Кара для Повелителя

Сердце дрогнуло в предвкушении, когда перед глазами встала та горячая сцена из фильма.

– А может не надо на кусочки? Жалко же, столько денег отдали, – подал голос с кровати Лаки, – да и больно, наверное, когда на тебе трусы рвут, резинка впивается в кожу. Брр. Эльфы качественное бельё производят так то.

– Ничего ты не понимаешь! Это романтично, – вот Улина знала, о чём я! Не зря мы обе фанатели от эльфийских мелодрам, а Лаки, он мужчина, хоть и кот. Он никогда не понимал наше увлечение ими, – и вообще ты лапы мыл, перед тем как на кровать залезать?

– Как я двери в ванную открою? У меня же лапки, а не ручки.

– Ой, не прикидывайся! Всё ты прекрасно умеешь открывать, марш в ванную.

Они часто спорили, но никогда не ссорились, потому что искренне любили друг друга. Лаки с протяжным вздохом пошёл мыть лапы, а Улина принялась колдовать над причёской.

– Вы чувствуете в себе прибытие силы, госпожа? Ведь вам уже час назад исполнилось двадцать, – Уля аж кончик языка прикусила от возбуждения, – какая она, ваша новая способность?

– Да ничего необычного, Уль. Огонь стал чувствоваться сильнее, ментал возрос, мне даже пришлось щиты поставить, чтоб не слышать каждого в особняке, после ритуала, а больше ничего нового. Обделил меня Праотец, похоже.

– Не может такого быть! Так не бывает! Обязательно найдётся ваша уникальная способность, моя госпожа!

– Не госпожанькай, Уль, не на приёме.

Уж очень надеюсь, что у меня она есть, эта особенная способность, но не удивлюсь, если её и не окажется. Мама то моя совсем без магии жила. Дал ей Веливул рога, хвост, вечную жизнь, папу, меня, а больше и ничего.

– Не буду, а может вы антимаг, как госпожа Василина? – а, да! Ещё мама была антимагом. На ней не работала никакая магия. Даже магический огонь не брал.

– Это точно не про меня, Уль, на меня только ментальная магия не воздействует, а вся остальная вполне себе работает. Ты же знаешь.

– Знаю, но вдруг?

– Нет, я проверяла.

– А как всё прошло в усыпальнице? Праотец явил глас?

– Обычно прошло. Никаких чудес не случилось. Пришли, поздоровались со спящими предками, получили молчаливое благословение у Праотца и ушли. Разве это важно, Уль? Я волнуюсь! Сегодня всё произойдёт! Меня трясёт всю!

Действительно, меня слегка потряхивало, и в голове не было ни одной мысли, кроме как об осуществление нашего плана. Ни подарок родителей – новый супермодный транспортник, ни подарок деда – эксклюзивные украшения на рожки и хвост, не занимали меня так, как соблазнение Мира.

– Да что переживать? Вы самая прекрасная девушка во вселенной! Всё получится.

– Надеюсь. Доставай уже шедевр.

Я выдохнула и приготовилась облачиться в своё праздничное, сиреневое платье, над которым трудились несколько месяцев лучшие мастерицы столицы. Сиреневый – мой любимый цвет, что не удивительно. Экзотическое на Веливуле растение сирень, росло у нас в саду повсюду. Не могу точно сказать, кто из родителей его так сильно любил, они сваливали вину друг на друга, но видимо я так с рождения привыкла к этим кустам, что их цвет стал для меня самым любимым. У меня даже комната была в сиреневых тонах.

– Кара, ты готова? – в комнату заглянула мама, когда Улина уже вносила последние штрихи в мой образ, магией фиксируя живые цветы в локонах.

– Готова, мам.

– Какая же ты у меня красавица! Даже не вериться, что тебе уже двадцать, – мама поцеловала меня в щёку. – Идём скорее, нас все заждались.

Во дворец мы прибыли под бурные овации и поздравления выстроившихся на его ступенях гостей и всей процессией прошествовали в бальный зал дворца.

Шамирхар встречал нас у входа в него, перед плотно закрытыми дверями. Мы все затаили дыхание.

– Карашерриса, девочка моя, я долго думал над подарком и решил, что именно этому ты обрадуешься больше всего.

Повелитель подал знак, и двери распахнулись. Я и гости, толпившиеся за моей спиной – ахнули. Он действительно приготовил для меня самый ценный подарок, как же он хорошо меня знает! Это так трогательно! Милый! Какой же он милый! На глазах навернулись слёзы, и захотелось кинуться ему на шею, но я сдержалась, наградив Мира счастливой улыбкой. Всё у нас будет. Позже.

Шамирхар превратил главный бальный зал в театр. Знакомое с детства помещение преобразилось до неузнаваемости: теперь в нём построили огромную сцену, пока она была закрыта кулисами, но освещена рампами, а на остальном пространстве зала расположили кресла для зрителей. Восторг, Праотец! Полный восторг! До этого дня я видела театр только на экране.

