Капкан. Спасет только любовь…

Ты любишь свою жену, Ульяну?

Силуэт молчал и только на третий раз, когда его спросила колдунья, ответил дрожащим голосом: «Да». Колдунья опустила руки, но заклинания продолжала читать. Образ Николая стал таять. Через некоторое время Ульяна услышала кукареканье петуха, она встрепенулась, как ото сна, и ничего не могла понять, ей казалось, что она спала, только тетка Груня стояла в кругу, опустив голову, длинные седые волосы спадали на лицо. Ульяна быстро встала, взяла крест, что ей дала колдунья и, зайдя в круг, быстро накинула ей на шею, затем взяла за руку и вывела за круг. Еще постояв немного молча с опущенной головой, тетка Груня стала потихоньку приходить в себя. Затем она медленными движениями сняла рубаху, надела свое платье, волосы собрала в пучок и уложила аккуратно на голове.

Ну, вот и все. Сейчас ты пойдешь домой, не оглядываясь и не говоря ни с кем, возле дома тебя будет ждать твой муж. Я тебе дам зелье, ты его добавишь в еду или в вино. Слушай меня внимательно, вот эти иголки, – она достала несколько штук иголок, открыв створку висячего ящика возле стола на кухне, – ты постарайся отослать своему сыну, главное, чтобы он их взял руками и сам положил в определенное место, и вот эту землю ты высыплешь незаметно, возле ворот подруги своего сына. Ты все поняла?

Да, – сказала Ульяна. Она открыла свою сумку и достала большой узел с продуктами для колдуньи.

Ульяна все сделала, как говорила ей тетка Груня. Возле ворот своего домаона встретила мужа, он схватил ее за руки:

– Ты где была? Я всю ночь не спал и себе места не находил.

Ульяна молчала, она видела, как переменился ее муж. И это было только начало ее грязного дела. Затем она сделала все, как говорила ей колдунья, в отношении своего сына. Она даже нашла одного из бывших друзей своего сына, спившегося Василия, сына кухарки из местной столовой, напоив, она убедила его, чтобы он тут же, написал письмо Ивану о том, что его подруга, Валентина, гуляла без него и что ребенок это не его. Ульяна быстро выхватила письмо из рук опьяневшего друга, спрятав его в карман фартука. На следующий день она отправила это письмо своему сыну отдельным конвертом, подделав почерк.

Валентина зашла домой, неся в руках очередное письмо от Ивана. Глаза ее светились радостью и счастьем. Она тихо прошла в комнату и села на край кровати, рядом в детской кроватке посапывала их с Иваном дочь Светлана, ей было почти четыре месяца, светлые кудри раскинулись по подушке, она улыбалась во сне. Валентина быстро открыла конверт и стала читать письмо. По мере углубления в текст письма, ее лицо стало меняться, она побледнела, и ее синие глаза наполнились слезами, письмо выпало из рук, не помня себя, Валентина упала на кровать и разрыдалась, разбудив дочь.

В этот день с утра на сердце у Татьяны, матери Валентины, было неспокойно, предчувствие каких- то событий тяжестью ложилось на него. Отпросившись у бригадира, Татьяна решила сбегать домой, посмотреть все ли в порядке. Она быстро добежала до дома; забежав во двор, услышала плачь внучки Светланы, бросилась в дом. Татьяна быстро вошла в комнату, на кровати она увидела плачущую дочь, а рядом плакала внучка, на полу валялись конверт и письмо. Татьяна подняла письмо и стала медленно читать, беря на руки плачущую Светлану. Она села на кровать рядом с дочерью, держа в одной руке успокоившуюся внучку, а в другой письмо. Еще его не прочитав, Татьяна поняла, что случилось. Она знала, что рано или поздно это должно было произойти. Ульяна не оставит детей в покое, она постарается их разлучить.

Иван в своем письме обвинял ее дочь в неверности, отказывался от Светланы и пожелал, чтобы она свою жизнь устраивала без него, предупредил, что ответа не ждет, потому что даже читать ее письмо не будет. Круг замкнулся, не оставив пространства для раздумий и шанса все вернуть. Судьба черной полосой коснулась ее, Татьяну, она с горечью в душе осознавала, что и ее дочь страдает от этой черной полосы, и всему виной ненависть Ульяны к ней. А самое главное – все понимаешь, но исправить-то ничего не можешь. Татьяна встала с кровати, положив внучку в кроватку. Затем она подошла к рыдающей дочери, присела возле нее на кровать и стала гладить Валентину по разбросанным до пояса вьющимся волосам, давая ей возможность выплакаться. Она с грустью смотрела на вздрагивающие плечи дочери и вспоминала свою жизнь. Муж ушел из жизни рано, оставив ее с двумя малолетними детьми, а Николай, муж Ульяны, оказался, при всех своих достоинствах, слабым и бесхарактерным. Да, они любили друг друга, но что может женщина, если мужчина ничего не может решить?

