Техподдержка для эльфа

Глава 5

Следующие два дня я училась контролировать трансформацию. Эффектно отращивать клыки по собственной воле, а не по велению чувств гораздо интереснее. Полноценная звериная ипостась из-за человеческих генов была недоступна, но вурдалачьи кости и мускулы делали фигуру мощнее, крупнее, прочнее и выносливее. Превращаться в откровенно страшного монстра, может, и не самая заветная мечта каждой девушки, но если это существенно повысит шансы на выживание, почему бы и да?

Телепатией оказалось пользоваться совсем просто. Как звонишь, только делать ничего не надо, просто прислушаться, освободив голову от своих мыслей, и чужие мысли заполнят пустоту. На тренировках Дан пускал меня в свою голову, но при этом думал о такой похабщине, по сравнению с которой вопросы абонентов типа "Девушка, а у вас есть задержка?… Ну, с платежами?" казались детским баловством. Я, конечно, давно не краснела от таких вещей, но эльф за двести с лишним лет неплохо поднаторел в образах и метафорах. Поэтому серьезное вроде бы занятие превращалось в бесконечный ржач и фарс.

– Давай попробуем ещё раз, по-нормальному! – вытирая слезы и не в силах больше смеяться, просила я.

Арданиэль сосредотачивался, алея кончиками ушей и, даже не заходя в его мысли, было понятно, что меня ждёт очередная вариация на тему "Можно ли считать леди хорошей хозяйкой, если она любит исключительно мужское хозяйство?"

– Дан! – хохот в замке некроманта явно был не частым гостем, и эхо ещё долго звучало в пустынных коридорах.

– Ну а что я могу поделать, если у меня все мысли такие! – разводил руками этот представитель Перворожденных.

– Так я тебе в голову лезу, а не в штаны!

– Где мысли есть, туда и лезь, – ободрял он.

Голдот магически блокировал свои мысли от вторжения. То, что он мне не доверяет, я и так знала, но, когда из любопытства попытавшись послушать его, получила хоть и магический, но весьма болезненный удар, стало обидно. В конце концов, мы на одной подводной лодке. Чего он устраивает ментальное избиение младенцев? Это случилось во время одного из занятий по использованию моих природных талантов, на которое он заглянул. Вероятно, случайно.

– Неприятно? – участливо заглянул в глаза некромант.

– Хр-р-р… ххх… – воздух неохотно возвращался в легкие.

– Зачем?.. – выдавила я, когда немного отдышалась. Дан тоже смотрел на мага укоризненно.

– В моих мыслях тебе делать нечего, так что завязывай! – Он отвернулся и отошел к окну. Понаблюдав унылый пейзаж, он вернулся ко мне и моим способностям. – Заодно тренируйся держать магический удар.

Дан в компании некроманта чувствовал себя совершенно свободно, постоянно отпуская колкие шуточки. Сам некромант на провокации реагировал скептическими ухмылками или трагическими вздохами, но и не обижался. Я же, наталкиваясь на эту стену отчуждения, постоянно смущалась. Ощущения были новыми и непонятными, учитывая мою нездоровую самоуверенность и здоровый пофигизм.

Итак, какой мы имели расклад? Честно говоря, весьма кислый.

Древний Лес делился официально на четыре части – эльфийский Град, дриадскую Рощу, друидские Заповедные Земли и непосредственную вотчину Хозяина. Главным у эльфов был Вирраэль, ага, тот самый, герой баллады. Дриад возглавляла Семприва, старейшая и вечно молодая (полагаю, это поэтическая лесть). Верховного Друида звали Кимбаэт, самая загадочная личность (возможно, даже и не личность вовсе, друиды все же люди и куда как менее долговечные, по сравнению с другими расами). Потому как если с первыми двумя и их интересами все было понятно – один любит власть, другая любит себя, о третьем моим союзникам не было известно практически ничего. Друиды крайне малочисленны и скрытны.

Все они соблюдали вежливый нейтралитет ровно до тех пор, пока не стало твориться что-то странное. Сравнительно недавно кто-то начал убивать Лес. Деревья настолько старые, что уже практически разумные, умирали долго и мучительно. Тут-то и выяснилась роль горстки людей-друидов в экосистеме Леса – каждый из них нес в себе часть этой общей боли. Но люди… да, такие люди. Они умирали в страшных муках куда быстрее деревьев. Кимбаэт отправил послание Хозяину Леса и Вирраэлю. Женщины в лице дриад, очевидно, не пользовались таким доверием. Что, с моей точки зрения, было странно – и те и другие должны же как-то размножаться. Хозяин не ответил, а Вирраэль, со своей стороны, не мог допустить такого безобразия и, объединившись с друидами, попытался обнаружить негодяя. Но никакие поиски магических отпечатков и реальных улик результатов не принесли. И вот тогда всесильные эльфы и друиды обратились за помощью к человеческим магам. Маги вначале чуть было не отправили высокомерных гонцов, пришедших просить о помощи с таким видом, будто делали одолжение людям, в пешее путешествие отнюдь не в Лес. Потом, посовещавшись, все же согласились, потому что земли, населенные людьми, граничили с Лесом со стороны друидов, а те, в свою очередь, могли изрядно попортить и урожай, и скот, несмотря на весь свой пацифизм. Эпохальное событие в виде объединения «жалких людишек», Перворожденных эльфов и Детей природы дало всего лишь отпечаток ауры, оставшийся на местах преступлений, да и тот – невероятно слабый и блеклый.

А что же Хозяин? Явившись на очередное заседание межрасовой комиссии по спасению зеленых насаждений, он заявил, что это его конкурент, который снюхался с некромантом и, как только он добьется своего, устоявшемуся мировому порядку вместе с Лесом придет полный и окончательный конец. Главный друид и правитель Града предложили свою помощь в поимке негодяйского ренегата, ибо конца Лесу как раз не желали. Мировому порядку тоже. И охота началась! Дана искали, он скрывался. Потом было некоторое затишье.

В последнее время оно стало слишком сильно напоминать затишье перед бурей, и Арданиэль в срочном порядке отправился искать свою Аррг'вию, ибо без нее – никак. Она, в свою очередь, жила себе, ни сном, ни духом о своем великом предназначении по защите эльфийского филея, работала и мечтала о подвигах. Как говориться, бойтесь своих желаний – они исполняются. Получи, дорогая, свои подвиги!

По прошествии недели, мы решили, что оттягивать отъезд дальше нет смысла. Если мы не выдвинемся за приключениями на свои головы, велика вероятность, что они явятся на порог, а бежать, вернее, тактически отступать некуда.

В последний вечер в замке некроманта царила самая зловещая тишина, которую можно себе представить. Я в последний раз проверила свой рюкзак. Теплый свитер, ножи, которые нашлись для меня в оружейной замка и тяжелый кистень лежали вместе с «дамским» набором в пределах досягаемости. Так же Дан настоял на лёгком эльфийском мече, который выглядел внушительно, но толково управляться с ним я так и не научилась. Вот и зачем его тащить?

Голдот материализовался на пороге комнаты без стука.

– Готова?

Это было так внезапно, что ответом ему был машинально отправленный на голос метательный нож, который я крутила в пальцах, раздумывая как быть с его старшим братом. Не знаю уж, как он уклонился, но звук, с которым он выдергивал из косяка оружие, мне чем-то не понравился. Некромант удивленно приподнял бровь:

– Значит, готова, – соизволил скривить губы в улыбке он.

– Могла ж убить, – нахмурилась я. – С ума сошел так пугать?

– Не могла, – тихо сказал он. Мне показалось, или ему взгрустнулось?

– Ты все же не подкрадывайся, – тряхнула я волосами, – могу и не промахнуться.

– А ты и не промахнулась, – возразил он, протягивая мне нож, пряча мертвую руку в карман брюк, и вышел из комнаты.

Вот странный. Что хотел, чего надо было?

Мы выдвинулись незадолго до рассвета. На лошади я раньше не ездила (если не считать те пять раз за всю жизнь, по случаю), поэтому настроилась на отбитую пятую точку и прочие прелести путешествии на этой животине. Но приключения мои начались с того момента, когда я поняла, что на скотинку нужно залезть, а стремена случайно оказались на уровне моей груди. Как поднять ногу на такую высоту, а уж тем более обрести опору в такой позе, я себе не представляла даже смутно. Мужчины выжидательно и непонимающе на меня смотрели, сами каким-то чудесным образом справившись с этой задачей. Здраво оценивая свои способности, я оглядывалась в поисках подходящей высоты типа табуретка, на крайний случай сгодился бы какой-нибудь пень.

С предметами интерьера была засада. То есть, они, видимо, были в засаде – я не увидела ничего подходящего. В конце концов, Голдот плюнул, соскользнул на землю и подставил мне руки. Становиться на них было страшно, пальцы были тонкими, и, несмотря на странный вид и цвет его правой руки, красивые. Я вопросительно посмотрела на него.

– Не раздавишь, – буркнул он, и я решилась. Ботинки казались просто огромными по сравнению с опорой, но я закрыла глаза и подтянулась в седло. На удивление, руки не опустились под моим весом ни на миллиметр. Я открыла глаза и с удивлением смотрела как этот, в общем-то, далеко не крупный мужчина, отряхивая руки о штаны, подходит к своему коню и легко взлетает в седло.

Вот ведь! Опять не успела заметить, как они это делают! Ладно, научусь. Раньше вон все гоняли на лошадях и ничего. Мы выехали из ворот замка, и только оказавшись в мертвом лесу, я задумалась, в какую же сторону нужно ехать. То, что нужно тайно попасть в Лес, это было понятно. Но мужчины уверенно двинулись по той тропе, которой мы сюда и пришли.

