Крис – камень, меняющий судьбу

– Разве можно вести подобные разговоры в храме Божием? – спросила я.

– Ну, я же не встречаю Вас в другом месте, вот и рассказываю здесь, – был ответ. – Если хотите, приходите завтра, я принесу Вам несколько интересных духовных книг.

– Благодарю Вас! Не надо! – ответила я и вылетела из церкви.

Чувство было такое, будто я и впрямь увидела нечистую силу. На душе было гадко. В часовне, где начиналась литургия, я отстояла ее полностью, мысленно прося прошения у Бога за то, что слушала жуткую ересь. После этого я почувствовала себя лучше и уже в спокойном состоянии отправилась домой.

Не буду описывать все мытарства дороги в Пафос, скажу лишь, что, вылетев ранним утром, мы лишь около 12 ночи оказались в отеле. Номер, который нам предоставили на первом этаже с видом на мусорные ящики, поверг меня в шок. Мы ведь ехали в четырехзвездный отель на встречу миллениума. Поэтому я тут же поднялась к дежурному, объяснить, что не намерена оставаться в данном номере. Но тот не мог ничего решить до прихода старшего менеджера. Нужно ждать девяти утра. Так что переспать нам пришлось в этом образце «роскоши и удобства». Не буду описывать бессонницу, посетившую меня той ночью.

Утро началось с выяснения отношений, в результате которого, доплатив 100 долларов, мы получили номер с видом на море на 3 этаже.

Вполне удовлетворенные первой победой, мы приступили к отдыху. Через два дня – Новый Год, и мы решили начать подготовку. Наши похождения в Пафосе в основном сводились к прогулкам по набережной с заходами в кафе и магазины. Однако наши ожидания необычной встречи Нового Года и хорошей теплой погоды не оправдались. Более того, именно на Новый Год Грецию засыпало снегом, а на Кипре впервые за последние 20 лет выпал снег, а погода была холодной и на редкость паршивой. Ветер просто выл и стонал за окнами нашего номера.

Я вспомнила предсказание моего алмаза и еще раз подивилась его возможности предвидеть будущее. За время пребывания в Пафосе лично со мной произошло только одно занимательное и необычное событие. В ночь под Новый Год, а точнее уже утром, поскольку после встречи Нового Года в номер мы вернулись только в 5 утра, я увидела сон, обрушившийся на меня, как только я смежила усталые веки. Я услышала какую-то музыку и чьи-то слова: «Вызываетесь на связь». Затем, под эту же музыку перед моим взором прошли пейзажи Подмосковья – березовые рощи, поляны, и, наконец, необычайной красоты голубая ель, которую я уже отличала от всех деревьев – ее собратьев. Она была украшена необыкновенными огоньками, цветами, а на макушке красовалась фея вся в белом и золотом, с каким-то ключиком в руках. Она ловко спустилась с вершины, заглянула под юбочку ели, открыла ключиком дверцу и вошла в кабинет. На столе стояла золотая коробочка. Фея открыла ее, и я увидела свой «Великий кристалл».

Фея пропела: «сеанс связи начинается», и Крис заговорил. Он как человек произнес:

– С Новым Годом, моя радость, я на месте и жду тебя.

Золотая коробка захлопнулась, а фея зачем-то пропела:

– Сеанс связи окончен!

Потом я увидела яркие звезды и среди них сверкала одна, самая крупная и самая яркая. Я чувствовала ее свет, он пронизывал меня насквозь. Я ощущала прилив сил и здоровья. Внимательно посмотрев на звезду, я поняла, что это мой Крис, почему-то среди звезд ведет и согревает меня. Он был моим проводником во Вселенной. Сон оборвался так же внезапно, как и начался.

Новый Год наступил. Каким он будет, что он нам принесет? Надо было жить, чтобы узнать это.

За период нашего отдыха нам удалось расслабиться, несмотря на плохую погоду и достаточно однообразное времяпрепровождение. Жизнь маленького городка, почти деревеньки по сравнению с Москвой была тихой и умиротворяющей. Мы сумели воспользоваться всеми радостями этого уединения. Несмотря на погоду, мы много гуляли, читали, беседовали и строили планы на лето.

