Лекарство от смерти

Нейросеть Kandinsky Оформление обложки

© Алекса Светлова, 2024

ISBN 978-5-0064-7014-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

переживало не лучшие времена. Поместье Блэкморов, некогда процветающее, теперь находилось в упадке. Эдриан, его владелец, обращался за помощью к своим друзьям, но аристократы лишь смеялись над его бедственным положением. Восточное Плато

Луиза, жена Эдриана, втайне от мужа, решила обратиться за помощью к своим родителям. Её отец, Джон Лаверье, занимался перевозкой грузов, и его поместье процветало. Он предложил Эдриану присоединиться к нему, но тот отказался.

Узнав об отказе мужа, Луиза расстроилась ещё больше. Она не представляла, как будет растить детей в такой ситуации. Упрямство Эдриана не оставляло ей другого выбора, кроме как обратиться к Камилле, своей старшей сестре.

Камилла, старшая сестра Луизы, во всём превосходила её. Она видела в своей младшей сестре неудачницу. После рассказа о проблемах на обеде Камилла высмеяла Эдриана, но потом пообещала подумать над предложением.

Через три дня Камилла приехала в поместье Блэкмор. Луиза встретила её, застигнутая врасплох. Слуги суетились, накрывая на стол.

– Кто же так встречает гостей?

«Не могла предупредить?» – спросила Луиза.

– Луиза, после твоего визита я не могла остаться в стороне. Я решу твою проблему. Знакомься, это Эрнест.

– Камилла много рассказывала мне о вас и ваших очаровательных дочерях. У меня есть сын, которому сейчас 11 лет. Я бы хотел предложить вам заключить союз и поженить наших детей, когда ваши дочери достигнут совершеннолетия. Это вернёт вашему поместью былое величие.

– В день восемнадцатилетия одной из ваших дочерей я приду за ней.

– У меня есть две близняшки – Анна и Хельга. Какую из них вы видите рядом с вашим сыном?

– Для начала мне бы хотелось их увидеть. Луиза провела гостя в комнату девочек. Эрнест закрыл дверь перед лицом Луизы и прошёл в комнату. Мягкий свет освещал спящих малышек. Господин Стерлинг подошёл к каждой из них, вглядываясь в их спящие лица. Одной из близняшек он надел на руку зачарованный браслет, который имел свойство увеличиваться вместе с ростом девочки.

– Я узнаю свою невесту по этому браслету. В день её совершеннолетия я приду за ней. Эрнест вышел из комнаты, а Луиза проводила гостя в обеденную.

– Совсем забыл, моего сына зовут Тристан. Он особенный мальчик, не пугайтесь, он очень чувствителен к свету. Надеюсь, вы не обидитесь на меня за это.

Малышки росли в достатке, и их родители, Луиза и Эдриан, не могли нарадоваться. Дела Эдриана шли в гору, и дом Блэкморов был полон гостей.

Луиза готовила Хельгу к замужеству, рассказывая о помолвке с Тристаном. В отличие от Анны, Хельге не предоставили выбора в этом вопросе. Хельга была скромной девочкой, словно поцелованной луной: её волосы отливали серебром.

Луиза очень переживала за свою дочь. Когда-то давно, когда она была беременна близняшками, ей нагадала одна старуха, что одну из близняшек поцелует луна, но она не доживет до совершеннолетия.

Убитая горем, Луиза решилась на отчаянный шаг, надеясь изменить судьбу Хельги, выдав её замуж. Больше всего на свете она боялась потерять дочь. Помня слова Эрнеста, госпожа Блэкмор осознавала, что может лишиться всего, ведь они не смогут выплатить неустойку.

Взяв себя в руки, Луиза вошла в кабинет, где Эдриан, её супруг, сидел за столом, перебирая бумаги.

– Скоро совершеннолетие девочек, и им нужны наряды. Я отправила помощницу к мадам Помпадур. У неё самые лучшие ткани, а её наряды – просто загляденье.

– Знаю, я не с того начала. Вдруг предсказание сбудется, и Хельга погибнет? Мы не сможем выплатить неустойку, и помолвка будет расторгнута.

Луиза начала причитать, всхлипывая.

– Если Хельге суждено умереть, мы представим как невесту Анну. Они похожи, и браслет Анна наденет на свою руку. Никто не отличит подмену.

Эдриан, нахмурившись, посмотрел на неё.

– Ты в своём уме? У Хельги в волосах серебро, а у Анны нет ни одной серебряной прядки.

– Я напишу письмо своей сестре Камилле, она, надеюсь, сможет исправить мою ошибку. Луиза взяла пергамент и начала писать, время от времени окуная перо в чернила.

«Камилла, прошу тебя о помощи, снова свяжись с господином Стерлингом. Мне нагадала гадалка ещё до рождения близняшек, что Хельга не доживёт до совершеннолетия. Если мы расторгнем помолвку, то не сможем выплатить неустойку».

Луиза плакала, и слёзы капали на пергамент. Не высохшие чернила превращались в кляксу. Успокоившись, Луиза переписала письмо и отправила его с голубем. Задерживаться было нельзя, почтальон доставит письмо не быстро, а время идёт на минуты.

Вечером голубь вернулся с ответом.

«Луиза, я связалась с Эрнестом. Он опечален новостью, но помолвку расторгать не будет. Он ещё не говорил сыну имя невесты, но согласен на Анну. Он сам был в похожем положении, и Тристан, его единственный сын, Стерлинг готов пойти на уступки. Твоя сестра Камилла».

– Анна, иди сюда, есть разговор. Девушка вышла из своей комнаты, её волосы были растрепаны, а помятое платье придавало ей неряшливый вид.

– Посмотри, на кого ты похожа, Анна, – сказала ей мать. – Ты станешь невестой Тристана.

– А как же Хельга? Что это за игры такие?

– У Хельги же совсем другая судьба. Тристан прибудет на ваше совершеннолетие со своим отцом, и тебе следует надеть браслет Хельги.

– Ты издеваешься? Мы так не договаривались. Хельга должна выйти замуж, а у меня другие планы на жизнь. Возможно, я не хочу выходить замуж по расчёту.

– Уверена, Тристан тебе понравится. Только не задавай неловких вопросов.

– Что с ним не так? В чём подвох? Только не говори, что он старый и лысый, – Анна скривилась, показывая свою неприязнь.

Тристан – молодой человек, ему скоро исполнится 29 лет. У него есть необычная болезнь – повышенная чувствительность к свету, и длительное пребывание на солнце может вызвать ожоги.

Анна стояла, открыв рот, не зная, что сказать. Ей не хотелось обижать молодого господина. Прежде чем произнести что-либо, она всегда старалась поставить себя на его место.

– Анна, прошу, будь с ним помягче, – обратилась к ней мать. – Тристан впервые посетит наше поместье, и не стоит смущать молодого господина.

– Я не могу сидеть взаперти, как Хельга, – возразила Анна. – Мне нужна свобода, иначе я зачахну.

– Аннушка, ты познакомишься с Тристаном поближе и тогда решишь, стоит ли делать поспешные выводы. Может быть, он тебе понравится. Я знаю, ты мечтаешь выйти замуж по любви.

Семнадцать лет назад мы согласились выдать одну из вас за сына Эрнеста Стерлинга. Если помолвка будет расторгнута, нам придётся выплатить неустойку, и поместье может разориться, а этого не хотелось бы. Перед таким важным днём не стоит портить настроение.

– Возьми Хельгу, – сказала мать, – вас ждёт мадам Помпадур, чтобы примерить платья.

Анна постучала в дверь, но никто не ответил. После третьего стука она вошла в комнату, где царил свежий воздух, а шторы колыхал лёгкий ветерок. Хельга никогда не оставляла окна открытыми.

Анна почувствовала тревогу, она больше не ощущала присутствия сестры. Выбежав из комнаты, девушка споткнулась о ступеньку, запутавшись в платье, и кубарем полетела вниз. Ушибленные руки саднили, она закрыла лицо руками во время падения. Её не покидало предчувствие беды.

Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в фиолетовый цвет. Анна бежала по саду, прислушиваясь к своему внутреннему голосу. Невидимая нить вела её к колодцу. Августовский вечер становился всё холоднее, и Анна поёжилась. От колодца веяло холодом. Плохое предчувствие не покидало её.

Анна приблизилась к колодцу и, наклонившись, заглянула внутрь. В воде, словно на ладони, плавало тело Хельги, её безжизненные глаза были устремлены на дно.

Анна закрыла рот рукой, пытаясь сдержать крик. Она была парализована ужасом и не могла сдвинуться с места, её тело словно налилось свинцом. В воде колыхались серебряные пряди сестры.

Вдруг Анна почувствовала, что снова может двигаться, и, не раздумывая, бросилась бежать. Вбежав в холл, она упала на пол. Перед её глазами сверкнули чьи-то зелёные туфли, и, подняв голову, она увидела мадам Помпадур.

