В тихом омуте черти водятся

Глава 3

Когда время на часах приборной панели сменилось на "ноль-ноль, ноль-один" и началась новая рабочая неделя, я мчала по трассе в сторону родного города.

Я по-прежнему отлично помнила, что произошло странным воскресным утром только что закончившегося дня и, хотя это был очень хороший знак, предстояло еще раз все как следует обдумать и встроить в свою картину мира. А что может помочь лучше, чем пустая трасса, мощная машина, высокая скорость и разговор с умным человеком?

- Вика, ты же взрослая умная баба! - первым делом сказала я себе, проехав знак, оповещающий об окончании населенного пункта.

В знаки я верила, поэтому прибавила газу и сосредоточилась на дороге.

- И вменяемая, на позапрошлой неделе только проверялась! Так объясни мне, какого... гм... овоща, в твоей жизни возникли эльфы, драконы и оборотни?! Прошу заметить, такие же настоящие, как стакан кофе в подстаканнике!

Кстати, о кофе. Я сделала глоток, убеждаясь в собственных словах.

- Ну, не знаю, - пожала я плечами, отвечая себе. - Может, дело в том, что без них мне было бы очень скучно? Посуди сама, хоть ты и любишь свою работу и увлечения, но изо дня в день одни и те же криворукие дебилы, возомнившие себя новыми Шумахерами... и ведь знаешь, что самое большое, на что они будут способны - избежать аварии, когда поддатые сядут за руль... Нет, это, конечно, большое дело, спору нет, но когда они не в силах почувствовать габариты машины при парковке, хочется узнать, почему они не купили "ездить" там же, где покупали "права"!

Это вообще была моя отдельная боль - настоящих адреналинщиков вообще мало. Сама я в молодости участвовала и в гонках, и с парашютом прыгала, а пару раз - даже в съемках каких-то второсортных фильмов про бандитов в качестве каскадера. Там, конечно, довелось применить все знания, умения и навыки!

Все изменилось, когда появился сын. Свернуть себе шею ради очередной дозы адреналина стало банально жалко, пришлось искать приличную работу. Но Иван рос, мужчины сменяли друг друга, а я чувствовала, как постепенно становлюсь мертвой без любимого дела.

После очередного расставания мать приехала ко мне с ультиматумом. Она сказала:

- Либо ты в ближайший месяц находишь себе работу по душе, либо я тебя сама прибью. Мне, по крайней мере, не так обидно будет!

Я тогда подняла на нее почти потухшие глаза, хотя сердце болезненно сжала надежда:

- Мам, ты ж знаешь, что все, что мне по душе, связано с риском для жизни. И хорошо, если сразу разобьюсь, а то будет у тебя на руках, кроме ребенка, еще и овощ!

- Детка, - мать посмотрела на меня с какой-то особенной жалостью. - У меня сейчас на руках овощ, который хоть и зарабатывает деньги, и может себя обслужить, но не живет. Для женщины в тридцать - хуже не придумаешь!

- Я серьезно, мам, - я устало потерла лицо, день в бухгалтерии выдался нудным и серым, как и все остальные. - Что, если я и правда...

- Поверь, дорогая, - голос матери стал жестким, - у меня хватит сил вырастить Ивана хорошим человеком, а тебя - отключить от аппарата жизнеобеспечения. Я все сказала.

С этими словами она хлопнула сначала ладонью по столу, а потом и входной дверью. Привыкла в своей военной академии строить курсантов и заведующих лабораториями научного центра! Я просидела тогда до утра, споря с самой собой, а в полдень уже вышла из проходной завода, где трудилась последние полтора года, в последний раз.

И вот уже больше десяти лет в моей жизни было обучение других контраварийному и экстремальному вождению, личные вызовы, гонки и многое из того, на что нормальные люди крутят пальцем у виска.

Но моя единственная близкая подруга оказалась не из них, не из нормальных. А вот вчера выяснилось, что и не из людей.

Эльфийка, которую магия не только засунула в тело умирающей женщины, но и подлатала его, насколько хватило остаточного заряда, как пояснил мне "на пальцах" оборотень Филарет Игоревич. За все эти годы мы так сблизились ("сонастроились" - назвал это он), что при прохождении межмировых врат, я, в худшем случае, окажусь в том же регионе, где и Ирри. В лучшем же - меня притянет еще ближе, даже особенно искать не придется.

- И от чего это зависит? - недоверчиво хмыкнула я.

- От глубины той ж... ямы, куда угодит наша Арская в тот момент, - усмехнулся Филя.

- А может, она будет жить долго и счастливо со своим драконом? - возразила я из чувства противоречия, а у самой уже сердце колотилось в горле от предвкушения и какой-то дикой дозы адреналина.

- Ты сама-то в это веришь? - оборотень скептически приподнял бровь.

- Не-ет, - нервно рассмеялась я, качая головой. - Только у меня еще остался один вопрос... Что тебе мешает сейчас меня обмануть и, при удачном стечении обстоятельств, тихо прикопать в лесу Долины, хранителем которой ты, по твоим же словам, являешься?

Филарет призадумался, допил пиво, побарабанил пальцами по столу. Вот именно, дружок. Вот именно. И хоть мысленно я уже согласилась на эту авантюру, хотелось бы озвучить, что понимаю возможные риски.

- Вообще-то, ничего, - признался он. - Какую бы клятву я не принес, для тебя она будет простым звуком. Тем более, что Хранители имеют право нарушить даже клятву Верности на крови, если этого потребует защита Долины. Поэтому тут только мое слово против твоего.

- Так я и не против, - усмехнулась я. - Просто почему-то не хочется, чтобы ты считал меня наивной дурой.

- И в мыслях не было, Вик, - заметно расслабился оборотень. - Напротив, я считаю тебя гораздо более здравомыслящей, чем всех своих коллег вместе взятых!

- С чего бы вдруг?

- Наивные адреналинщики до сорока трех не доживают, - улыбнулся он как-то очень по-звериному.

Все это тоже было вчера. Потом мы долго и упорно собирали все переписки с Иркой, чтобы восстановить хотя бы основную канву ее работы. Время играло не на нашей стороне - очень сильная драконья магия позаботилась о том, чтобы уже через несколько часов ничего не напоминало о существовании в этом мире Арской Ирины Сергеевны.

- А скажи мне, Филя, вот что, - я задумчиво крутила в руках распечатку схемы, нарисованной от руки. - А чего ты, такой умный, не пытался вернуться в свой мир?

- А зачем? - не отрывая взгляд от монитора, бросил он.

Я несколько минут завороженно понаблюдала, как длинные тонкие пальцы что-то быстро выстукивают по клавиатуре. Не дождавшись пояснений, он перевел взгляд на меня.

- Вика-а, - позвал он, а я смущенно тряхнула головой, надо же, залипла. - Не можешь одновременно болтать и искать, выбери второе. Все, что не найдем, придется додумывать самим, а как бы ни печально было это признавать, нам в этом деле далеко даже до Арской, - помолчал и добавил: - про Рейгаля я уж вообще молчу...

- А этот профессор дракон правда такой умный?

Ирка, из всех моих знакомых, всегда была самой умной женщиной, а уж представить мужика, который будет умнее, было практически невозможно. Мне всегда казалось, что это какой-то сферический единорог в вакууме. Ну или дракон, да.

- Как тебе сказать, - самокритично хмыкнул Филарет Игоревич. - Чтобы достигнуть нашего уровня, Аберфорту Генриховичу нужно отключить примерно две трети мозга.

Дальше мы искали информацию молча. Что там колдовал этот хакер за своим компьютером я понятия не имела, но честно перерыла все мессенджеры и собрала в заметки все, что касалось докторской. К счастью, подруга была из тех, кому проще выстроить логическую цепочку, говоря с кем-то. И не важно, понимаю я, о чем она там лопочет или не очень.

Уже поздно вечером, когда у меня уже в глазах рябило от всех этих "векторов приложения энергии" и "теорий построения порталов" вперемешку с "социокультурными факторами" и "этнокультурных аспектов", Филя стянул с головы наушники и поднял на меня заметно покрасневшие глаза:

- Вроде все, - он, потягиваясь, откинулся на спинку компьютерного кресла. - Давай, Вик, дуй домой или куда там тебе надо, а я - за пивом. Завтра на работу. Надо начинать уже Юльке дела передавать.

Я аж поперхнулась от такого резкого перехода.

- А... гм...

- Вик, в отличие от дракона, мы с тобой не сможем стереть память о себе в этом мире, - догадался пояснить оборотень. - Значит, прежде, чем свалить отсюда, нужно закрыть дела и оборвать социальные связи... Тьфу ты! Ну и зараза же этот их научный язык! - рассмеялся он. - В общем, я уверен, что у активной красивой женщины с восемьсот тридцатью четырьмя контактами в телефонном справочнике есть с кем попрощаться...

- То есть, - я слегка струсила, - хочешь сказать, что это - билет в один конец?

- Нет, ну при удачном стечении обстоятельств у тебя-то, конечно, будет шанс вернуться, - пожал плечами мужчина. - Просто я не могу гарантировать основное условие для этого.

- Это какое? - заинтересовалась я.

- Очень важно остаться в живых, - хмыкнул он, вставая.

Очень смешно. Обхохочешься просто.

По пути на съемную квартиру, я, первым делом, написала хозяйке, что съезжаю через две недели. Написала - и испугалась уже по-настоящему. А что, если я правда не смогу вернуться... по техническим причинам?

