Хитрый Сетэн. «Умирать лучше как можно позже». Хроники войн космических корпораций. Повесть первая

Командующий охранным гарнизоном системы «Доромой» получил от связиста цифровой ключ для прочтения срочной депеши. Дождавшись, пока подчиненный выйдет из индивидуальной командной рубки, он небрежно бросил его на пульт. Код был считан системой, после чего речевой информатор сообщил:

– Командующему сектором «Доромой», Якéну Харазону, от руководителя департамента безопасности корпорации «Матанава»: донесение составляет секретность по коду «ноль», пройдите идентификацию.

Якен неохотно приложил ладонь к персонализатору, который быстрым уколом взял кровь командующего гарнизоном для идентификации. Через несколько секунд речевой информатор продолжил:

– Личность идентифицирована, носитель будет уничтожен, – в этот момент из цифрового ключа показалась струйка сизого дыма, ключ был сожжен внутренней системой безопасности. – Около недели назад отдел корпоративной аналитики отследил маршрут боевой крепости «Керáш» корпорации «Андусáи». У этой корпорации есть добывающие станции в соседнем с вами секторе «Андусаи альфа», но разведотдел считает, что корабль направляется именно в вашу систему. Рекомендую незамедлительно провести подготовительные мероприятия для возможного отражения агрессии. Также довожу до вашего сведения, что между нашими корпорациями заключен предварительный договор о взаимопомощи и сотрудничестве секторов «Доромóй» и «Андусаи альфа», так как мы являемся непосредственными соседями. Конец депеши. Произвести еще одно прочтение?

Командующий согласился повторить. По завершении второго прослушивания система автоматически стерла сообщение из памяти командного центра, а также любые следы самого факта существования секретного донесения. Якен подумал о том, что еще ни разу отдел разведки не давал точных сведений, и сейчас нет даже тени сомнения в том, что Кераш летит именно в свой сектор. Но какое-то внутреннее чувство беспокойства терзало его.

На следующий день он приказал проверить весь инвентарь и вооружение на пригодность к боевым действиям. К вечеру того же дня, получив отчеты об исправности и работоспособности, он немного успокоился, тем более что на утро его ожидало еще одно донесение, на этот раз уже от руководителя разведотдела, в котором сообщалось, что Кераш прибыл в систему «Андусаи альфа».

Чтобы не вызывать «дурных мыслей» у подчиненных из-за проверки вооружений, Якен распорядился провести боевые учения с полетами дронов и стрельбами. Маневры затянулись на несколько недель, давая почувствовать всем свою пригодность к делу. Корпорации, по большей части, стремились договариваться между собой, а не воевать, поэтому сотрудники департаментов безопасности часто оставались не у дел.

В день окончания учений среди подопечных Якена не оказалось ни одного трезвого бойца. Ночью, по коду секретности «ноль», пришло еще одно донесение, которое Якен, волею судеб, так никогда и не прослушал. С вечера, празднуя завершение боевого обучения, на постах никого не оказалось, а утром на радарах дальней засечки появилась боевая крепость «Кераш», которая вторглась в пределы системы «Доромой», не отвечая ни на какие запросы.

– Что стряслось?! – пытаясь перекричать звуки боевой сирены и распоряжения командиров, доносившиеся из громкоговорителей, спросил Сетэн у бежавшего рядом с ним в зал телеуправления коллеги.

– Не знаю, добежим, расскажут! – так же, перейдя на крик, ответил Мурдак.

По пути их несколько раз сбивали с ног мчащиеся навстречу техники. Стояла настоящая паника, которая ничего общего не имела с тем порядком и размеренностью, которые были еще несколько дней назад в гарнизоне, во время учений. Когда же им обоим удалось добраться до своих боевых мест, то оказалось, что все пульты отключены. Техники, накануне выполняя свою плановую работу, успели разобрать основной управляющий модуль для профилактики.

– Что будем делать? – спросил Мурдак.

– Пойдем в мобильные аппараты, на учениях до них даже дело не дошло, по-моему, – ответил Сетэн.

Мурдак побежал к выходу, Сетэн, окликнув его, остановил. Подошел быстрым шагом:

– Помнишь, что говорили на учениях? Надо все делать быстро, а не торопясь. В коридорах и так все суетятся. Иди за мной, шаг в шаг и старайся не переходить на бег, тогда доберемся быстро.

Выйдя из зала телеуправления, операторы быстро, но спокойно шли. Встречающиеся им сослуживцы, словно заражаясь спокойствием, тоже переходили на шаг. Возможно, поэтому, не столкнувшись ни с кем на этот раз и не упав, они меньше чем через минуту попали в ангар гарнизонной станции. Заняв свои места в мобильных аппаратах телеуправления, Сетэн связался с командующим:

– Сэт, ведущий группы, командующему гарнизоном, проверка связи.

– Командующий на связи, я не вижу ваш управляющий модуль!

– Его разобрали, мы с Мурдаком в мобильных аппаратах.

– Отлично, вылетайте, свяжусь чуть позже, в какое дерьмо мы все вляпались, думаю, объяснять не стоит. Конец связи.

Спустя несколько минут операторы уже были в пустоте космоса, облетая вокруг гарнизона. Кераш, как это и должно было быть, отображался на боевых дисплеях как противник. Затем последовала электронная атака, сбивающая бортовые вычислители с их программ, и боевая крепость стала дружественным объектом. Сетэну пришлось перевести вычислители на ручное целеуказание.

После очередной атаки Сетэн начал понимать, что происходящее весьма серьезно, раз их с Мурдаком атаковали с такой интенсивностью. Обычно работа в службе безопасности космических корпораций считалась делом несложным. Все вопросы раздела влияния в звездных секторах, известного человечеству космоса, решались в высоких кабинетах советов директоров. Права собственности были запутаны настолько сильно, что богатейшие инвесторы, как правило, имели приличные доли от каждого бизнес-гиганта. Сейчас же присутствие боевой крепости не в своем секторе было не просто демонстрацией силы в корпоративном споре за систему «Доромой». Электронные атаки на подлете к гарнизону могли означать лишь подготовку к реальному бою. Причем, чтобы не оставлять свидетелей, бойцы Кераш могут постараться уничтожить их всех. Тогда это уже будет не насильственный захват системы, а просто заявка на сектор, не занятый кем-либо.

В таком печальном настроении Сетэн вновь вызвал командующего:

– Сэт командующему, на связь.

– Ожидай, не могу получить от тебя карту тактической обстановки, наши вычислители ослеплены.

– Принял, тоже нахожусь под электронными атаками.

Затем на несколько минут в эфире воцарилась тишина. Решив не терять времени, Сэт связался с Мурдаком и попросил его отойти как можно дальше от гарнизона, в сторону обитаемой планеты, чтобы не сразу попасть под атаку беспилотников противника, в случае обострения конфликта. Сам же провел диагностику своих дронов.

Мобильный аппарат представлял из себя космический корабль в виде шара. Внутри располагались несколько тысяч беспилотных истребителей-дронов. Вся эта флотилия управлялась человеком, поддерживаемым интеллектом вычислителя корабля. Этот же компьютер составлял тактические карты и держал связь между всеми союзниками и дронами.

– Командующий, Сэт на связь!

– На связи, командир! – ответил Сетэн.

– Ну наконец-то! Нас глушат по полной. Приготовьтесь к битве, эти ребята прислали требование немедленно покинуть сектор, так как теперь он принадлежит им.

– А из конторы были сведенья?

– Не было, и мы не будем уступать им целый сектор.

– Принял. Я отослал ведомого к «Доромою-6», в случае чего сделает ноги на поверхность.

– Зря, планета не имеет корпоративного управления, только политическое. Хотя лучше уж так. В общем, аналитики разведки были сильно взволнованы тем, что Кераш движется к нам, но в последний момент он все же сделал остановку в своем секторе, поэтому его появление мы просто проморгали.

– Понял командир. Все так действительно плохо?

– Боюсь, что мы все свидетели, которых не будут оставлять в живых при таком раскладе, тем более что гарнизон частично парализован, мы хорошо провели учения, растратив большую часть боезапаса… Короче, смотри, гарнизон защищать смысла не имеет. Они нас сомнут, мы, увы, не крепость. Я постараюсь сейчас подготовить людей к эвакуации. Пока то, да сё, выпускайте своих дронов, пусть полетают, пошумят. Чем больше уничтожите, тем меньше для нас останется. Тяните время, сколько возможно.

