- -
- 100%
- +
И как я сразу его не увидела?! Отвлеклась на чудовище, а теперь рисковала встретиться еще с одним!
– Лирида, закройте разлом! Скорее! – крикнул Мор из безопасной части кабинета.
Честно, внутри свербело от желания высказать, что закрывать бы ничего не пришлось, если бы не профессор Мор! Я была уверена, что разломы и исчадия, с которыми сражались и мои сокурсники, дело рук преподавателя!
Что это за проверка такая жестокая?!
– Не подсказывайте, Люциус, – шикнула на Мора Эттери.
Я сосредоточилась на разломе и медленно выдохнула.
Итак, о разломах я знаю несколько вещей.
Первая – они возникают под воздействием избыточной энергии. Вторая – магов в наше время ценят, ведь только мы способны эти бреши закрывать. И обязаны это делать регулярно, иначе рискуем нарваться на проблемы с законом, штрафы и даже лишение магии. Третья – не все разломы маг может закрыть в одиночку. Часто требуется целая группа чародеев. Но сейчас…
Сейчас передо мной был крошечный разлом – разрез в воздухе не длиннее моей руки. А меня от других людей отделяли магические стены.
Я справлюсь. И плевать, что делаю это впервые.
Избыточной энергии нужно дать сосуд. И я могла им стать.
– Помоги мне, Пустошь, – взмолилась я своей богине и протянула руку к разлому. Не касалась его, но все равно чувствовала исходящую силу.
Мысленно попыталась притянуть ее, но получалось слабо. Разлом не рос, но и не уменьшался. А исчадие в нем становилось все ближе.
«Закрытие брешей – это как рыбалка, – вспомнилась мне одна из лекций на последнем курсе. – Вы не можете поймать рыбку на пустой крючок. Дайте что-то бреши, чтобы она отдала часть своей энергии вам».
Я сорвала с пояса хрустальный кинжал и полоснула по ладони. Кровь усиливает любую магию, а некротическую – тем более. Однако использовать это слишком часто не выйдет. Побочный эффект в виде истощения – штука неприятная. А если пренебречь предупреждениями собственного тела и продолжить кормить силу кровью, можно и вовсе погибнуть.
Умирать сегодня от этого крошечного разлома я не планировала. Однако сполна вкусила «прелести» магии крови, помноженные на отдачу за закрытие разлома.
Брешь мне подчинилась и стала быстро затягиваться. Ее энергия перетекала в меня, но она была ядом.
Потусторонняя мощь разломов не уживется в человеческом теле, но несколько ослабеет в нем. С каждым годом избыток энергии становится все меньше. Но пока этого недостаточно, чтобы окончательно победить скверну.
Однажды мы сумеем закрыть все разломы и развеем всю магию, что его рождает. Может быть…
Но теперь я на собственной шкуре ощутила, как тяжело в одиночку справиться даже с крошечной аномалией пространства.
Едва брешь исчезла, магическая стена позади меня пропала. Однако встретить этот момент с победной улыбкой не вышло. Сил не хватало даже на то, чтобы стоять.
Я рухнула на колени и, тяжело дыша, сгорбилась. Все звуки стали какими-то приглушенными: грохот, который поднял Антуан, сражаясь со своим исчадием; сдержанные аплодисменты и похвалы от Мора.
Но один звук все же смог развеять мое оглушение.
Нотт пронзительно кричала:
– Я не могу! Не получается!
Нотт делала пассы руками, пытаясь сформировать сгусток чар, но все безуспешно. Она слишком нервничала, исчадие нападало и не давало Нотт сконцентрироваться. А когда это получалось, ее ладони начинали излучать теплое свечение.
– Целебные чары? – Я подалась ближе к стене, что все еще отделяла меня от Нотт, и крикнула: – Что ты делаешь?! Атакуй, а не лечи его!
– Я пытаюсь! – Нотт явно теряла последние крупицы самообладания.