Мысль мне не понравилась, и я решила ее отбросить. Ну, в конце концов, если что, мне будет уже без разницы! Но с матерью и сыном нужно поговорить начистоту...

Вот я и мчала. Часы показывали второй час ночи, значит, примерно половина пути позади.

- Вика! - снова воззвала я к собственному разуму. - Вот как ты сможешь им объяснить все это так, чтобы тебе не вызвали дурку?

Еще один глоток кофе, по консистенции напоминавшем густую смолу. Во-первых, потому что утром я пила, а во-вторых, обычно, я в это время уже сплю.

- Так карательную психиатрию давно отменили, - фыркнула я, отвечая себе с куда меньшим пафосом. - Но в целом, ты права, конечно. Мама точно оценит твое: "Я тут с едва знакомым оборотнем отправляюсь в параллельный мир помочь Ирке установить новый мировой порядок, потому что она оказалась эльфийской жрицей!"

Истерический смех в тишине темного салона прозвучал довольно зловеще.

- Ну что я тебе могу сказать? - поджала губы мать, когда я вывалила ей все, как есть.

Пока она ходила за сигаретами, пока закуривала, пока задумчиво рассматривала завитки дыма в ярком свете люстры, я думала только о том, как же бредово все это звучит. А у нее, оказывается, даже мнение есть на этот счет. Вот что значит - настоящая женщина, ей всегда есть, что сказать! Я вопросительно посмотрела на мать.

- В мире есть огромное количество странных вещей, - как-то уж очень издалека начала она. - У меня тоже есть подруга... со странностями. Ты должна ее помнить, тебе было лет восемь, когда мы ездили в столицу в гости к Карпинским. Агриппину вообще сложно забыть. Мы познакомились с ней много лет назад на какой-то выставке достижений военного хозяйства. Ее муж, ректор столичной академии, курировал один из исследовательских проектов, а твой отец занимался производством каких-то деталей для него.

В голове неожиданно вспыхнуло воспоминание о высокой худой подтянутой... женщине, назвать ее старухой язык не поворачивался. От нее пахло лавандой и льдом, она играла на рояле, гипнотизируя летающими над клавишами тонкими суставчатыми пальцами. Но с тех пор прошло больше тридцати лет, а мать сказала, что подруга... есть?!

- Вижу, вспомнила, - хмыкнула она. - Так вот, мы до сих пор переписываемся в "Одноклассниках" и с удовольствием встречаемся на разных мероприятиях. Карпинская уже шестьдесят лет работает в той самой академии, заведуя архивами...

Глотком кофе я подавилась. И долго откашливалась. В той самой. Мам, ты даже не представляешь, насколько "той самой"!

- В чем там секрет, я никогда не спрашивала, - продолжила она, с усмешкой. - Агриппина сама спросила, не считаю ли я это странным. Я ответила, что считаю, но мне слишком интересно и приятно с ней общаться, чтобы лезть с бестактными вопросами. Она скрипуче рассмеялась и ответила, что в нашем мире полно удивительных вещей, и эта - еще не самая странная.

- И все? - не поверила в такое отсутствие элементарного любопытства я.

- И все, детка, - мать потушила сигарету и развела руками. - Взрослые девочки имеют право на свои тайны. И на выбор пути. Поэтому... раз ты сделала свой, что я могу сделать для тебя? Только подстраховать. Сын у тебя уже давно взрослый, ты в его жизни все больше - фольклорный элемент... Пару-тройку лет погоды не сделают.

- Мам, я... - горло неожиданно перехватил спазм.

Я ожидала чего угодно, но только не этого. Зная, что у матери нервы, как канаты, я все равно боялась. Но она в свои шестьдесят два могла дать фору многим моим ровесницам! Я порывисто подскочила и обняла эту несгибаемую женщину. По ее плечу, на шелковой пижаме расползались два мокрых пятна.

- Ну-ну, - она осторожно похлопал меня по спине. - Детка, ты же знаешь, я не умею правильно реагировать на слезы - слишком рациональна для этого.

- Угу, - пробормотала я, возвращаясь на свое место. - И ты представить не можешь, как это здорово!

- Рада, - кивнула она. - Иван проснется через полчаса, позавтракаете, скажешь, что уезжаешь надолго, без связи. Проводишь его в школу и ложись, поспи хоть пару часов. Дел сегодня у нас невпроворот.

- Как матушка? - проскрипела высокая худая женщина без возраста, подойдя к столику в безликой сетевой кофейне, за которым я ждала встречи с еще одним элементом этого странного паззла.

Она казалась настолько чуждой в этой обстановке в своем шерстяном платье в пол, соболином полушубке, небрежно брошенном на спинку стула, и массивных украшениях с явно драгоценными камнями. И я ее вспомнила. Точнее, вспомнила, что о ней говорила Ирка. Гарпия Павловна. Очень точное определение.

- Лучше, чем я, - попыталась скрыть растерянность за самоиронией.

- Не смущайся, малышка, - хихикнула она, обводя задумчивым взглядом обстановку и подходя к витрине с десертами. - Твоя подружка и то была побойчее...

- Показать вам что-нибудь? - многозначительно приподнял брови смазливый бармен.

- А покажи-ка нам, голубчик, стриптиз, - окинула его оценивающим взглядом Агриппина.

- А вы, я смотрю, женщина - огонь, - не растерялся парень.

- Не сомневайся, - усмехнулась тетка, скользя пальцем с длинным острым ногтем по пунктам меню. - Мне это, это и это. Малышке то же самое, только кофе черный, без сахара. Принесешь за столик.

С этими словами она вернулась к оставленным вещам. Кажется, бабку я недооценила. Бармен - тоже, потому что даже не заикнулся о том, что в кофейне предоплата и самообслуживание.

- Мама сказала, что вы хотели со мной поговорить, - устав смущаться и удивляться, просто спросила я. - О чем?

Провожая меня до машины два дня спустя, мать обмолвилась, чтобы я встретилась с Карпинской сразу по приезду в столицу, и скинула адрес кофейни. "Агриппина пообещала, что поможет, чем сможет... Хотя ума не дам, чем тут можно помочь", - пожала плечами она.

За эти дни мы успели сделать все - от подачи документов на переоформление моей квартиры на сына до генеральной доверенности на любые действия на ее имя. А опеку над внуком она, на всякий случай, оформила почти пятнадцать лет назад...

- Значит так, - Агриппина Павловна поклацала когтями по столешнице. - Твоя матушка мне очень и очень дорога, поэтому я постараюсь ответить на все твои вопросы. Включая те, которые ты не можешь задать, потому что не знаешь, что спрашивать.

Я молча приподняла брови, постаравшись выразить благодарность взглядом, так как бармен принес заказ мне и моей более, чем странной, спутницы.

Глава 4

***

Когда-то, давным-давно, эльфы, драконы, люди и другие, не такие многочисленные расы жили в мире. Не то, чтобы совсем никто ни с кем не воевал, но как-то удавалось договариваться.

В вечнозеленой Долине эльфами справедливо и мудро правили Жрицы. Они отдавали природе свою жизненную силу, взамен получая магическую. Священный Лес, выросший благодаря ушедшим Туда, куда все уходит, берегли Хранители - оборотни с особенными свойствами. Друиды создавали все необходимое для жизни простых эльфов и отвечали за отношения с другими расами.

Ледяные драконы жили в горных долинах, покрытых вечными льдами. Ими правил совет старейшин, во главе которого стоял Отец клана. Родовая магия драконов питалась водой горных рек и ручьев и их собственной кровью.

Люди строили свои города в предгорьях и по другую сторону гор от эльфов. Жили они недолго, но рождались часто и быстро, поэтому расы-долгожители с ними не связывались, молча согласившись признать за ними тот кусок суши, что простирался от Ледниковых Гор до самого Великого Океана. Была ли земля дальше, за пределами океана, не знали даже драконы - никому не удавалось ни переплыть его, ни перелететь.

Но все изменилось, когда один из Верховных Друидов возмечтал о власти...

Для начала он объявил войну младшим народам, обвинив их в принадлежности к темному началу мира. Мол, они похищают невинные души и скармливают их чудовищам, живущим Там, куда все уходит.

Конечно! Сам-то Друид был женат на настоящей гарпии, кому, как не ему и знать...

Он так ловко и мастерски подтасовывал факты, что не прошло и ста лет, как даже самые скептически настроенные эльфы начали сомневаться, а был ли вообще мир со всеми этими волколаками, гарпиями, стихийными духами и другими?

Он ли стравил эльфов и драконов, или сами расы что-то действительно не поделили, а Друид воспользовался - кто ж теперь скажет? Но война развязалась не шуточная.

Первыми на защиту Долины встали оставшиеся Хранители и... Жрицы. М-да.

Когда погибла тогдашняя Верховная, друиды быстренько инициировали какую-то девчонку, и понеслось... Тогда много чего сгорело, в том числе, и четыре главных капища. Потом эльфы избрали себе военного предводителя, а магическая власть окончательно перешла к Друиду.

И он не растерялся! Те из Хранителей, кто остался в живых, поначалу еще пытались образумить зарвавшегося эльфа, но его прихвостни активно "восстанавливали" утраченные хроники, ловко переписывая историю.

Эльфы, конечно, живут долго, но это только если их не пытаться убить. За какие-то шестьсот лет войны и следа не осталось от прежнего мира. Эльфийки стали бесправными существами, разменной монетой в политических играх своих мужчин, а жрицы - магическими накопителями, призванными исправлять энергетические перекосы, к которым приводили эксперименты друидов...

***