– Ясно, командир! Приступаю. Конец связи.

– Если что с нами, спасайтесь, не оглядываясь. Умирать лучше как можно позднее в нашей жизни.

Сетэн попытался вызвать Мурдака, но тот не отвечал. Его корабля на тактической карте тоже не было. Списав все на электронные атаки, Сэт постарался настроить защиту вычислителей, которые к тому времени уже накопили данные о поступающих натисках противника. Нейросеть корабля быстро проанализировала всю полученную информацию, перенастроила программы, после чего Кераш стал вражеской отметкой. Корабль Мурдака по-прежнему нигде не был обнаружен.

Не став тщательно разбираться в обстановке, Сетэн указал на боевую крепость как приоритетную цель, в случае потери командного управления дронами. Сам же, пересев из пилотского в кресло телеуправления, выпустил всю стаю своих беспилотников на свободу.

Несколько тысяч космических истребителей, управляемых нейросетью автоматического модуля и Сэтом, несущих на своем борту пороховые скорострельные пушки и энергетический реактор на плутонии, который в мгновение ока превращался в термоядерный заряд, ринулись на противника. Одним из дронов управлял сам Сетэн, сидя в мобильном аппарате. Этот дрон автоматически был представлен на тактической карте как командный.

На подлете к Кераш стая не встретила сопротивления. Вокруг, судя по отображаемым тактическим вычислителем данным, не было ни одного истребителя противника. Сетэн заподозрил неладное. Еще раз оптимизировал защиту вычислителей, после чего на тактической карте появились отметки противника, окружившие гарнизонную станцию. Их было до ужаса много. Выругавшись, он хотел развернуть всю стаю и направить всех на защиту гарнизона, но, судя по расчетам, он не успевал до высадки десанта андусайцев. Все, что он сейчас мог сделать, – это отвести из-под защиты гарнизона мобильный аппарат, чем он и занялся, спасая себя.

Тем временем беспилотники Сетэна подлетали к крепости. Огромных размеров астероид, внутри которого было организовано жизненное пространство, боевые ангары, энергетические установки, на первый взгляд был практически неуязвим. Но боевые вычислители находили возможные слабые места конструкции, немедленно оповещая об этом Сэта.

Сетэн направил несколько истребителей на уничтожение шлюзов, надеясь заблокировать вылет истребителей на защиту крепости. Они подлетели вплотную к Керашу и, маневрируя в нескольких метрах над поверхностью крепости, пробрались к шлюзовым воротам. Сработали термоядерные заряды, после чего металл створок был вогнут, а шлюзы разгерметизированы. На тактическом дисплее были видны струйки замерзающего пара, вырывающиеся из покореженных ворот.

Неожиданно на связь вышел Мурдак.

– Сэт, это ведомый, Мурдак, на связь!

– На связи, ты куда пропал? – в ответ была тишина.

То, что вновь появился Мурдак, обрадовало Сетэна, но отсутствие нормальной связи заставляло нервничать. Вдаваться в размышления и придумывания места, где мог находиться Мурдак, времени не было. На тактической карте из дружественных меток видны были лишь его стая дронов и станция гарнизона охранения, вокруг которой, как стервятники, кружили сотни тысяч истребителей противника. Преимуществом было лишь то, что дроны андусайцев не управлялись человеком, а были полностью автоматическими, меньших размеров и вооруженности.

– Сэт командующему, на связь.

– Командующий Сэту, нас поджимают, но мы справимся, продолжайте атаку крепости, эта цель в приоритете.

– Что дальше по плану действий?

– Все идет, как и было запланировано, продолжайте выполнять свои задачи. Конец связи.

– Принял.

От такого необычного диалога Сетэн пришел в ярость. Его стая истребителей уже вовсю мчалась на перехват противника у гарнизона, так как было ясно, что радиоигра, затеянная ребятами с Кераша, могла провести полного идиота, но не служащего департамента безопасности корпорации Матанава. Больше всего расстраивал тот факт, что вызов на связь от Мурдака тоже мог быть всего лишь частью радиоигры противника. Но главное заключалось в том, что взломать систему связи удаленно было невозможно, разве что только захватить узел в самом гарнизоне. А это означало, что десант был уже там.