Лекарка по профилю – она совсем не привыкла, что ее магия может ранить. Но это так. Даже целители способны задавать своей силе разрушительную траекторию.
Исцеление может обратиться разъедающим ядом, близким к той силе, что используют некроманты. Но Нотт об этом будто забыла.
– Нотт! – кинулся к сестре Гаат.
Он уже разобрался со своим чудищем и каким-то чудом очень быстро закрыл разлом. Я даже не поняла, как он это сделал! Заметила только, как Гаат кинул в сторону бреши что-то маленькое, похожее на металлический шар.
Самодельный артефакт?
– Остановите это! – прорычал Гаат, глядя на Мора.
Мы все обернулись на профессора. Но тот как сидел на краешке стола, так и не пошевелился.
– Делаете вид, что не слышите?! – взбесился Гаат. Он едва не кричал от отчаяния. Снова попытался пересечь стену, чтобы помочь сестре, но магия ужалила болью.
Тогда вперед бросился Антуан. Он вскинул свой огромный двуручный меч и замахнулся… А в следующий миг отлетел в стену кабинета, отброшенный магией.
– Мор-р, – процедила Эттери. – Заканчивай! Ясно, что девчонка не справилась!
– Я так не думаю, – с раздражающей ленцой отозвался профессор.
Тем временем Нотт пыталась не погибнуть, заточенная уже не с одним, а с двумя исчадиями. Второе вырвалось из разлома, который разросся из небольшой трещинки в зияющую рану.
Гаат громко ругался, Антуан пытался прийти в себя после того, как волна силы отшвырнула его. Эттери злилась, но не вмешивалась. А Мор… Он просто смотрел, как Нотт безрезультатно пытается сделать хоть что-то.
– Пустошь на мою голову! – процедила я.
Стоять в стороне больше не могла. Сил после испытания почти не осталось, но я должна сделать хоть что-то! Хотя бы попытаться!
Так. Думать нужно живо.
Если стены – дело рук Мора, я тоже могу на них воздействовать. Вмешиваться в чужую магию всегда сложно, но если чары имеют сходные узлы силы в заклинаниях, на них можно надавить. Что я и попыталась сделать.
Приблизилась к стене, вытянула руки, которые уже дрожали от перенапряжения. Попыталась нащупать знакомый холодок некромагии. Ее особенность заключается в том, что она тянет силы из окружающего пространства. Часть берет от своего колдуна, но большую часть – из пространства и точки приложения.
Может, потому Нотт и не справляется?
– Лирида, отойдите от стены! – крикнула Эттери. – Вы можете пострадать!
– А моя сестра? Она не страдает?! – пробасил Гаат, перетягивая внимания профессора на себя.
А я тем временем нашла узелки заклинания. Почти зацепилась за них своими силами, чтобы пустить по стене трещины…
Как вдруг за стеной что-то громко бухнуло.
Я испуганно отскочила, растеряв концентрацию. Кабинет накрыло тишиной. Мы все смотрели, как быстро тают стены вокруг Нотт, которая все-таки справилась с заданием и теперь тяжело дышала.
Нотт вся была в какой-то темной слизи. Та стекала по ее блузке, обляпала юбку. Из-за этой мерзкой жижи даже было не разобрать цвет волос девушки. Если бы я не знала, что пучок у Нотт огненно-рыжий, то в жизни бы не угадала.
Ни разлома, ни чудищ больше не было. Нотт разобралась с ними. Видимо, перенаправила-таки исцеление в обратную его форму и теперь сама не верила, что получилось. Это читалось на ее лице.
Голубые глаза Нотт были широко распахнуты. Она шокированно смотрела в одну точку на полу и тяжело дышала. Даже не шевелилась, пока к ней не подбежал брат. Он заключил Нотт в крепкие объятия, начал гладить сестру по липким от слизи волосам.
И только тогда та дала волю чувствам и разрыдалась.
– Это все Владыка Лисов, – сквозь слезы пролепетала она. – Владыка обернул удачу в мою сторону… Иначе… Иначе…
Я смущенно отвела глаза. Ни эта сцена, ни этот разговор не для моих ушей. Слишком личное. И слишком больно на это смотреть.
– Владыка Лисов? – услышала я совсем рядом голос Антуана и обернулась. – Не знал, что Нотт поклоняется богу воровства и удачи.
– Однако это ее спасло, – отозвалась я как можно равнодушнее, а сама задумалась…
Что случится с Нотт, если в следующий раз ее бог не поспешит вмешаться?
– Ее нельзя допускать до практики.
Мы все обернулись на голос Эттери. Похоже, профессорша думала о том же, о чем и я.
– Она чуть не погибла, хотя это просто испытание! Что будет, когда девочка встретится с реальным исчадием, а не иллюзией?!
– А разве я не говорил, что это были реальные? – Мор с загадочной улыбкой посмотрел на Эттери. Выглядел так беззаботно и весело… А у меня от его слов ледяные мурашки по коже поползли.
Мор прокрутил что-то на цепочке, а затем поймал в ладонь. То были карманные часы, которыми профессор щелкнул. Точнее, какой-то артефакт в виде часов.
– Я ведь должен был привезти из Далитта сувенир?
– И вы привезли скверну и ее исчадий?! – Эттери оскалилась, показывая клыки. – Вы чуть не убили студентов!
Он пожал плечами, будто говоря, что «чуть» не считается.
– Студенты должны знать на личном опыте, а не из учебников, что такое скверна. За время работы в Далитте я видел немало безумцев, которые раньше с разломами не сталкивались. Они были уверены, будто смогут перенаправить силы бреши, чтобы забрать ее себе. Стоит ли говорить, чем это кончилось?
Мы все молча в полном шоке смотрели на Мора. Он больше не улыбался. Напускной образ беззаботного добрячка слетел, оголяя истинную суть профессора. Он решителен и строг.
И вовсе не проверка это была, а урок.
– Любой, кто решит стать сильнее, напитавшись силой из бреши, умрет, – холодно говорил он, поочередно смотря на каждого из нас.
Мне показалось, что на мне его взгляд задержался на секунду дольше, чем на остальных.
– Любой, кто решит закрыть разлом в одиночку – реальный разлом, а не крошечную пародию вроде той, что я создал для вас, – умрет. Вы маги, но это не делает вас всесильными. Надеюсь, урок усвоен?
Мы все молча кивнули и переглянулись. Выглядели мы жалко… Потрепанные, кто-то израненный. А Нотт еще и красная от рыданий, с опухшими веками.
– И все же с испытанием вы все справились и допущены до экзаменационной практики. Так что теперь перейдем к тому, ради чего и собрались. Обсудим, что вас ждет.
Почему-то это прозвучало не торжественно, а зловеще. Никто из нас даже не улыбнулся.
А я в очередной раз уверилась: нужно приложить все силы, чтобы не попасть в подгруппу к Мору.
Глава 3
Антуан и Гаат перетащили пару парт от стены в центр кабинета, чтобы мы могли сесть. Преподаватели же остались там же – у доски. Эттери отказалась от стула и осталась стоять, сурово скрестив руки на груди. Мор так же восседал на преподавательском столе.
– Итак, послезавтра мы должны быть в «Снежном пике». Это большой гостиный двор в провинции Ампло.
Я сдержала полный досады вздох.
Ампло – самая северная и холодная провинция королевства Артери. Там царит вечная зима. Никто не живет в маленьких домиках, потому что в самые суровые месяцы их может под крышу замести снегом. Это край замков и гор, скованных вечным льдом.
Однако весна и лето там относительно мягкие. Многие приезжают в это время в Ампло, чтобы отдохнуть: покататься на коньках или лыжах, погулять в снежном городке… В общем, Ампло – это любимый курорт для тех, кто устал от теплого климата и летней жары. То есть в основном для тех, кто живет в столице, в Гаратисе.