– Теперь на Веливуле будет свой театр имени Карашеррисы, – Повелитель смахнул с моей щеки слезу восторга, – ну что ты? Не понравился сюрприз?

Вообще-то демоны плакать не умели, а я ещё как умела! Видимо эта способность досталась мне от мамы.

– Очень понравился, очень-очень! – мне удалось взять себя в руки с трудом.

– Походите и занимайте места, согласно номеркам, выданным на входе, – распорядился личный бес Мира и гости устремились в зрительный зал, отыскивая свои места, сверяясь с номерками. Какой же Мир потрясающий! И он явно тоже меня любит, ведь только любящий может настолько понимать любимую.

Как только все расселись, в зале погас свет, и кулисы раздвинулись.

– Вау! – не смогла сдержать восторженного возгласа я, ведь на сцене показались декорации из моего любимого фильма «Попаданка в академию Властителей».

Мама сначала закатила глаза, а потом грозно уставилась на Мира, папа взял её руку и сказал:

– Вась, выключай уже воспитательницу. Пусть дитё порадуется.

А дальше началось волшебное действо! Как же прекрасен был спектакль и актёры, которые зарядили атмосферу зала сильнейшими эмоциями, время пролетело незаметно, и когда вся труппа вышла на поклон, я аплодировала стоя!

– Мир, это был самый лучший подарок! Спасибо тебе! – сдержаться и произнести слова благодарности спокойно и с достоинством, я уже не могла, слишком сильными были полученные впечатления.

Остальные гости тоже не остались равнодушными и покидали театр, бурно обсуждая представление. Я пропустила родителей вперёд, прислушиваясь.

– Нет, ну как хороша, Катиэль! Ты видела, как она играла?

– Превосходно! Но в «Белошапка и семь оборотней», она была вообще неподражаема! Её попаданка мне нравится меньше.

– Это да, тут я с тобой полностью согласна!

Захлёбываясь от восторга и перебивая друг друга, делились впечатлениями демоницы. Глупые какие! Катиэль прекрасна в любой роли! Критики нашлись тут.

– А Гаринель! Я в него влюбилась, он такой сексуальный! Сейчас бы и отдалась ему прямо на сцене!

– Так сходи за кулисы, может, повезёт.

– Представляешь, я стесняюсь! Актёры, они как небожители!

– Да! Увидеть их в живую, это как услышать глас Праотца!

– Какой же прекрасный праздник устроили Карашеррисе родители. Вот счастливая!

– Думаешь, это родители? Кара имеет всё, что хочет, потому что любимица Повелителя.

– Ты о чём?

– О том…

Дальше я не слушала и поспешила догнать своих, обо мне всегда судачили. З – зависть, как мама говорит.

– А где же будет приём, раз в бальном зале теперь театр? – спросила я Мира, присоединившись к семье.

– Сегодня я открою для гостей своё личное крыло и развлекательный зал. Всё для тебя, малышка.

Сердце опять сладко заныло, наполняя меня надеждой. Оттуда до спальни рукой подать.

Мало кто из гостей бывал в личном крыле Повелителя, вход сюда был строго ограничен, но не для нашей семьи, поэтому я не озиралась по сторонам в восхищении, как остальные, а искала глазами Улину и Лаки. Мои помощники нашлись у входа в развлекательный зал и помахали мне, Улина рукой, а Лаки лапой, типа: «расслабься, всё идёт по плану».

Я ещё месяц назад, когда Мир сообщил, что мой день рождения будет отмечаться во дворце, попросила устроить вечеринку в стиле «Венецианский карнавал». Конечно, я никогда не бывала в земной Венеции, но мама мне много о ней рассказывала, это для родителей было особенное место. Папа сделал маме предложение и, наверное, меня, во всяком случае, по срокам сходилось именно во время путешествия туда. Я мечтала, что и в моей жизни всё произойдёт так же, ну кроме детей, естественно. К сожалению, я была Чистокровной Высшей демоницей и родить ребёнка не могла.

Компания «Бес – эксклюзив» своё дело знала на «отлично», даже мама ахнула, когда перед нами распахнулись двери развлекательного зала.

Используя иллюзии, организаторы воссоздали архитектуру и даже каналы Венеции, по которым можно было ходить, не замочив ног – они же не настоящие.

– Очень здорово, спасибо! – в очередной раз поблагодарила я Мира, – а теперь сюрприз от меня!

Я хлопнула в ладоши, и организаторы выпустили в зал цирковую труппу, которую я под большим секретом наняла на ярмарке. Кто-то из Чистокровных Высших нашёл их в другом мире, населённом одарёнными магически людьми и притащил на Веливул. Труппа гастролировала по владеньям уже год, и домой отправляться не собирались.

