Доказательства вины

«Слабое утешение для студентов», – подумала я.

– Ну, допустим, – внезапно сказал Люций. На некроманта он смотрел по-прежнему хмуро, но подозрительности в его голосе слегка поубавилось. – Тогда можете сказать, что вы думаете о случившемся? Почему ситуация на кладбище вообще вышла из-под контроля?

Леннокс подтянул поближе к себе посох и поднялся на ноги, тяжело опираясь на него. Затем обогнул стол, подошел вплотную к нам и воссоздал в воздухе незнакомую мне структуру магического плетения.

– Так устроен артефакт, накапливающий энергию. Именно такие я взял на кладбище. Один из них оказался поврежден, и потому защитное поле распалось. Структура нарушилась здесь, – он ткнул узловатым длинным пальцем в одно из сплетений магических нитей. – Сама по себе она разрушиться не могла – место устойчивое, и самостоятельно эта связка не истощилась бы. Значит, это сделал кто-то другой – причем это мог быть любой, потому что эти артефакты просто лежат в хранилище внизу, и достать их не так сложно. О том, что мы отправимся на кладбище, знали ректор, его заместитель Вортон и те, кому они об этом рассказали – то есть, по сути, кто угодно.

Я вздохнула, сообразив, что Леннокс прав, и, следовательно, таинственного недоброжелателя мы можем искать очень долго. Получается, здесь даже сложно доказать, что это было подстроено – мало ли что случилось с артефактом, может, и впрямь он так долго лежал в кладовке, что магия развеялась!.. Понял это и Люций, поскольку он вдруг заметно помрачнел. Рассудив, что нам здесь больше делать нечего, я шагнула было к двери с намерением уйти, но тут Леннокс внезапно спросил:

– Студентка, вам известно, что нужно делать в ситуациях, подобных сегодняшней? Как не позволить призракам причинять вам вред?

– Нет.

– Можно иметь при себе специальный охранный амулет вроде того, что был у вашего куратора. Благодаря ему магистр Лэшел почти не пострадал, – на этих словах Леннокс вдруг мрачно усмехнулся своим мыслям, но объяснять ничего не стал. – А еще есть особый раздел магии. Если вам интересно, я мог бы научить вас. Данная магия весьма специфическая, но, учитывая, какие плетения вам уже известны, вряд ли она вызовет у вас трудности. – Должно быть, он намекал на плетение подчинения, которое я использовала на зомби.

– Вы предлагаете мне дополнительные занятия? – удивилась я. – Почему?

– Вы кажетесь мне перспективной ученицей, – пожал плечами Леннокс. – Способной смотреть на вещи более широко, чем большинство магов.

Несколько секунд я молчала, а потом покосилась в сторону Люция. Тот выглядел невозмутимым, и я подумала, что если бы он увидел здесь что-то подозрительное, он бы об этом сообщил.

– Хорошо, – согласилась я, вспомнив ощущения, когда на меня набросились призраки, и против воли поежилась. – Когда начнем?

– Приходите завтра вечером, – распорядился Леннокс и похромал обратно к столу. – Постарайтесь пораньше закончить ужин и приходите.

Проследив за ним взглядом, я снова увидела отчет, который некромант составлял до нашего прихода. Какая-то смутная мысль вдруг зашевелилась где-то в сознании, но прежде чем я успела ее поймать, Леннокс скатал лист в трубку. Для этого высокому магистру пришлось наклониться над столом, и я увидела, как из-за ворота рубахи свесился кулон – авантюрин на простом шнурке. Амулет? Заинтересовавшись, я взглянула магическим зрением, но в итоге разочарованно вздохнула: никакого магического фона у камня не было. Похоже, это и впрямь обычная подвеска. Я направилась к двери.

Коридор пустовал, и даже магические светильники горели приглушенным светом – значит, отбой уже был. Теперь нам желательно незаметно вернуться в свои комнаты, чтобы никто из преподавателей не узнал, что мы бродим по академии в неположенное время…

– Что ты об этом думаешь? – спросила я, когда мы отошли на порядочное расстояние от кабинета. – Можно ему верить?

Люций в один шаг догнал меня.

– По поводу того, что он мог позволить духам убить вас, но не сделал этого – можно. Но все равно что-то здесь не так… Не стоит верить ему беспрекословно.

– Почему?

– Этот некромант ведет какую-то игру. – Люций на секунду обернулся, словно проверяя, не идет ли Леннокс следом за нами. – Вы не заметили? Его манера поведения не вяжется с магом, который последние сто лет прожил отшельником в какой-то глуши. Говорит слишком правильно, к тому же, я бы даже сказал, вызывающе циничен. Да, и еще! Его хромота!

– А что с ней не так? – О странном образе мышления Леннокса я задумывалась уже и сама, но на его хромоту не обращала внимания. Ну, ходит человек с палкой, и что с того?

– А то, что он хромает то на одну ногу, то на другую. Зачем? Не верю, что они болят у него по очереди.

– И еще он почему-то хочет мне помочь, – задумчиво добавила я. – Зачем ему меня учить? Вряд ли он собирается убить меня посреди индивидуального занятия, ведь рядом со мной будешь ты.