Только вот я к такому путешествию совершенно не готова. У меня толком и теплой одежды нет. Зимы в провинции Портэ, где находится школа круга луны, не такие злые. Мне всегда хватало тонкого пальто. Однако подойдет ли оно для морозов Ампло?
Тем временем профессор Мор продолжал:
– Недавно от директора «Пика» поступило заявление: где-то на территории его гостиного двора есть разлом. Директор – господин Эрл – не маг и о бреши на территории курорта узнал случайно, с помощью артефакта, который получил в наследство. Саму брешь он не искал, о чем сообщил рыцарям луны.
Я задумчиво постучала пальцами по парте. Да, директор поступил мудро, связавшись с рыцарями. Они – древний орден, стоящий на защите людей и магии. Правда, часто приходится спасать первых от второго.
Пару веков назад рыцари луны были надзирателями для чародеев, а сама магия считалась чем-то опасным, почти запретным. Рыцари следили, чтобы магия использовалась лишь по допустимым нормам, а нарушителей жестоко карали, лишая способностей. Это сейчас такой ритуал позволяет магам спокойно жить дальше, но уже без таланта к колдовству. В Эре Оков же вместе с силами маг лишался рассудка.
Но то было тогда…
Хорошо, что я родилась в этом времени, когда магов уважают, хоть и продолжают контролировать.
– Информацию от господина Эрла перепроверили. К счастью, магический фон в «Снежном пике» оказался искажен слабо. О чем это говорит? – Профессор Мор пробежался по нашей четверке глазами и остановил взгляд на мне, поднявшей руку. – Да, госпожа Лирида?
– Это говорит о том, что на территории гостиного двора действительно есть разлом, но он пока еще мал, – проговорила я, и профессор кивнул.
– Верно. Поэтому рыцари луны сочли допустимым передать это дело нашей школе. Как раз в сезон практик и испытаний. Весна!..
Эттери кашлянула, красноречиво намекая, что лирические отступления не потерпит. Ей вообще, похоже, не особо нравилось, когда Мора швыряло из одной крайности в другую: то он милый и улыбчивый профессор «на одной волне», то строгий преподаватель, готовый ради знаний швырнуть студента в брешь.
– В общем, ваша цель в том, чтобы найти разлом и закрыть его, – договорила за профессора Эттери.
Но тот не забыл добавить:
– И сделать это нужно тихо, не привлекая внимания постояльцев. Это просьба директора. Господин Эрл не хочет, чтобы ситуация с брешью вредила его бизнесу.
От этого уточнения у меня заскрипели зубы. Выходит, господин Эрл тот еще негодяй! Зная, что где-то в «Снежном пике» есть брешь, он молчит об этом, лишь бы не упустить прибыль! Он готов рисковать жизнями гостей, только бы бизнес не пострадал!
– Ну и козлина, – процедил Гаат с таким грозным видом, что для пущего эффекта оставалось только на пол плюнуть.
– Попрошу не выражаться, господин Гаат, – пристукнул тростью Мор. – Мы не жрецы Великого Судьи, чтобы решать, кто прав, а кто… Ну, как вы и сказали…
– Козлина, – услужливо напомнила Нотт, за что тут же получила толчок в бок от брата.
Профессор Мор же прищелкнул языком.
– Вот именно поэтому, профессор Эттери, в свою группу я забираю этих двоих, – и он указал на меня и Антуана. – Им будет проще играть роли, которые я выдам.
– Какие роли? – Я настолько опешила от того, как быстро решилась моя судьба на эту практику, что забылась и задала вопрос вслух.
Недопустимо. Я перебила профессора, даже руки не подняв!
Но преподаватели этого и не заметили.
– Так и знала, что ты спихнешь мне слабых. – Красные глаза Эттери зло сверкнули. Она даже перескочила с уважительного «вы». – Забираешь тех, кто справился с испытанием быстрее?
