Узел судьбы, или Не отрекаются любя

Глава 4

Месяц спустя, когда Хлоя почти забыла о неприятном незнакомце, он опять появился. На этот раз он сел за столик, который обслуживала Николь. Хлоя увидела его не сразу, сначала она почувствовала мерзкий слащавый взгляд. Окинув взглядом зал, девушка увидела его за крайним столиком у стены, который хорошо просматривался с любой точки зала. Мужчина поманил ее пальцем, не сомневаясь, что девушка немедленно подойдет, но Хлоя, повернувшись спиной, скрылась за дверями кухни.

Николь в тот день отпросилась и должна была приступить к работе немного позже. Хлоя посмотрела на часы, мама должна уже появиться. Она сидела на кухне, боясь выглянуть в зал, хотя обещала матери обслужить ее столики, пока та придет. Наконец она услышала недовольный голос матери.

– Хлоя, ты что бездельничаешь? Не видишь, сколько посетителей? Быстро иди в зал, прими заказы.

– Мама, можно я не пойду? – Попросила Хлоя.

Николь резко повернулась к дочери.

– Что, опять? – заметив ее бледность, Николь насторожилась.

– Там сидит мистер, я его боюсь.

– Что ты выдумываешь, Хлоя?

– Он приставал ко мне и пригрозил, если я не соглашусь по хорошему, он возьмет меня силой, а потом отдаст в публичный дом. Я боюсь, мама.

– Это кто же такой смелый?

– Я не знаю, мама. Он сидит за четвертым столиком у стены.

– Ну ка пойдем, я его быстро поставлю на место. Надо же, чего надумал.

Николь бодрым шагом направилась к столику, за которым сидел незнакомец, Хлоя нерешительно шла вслед за матерью, прячась за ее спиной. По мере того, как Николь приближалась к нему, шаги становились неуверенней, сначала замедлились, а затем женщина и вовсе остановилась. Взглянула в лицо матери, Хлоя отшатнулась, Николь выглядела так, как будто увидела ожившего мертвеца, это был не просто испуг, это было что-то большее, похожее на ужас. Хлоя впервые видела мать в таком состоянии. – Николь, солнце мое, рад тебя видеть, даже можно сказать, счастлив. Присядешь? – он пафосно раскинул руки, изображая радость, но глаза выдавали презрение и превосходство над ней.

– Здравствуйте, мистер Райли. Я бы присела, но нам не разрешают. Простите, – дрожащим голосом едва выдавила из себя Николь.

Хлоя сразу поняла, что мать как и она испытывает сильнейший страх.

– Со мной можно, я думаю, тебя никто ругать не станет, ты же спишь с обоими. Или я не прав? – Он гаденько ухмыльнулся. – Ладно, хватит ломаться, давай присаживайся, пока приглашаю.

Мужчина перестал церемониться, в его металлическом голосе появились нотки раздражения. Хлоя заметила, как мама сжалась, она и сама, почувствовав исходившую от него угрозу, испуганно втянула голову в плечи.

– Иди на кухню, – повернувшись к Хлое, едва слышно проговорила Николь, – быстро уходи. Хлое не нужно было говорить дважды, она так сильно была напугана, что моментально исчезла.

– Что тебе нужно, Кларк? Почему ты преследуешь меня?

– Дорогая, мы так давно не виделись, ты не рада мне?

– Я не ожидала тебя увидеть. Ты, кажется, уехал в Нью-Йорк. Зачем вернулся? Ты же обещал оставить меня в покое. Зачем я тебе опять?

– Николь, детка, ты слишком высокого мнения о себе? Ты не нужна мне, вон какая смена подрастает. Надеюсь, ты ее всему научила? Сразу видно, девочка по твоим стопам пошла.

– Оставь ее, Кларк, я сделаю для тебя все, что захочешь.

– Что захочу? Я ее хочу.

– Не трогай ее, Кларк. Я готова выполнить любое твое желание, только не трогай ее.

– Ты отдала уже все, что я хотел взять. Ты мне больше не интересна.

– Кларк, не ломай девочке жизнь, она идет другим путем.

Он усмехнулся,

– другим путем, говоришь? Ладно, я подумаю. А сейчас принеси мне фритту с лобстером.

Оставшееся до конца смены время Николь ни с кем не разговаривала. Ее красивое ухоженное лицо с ровным фарфоровым отливом сейчас напоминало восковую мумию. Она продолжала обслуживать столики, но делала это без лишних слов. Даже после того, как ушел этот странный человек, она не произнесла ни слова. Для всех, кто знал ее, а тем более для Хлои, такое поведение было непривычным и более чем удивительным.

После того, как ресторан закрыли, Николь помогла дочери закончить уборку. Такое тоже случалось не часто, поэтому Хлоя догадалась, что маму сильно напугала встреча с мужчиной, которого она назвала Кларк Райли. Закончив все дела, они вышли на улицу. Николь, погруженная в свои невеселые мысли, продолжала молчать.

Она шла быстрым шагом по направлению к дому, ее сосредоточенный взгляд выдавал волнение и тревогу. Она как будто забыла про Хлою. Пройдя почти половину дороги, Николь резко остановилась.

– Ты должна уехать. Иначе будет плохо. Нам всем будет плохо. Это очень страшный человек. Он положил на тебя глаз и уже не отступит. – Она тяжело, с болью в голосе, скорее даже с отчаянием вздохнула, затем несколько раз всхлипнула полной грудью.

Хлоя подумала, что мама сейчас расплачется и уже приготовилась ее успокаивать. Но та, помолчав несколько секунд и глядя отрешенным взглядом, куда-то вдаль, продолжила:

– Когда то он сломал мою жизнь, превратив в рабу секса в грязную подстилку. Разрушил мое счастье и разлучил с мужчиной, которого я любила больше жизни. С твоим настоящим отцом. Я была тогда наивной девочкой, как ты сейчас. Мне еле удалось вырваться из его мерзких рук, я думала, что избавилась от него навсегда. Как видишь, он вновь нашел меня, и этим дело не закончится, он успокоится, если выпьет все соки, он приехал сюда, чтобы мучить, чтобы погубить.

Хлоя слушала молча, боясь спугнуть мамины откровения, боясь нарушить ту тонкую нить доверия, которая возникла между ними. Она хотела спросить про своего отца, но не решилась, предполагая, что, возможно, мама оговорилась. Иначе она рассказала бы раньше о нем.

Николь несколько минут молчала.

– У него много денег и длинные руки. Тогда ему нужна была я, а теперь ты. Тебе нужно уехать немедленно, – очнувшись от мыслей, вновь заговорила Николь.

– Куда же я поеду, мама?

– Не знаю, ничего пока не знаю.

– У нас даже денег нет, чтобы уехать. – Хлоя заплакала.

– Денег я тебе дам, только вот куда уехать, где спрятаться, чтобы этот мерзавец тебя не нашел? – Она вновь задумалась.

– Ладно, пойдем домой, за ночь, может, что придумаю.

Прошла одна ночь, за ней другая, а Николь все еще ничего не могла придумать. Кларк Райли больше не появлялся. Но напряжение, оставшееся после встречи с ним, никуда не исчезло.

Через несколько дней Николь неожиданно исчезла. Как обычно в выходной день, она принарядилась и, послав Хлое воздушный поцелуй, вышла из дома. Как всегда, возле крыльца ее поджидал автомобиль, только марка машины и номера были другими, с чего Хлоя решила, что у мамы новый любовник. Это ее немного расстроило, было намного спокойнее знать, что мама встречается с одним и тем же мужчиной. Пусть она изменяла папе, но все, же не прыгала из одной койки в другую.

Хлоя вставала рано, раньше всех, чтобы успеть приготовить завтрак, это осталось привычкой со школьных времен. Сейчас было лето, а значит, школу посещать не надо. Впрочем, школу Хлое вообще больше посещать не надо. В течение последних двух лет она училась в продвинутом классе и сумела пройти четыре года за два, сдав досрочно экзамены, и получить диплом о полном общем образовании. Кроме того, она училась по дополнительной платной программе Advanced Placement, сокращенно АР, и также успешно сдала экзамены, что позволяло ей в будущем гарантированно поступить в вуз по выбранной специальности и сэкономить деньги за первые семестры обучения.

Хлоя не знала, кто оплачивал ее обучение в частной школе, должно быть кто- то из маминых любовников, скорее всего тот, который приезжал каждую неделю на дорогом автомобиле и забирал маму с собой. Наверное, Хлоя расстраивалась бы из-за того, что маме приходилось таким образом расплачиваться, но после еженедельных ночных встреч мама словно парила в воздухе, разбрызгивая вокруг себя капельки счастья.

Хлоя посмотрела на часы, мама должна была уже вернуться, отец и братья в это время еще спали, им некуда было торопиться. Никто из них не работал. Через полчаса завтрак и обед были готовы, оставалось еще несколько часов до начала работы в ресторане.