Следует сказать, что в нашем отеле почти не было соотечественников. Почему-то это нас радовало. Современный русский человек во многом отличается от других народов мира. Немцы, например, очень любят общаться друг с другом, японцы, вообще, ходят только группами. А мы стремимся попадать туда, где нет русских. Моя приятельница, рассказывая о замечательном отдыхе в Турции, подчеркивала главное – она нашла место, где вообще не водились русские. Вот такая «страстная» у нас любовь друг к другу.

В нашем отеле в основном жили англичане. Они не трогали нас, а мы – их. И это особенно радовало и вдохновляло. Мы часто вызывали такси и уезжали в разные точки Пафоса, каждый раз открывая для себя что-то новое. В общем, отдыхом мы остались довольны и вернулись в Москву весьма повеселевшие, набравшиеся сил и здоровья.

Окунувшись в повседневные заботы домашних передряг и академической жизни, я потихоньку стала забывать о необычайных происшествиях прошлой осени. Временами мне казалось, что это был просто сон.

Шестнадцатого января был юбилейный день моего рождения. Обычный рабочий день. Но дочь заказала нам столик в ресторане, и в промежутке между делами мы отметили эту дату. Все было так мило и искренне, что я испытала особую нежность и гордость за свою малышку. Как приятно получать отдачу. Моя любовь к дочуре не была односторонней. Осознание этого факта растрогало меня до глубины души.

Однако ночью я плохо спала: то ли переутомилась, то ли переела. Забывалась на короткое время и снова просыпалась. Ворочалась и все не могла найти удобную позу. Задремав в очередной раз, я почувствовала чье-то прикосновение. Как будто что-то слегка обожгло меня. Я открыла глаза и увидела под рукой маленькую коробочку. В ней было колечко – небольшой перстенек в виде цветочка. Сердцевинка представляла собой маленький алмазик. Я надела его на палец, и размер меня очень порадовал: он сидел как влитой. Золотое колечко было очень миленьким, и я стала целовать спящую дочурку, благодаря за такой прекрасный подарок.

Ликуша просыпаться среди ночи не желала и, что-то пробормотав в ответ на мои ласки, отвернулась от меня. Я не могла спать. На часах было 5.30 утра. Решила пойти на кухню, чтобы заварить себе травяной чай и постараться поспать хотя бы еще пару часов. У меня занятия должны были начаться в 10.30 утра.

Налив себе чай, я стал прихлебывать обжигающую жидкость, одновременно любуясь кольцом. Цветочек был из золота, но из разного, начиная от белового, желтого, золотого, красного, до какого-то просто зеленого. Мне вспомнилась детская сказка про цветик-семицветик. На моем кольце каждый лепесток имел свой оттенок золотого. «Вот если бы он еще выполнял все мои желания, как в той сказке», – подумала я. Работа ювелира была тончайшей. Каждый лепесток был каким-то ажурно-кружевным, а центральный камешек, наверное, бриллиант или скорее фианит, потому что у Лики не хватило бы денег на такой бриллиантик, весь переливался. В нем отражался оттенок каждого лепестка. Он искрился, сиял и магически притягивал взор. В надежде найти пробу золота, я сняла кольцо и перевернула его. С обратной стороны я увидела маленькую нашлепку, потрогала ее. Что-то еле уловимо щелкнуло. Снова надев кольцо, я увидела в камне мелкую надпись. Бегом бросилась в спальню за очками, решив заодно выпить успокоительное.

Приняв лекарство и вновь усевшись у чашки чая, я надела очки, но не смогла разобрать надпись. Вооружившись лупой, я прочла: «С Днем Рождения!». Итак – это гравировка, но какой же мастер смог на таком маленьком камушке написать это? Ведь это очень дорогая работа! Может, это не дочура положила мне коробочку? Я ее оставила в спальне. Надо взять ее и рассмотреть. В коробочке может быть квитанция, в которой указан материал, вес, цена.