– Анна, что случилось? «Я ждала вас с Хельгой», – произнесла Помпадур, протягивая руку, чтобы помочь Анне подняться. На её бледном лице застыла маска ужаса.

– Талия, мы всегда рады гостям. Разве девочки не должны быть у тебя в лавке? Анна, что так тебя напугало?

В колодце была Хельга. Анна, охваченная плачем, дрожала от страха. Луиза проводила дочь в её комнату, а сама осталась стоять посреди холла с платьями в руках. «Талия, оставь одно платье, пусть Анна его примерит. Как только пройдет шок, мне нужно идти», – сказала она.

Луиза вышла в сад. Садовник только что вытащил тело дочери из колодца. Хельга лежала на траве, и её серебристые волосы мерцали в свете луны. Луиза закрыла глаза дочери, не в силах смотреть на неё.

Что она скажет гостям? День рождения превратился в похороны. На руке Хельги не было браслета. Вероятно, она сняла его перед тем, как прыгнуть в колодец. Луиза оплакивала свою дочь.

Наконец-то наступил долгожданный день совершеннолетия. Поместье было погружено в траур. Анна надела браслет своей покойной сестры, и чёрное траурное платье лишь подчёркивало её бледность. Со дня гибели Хельги Анна не спала ни минуты.

Гости выражали свои соболезнования. Камилла пыталась утешить сестру, а Луиза плакала, уткнувшись лицом в плечо Анны. Гости подходили к гробу, чтобы проститься с Хельгой. Фамильный склеп на солнечном кладбище распахнул свои двери, чтобы принять новую душу.

Глава 2

В дверь постучали, и Луиза, облачённая в траур, открыла её. На пороге стоял Тристан – высокий молодой человек с тёмными короткими волосами, бледной кожей и серыми глазами, от которых веяло холодом. Луиза вздрогнула.

– Госпожа, я не хотел вас напугать. Я приглашён на совершеннолетие, меня зовут Тристан. К сожалению, мой отец приболел и не смог приехать, и, кажется, я не вовремя.

– Ну что вы, проходите! Торжество превратилось в траур, и я сейчас позову Анну. Анна, дорогая, подойди, познакомься с Тристаном.

– Вы так бледны, что случилось? – спросила Анна, не скрывая слёз. – Моя сестра-близнец умерла.

– Мне известна ваша боль. 10 лет назад я потерял близкого человека, и с тех пор мой отец не женился. Тристан прикоснувшись к слезинке Анны стер ее своими холодными руками. Анна тихо произнесла: «Вы, наверное, замерзли, проходите в дом, там теплее».

– Спасибо за заботу, но мне не холодно. Я редко бываю на солнце, поэтому и бледен. А что касается холодности кожи и проблем с кровообращением, вы привыкнете.

– Мама упоминала о вашей болезни, – Анна покраснела, её привлекала таинственность Тристана.

Молодой господин пришелся ей по вкусу. Её сердце учащенно билось, и ей казалось, что Тристан слышит его бешеный ритм.

– Прошу прощения за сложившуюся ситуацию. Мы проводим вашу сестру в последний путь, а после поминок вы переедете ко мне, и мы сыграем свадьбу. Понимаю, что не стоит говорить об этом так рано. Я тороплю события.

– Ну что вы, я с нетерпением ждала дня нашего знакомства, пусть и при таких обстоятельствах. Вы, наверное, устали с дороги? Сейчас вас проводят в комнату, где вы сможете отдохнуть.

Гроб был готов к отправке в склеп. Кучер уже ждал, когда его погрузят в повозку. Солнечное кладбище получило своё название благодаря яркому солнцу, которое здесь светило ярче, чем на всём восточном плато.

Склеп встречал гостей своими распахнутыми дверями. Желающие могли проститься с покойной Хельгой, которая выглядела так, будто спала. Пришло время закрыть гроб, и его опустили в каменный саркофаг усыпальницы. Она осталась там, когда все остальные вернулись в поместье.

– Мне кажется, я влюбилась. Тристан – такой галантный и обходительный, настоящий джентльмен. Я освободила тебя от бремени, прости, Хельга. Анна провела рукой по холодному камню.

– Присмотрись к нему внимательнее, Тристан не так прост, у него много секретов, – раздался в тишине голос Хельги. Анна огляделась по сторонам, но ничего не увидела, кроме колеблющегося огонька свечи. Перед девушкой стояла сестра, зловеще улыбаясь.