Чтобы как то убить время, девушка занялась стиркой, потом уборкой. Время подходило к десяти часам, а мамы все не было. Хлоя почувствовала, как волнение, а вместе с ним и страх, заползая под кожу, теребят нервные клетки. Через окно она настороженно следила за тем, что происходило на улице, прислушиваясь к малейшему шороху. Но там все было спокойно.

Прошло еще некоторое время, прежде чем в комнате папы послышалась сначала возня, а затем громкое ругательство. Наконец он вышел и в одних трусах направился на улицу, чтобы полить мочой не только газон, но и часть крыльца. Смрад из его комнаты стал распространяться по всему дому, заполняя и пропитывая все трещины и щели. Поморщившись, Хлоя прошла по дому, распахивая настежь окна, чтобы хоть как-то выветрить запах, но это не спасло ситуацию. Наконец папа вернулся и грузно шлепнулся на стул.

– Есть давай и выпить. Быстро. Ну что, застыла? – Его стеклянные глаза остановились на дочери. Он хрюкнул, отрыгивая рвотный запах перегара, затем поднял кулак и с силой опустил на стол.

– Я сколько раз должен повторять, выпить давай и поесть.

Ни слова не говоря, Хлоя поставила перед отцом завтрак.

– Я что, каждый день должен это жрать? – Вуди Смит оттолкнул от себя тарелку с куриными крыльями и картошкой фри.

– Две бабы работают, а накормить нормально не могут. Пиво принеси. Хлоя заглянула в холодильник, зная наверняка, что пива там нет. Отец и братья выпили его еще вечером.

– Пива нет, папа.

Холодные, словно осколки льда, глаза Вуди Смита остановились на девочке, слюнявый рот скривился в злобной ухмылке.

– Пива нет, папа. – передразнил он Хлою.

– Иди купи и принеси, а не то…

Не дожидаясь продолжения, девушка выскочила из дома. Она не знала, куда пойти, чем себя занять, на работу было рано, денег, чтобы купить пиво, у нее не было. Все, что зарабатывала, Хлоя отдавала матери, а Николь все еще не вернулась домой.

Наверное, она решила сразу пойти на работу, чтобы лишний раз не расстраиваться, глядя на мужа?

Хлоя надеялась, что придет в ресторан и увидит там маму. Николь не имела привычки опаздывать без разрешения. Погуляв немного по окрестностям, девушка отправилась на работу. Пробежав взглядом по залу и не заметив Николь, она вошла на кухню, затем в комнату отдыха персонала, но матери нигде не было.

«Что-то случилось», – мелькнула тревожная мысль. Хлоя не знала, как поступают взрослые в такой ситуации. Все вопросы в доме решала мама.

«Нужно пойти в полицию», – решила девушка, но что говорить шерифу, как объяснить исчезновение мамы, ведь она понятия не имела, с кем та уехала, не знала, как зовут ее нового любовника и даже не запомнила номер его машины. К концу смены еще теплилась надежда, что Николь отсыпается дома. Но и дома ее не оказалось.

Прошел день, за ним другой, потом неделя, Николь так и не появилась, она исчезла, как будто ее и не было никогда. Хлоя не знала, занимается ли полиция розыском ее матери или же им не до того. Все местные новостные каналы пестрели заголовками о том, что в Хьюстоне произошло событие из ряда вон выходящее, несколько дней назад сначала пропал, а через два дня был найден мертвым мэр Хьюстона Боб Паркер. Для этого города такое происшествие было событием года. Не часто убивают чиновников высокого уровня, пожалуй, в этом городе подобное произошло впервые. А то, что мэр был убит, не вызывало сомнения, об этом свидетельствовали многочисленные ножевые ранения, они были не глубокими, кроме одного, нанесенного прямо в область сердца. Как позже показало вскрытие, именно от этого удара Боб Паркер скончался.

Глава 5

Прошел почти месяц с того времени, как исчезла Николь. То, во что превратилась жизнь Хлои в семье, меньше чем адом, назвать нельзя. Вуди Смит всю свою злость вымещал на дочери. За месяц он окончательно потерял человеческий облик. В поисках денег он перерыл все вещи в комнате Николь, ничего не найдя, он стал за бесценок сдавать на продажу ее платья, кофточки и все, что представляло хоть какую- то ценность. Получив деньги за очередную вещь и потратив их на выпивку, он напивался до поросячьего визга и еле доползал до кровати, по пути извергая в адрес дочери столько ненависти, что даже взрослому было бы тяжело ее вынести, а не то что ни в чем не повинной девушке.

Из его сумбурных слов Хлоя поняла, что Вуди Смит всю свою жизнь кормил, холил и лелеял чужого ребенка, и этим ребенком была она, Хлоя. В один из таких дней, пока Вуди полз к кровати, выплескивая из себя накопившуюся злость, Хлоя решилась задать вопрос, который волновал ее больше всего с тех пор, как он впервые назвал ее нагулянной и повторял это всякий раз, когда напивался. По сути дела, он тогда подтвердил откровение Николь.

– Папа, ты, наверное, шутишь? С чего ты взял, что я не твоя дочь? – С замиранием сердца спросила девушка. Она очень волновалась, боясь, что отец не захочет говорить на эту тему. А ей важно было узнать правду, может быть, действительно у нее другой отец?

Вуди замер, перестав ползти. Минуту, может быть меньше, раздумывал над словами Хлои, затем, отрыгнув пиво, прохрюкал:

– Эта шлюха, твоя мать, даже тебе не призналась? Я – то думал, что она давно тебе рассказала, еще, когда в ногах у него валялась, чтобы денег дал на частную школу.

– Нет, папа, мама никогда ничего не рассказывала, и что ты не мой отец, тоже не говорила.

– Хитрая гадина, не твой я, и ты не моя. – Вуди Смит многозначительно поднял палец вверх.

– Боб Паркер повесил тебя на мою шею, это с ним сбежала эта шлюха и даже денег на твое содержание не оставила. – Повернув лицо к Хлое, он смачно плюнул в сторону девочки.

– И ты такая же шлюха, как твоя мать.

Он вновь пополз в сторону своей комнаты и через минуту уже громко храпел, обняв руками ножку кровати.

– Боба Паркера убили, папа, – едва слышно проговорила Хлоя, и две непрошеные слезинки скатились по щекам.

Денег, которые за прошедший месяц заработала Хлоя, едва хватило, чтобы заплатить аренду за дом, оплатить счета и сделать скудные запасы еды. Хозяин ресторана не стал нанимать новую официантку, поручив работу, которую выполняла Николь, Хлое, платил ей в два раза меньше, чем Николь, но это все равно было больше, чем когда она работала басбоем.

Братьев Хлоя почти не видела, они как-то перебивались мелкими заработками, иногда промышляли воровством. Девочка догадывалась об их делишках, но ей было все равно. Слишком большой груз свалился на ее хрупкие плечи после исчезновения матери.

По ночам Хлоя плакала. Больше всего страшила неизвестность из-за того, что могло произойти с Николь. Где-то в глубине души теплилась надежда, что мать скоро появиться и все пойдет как прежде, своим чередом. Одно радовало девочку, что мужчина, который напугал ее, и которого мама называла Кларк Райли, с тех пор больше не появлялся.

Глава 6

В тот день начался дождь, Хьюстонские дожди особенные, они за несколько минут превращают трехполосные дороги в однополосные, а еще через несколько минут в широкие реки, пряча под водой все дорожное полотно, делая его вместо сухопутного судоходным. Уже выйдя из ресторана, Хлоя вспомнила, что забыла в подсобке зонт. Не было смысла возвращаться обратно, ресторан уже сдали под охрану и ради её зонта никто бы его открывать не стал.

Пока девочка бежала к своему дому, дождь успел промочить её до нитки. Кроме того, сегодня был тяжелый день, Хлоя устала, а попав под такой ливень, еще и замерзла. Она мечтала поскорее сменить одежду и залезть под теплое одеяло.

Ей оставалось всего несколько шагов, но внезапно возникшая тревога, сдав грудную клетку, заставила сердце громче стучаться в грудную клетку.

Хлоя остановилась, подождав немного, сделала несколько шагов назад и оглянулась. В поле зрения попала машина, стоящая чуть поодаль, с погашенными фарами. Ее внешние очертания напоминали одну из тех, на которых уезжала Николь.

«Может, мама вернулась?» – Хлоя почувствовала, как радостно забилось сердце. Почти бегом она бросилась к дому, но в этот момент дверь распахнулась, и на крыльце появился мужчина. Поддавшись неожиданному порыву, девочка быстро отступила за куст жасмина, росшего у крыльца. На несколько секунд мужчина замешкался, открывая зонт, но этого времени хватило, чтобы рассмотреть и узнать его, а еще менее чем через минуту до ее носа донесся знакомый запах дорогого парфюма.