Выбора у Сетэна не оставалось. Быстро приведя стаю своих истребителей к станции гарнизона охранения, он расправился с частью вражеских дронов, чья автоматика явно была хуже нейросети его истребителей. Плюсом на его стороне также оказалась внезапность, а термоядерные взрывы подбитых кораблей уносили по несколько десятков тысяч беспилотников противника. Андуйсайцы быстро перегруппировали силы. Число дронов, под управлением Сетэна, начало быстро сокращаться. При каждой попытке расчистить себе путь в ангар гарнизона истребители врага отсекали атакующие корабли, используя свою численность. Но чем большие силы противник собирал вокруг дронов Сетэна, тем больше их гибло при самоуничтожении в облаке огня реакции ядерного синтеза.

Потеряв две трети своих дронов, Сетэн все же заставил противника отступить. Воспользовавшись их отходом, направил мобильный аппарат к станции гарнизона, оставив все свои истребители на попечение нейросети мобильного аппарата. Оказавшись в ангаре станции, перед ним предстала страшная картина бойни. Видимо, бойцы Андусаи нагло, без лишних церемоний, посадили свои десантные корабли в ангар, откуда и начался захват станции. Весь пол ангара был усеян телами павших техников. Ни одного мертвого бойца противника Сетэн не увидел. Охраны нигде не было видно, а значит, сейчас тактическая инициатива принадлежала уже ему.

Надев пехотный экзоскелет, Сетэн забросил за спину несколько коробок с патронами и двинулся по следам десанта. Всюду на станции были только его мертвые коллеги, поэтому, для себя, он перестал думать о десанте, как о противнике, теперь они стали его врагами. В одном из коридоров, который вел в рабочий зал связистов, лежало несколько тел андусайцев. Они были в легкой броне, без экзоскелетов, что опять же обещало простое сражение. Он мог, как танк, просто раздавить каждого ногами. Но у связистов уже никого не было, только тела сослуживцев.

Раздалось несколько выстрелов со стороны индивидуальной командной рубки командующего гарнизоном. Сетэн направился туда. По пути попытался вызвать командующего по связи, но это оказалось бесполезным. Бойцы Андусаи не ожидали, что у них за спиной появится кто-то, поэтому Сетэну не составило труда расправиться с десятком бойцов несколькими очередями с тыла. Подойдя ближе к только что уничтоженной группе, он увидел одного молодого раненого бойца, который, отбросив оружие, обеими руками держался за грудь, медленно истекая кровью и захлебываясь.

Сетэн выпрыгнул из механизированного костюма и, подойдя к умирающему, спросил:

– Что вы тут делаете?

– Работаем! – закашлявшись, сказал андусаец.

– Я видел вашу работу. Вы даже не попробовали договориться без кровопролития. Вы нас не одолеете с вашим дешевым оружием и оборудованием.

– Вызови мне помощь! Мы же всего лишь выполняем нашу работу, тут нет ничего личного.

– Личного? После того, что вы устроили в ангаре?..

– Они сражались с нами.

– Чем? Закидали вас гаечными ключами?

– Теперь уже не важно. Прошу тебя, позови кого-нибудь, я истекаю кровью и не чувствую ног!!!

Сетэн ничего не ответил. Оставив раненого умирать в одиночестве, направился к рубке командира. Подойдя к двери бронированной рубки, приложил свой электронный ключ. Дверь не открылась, но было слышно, как с другой стороны прозвучала сигнализация попытки входа. На миг открылось окошко, скрывающее камеру слежения, после чего щелкнул механический замок, и на пороге показался Якен. На скуле была крупная ссадина, форма в нескольких местах разорвана.

– Твой аппарат цел? – спросил командующий.

– Цел, дронов, правда, осталось немного.

– Это уже не важно. Бежим отсюда! Они перебьют нас всех, я оказался прав, мы всего лишь нежелательные свидетели для них. Заходи, отдышись, и в путь!