С трудом выйдя из транса, Анна, стуча зубами, побежала в поместье и, ворвавшись туда, бросилась в объятия Тристану.

– Вы выглядели так, будто столкнулись с чем-то пугающим. Что вас так напугало?

– Я видела призрака, и, возможно, вы подумали, что я сошла с ума. Но, уверяю вас, я совершенно здорова.

– Вы тоже сталкивались с призраками?

– Всему своё время. Если я расскажу вам всё сейчас, вам станет скучно. Давайте сохраним эту загадку в тайне.

Серые глаза Тристана излучали тепло. Он будет рядом с ней до самых поминок, и душа Анны наполнилась радостью.

Во сне к Анне явился дух её сестры Хельги. Хельга смотрела на неё своими мёртвыми глазами, качая головой. Анна, Анна, Анна… Ты так мечтаешь стать его женой, но у него уже была одна невеста, и она умерла. Спроси у Тристана, как это произошло. Хельга кружила вокруг сестры, не давая ей уйти.

Анна резко проснулась. Луиза держала её за руку. «Аннушка, тебе приснился кошмар. Мы с отцом решили, что нет смысла тебе здесь задерживаться. Я помогу тебе собрать приданное. А завтра утром Тристан заберёт тебя в своё поместье. Не стоит откладывать свадьбу из-за смерти сестры. Хельга тебя беспокоит, вы были неразлучны. Скоро её душа успокоится и уйдёт в мир иной».

Луиза поцеловала дочь и вышла из комнаты. Анна не могла заснуть. Надев халат, она спустилась вниз. Тишина в поместье настораживала. В гостевой горел тусклый свет. Анна тихонько прошла в гостевую.

Свечи всегда гасили на ночь.

Он стоял у окна, любуясь звездным небом. Анна не могла разглядеть его лица, но ощущала исходящую от него тревогу.

– Проходи, я не хотел тебя напугать. Я вижу, что тебе не спится. Не поделишься, что тебя беспокоит? – произнес Тристан.

– Матушка торопится с отъездом. Прошло так мало дней со дня смерти Хельги, и поминки еще не были проведены.

«Я попробую переубедить твою матушку», – сказал он. – А тебе нужно отдохнуть, завтра мы всё решим. Я подумаю, что можно сделать.

Тристан не поворачивался, и Анна видела только его спину. Она надеялась, что он посмотрит на неё, но чуда не произошло. Молодой господин лишь обречённо вздохнул.

Анна оставила гостя одного. В её голове царил хаос, и, запахнув халат, она вышла на улицу. Она шла на зов. Ночное небо, усеянное звёздами, освещало зловещий колодец.

Анна стояла на краю колодца, готовясь прыгнуть. Всего один шаг отделял её от падения. Зачарованная, она шагнула в воду, но не упала, так как чьи-то сильные руки удержали её за талию.

Анну охватила дрожь, она почувствовала холод. «Зачем ты полезла в колодец? Тебе надоело жить? А если бы я не успел? Что стало бы с твоими родителями? Они уже потеряли одну дочь…» – произнёс Тристан, опуская девушку на землю. Его взгляд смягчился, и, убедившись, что Анна не пострадала, молодой господин не отпускал её.

– Мне казалось, что я нахожусь под влиянием гипноза, и всё это было результатом действий Хельги. Она нуждалась во мне, потому что чувствовала себя одиноко, и пыталась установить со мной контакт. Не думаю, что это было необходимо ей для чего-то другого. Пока мне не совсем ясно, какова её цель, но я обещаю, что мы разберёмся в этом.

– Скажи, у тебя была невеста до меня?

– Отец совершил ошибку в выборе, и твоей сестре была уготована другая судьба, но он не стал расторгать помолвку. Я знаю о письме, отец рассказал мне.

– Значит, ты всё знаешь. Хельга говорила о невесте, от которой ты избавился.

– Мне было 11 лет, когда наши родители благословили наш брак.

Анна поежилась, холод пронизывал её до костей. Тристан не сразу осознал, что всё ещё держит её. Отпустив Анну, молодой господин спрятал руки за спину. На горизонте занимался рассвет, небо окрасилось в розовые тона, и Анна залюбовалась этим зрелищем. Солнце уже не грело, так как лето подходило к концу, и утром и вечером становилось прохладно.

Тристан давно не встречал рассвет. До болезни он мог часами наблюдать за облаками и нежиться в лучах солнца. Но болезнь прогрессировала, и это убивало молодого господина. Солнце поднималось всё выше, освещая сад всё ярче. Достигнув зенита, оно опаляло бледную кожу, оставляя ожоги.