Скованная страхом, Хлоя присела на корточки, с этого места было хорошо видно, как мужчина сел в машину, затем достал сигарету и закурил. По тому, куда был направлен огонек, она поняла, что он наблюдает за входом в дом.

Прошли не менее десяти минут, прежде чем он завел двигатель и тронулся с места. Хлоя еще некоторое время наблюдала, в какую сторону направилась машина, убедившись, что в сторону центральной части города, она успокоилась. Значит, в ближайшее время, благодаря дождю и плохим стокам, он не вернется. Если дождь в ближайшее время не прекратиться, то дороги несколько дней полностью будут непригодны для передвижения. Только сумасшедший может рискнуть проделать этот путь при такой погоде. Да и власти будут следить, чтобы жители напрасно не рисковали своей жизнью.

Хлоя осторожно поднялась по ступеням крыльца, тихо открыла входную дверь и вошла в дом. Она волновалась, ей предстояло узнать, зачем приходил в их дом этот страшный человек.

Удивительно, но вся семья оказалась в сборе. Отец и братья сидели за столом, перед ними лежали несколько пустых бутылок из под водки и столько же неначатых. Здесь же стояла тарелка с недоеденными кусками пиццы. Вуди Смит находился в той стадии опьянения, когда уже не осталось сил донести стакан до рта. Он почти спал, положив голову рядом с недопитым стаканом. На полу валялись пустые банки и бутылки из под пива. Братья были в меньшей степени опьянения, но и они выглядели совсем неприглядно.

–«За какие заслуги этот человек принес сюда столько спиртного? » – встревожилась Хлоя, в том, что это его подарок, она не сомневалась. Очень тихо, чтобы остаться незамеченной, девушка поднялась на второй этаж в свою комнату. Плотно прикрыла дверь, с некоторых пор комната не закрывалась на ключ, задвижки тоже не было. Ее еще раньше сломал Вуди Смит, запретив девушке запираться.

С тех пор как Хлоя узнала правду, она перестала думать о Вуди как о своем отце. Она всегда замечала, что он не питал к ней особой нежности, даже тогда, когда имел человеческий облик. Как ни старалась девочка угодить всем, особенно отцу, она всегда была во всем виновата.

Присев на кровать, Хлоя почувствовала, как страх заполняет ее изнутри. Она боялась Кларка Райли, еще больше ее пугала неизвестность. Все еще было не ясно, куда подевалась мама, значило ли это, что Николь бросила ее без помощи, сама испугавшись этого страшного человека, который искалечил ее жизнь? А может быть ее убили так же как убили Боба Паркера?

Тревожные мысли не давали ей покоя. Она полночи просидела на кровати, прислушиваясь к каждому шороху внизу и вздрагивая от каждого звука. Наконец сон сморил ее, свернувшись калачиком, девочка заснула.

Проснулась Хлоя, как обычно в семь утра. Спустившись вниз в гостиную, стала собирать бутылки и банки из под пива и водки, аккуратно выстраивая рядами ближе к стене, чтобы никто случайно не задел и не разбил. Вскоре все в доме блестело, кроме комнат, в которых жили отец и братья.

Хлоя взглянула на часы, было уже около одиннадцати. Пора идти на работу. Она обрадовалась, что может уйти незамеченной. Вуди Смит все еще спал, свесив грязные ноги с такой же грязной кровати. Хлоя взяла запасной зонт и вышла на улицу. Чтобы не промочить ноги, она надела резиновые сапоги, доходившие ей до колен, и это пришлось к стати, потому как вода была уже выше щиколотки.

День прошел как обычно, народа было мало, местные сидели по домам, лишь изредка заходили те, кто хотел скоротать час другой за бутылочкой пива или же кому не хватало общения.

Сегодня закрылись чуть раньше, и было еще светло, когда Хлоя подошла к дому. Как испуганный зверек, она спряталась за кустами и стала просматривать дорогу в поисках вчерашнего автомобиля. Но, к счастью, она не заметила ничего подозрительного, признаков вчерашнего гостя нигде не было. Очевидно, он решил подождать, пока закончится дождь и по дорогам станет безопасно передвигаться.

Вуди Смит, как всегда, был пьян. Он сидел за столом в расстегнутой сорочке, словно специально выставляя на показ волосатую грудь и раздутый от пива грязный живот. Увидев Хлою, он пьяно заморгал маленькими свинячьими глазками и, оскалив беззубый рот, попытался изобразить подобие улыбки.