Ничего. Зато злая и ненавистная Ульяна все решила за них. Татьяна вспомнила, что в последнее время Николая не узнает. Он сильно постарел, волосы – сплошной снег, осунулся. А глаза? Когда – то красивые, голубые глаза, стали тусклыми, а главное, в ее сторону больше не смотрят. При случайной встрече он отводит взгляд и бежит, едва кивнув головой. «Странно, что- то здесь не так. Но моя-то жизнь в большей ее части прожита, а вот жизнь дочери я не дам загубить», – думала Татьяна. До прихода Ивана оставалось девять месяцев, и за это время надо съехать отсюда подальше, чтобы все забыть. А вот куда, надо порешать. Но съезжать Татьяне не пришлось, сама судьба распорядилась по-другому. Близилась уборочная пора, из города нагнали грузового транспорта с молодыми ребятами. Вот и влюбился в Валентину один из приезжих водителей, молодой неженатый Алексей, высокий широкоплечий парень. Валентина долго не отвечала ему взаимностью, но Татьяна стала ее уговаривать, чтобы та обратила на Алексея внимание. По окончании уборочной Алексей приехал на такси за Валентиной и ее дочерью Светланой, прося руку и сердце и обещая любить обеих. Татьяна с радостью их благословила, при этом она видела холодность своей дочери, но вопрос был решен. Может быть, слюбится – стерпится, она не знала, как лучше.

Шел дождь вперемешку со снегом, Валентина еще немного постояла возле машины, затем открыла дверь и села в нее. «Волга» резко тронулась с места, оставляя позади себя две размытых дождем колеи.

***

Иван сидел за столом. Прошло два дня, как он возвратился домой возмужавший, совсем взрослый, молодой мужчина. Ульяна, мать Ивана, суетилась, старалась угодить сыну, подавая разные яства. Приход Ивана из армии отмечала почти вся улица, гостей было много. Молодые девчонки так и крутились рядом, заставляя обращать на себя внимание. Не было только одной Валентины, и поэтому Ивану было горестно на душе и пусто. Сидевший рядом отец подставлял разные тарелки с закуской, приговаривая: «Ты, сынок, закусывай, мать так все вкусно приготовила». Иван не узнавал отца, за два года он стал седым не по – возрасту, сильно постаревшим, да и мать что- то сдала, больше гнуться книзу стала. Иван еще немного посидел, а затем не выдержал и спросил отца:

А как наши соседи поживают?

Ты о Валентине? – переспросил отец.

Да, – Иван взял стопку водки и залпом выпил ее.

Да, Валентина, я слышал, вышла замуж за приезжего и уехала с ним, забрав дочь.

Далеко?

Не знаю, Ванюша, я ведь с ее матерью почти не общаюсь, – проговорил отец, держась рукой в области сердца. Что- то сердчишко стало пошаливать, пойду, полежу немного.– Николай встал из-за стола и, шатаясь, пошел в соседнюю комнату. Выпитая водка не действовала на Ивана, он больше замкнулся в себе, становясь угрюмым и неразговорчивым. Только одна девчонка, Любка, местная красавица, неутомимо старалась завлечь его, громко смеясь и приглашая танцевать. Иван неохотно подчинялся ей. После бурной гулянки Любка осталась ночевать у Ивана, утащив его на сеновал. Вот и судьба определилась, только вот настоящая она или нет? Только время может ответить на этот вопрос.

Прошло почти полтора года, Иван так и не женился, мучая тем самым свою подругу Любку. Однажды при очередном свидании, она стала его упрекать в холодности, в том, что он ее не любит, а любит свою Вальку. Иван, резко притянул к себе Любку, взял ее за подбородок и, глядя прямо в глаза, проговорил: «А это не твоего ума дело» и, быстро отпустив, развернулся и пошел прочь от нее. Любка не ожидала такого поворота дела, сначала замолчала, а потом бросилась за Иваном вслед, плача и окликая его. Но Иван шел быстро и даже ни разу не оглянулся. Только одно приходило на ум – это напиться до чертиков и забыться. Иван дошел до местного магазина, на пороге ему повстречался бывший друг Васька.

Привет Василий.

Привет, – ответил Васька.

Ты выпить хочешь? – спросил Иван.

А как же. Выпить я всегда хочу.

Подожди меня, я сейчас куплю бутылку, и мы посидим с тобой на берегу речки, вспомним былое. Иван зашел в магазин, там знакомая продавщица дала ему из – под прилавка бутылку и немного закуски. Василий, выпив вторую порцию, совсем захмелел. Он низко наклонил голову и стал плакать, размазывая грязными руками слезы по лицу.

Вань, ты знаешь, я ведь так виноват перед тобой, а ты меня еще и угощаешь, – Васька зашмыгал носом.

В чем ты виноват передо мной? – спросил Иван.

Да, ты знаешь…, – и Васька поведал Ивану, как он в пьяном виде поддался искушению и по настоянию тетки Ули, поверив ей, что Валентина неверна, написал другу письмо. -А на утро я понял, что сделал и прибежал к твоей матери, и потребовал письмо назад, но она меня прогнала, сказав, что никакого письма она не видела, но я- то знаю точно, что я писал, хоть был изрядно пьян. А потом, узнав, что Валентина забрала дочь и уехала, я понял, что письмо- то было.

Ивана Васькино признание как обожгло током.

Васька, так ты…., -у Ивана не было слов, ком в горле не давал говорить. Он быстро поднялся с травы, взял Ваську за грудки и так встряхнул его, ставя на ноги, а затем оттолкнул от себя. Васька кубарем покатился к самой воде, повторяя: «Так мне и надо».

Иван не бежал, а летел домой, посмотреть в глаза матери. Открыв калитку ударом ноги, он одним махом взбежал на крыльцо, а затем в дом. Мать стояла возле печки, готовила обед. Иван с порога крикнул: