах. Только вот один нюанс: у компаса есть на меня досье. И пусть мои взломы они доказать не могут, но конкретно взлом таможни и кражу в Dascom они смогут доказать. Было бы неплохо как-то это вынуть, а потом их заложить. Должен быть способ. Но для начала надо добраться до дома. И как я это сделаю в кровавой одежде? ‘

Аргент снял кофту и майку. Майкой Аргент вытер всё тело и лицо. На джинсах не было крови, туда ничего не попало. С голым верхом, убрав снятую одежду в рюкзак, Аргент пошёл к автобусной остановке прямо в таком виде.

– А почему нет? Мне тип жарко. Да и вообще – я подросток, для меня нормально, что я всякой хренью занимаюсь.

Аргент шёл мимо домов по разломанному асфальту. Ему нужно было пройти до ближайшего метро. Пока он шёл, вернулась связь (заработал телефон), и получилось составить маршрут до дома.

‘Похоже, что сигнал не глушили. Или всё-таки кто-то следил за всем этим? Мне было не до того, чтобы рассматривать стены и потолок на наличие камер, может и в правду всё было, как сказал тот хрен. «Устроим шоу!» Неужели мне дадут вернуться домой? Или меня там поджидают? Чего гадать, вернусь и узнаю. Кроме телефона, у меня нет никаких инструментов, всё равно придётся вернуться. Да и поесть. Вроде лапша оставалась. Не, серьёзно, чего ты так напрягся? Если меня караулят у дома и всё происходящее на складе им известно, то придётся действовать по обстоятельствам. Если они не в курсе и слишком расслабились, что, кстати, вполне реально, тогда зашибись. На конкретно тот случай, что меня кто-то поджидает дома, тоже есть план. Сейчас увидишь. И напомни купить что-нибудь попить перед тем, как окажусь на своей улице. По-моему, у меня там ничего нет, надо хотя бы чай взять. ’

Через сорок минут Аргент вышел из метро на своей станции. Он открыл на телефоне видеонаблюдение за своей квартирой. Там никого не было, но обстановка поменялась. Компьютер во включенном состоянии, хоть Аргент его и выключал. Это говорило только об одном.

– Опять обновление системы без разрешения запускается, ну твою то мать, ну я ж выключал это говно!

Заскочив в продуктовый и купив чай, Аргент зашёл в дом. В подъезде никого не было, на лестнице тоже. Каких-то новых камер он не заметил, а защиту этих камер он сделал сам, поэтому не боялся, что компас их возьмёт. Аргент зашёл в квартиру и первым делом отнёс кровавую одежду в стирку. Он понимал, что кровь не отстирывается, но решил хоть немного её убавить. Поев, он лёг в кровать. Устал.

– Как-то хреново я себя чувствую. Лапшой что ли траванулся?

V

Проснувшись, Аргент почувствовал неописуемый голод.

– Офигеть, у меня из еды то ничего и нет. В окно солнце бьёт, сколько я спал?

Аргент взял телефон и потянул за шторку уведомлений.

‘Куча непрочитанных сообщений и писем, пропущенные звонки. Время ж только 12, когда они столько успели? Нет, когда я просыпаюсь, то как правило действительно много уведомлений, но в этот раз перебор какой-то.

В душ что ли сходить. ’

После душа Аргент обнаружил, что ему звонят. Он нехотя ответил на телефон. Просматривая в своей голове картинку той ночи, ему не очень хотелось с кем-то сейчас разговаривать.

– Алё, Чиполлино? Ты чего, я ж сказал, что сегодня вечером всё отправлю.

‘Не спрашивай, почему я назвал его Чиполлино, это кличка. Мы с ним работаем вместе. Ну в смысле официальная работа. Я ему помогаю с работой в офисе, а он делится со мной своей зарплатой, официально – я его подручный. Мне же нужна какая-то официальная работа, чтобы не привлекать внимания. И из дома выходить не надо. Деньги небольшие, но заработок у меня всё равно другой, так что неважно. Конечно, Чиполлино ни о чём не знает. Думает, что я боюсь выбираться на улицу. Мне оно и к лучшему. Вот только чо он сейчас то пристал? Я обещал выслать ему письма с отсортированными выплатами его клиента сегодня в шесть вечера. Сейчас пол 13. ’

– Какой сегодня, Аргент, ты сдурел что ли? Я уж было ментам звонить собирался, потому что ты не отвечал.

– Я спал.

– Пять дней ты спал?! Не заливай, самая тупая отмазка, которую я когда-либо слышал. Мне из-за тебя пришлось эти списки делать буквально за ночь, я вообще не спал.

Желание прилечь ещё поспать ушло окончательно. Аргент открыл календарь на телефоне – 11 апреля.

– О-хре-неть, – непроизвольно, он произнёс это по слогам и довольно громко.

– Погоди, Аргент, ты чего, не врёшь? – злоба за бессонную ночь сменилась беспокойством за своего товарища, – Аргент, алё, что ты делал эти пять дней, которые я не мог дозвониться?

– Спал, – ответ прозвучал отсутствующим голосом.

– Бред какой-то.

– Вот и я так думаю

– Напился до беспамятства?

– Я не пью.

– Да, да, помню. А как тогда это произошло? Человек не может спать пять суток, это ненормально. Тебе точно надо к врачу…

– Так, стоять, – на этом моменте Аргент вернулся с небес на землю, услышав слово «больница» или что-то с ним связанное. Это его триггер, – Не надо никаких больниц, я сам со всем разберусь, не ссы. Никому об этом не говори пожалуйста, окей?

‘Только сейчас я понял, как опасно делиться подобной информацией. Меня ж упекут куда-нибудь и надолго. С Чиполлино ещё куда ни шло, тут как бы я не был в курсе, но больше никому нельзя говорить об этом. ’

– Ладно, ладно, но постарайся больше так не пропадать. Я помню, что ты в школе часто… Ну, скажем так, уходил в себя. Но ты делал перед этим всё, чтобы было понятно, что ты не помер где-то в канаве и что ты не хочешь ни с кем говорить. В этот раз всё было по-другому, с тобой на самом деле что-то случилось.

– Чиполлино, угомонись, – Аргент уже хотел повысить тон, но тут же одумался. ‘Почему я должен срываться на хорошего человека, который за меня волнуется, из-за плохого настроения? ’ – Спасибо за заботу и прочее, но я сам разберусь, договорились?

– Хорошо. Я пришлю работу завтра вечером. Сейчас тебе явно нужно время разобраться. Бывай.

Чиполлино положил трубку.

– И какого хрена?

Вопрос был риторическим. Аргент открыл на телефоне журнал по трафику – все эти 5 дней его уходило совсем немного и лишь в фоне. Проверил на компьютере логи программ (даты запуска) – тоже самое. То есть вариант, что он не помнит, как провёл это время, отпадает. Этот промежуток времени Аргент находился в отключке. Тут он вспомнил о компасе.

‘Точно, нужно найти их слабое место. С чего бы начать. Мне даже зацепиться не за что. Та почта, которую я взламывал для Тима, ничего полезного не дала, все письма были зашифрованы, а сам ящик уже наверно почистили и сдали в утиль…

Кстати о Тиме. Мне ведь в рот попала его кровь. Кровь бешенного. Может ли это быть причиной моей «спячки»? ’

Аргент посмотрел, можно ли заразиться при попадании крови бешенного в рот, и выяснилось, что в таком случае независимо от твоего состояния (болеешь или нет, на какой стадии) ты или умираешь, или становишься бешенным. Молниеносно начинаются мутации.

‘И почему же тогда со мной всё нормально? У меня как раньше пятна не было, так и сейчас. Раздражимости повышенной тоже нет, всё, как всегда. Но перед тем, как я лёг спать, чувствовал себя плохо. Может так было и с момента, когда я только вышел из того здания, просто не сразу это заметил. На фоне того, как у меня всё тело болело… ’

Аргент резко встал и стал осматривать всё тело. Воспоминание о том, что Тим как следует его избил, привело к пониманию, что за несколько дней такие синяки зажить не могли. Более того, когда он вернулся домой, то не думал об этом, так как голова была забита другим, но уже тогда чувства боли не было. Аргент спокойно ходил по квартире, поел и лёг в кровать. Ещё тогда все раны пропали.

Поиски Аргента всё только подтвердили – ни одного синяка, ни одной раны. Рёбра целы. Он в идеальном состоянии.

‘Это всё, конечно, странно, но позже с этим разберусь. Не сдох и хорошо.

А начать можно с той таможни. Ведь мой вирус по-прежнему там, а значит, я могу получить к нему доступ. Я отдал им ключ, но этот ключ от дубликата вируса. Мне же ничего не мешало научить вирус создавать свою копию с урезанными правами и заданным мною заранее ключом? Вот такой дубликат у компаса, а мой умеет гораздо больше. Честно говоря, идей, как мне это поможет, нет, но других зацепок не имею. Хотя, что на счёт квартиры Тима? Взломать всех его друзей, семью, узнать всё, что им о нём известно. Может найду какое-то место, которое окажется пунктом компаса, ну к примеру. И ещё надо проверить, что произошло за то время, что я спал. ’

Аргент посмотрел все новости, но вместо ответов получил вопросы. Из-за услышанных выстрелов, местные жители тут же позвонили копам. Когда те подъехали к месту, здание взлетело в воздух. Его взорвали. Ситуацию усложнил тот факт, что камеры не работали в этом районе уже больше двух недель из-за какого-то сбоя.

‘Поэтому они туда меня и повезли – мало того, что слепая зона, так ещё и людей мало. А здание вообще заминировали. Значит, они всё-таки были где-то рядом, но отпустили меня. Или взорвали здание дистанционно, когда туда приехала полиция? Но как, если там ни черта не ловило сигнал. А может они и глушили сигнал, а к приезду копов всё вырубили и провели взрыв? Слишком много вариантов, пока отложим. ’

Также есть новость о пропаже Тима, заявление в полицию дали его друзья.

‘Надо думать, полиция и ко мне заявится, чтобы найти Тима. Кроме тех вещей с его кровью, которые я швырнул растворяться в кислоту, мне бояться нечего, у них на меня ничего нет.

Да, у меня дома кислота. Экспериментирую с разными способами физического уничтожения, так как периодически надо чистить жёсткие диски, карты памяти и прочее. ’

Без каких-либо проблем Аргент подключился к серверу таможни. После посмотрел все запросы, которые посылал компас вирусу дубликату. Все запрошенные ими номера принадлежат одной продуктовой сети, их магазины называются «Рядом». А сами автомобили – Грузовики с товаром для магазинов.

Раскапывая информацию, Аргент обнаружил, что именно магазины «Рядом» были во всех местах проведения уличных забастовок против власти.

‘Хоть по документам всё и чисто, но скорее всего эта компания или принадлежит компасу, или с ним сотрудничает. Хотя если так, то зачем компас на протяжении пяти дней пробивает именно этим машины? Какой им смысл? Они очень хотели получить доступ к таможне, и ради чего? Ради какого-то магазина? Должен же быть повод. Допустим, что вся информация о магазине им известна, тогда с чего вдруг начать её проверять? Недоверие к партнёру? А чем оно вызвано? Если магазины как-то помогают с забастовками, то им должна быть от этого какая-то выгода. Компас им платит? Хотят проверить, уходят ли их деньги на то, на что они их выдали? Так как с такой проверкой могут помочь ГРЁБАНЫЕ ГРУЗОВИКИ, ПРИЕЗЖАЮЩИЕ В ГОРОД?! Дурдом какой-то. Хотя погоди, что из этих записей можно узнать интересного для них? Дату приезда грузовика? Так судя времени прибытия, они ездят по расписанию, которое спокойно можно составить, наблюдая со стороны, это глупо. Что ещё указано в записях? ’

Аргент посмотрел сведения о грузовиках: личность водителя, перевозимый груз и т.д.