Анна, услышав от матери о необычном состоянии Тристана, предложила вернуться в дом. Она понимала, что солнечный свет может быть опасен для него, и боялась, что Тристан может не выдержать его.

Однако Тристан, закрыв глаза, наслаждался теплыми лучами солнца. Он подставил лицо солнцу, чувствуя, как боль отступает. Рядом с Анной он наслаждался теплом, словно болезнь отступала.

– Скоро солнце начнёт палить сильнее, не так, как в начале лета, но всё же, возможно, нам стоит вернуться, заметила Анна. Бессонная ночь может негативно сказаться на его здоровье.

В доме суетилась прислуга, готовившая комнаты для уважаемой гостьи – мадам Помпадур. Слуги старались угодить вкусу модистки, а Талия, заметив Анну в неподобающем виде, принялась её отчитывать. Она считала, что леди не подобает находиться в таком виде, и если кто-то увидит её в таком состоянии, то это будет стыд для всей семьи.

Но тут Талия заметила Тристана за спиной Анны и замолчала.

Лицо модистки покраснело. —Это было ужасно! И ещё перед мужчиной! Выставлять себя в таком виде? Незамужние даме, стыд и позор на мою голову!

– Талия, не стоит так переживать. Тристан – очень воспитанный молодой человек. Он никогда не посмел бы обидеть Аннушку. Но, к сожалению, такие мужчины иногда разбивают сердца.

– Луиза, вам лучше обратить внимание на моего племянника. За ним всегда стоит очередь из поклонниц.

Мадам Помпадур продолжала гнуть свою линию, время от времени поглядывая на Тристана.

– Я, пожалуй, пойду. Она слегка отстранилась.

– Отдохни, а я постараюсь переубедить мадам Помпадур.

– Возможно, молодой человек, вы представитесь? – Помпадур скрестила руки на груди.

– Тристан, Стерлинг, – молодой господин нежно поцеловал костяшки пальцев модистки, и она вскрикнула, словно её ударило током.

– Талия, давай поговорим наедине. Пойдем, поможешь мне выбрать цветы для торжества, – предложила Луиза, и Талия неохотно согласилась.

– Луиза, ты хоть представляешь, с кем собираешься породниться? Одна моя знакомая недолго работала у них. Через месяц она вернулась ко мне в лавку и рассказала о том, какие ужасы там творятся. Я не хочу тебя пугать, но, возможно, стоит расторгнуть помолвку Анны.

– Тристан – замечательный молодой человек, если даже твоя знакомая приняла его за монстра.

Луиза не стала продолжать разговор.

Луиза прогуливалась по саду в компании своей модистки. Нежный аромат цветов опьянял её. Однако выбрать что-то подходящее оказалось непростой задачей для Луизы. Помпадур тщательно рассматривала каждый цветок, находя розы вульгарными, а астры – пережитками прошлого. Но, так и не определившись, женщины вернулись в дом с хмурыми лицами.

Эдриан, её муж, читал свежий выпуск новостей. Его не заботила судьба дочери. Луиза села напротив мужа, а Помпадур пристально посмотрела на него. «Ты совершенно спокоен, – произнесла она, – твоя дочь скоро покинет родовое гнездо, а тебе, кажется, нет до этого дела». Модистка продолжала наседать на хозяина поместья.

– Всё решено, я изменил договорённости. Задай вопрос Камилле, она свела нас со Стерлингами.

Помпадур кипела от злости, её пухлое лицо исказилось в угрожающей гримасе. «Я это так не оставлю!» – произнесла она, выбегая из поместья и выкрикивая ругательства.

Помпадур не привыкла бросать слова на ветер, она была полна решимости спасти Блэкморов. Модистка вернулась в свою лавку и начала громко звать Хелену, которая, как она думала, находилась в подсобке. Где же эта девчонка?

Модистка кричала и топала ногами, чтобы привлечь внимание. Наконец дверь в подсобку приоткрылась, и показалась рыжая голова Хелены. «Вот ты где? – воскликнула Помпадур. – Ну-ка, милочка, что такого произошло в поместье Стерлингов?»

Хелена хлопала глазами, не зная, что ответить разъяренной модистке. «Я не понимаю, о чём вы, маменька. Господин Стерлинг – гостеприимный хозяин, он всегда рад гостям. Я тебя о странностях спрашиваю», – теряя терпение, произнесла помпадур и, не дожидаясь ответа, вышла из лавки, хлопнув дверью.