В дороге мои спутники не стали более разговорчивыми. Напротив – более собранными и сосредоточенными. Меня, правда, это не сильно печалило, было, о чем подумать. Например, о том, что я так быстро привыкла к этому странному миру, хотя прошла всего неделя с момента, когда я, не подозревая ни о чем, шла с работы пить в одно лицо в связи с отпуском и отсутствием подходящей компании для отмечания оного. Конечно, компанию я себе нашла, но с трудом верилось, что еще недавно у меня не вырастали клыки, когда я злилась. Нет, иногда очень хотелось загрызть пару-другую абонентов, но чтоб реально отращивать клыки и полузвериную морду… М-да. Может, моя такая адаптация связана со странными генами, связывающими меня с этим миром? Кто его знает, эльф говорит, что так и должно быть. Должно быть, это всегда было, просто я не замечала. Даже из лука пару раз стреляла. Правда, из спортивного, а не из той странной конструкции, которая покачивалась в такт ходу лошади, за спиной у Арданиэля.

Меня снарядили в качестве экипировки и арбалетом, справедливо полагая, что я просто не успею выхватить лук, стрелу, прицелиться, да еще и выстрелить. Но, по мне, и арбалет ерунда еще та. Как целится я знала весьма приблизительно, поэтому могла рассчитывать только на удачное стечение обстоятельств, благодаря которому я должна была выстрелить хотя бы в сторону врагов, а не себя, любимой. Единственное, что было просто, это удобный спусковой крючок. Короче, лучше б двустволку. Правда, когда я выдала это ценное соображению эльфу, он, по секрету, порекомендовал мечтать, ибо это не вредно. Я хмыкнула своим мыслям.

Когда солнце поднялось совсем в зенит, мне объявили привал. Кругом высился все тот же мертвый лес, хотя по моим подсчетам он уже давно должен был кончиться, если двигаться к месту нашего выхода из телепорта. Видимо, мы все-таки где-то свернули. Я вполне могла не заметить, увлекшись своими мыслями. Достаточно было не терять из виду спину Арданиэля.

Все это было прекрасно, если не считать того, что слезать со спины моего скакуна было еще страшнее, чем залезать на него. Зато проще, правда, вниз лучше не смотреть. С этим я справилась сама. Костер организовал походный эльф, а я, бросив на землю плащ и привязав ездовую животину, попробовала размять… гм… ноги. Нет, все-таки эксперты колл-центров – живучие создания. Зад не то, что не ломило, а он, вроде как, живя своей жизнью, даже благополучно принял форму седла. Ага, раньше он так же легко принимал форму рабочего кресла. Ноги тоже не подавали признаков великой перегрузки. Чудесно, есть шанс научиться-таки верховой езде. Я прошлась в одну сторону, затем в другую. Действительно, пока все шло отлично.

– Ты есть будешь? Или так и будешь вокруг костра круги нарезать? – Впервые, с того момента как мы выехали из замка, подал голос эльф.

– Буду, а есть что? – усмехнулась я.

– Есть, – улыбнулся он в ответ.

Отчуждение в нашей компании копилось из-за несговорчивого некроманта так долго, что я уже начала подумывать как бы его напоить. Оказывается, Дан уже распотрошил свою сумку, подогрел мясо на огне и настругал бутербродов, один из которых протянул мне.

– Человечье? – деловито осведомилась я, скептически разглядывая мясо странного цвета. Дан серьезно кивнул.

Некромант молча жевал свой паек, не обращая внимания на наши незамысловатые шуточки. Отобедав, мы двинулись дальше в путь. Хорошо, что в этом лесу есть множество пеньков, а то непонятно почему, но меня смущает топтаться по рукам соратников ботинками. Не вежливо, что ли.

До вечера мы ехали рядом с эльфом, Голдот занял место в авангарде отряда. Очевидно, он лучше всех представлял направление, в котором нужно ехать, потому что дорогой эти звериные тропы можно было назвать с большой натяжкой.

– Блин, а как мы с тобой тогда посидели?..

– Ага, здорово, как же! Я проснулся на полу! И очень долго пытался понять, где я…

– Ха-ха-ха… а я просыпаюсь и думаю, че вчера было?..

– Ха-ха-ха!..

– А я когда на тебя чуть не наступила, думаю, фигасе, отметила отпуск…

– Я, главное, пытаюсь понять, как я оказался на полу… Мы же пытались превратить воду в вино, а вашем мире это уже высший пилотаж!

– Чего? Мы? Вино колдовали? – нараставшее с утра напряжение понемногу таяло, и мы уже полчаса ехали, вспоминая пьянку, давшую такой удачный старт моему отпуску.

– Да, но потом ты вспомнила, что недалеко открыто соответствующее заведение…

– Мы ходили в кабак?! – блин, напиться до эльфов – это жестоко, но пить с ними в кабаке – такое уже не лечат… Если мы сидели там, где я думаю, поголовье его завсегдатаев резко уменьшится…

– Не, до кабака мы не дошли, – успокоил Дан, – мы встретили твоих друзей, поорали песни, отобрали у них всю выпивку и пошли домой… – дальше он рассказывать не мог, потому что ржать, как конь, и пытаться не свалиться с оного – две несовместимые с рассказом задачи.