Господин Моя Погибель

Я рассмеялась. Намёк понят.

– Ладно, возьму тебя с собой. Только веди себя тихо и никому не показывайся.

Пожалуй, взять Амулета на работу – это даже правильно. Пациент наш не очнется до утра, а я спокойно вытащу блокиратор, обменяюсь с котом энергией, заодно сама гляну на пострадавшего магическим зрением – вдруг Шуна что-то пропустила?

В общем, вернулась в госпиталь я не одна. Отпустила помощницу домой и с письменными принадлежностями устроилась в палате единственного пациента – все же список генералу нужно написать.

«1) Официальное представление контингенту гарнизона» – вывела, не задумываясь – с этим пунктом я давно определилась.

«2) Ношение блокиратора. Обязательно или нет? Насколько секретна информация о том, что я не утратила силу?» – этот пункт тоже меня чрезвычайно волновал.

«3) Дополнительный персонал: желателен лекарь с уровнем не меньше пяти (если моя магия должна быть заблокирована), две помощницы лекаря и две ночные сиделки» – над этим пунктом думала дольше и несколько раз исправляла то уровень лекаря, то количество персонала.

А дальше – затык. Вопросов к Варло Тортону имелось много, но пока они красиво формулироваться отказывались. Глянула в окно – совсем стемнело. Значит, скоро отбой и лучше бы мне прямо сейчас просканировать больного, пока горит большой свет. Потом его лучше переключить на ночник, чтобы не привлекать внимание, и только тогда можно будет вытащить из кармана Амулета.

Сходила в приемное, закрыла входную дверь, вернулась, задёрнула в палате шторы и, немного волнуясь, вытащила гвоздик из кожи головы.

Магия тут же полилась живительными потоками по каждой клеточке моего тела, и я блаженно зажмурилась от удовольствия и чувства наполненности. Тихонько покружилась от переизбытка эмоций и прислушалась к себе: то ли я просто изголодалась по силе и немного отвыкла от ощущения полноты резерва, то ли его уровень перепрыгнул привычную отметку и стремился к восьмому. Без измерительных артефактов я не взялась бы это утверждать, но вопрос очень интересный. Надо будет произвести контрольный тест.

Подошла к пострадавшему в схватке с медведем мужчине и принялась тщательно сканировать. Черепно-мозговых травм действительно не было, но кое-где обнаружилось сужение сосудов. Правильно, мужчина немолодой и, скорее всего, любит ядреный сивак – крепкий местный напиток, которым даже вазопретаторы иногда балуются. Послала точечные лечебные импульсы для восстановления. Опустилась ниже – с зубами тоже беда, но это не мой профиль. Горло воспалено! Не сильно, но надо ввести ещё немного противовоспалительного раствора, чтобы болезнь дальше не распространилась. Трахея, бронхи и лёгкие чистые, а вот желудок страдает от неправильного питания и острой пищи…

– Валери! Что ты делаешь?! Быстро погаси свет и иди за мной! – внезапно раздался от двери палаты строгий голос генерала.

Творящий Странник! От неожиданности я подпрыгнула и зажала рот рукой, чтобы погасить вскрик. Сердце билось где-то в ушах. Что ж он так подкрадывается-то? Седой меня сделать хочет или, ещё чего хуже, выговор влепить?

Подхватила свои записи и поспешила за Варло Тортоном.

Разумеется, где находится кабинет главного лекаря, генерал знал и шёл в него уверенно, на меня не оборачиваясь. Это дало мне возможность спохватиться, воткнуть гвоздик в кожу и погладить заскучавшего в кармане Мулю.

Варло Тортон тем временем открыл дверь и прошёл за МОЙ стол, чтобы усесться на МОЕ место. Пришлось примоститься на краешке посетительского стула напротив – я резко почувствовала себя гостьей на собственном рабочем месте.

Генерал уставился на меня изучающим взглядом, а я, словно под гипнозом, уставилась на него. Сегодня он пришёл в повседневной форме вазопретаторов, и без устрашающей боевой экипировки выглядел иначе. Не таким величественным, как на портретах, где он в праздничном мундире, при эполетах и орденах. Но и не тем грозным туманоборцем с боевым посохом наперевес, которого я встретила у разлома.

Темно-русые волосы генерала были будто взъерошены пятерней, но при этом лежали строго на отведённом каждой волосинке месте, чтобы, не дай Творящий, не испортить идеальную внешность хозяина. Горящие во время боя магическим огнём глаза сейчас завораживали травяной зеленью, а такие ресницы, как у Варло Тортона, я однажды видела у своей соседки по комнате Марайи, когда она сходила перед осенним балом в салон красоты на магический перманент. Марайя тогда заплатила кучу денег, но эффект держался месяц и свёл с ума множество студентов и не только их. А вот волевой подбородок и губы генерала были такими как изображены на портретах – челюсти не были угрожающе сжаты, а губы не вытянуты в нитку. Это делало Варло Тортона молодым и очень привлекательным мужчиной. Впрочем, вазопретаторы все привлекательные – их Творящий Странник такими сделал, чтобы проще было добывать вазопрест.

– Валери, я рад, что ты освоилась, но какой мороси ты брызжешь своей магией во все стороны? – устав, наконец, меня разглядывать, задал вопрос генерал.

Получилось у него не грозно, а устало, и я устыдилась. Он ведь наверняка прямиком из столицы прибыл. А там все эти дни делал бесконечные доклады и составлял отчёты о прорыве. Устал, конечно, невероятно, а тут я поджидаю такая неблагонадежная да ещё со списком претензий. Сжала кулак, чтобы смять свою бумагу.

– Простите, генерал, я не поняла, насколько секретен факт, что я не потеряла магию. К нам привезли пострадавшего, я решила его просканировать, – залепетала, оправдываясь совершенно неподобающим главе госпиталя дрожащим голосом.

– Что у тебя в руке? Давай, – проигнорировав моё бормотание, скомандовал Варло Тортон и протянул руку.

Пришлось отдать помятый листок и, краснея, наблюдать, как генерал его расправляет магией, а потом читает. Слишком долго читает. Что там те три пункта читать-то?

– Ночных сиделок и помощниц лекаря можно оставить по одной, – подала я голос, решив, что генерал немного обалдел от моей наглости и молчит, потому что слова подыскивает помягче, чтобы мне отказать.

– По две так по две. Набери из деревенских. А вот лекаря, кроме тебя, не будет, – неожиданно опроверг мои домыслы генерал, откладывая листок в сторону. – Но меня больше сейчас другое интересует: до какого уровня заполнился твой резерв и какие у тебя возникли трудности с моими бойцами? Тебя кто-то посмел обидеть? Почему ты не ходишь в столовую и не обращаешься за магической помощью к моим подчинённым? Мне сказали, что ты ведёшь себя высокомерно, будто я сделал тебя своей фавориткой и разрешил смотреть на всех свысока.

Боюсь, от удивления я не смогла удержать лицо. Некрасиво уронила челюсть, с трудом подобрала ее, похлопала ресницами, а потом ещё и пренебрежительно фыркнула, словно лошадь дядьки Григора – не к ночи будет помянут. Спохватилась, зажала рот и, только напомнив себе о том, что занимаю должность главы госпиталя, сложила руки на коленях, выпрямила спину и глянула на генерала строго и с достоинством.

– Что за чушь? Вы меня не представили, и ваши подчинённые придумали себе Творящий знает что. Я понимаю, что как ваша спасительница теперь особа к вам приближенная, но меня разглядывают как экзотическую безделушку, а я к такому не привыкла.

Генерал откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и посмотрел на меня, сощурившись.

– Валери, никто в гарнизоне ничего про нашу сделку не знает. Ты что-то сама себе придумала и устроила из этого представление. Теперь-то уже, конечно, по гарнизону поползли всевозможные слухи и домыслы. Видимо, той ночью я ошибся в тебе, посчитав сильной духом, умной и находчивой девушкой. Но я сделаю тебе ещё одно одолжение и завтра представлю гарнизону, но учти – это в последний раз. Учись взаимодействию с контингентом без посторонней помощи.

Уши заложило от резкого прилива крови, даже в глазах потемнело – это гнев смешался со стыдом в ядреный взрывной коктейль, грозивший смести генерала холодной отповедью. Я набрала в лёгкие воздуха и медленно поднялась со стула.

Карман туники чуть заметно пошевелился, и это немедленно привело меня в чувства. Но не до той степени, чтобы замолчать и сесть на место, понурив голову, а до той, в которой взвешивают каждое произнесённое слово.

– Вы сидите за моим столом и занимаете моё кресло, – процедила я, глядя на генерала в упор.

Он приподнял бровь и усмехнулся.

– Репетируешь? – спросил понимающе.

– Нет, не репетирую, а действую. Вы правы, генерал Тортон. Я проявила слабодушие и позволила всем, включая вас, заподозрить меня в излишней мягкотелости. Не знаю, что на меня нашло, но я это обязательно исправлю. И если у вас в гарнизоне не принято представлять всем новых служащих, то не стоит делать для меня исключение. Так что? Освободите место – и продолжим разговор?

Вообще-то я мало знала о Варло Тортоне. Одаренный вазопретатор, двоюродный брат наследника. Звание и гарнизон получил в награду за ликвидацию мощного прорыва на Севере страны. Мечта всех знатных гру любого возраста и завидная партия для гроу на выданье. И больше я не слышала о нем ничего. Ни о пикантных скандалах с его участием, ни о громких поединках, ни тихих сплетен. Поэтому я не имела понятия, как он отреагирует на мою дерзость, но иначе поступить не могла. Варло Тортон задел мою гордость, и я бы не смогла спать спокойно, если бы молча проглотила его тираду.

– Тогда хвала Творящему, а то я было начал раскаиваться в своей доброте, – удивительно позитивно принял мои слова генерал и легко вскочил с кресла. – Прошу, гроу Валери, – изобразил он светский поклон, указывая мне на освобожденное место. – Надеюсь, в кресле главы госпиталя ты окончательно соберёшься и чётко ответишь мне на вопросы о своей магии.

Последние слова он произносил уже без тени веселья, и я чуть не пожалела о своей дерзости. Может быть, стоило и дальше прикидываться безобидной мямлей? С них спрос меньше. Однако больше всего на свете я не хотела расставаться с Амулетом и врать своему спасителю. Пусть генерал и резок в выражениях, но только благодаря ему я в безопасности – это неоспоримый факт.

Варло Тортон обошёл стол и, заняв посетительский стул, посмотрел на меня ожидающе. Я не стала делать вид, что забыла его вопрос.

– Магия полностью заполнила мой резерв, – созналась как в омут нырнула.

– Сними артефакт.

Отработанным движением нащупала гвоздик и вытащила его без лишних колебаний.

Генерал потянулся через стол и неожиданно положил пальцы на запястье руки, которой я облокачивалась на столешницу. Творящий! Он наверняка сейчас запросто определит мой уровень без всяких артефактов! Говорят, вазопретаторы это умение получают от рождения, чтобы вычислять примерную дозу эфира, которую смогут получить от женщины.

– Что вы делаете? – выдохнула я растерянно и затаила дыхание.

Вопрос очень глупый, но он вырвался против воли. Пальцы генерала словно прожигали тонкую кожу насквозь.

– Ты часто снимаешь артефакт? – вместо ответа продолжил исследования генерал.

– Сегодня впервые из-за желания помочь раненому селянину, – соврала я, сжав руку с артефактом в кулак.

Да, стыдно! Да, я не хочу ему врать! Но всё ради Мули! Если признаюсь, что каждый день вытаскивала гвоздик, то генерал удивится. Вряд ли найдётся много девушек, жаждущих ежедневно терпеть боль от прокола кожи на голове просто ради любопытства. К счастью, мой ментальный щит прочен, и пробить его невозможно – наследство от родителей. А вот снять щит – можно. Но сделать это имеют право лишь имперские менталисты и только по решению комиссии. Надеюсь, до этого не дойдёт.

– У тебя уровень приближается к восьми, и это очень странно, Валери, – хмуро выдал заключение генерал. – Пока я ничего не говорил о тебе комиссии, решил разобраться в произошедшем самостоятельно. Но если ты явишься через год в столицу с увеличенным резервом – это будет сенсация, которая повлечёт за собой множество проблем.

Как же он прав! Экстраординарный случай увеличения силы донора действительно станет громким событием. Меня примутся изучать, ведь это важно в борьбе с прорывами. А изучение принесет неприятности не только мне, но Варло Тортону, потому что он меня целый год скрывал.

Я вскинула на генерала встревоженный взгляд.

– Тогда я не вернусь в столицу. Уеду в какой-нибудь дальний предел, окончу академию там.

– Подожди паниковать, Валери. Расскажи с самого начала, что ты делала в день прорыва. Что ела, пила, с кем общалась… Мне нужно знать всё, чтобы выяснить причину твоей аномалии.

Я инстинктивно прижала руку к карману с Амулетом. Я-то точно знала источник аномалии, но стоит ли и генералу о нём знать – большой вопрос.