В молчании мы вышли из коридора в вестибюль и начали спускаться по лестнице. Я думала о странном предложении некроманта, но не видела причин, которые помешали бы мне принять его. Может, и впрямь удастся научиться чему-нибудь новому? Сейчас я, как никогда, должна уметь защищать себя… И какая разница, что у преподавателя за тараканы в голове, если это никак не повредит лично мне?

– Леннокс – это вопрос отдельный, а вас сегодня убить все же кто-то попытался, – вторгся в мои мысли голос Люция, и я потрясла головой, чтобы сосредоточиться на его словах. Демон, а ведь действительно – самое главное-то мы так и не узнали. – Я буду должен сообщить об этом в Бэллимор.

От неожиданности я оступилась и едва не скатилась кубарем по лестнице, но вампир в последний момент успел схватить меня за локоть и поддержать. Хотя чему я удивилась? Покушение на королеву, после которого та оказалась в лазарете – это не ерунда, о таком стоит проинформировать, даже если эта королева находится в опале! Но подумать-то я об этом подумала, а вслух произнесла нечто совершенно противоположное:

– Нет. – Люций посмотрел вопросительно, а я прокашлялась и повторила более уверенно: – Не надо. Не сообщай.

– Ваше величество, – официально обратился Люций ко мне, и я закатила глаза, сразу поняв, на что он напирал. – Ваша жизнь оказалась под угрозой, более того – вы чуть не погибли, и его величество имеет право…

– У его величества сейчас и без меня хватает проблем, – огрызнулась я, буквально чувствуя, как с меня сползает маска спокойствия, словно ее смывал усилившийся за окном дождь. В горле застыл ком, и я с ужасом почувствовала, что могу разрыдаться прямо посреди коридора. Стресс после сегодняшнего происшествия, что ли, сказывался?.. – С тем, что творится в академии, я и сама справлюсь…

Ну почему, почему он мне не поверил? Почему отослал в академию и до сих пор не захотел со мной поговорить?! Почему я снова попадаю в ситуацию, когда вынуждена что-то скрывать от него и лукавить? Опять осталась одна и снова должна справляться со своими проблемами в одиночку! Я не могу, просто не могу сейчас, пока мы в ссоре, перекладывать это покушение на плечи Адриана! Ведь что он может сделать? Вернуть меня в Бэллимор? Там я точно с ума сойду, если он будет продолжать злиться и вести себя так, как будто мы чужие! Да и как отреагирует он на эти новости? Встревожится? Или останется равнодушным?.. Может ли случиться такое, что после того ужасного разговора он больше вообще никогда не захочет увидеть меня?!

Осознав, что мыслями я ушла уже куда-то в совсем далекую область, я повторила последнюю фразу. И хотя голос прозвучал почти нормально, Люций все равно понял меня правильно, потому что внезапно сказал добрым тоном:

– Все наладится. Вот увидите.

– С чего ты взял? – уныло спросила я, даже не заметив, что Люций впервые за все время целиком убрал из голоса официальную невозмутимость и заговорил человеческим тоном, сокращая дистанцию между нами. Не в физическом, а в переносном смысле – обычно он оставался ровно-нейтральным и советов личного характера не давал. – Ты же даже не знаешь, из-за чего мы поссорились. И Адриан имеет право на меня злиться.

– Он вас любит, – пожал плечами высший вампир, словно говорил о чем-то само собой разумеющемся, а затем пристально взглянул на меня. – Он не убил меня только благодаря вашему вмешательству. Окажись на вашем месте любой другой – и ему бы оторвали голову за то, что посмел вмешаться и перечить архивампиру. А вам не только ничего не было, но он даже сделал, как вы хотели. Так что все устроится. Нам свойственно прощать ошибки тех, кто нам дорог.

Последние слова он произнес странным тоном, как будто в мыслях уже был далеко от меня. Я посмотрела – Люций продолжал идти, уйдя в свои мысли, его лоб пересекла длинная вертикальная складка, и казалось, что он обдумывал какую-то тяжелую для себя мысль. Несколько секунд я размышляла о причине его меланхолии, а потом меня вдруг осенило.

– Когда ты вернулся в Вереантер, ты виделся с Нарциссой? – На имени сестры Люций дернулся, и я поняла, что подумала правильно.

– Нет, – неохотно ответил он.

– А почему? – не отставала я, поскольку высший вампир замолк и продолжать беседу явно не собирался. – Только не говори, что у тебя не было времени, я все равно не поверю.

– Как вы себе это представляете? – раздраженно осведомился он, испытывая недовольство от того, что вообще начал этот разговор. Я удивленно покосилась на него. Добиться от Люция проявления сильных чувств было практически невозможно. – Мы не виделись более семидесяти лет, а последняя наша встреча была на похоронах нашего брата. Затем меня приговорили к смерти за государственную измену, и я бежал, а сестру лишили средств к существованию, и она осталась совершенно одна, причем по моей вине. А сейчас, выходит, я должен был объявиться на ее пороге с заявлением, что я по ней скучал?! С Нарциссой этот фокус не пройдет!

– Но ты даже не попытался! – возмутилась я, позабыв о собственных сердечных ранах. – Она ведь твой единственный близкий родственник! Нельзя же теперь до конца жизни просто делать вид, будто ее не существует!