– Дело не в этом. Если хотите, профессор, можем обменяться одним студентом.
– Что за пассы? – шепотом возмутился Антуан. – Мы не мячики, чтобы так нас перепинывали!
Но я его не слушала. Потому что сама-то как раз была не против мячиком побыть.
– Я согласна пойти в группу к профессору Эттери! – вызвалась я, поднимаясь из-за парты.
Теперь все внимание было приковано ко мне.
– Исключено, – моментально отрубил профессор Мор.
– Но… – начали мы одновременно с Эттери, но некромант и слова не дал вставить.
– Лирида будет в моей группе. Это обговорено с ректором. Возражения не принимаются.
Сначала он посмотрел на Эттери, которая раздраженно щелкнула зубами. Уверена, она представила, как эти самые зубы смыкаются на шее некроманта. Затем Мор глянул на меня и… улыбнулся.
Сердце споткнулось.
Не потому, что ко мне никто раньше не относился тепло. А потому, что улыбка эта была странная, будто неуместная. В ней читалось не преподавательское одобрение или пожелание успехов, а что-то более личное. А потому – непонятное.
Я быстро отвела глаза и снова опустилась за парту. Щеки и уши горели. К счастью, окружающие сочли это признаком моей злости, а не смущения.
– Не кипятись, – шепнул Антуан. – Все не так уж и плохо… Вроде.
Он тут же прикусил язык, потому что Эттери снова начала зубоскалить и ругаться на Мора. Причем порой проскальзывали словечки отнюдь не для студенческих ушей…
– Какого Воя, Люциус?! Что ты опять удумал?
– Не поминайте темнейших богов, Эттери, – чуть ли не пропел Мор, – они могут услышать…
– В отличие от тебя! Всегда прешь напролом и никого не слушаешь!
– И что теперь, профессор? Снова отправите меня на пересдачу?
Мы с Антуаном переглянулись. У нас обоих глаза были размером с блюдца.
«Это то, о чем я думаю?» – быстро написал Антуан на листке бумаги, который пододвинул ко мне.
Я передернула плечами и вопросительно уставилась на одногруппника. Мол, а о чем ты думаешь?
«Похоже, Эттери была преподавателем Мора, когда он сам учился в этой школе», – вывела я в ответ на том же листе.
Преподаватели продолжали спорить и решать, кто каких студентов заберет в свою подгруппу. Выглядело нелепо, но забавно. А главное, на нас с Антуаном в это время никто не обращал внимания.
«Нет! – жирно написал он. – У них же явно какие-то…»
А дальше Антуан нарисовал несколько сердечек и по-дурацки поиграл бровями.
Я закатила глаза, но сама все же задумалась… А вдруг?
В итоге спор преподавателей завершился тем, что мы с Антуаном оказались в подгруппе Мора. Близнецов Эттери забрала себе, после чего их тройка покинула кабинет, чтобы обсудить план действий.
Хоть мы все и направляемся в «Снежный пик», работать будем отдельно. У каждой группы – свое прикрытие и тактика.
– Итак, дети, – Мор выделил это слово и улыбнулся, закинув ногу на ногу, – поговорим о нашем плане?
Странный он. Переменчивый, как погода в нашей приморской провинции. Или лишь пытается таковым казаться? Ну не может человек, который не один год провел в разоренном Далитте, где камня на камне не осталось, быть таким… Таким, каким профессор Мор пытается выглядеть, пока в его взгляде вдруг не появляется сталь.
– Я думал, наш план в том, чтобы отдохнуть в снежных горах Ампло, – решил пошутить Антуан. – Я как раз никогда не катался на санях!
Я ни капли не удивилась, когда Мор поддержал дурацкую шутку.
– Несомненно, мы и этим займемся. – Он склонил голову чуть набок. Огоньки свечей отразились в его зеленых глазах. – Все же наше прикрытие – это семья. Семья на отдыхе в одном из лучших гостиных дворов королевства!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.