Вернувшись в спальню, я перевернула всю кровать, заглянула под нее, проверила карманы халата. Коробки нигде не было! Ничего не найдя, я посмотрела на часы. Почти 7. Господи, я так мечтала поспать еще пару часов. Успокоительное начало действовать, глаза буквально закрывались. Не успев как следует уснуть, пришлось подняться по требованию будильника. Я приготовила завтрак, проводила дочку на работу, а сама отправилась в Академию. На семинаре слушала дискуссию о формах мезо-экономических систем в пол-уха – все посматривала на свой перстенек. Он переливался и требовал внимания. Даже когда я вмешивалась в ход дискуссии, подводила итоги занятия, кольцо не давало мне покоя. Оно как магнит притягивало к себе. Приходилось постоянно мысленно одергивать себя. От таких занятий усталость ощущалась физически.

Наконец, после двух пар, я пришла в свой кабинет. Изнемогая от любопытства и усталости, я уселась в кресло и надела очки. Вгляделась в маленький волшебный камушек и прочла: «не забудь, что я жду тебя. Крис». Удивительно! Значит, это экран, а не гравировка – поняла я.

«Но где же мне искать тебя, дорогой?», – мысленно обратилась я к нему. – «Я понятия не имею, где ты, кто тебя ищет, и насколько это опасно для меня и Лики.

Вдруг меня так качнуло в моем крутящемся кресле, что я чуть не вылетела в окно. Но через мгновение я очутилась у ели. Я пошарила рукой под ветками, нащупала дупло, всунула руку и вытащила свой сверток. В нем по-прежнему был мой кристалл. Радостное чувство захватило меня. Под елью была маленькая скамеечка, и я уселась на нее. Крис был розовато-голубоватым, теплым и приятным. Я поцеловала его, прижала к сердцу и попросила показать, что происходит с его хозяином.

«Лорд» был в своем кабинете. Возле него стоял Стас и что-то разочарованно докладывал шефу. По выражению его лица было видно, что известия неприятные. Шеф выслушал, ничем не выражая своего разочарования, и отпустил Стаса. Лишь только за ним закрылась дверь, как он нажал кнопку, и в кабинет вошли двое молодых людей похожей наружности, очень напоминающей Роя.

«Лорд» отдал какие-то распоряжения, поднялся, вышел на крыльцо. Сразу же подъехала очень красивая машина серебристого цвета. Он сел в нее и поехал к лесу. Надо сказать, что сейчас он показался мне намного моложе – лет пятидесяти.

– Дорогой Крис, – сказала я, – мне очень плохо без кольца, я ведь ничего не слышу, а читать по губам не умею. Так что твои картинки просто бесполезны.

На экране появилась надпись: «потри меня большим и указательным пальцами правой руки». Я выполнила приказ, и тут же появилась другая картинка. Красная машина стояла на опушке березовой рощи, и Стас говорил Рою:

– Шеф ликвидирует меня, если я через неделю не найду телетранс, но он как сквозь землю провалился. У этой особы его больше нет, и где он невозможно понять. Кольцо почему-то не отражает его.

– Может быть, он самоуничтожился? – предположил Рой.

– Я думаю, что нет. Шеф как-то чувствует или знает, что он существует, причем где-то поблизости.

– Ну что ж, – сказал Рой, – ему легче найти телетранс, у него техника. Мы же не выполнили свою миссию и теперь должны ответить.

– Тебе хорошо говорить, – заметил Стас, – тебя то он не уничтожит, а заберет с собой. А я – лишний свидетель.

– Но шеф никогда не причинял вреда ни одному землянину, а ты – землянин. Да и что ты можешь рассказать? Все равно у тебя нет доказательств. Тебя сочтут просто сумасшедшим, и я думаю, что тебе просто придется покинуть Землю вместе с нами, – отметил Рой.

– Но я не хочу и не могу. Что я буду делать среди вас. Да к тому же у меня здесь родители и сестра, – буквально простонал Стас.

«А мне врал, будто он сирота», – отметила про себя я.

Я обратилась к Крису:

– А почему они не могут тебя обнаружить?

Какой-то механический голос ответил мне:

– Я самозаблокировался, но если я буду у тебя в доме, нас обнаружат, поэтому я должен пока находиться в тайнике. Если тебе что-то нужно – нажми кнопку твоего кольца.

– Спасибо дорогой Крис, – с чувством сказала я, – мне очень нравится твой подарок. Особенно ценно, что я всегда смогу связаться с тобой. Но сейчас я бы хотела очутиться дома. Скажи мне только, мое кольцо может мне показывать все, что происходит?