Глава 3

Луиза с удовольствием собирала приданое для дочери, и сундук наполнился настолько, что его крышка едва закрывалась. Анна облачилась в свой лучший наряд, и Тристан уже ждал её внизу.

У поместья стояла карета, и молодой господин не торопился уезжать. Он с удовольствием окинул взглядом прекрасный сад. Анна шла к карете с сумкой, а слуги уже грузили сундук внутрь. Тристан открыл дверцу кареты, пропуская Анну внутрь.

В карете стоял аромат мускуса и сандала, который девушка раньше не замечала. Она сразу догадалась, кому мог принадлежать этот запах. Тристану больше подходил аромат мяты с лёгкими лимонными нотками. Принюхавшись, Анна уловила тонкий шлейф этого запаха.

– Тебя что-то смутило? – спросил он.

– Кому принадлежит запах мускуса и сандала?

– Уже ревнуешь? Раньше в этой карете ездил мой отец до своей болезни.

Тристан облокотился на обитую бархатом спинку и стал разглядывать проплывающие пейзажи. В его серых глазах читалась задумчивость. Анна не нарушала тишину, хотя и чувствовала напряжение, но старалась не показывать виду.

Карета остановилась, и молодого господина встретила тишина. Тристан помог Анне выбраться из кареты.

Тристан, крепко сжав руки в кулаки, испытывал нарастающее беспокойство. После некоторого ожидания он вошел в дом. Окна были плотно занавешены, не пропуская ни единого солнечного луча.

Готический стиль, который раньше восхищал своей красотой и роскошью, теперь вызывал лишь тоску. Хрустальная люстра, некогда отражая солнечные лучи и создавая атмосферу уюта, после смерти госпожи Стерлинг была заменена на множество свечей, а массивные красные шторы стали занавесями. Атмосфера нагоняла уныние.

В холле появился дворецкий. «Мы ждали тебя раньше, но обстоятельства сложились иначе».

– Марк. Почему так темно?

«Твой отец распорядился перед смертью. Пару дней назад он скончался», – произнес дворецкий. «Как? И ты, не предупредил меня?» – набросился на него Тристан, его глаза заволокло черной дымкой. Анна, стоявшая рядом, не смела пошевелиться, боясь даже дыханием привлечь гнев Тристана.

– Остановись, ты убьешь Марка! – воскликнул незнакомец, бросившись на Тристана сзади. Чёрная дымка, окутавшая его глаза, исчезла, и они вновь обрели свой естественный цвет.

– Спасибо, Рашид! – сказал Тристан, обращаясь к незнакомцу. – Ты не должен был так поступать, твоя хрупкость может быть опасной. Рашид словно хрустальный – его кости настолько хрупки, что могут сломаться в любой момент.

Теперь Тристан смотрел на Анну.

– Ты напугал её, что на тебя нашло? – спросил он.

– Прошу прощения, мисс, – произнёс Марк, сопровождая девушку в её комнату. – На него сильно повлияла смерть отца. Давайте я провожу вас.

Комната Анны оказалась неприветливой, слишком мрачной для неё. Марк распахнул шторы, и яркий свет залил помещение.

– Можно убрать тёмные тона, они нагоняют тоску, – сказал он. – Я поговорю с хозяином. Кстати, не забудьте, что можете обращаться ко мне по любым вопросам.

Анна осталась одна, интерьер угнетал её. Девушка задумалась: «Со мной Тристан нежен и обходителен. Почему он набросился на Марка? Его словно подменили. Я спрошу у него прямо».

Анна нашла выход из комнаты и, спустившись вниз, услышала голоса.

– Тристан, ты теряешь контроль над собой. Ты уверен, что Анна сможет снять проклятие перед твоей смертью? Твой отец передал тебе это. Ты откроешь, когда будешь готов. Марк положил на стол конверт.

– Мне страшно, Марк. Я боюсь, что обращение произойдет раньше, чем Анна сможет снять проклятие. С каждым днем мне становится всё хуже, температура тела падает. Если это случится, запри меня в подвале и не выпускай. Я проклят, как и этот замок.

Анна вошла в столовую, стараясь не показывать свои эмоции. Она села рядом с Тристаном, и её обеспокоенный взгляд говорил о многом.

– Я слышала о хрустальной кости. Однажды доктор рассказал моему отцу, что к нему поступил мальчик с хрупкими костями. Это редкое заболевание, которое нельзя вылечить. Тристан, расскажи мне о своей болезни.