Приглашённые на праздник аристократы ринулись к столам, которые ломились от закусок и напитков, как будто не спектакль только что смотрели, а физическим трудом весь день занимались. Лично мне кусок в горло не лез, и я, раскрыв рот, глазела, как трюкачи исполняли на импровизированной арене диковинные акробатические номера, хлопая каждому трюку. Когда демоны уталили голод и жажду, артисты освободили центр зала для танцев, смешавшись с толпой, чтобы развлекать гостей пантомимой и фокусами.

Переодетая в гадалку Улина, присоединилась к ним. Не привлекая к себе лишнего внимания, она бродила по залу, угощая демонов печеньем с предсказаниями. Началось! Теперь у меня есть тридцать минут, чтоб отвести Повелителя подальше от толпы, в место, где Лаки с бесовкой выполнят свою важную миссию, а мне тем временем, нужно будет быстро ото всех скрыться и пробраться к нему в спальню, чтоб подготовиться к встрече.

Первый танец я танцевала с папулей. Он у меня красавец и вообще идеальный мужчина. Его глаза всегда дарили мне столько любви и нежности, что я больше всего в жизни боялась когда-нибудь прочесть в них укор и потерять именно его расположение и поддержку. Мне было немного не по себе, из-за того, что я собиралась сделать. Как ни крути, родители бы меня не одобрили.

Второй танец был, конечно, с дедом. Он тоже у меня красавец и сердцеед, но совершенно не серьёзный. Мама говорит, что он по уровню развития, примерно на одной ступеньке с Шассом.

Во время танца с ним, мы обсудили спектакль, представление циркачей и перемыли кости гостям. Я вдоволь насмеялась и немного успокоилась перед третьим, самым важным танцем в моей судьбе.

Когда заиграла демоника, танец, который любили и умели танцевать на Веливуле абсолютно все жители, я посмотрела из-под ресниц на Мира, и он протянул мне руку, сразу поняв намёк.

Мама всегда говорила, что демоника ей напоминает земной танец страсти – танго. Они с отцом виртуозно его исполняли и никогда не упускали возможности станцевать. Вот и сейчас они вышли в центр зала следом за нами.

Повелитель был превосходным партнёром и вёл в танце так, что мне оставалось лишь следовать за ним и тонко улавливать моменты, в которые нужно прогнуться или взлететь в его надёжных руках.

Я бы желала, чтоб этот танец никогда не заканчивался, но на середине мелодии, Улина подала знак, что они с Лаки ждут на террасе и после следующей поддержки, оказавшись прижатой к телу Мира, я шепнула ему:

– Что-то я переволновалась и у меня голова закружилась. Проводи, пожалуйста, меня на террасу.

– Конечно! Попросить принести попить?

– Нет, нет, не нужно, просто хочу на воздух.

Совершенно не нужны нам свидетели. Мы направились к нужному выходу на террасу, надеюсь, мои подельники уже очистили её от посторонних.

Пока всё складывалось по плану, на террасе нас ждали только Лаки с Улиной.

– Не хотите попробовать печенье с предсказанием, Повелитель? – предложила бесовка.

– О, и вы тут? – показательно удивилась я, а Лаки достал клубки.

Как только Мир замер заворожённый магией кота с запиской в руках, я со всех ног рванула в его спальню.

Танец ещё не закончился, поэтому мне не пришлось объясняться с родителями, куда я так спешу, да и гости были заняты развлечениями, на меня никто не обратил внимания. Мы рассчитали всё правильно.

Порталы в личных покоях Повелителя не работали, так бы я просто телепортировалась, а не преодолевала расстояние, пытаясь поставить Веливульский рекорд по грациозному бегу, но, благо, хоть охраны у спальни не было. Только щиты Повелителя. Ни одна посторонняя душа сюда проникнуть не могла, кроме членов семьи. А нас он считал семьёй, поэтому я приложила руки к дверям и они беспрепятственно меня впустили в вожделенное место.

Я быстро скинула платье, оставшись в эльфийском белье, которое не оставит никого равнодушным и навела магический сумрак. Демоны прекрасно видели в темноте, а мне нужно было хоть на минутку лишить Мира возможности меня рассмотреть. Потом, когда он потеряет голову, я сниму сумрак, чтоб он смог по достоинству оценить, как ему сегодня повезло.

Всё подготовив, я спряталась за дверью, затаив дыхание. Вскоре послышались шаги, затем открылась дверь, и Мир вошёл в спальню.

– Что происходит, кто здесь? – он попытался снять мой морок, но я ловко зашла ему за спину и обняла, положив руки на грудь.

– Какой приятный подарок? Это мой бес тебя сюда впустил?

Сердце моё трепыхалось в бешенном темпе, а хриплое дыхание обжигало его плечи, я прижалась к нему всем телом и провела ладонями по груди, медленно спускаясь к животу, а потом и ниже. Повелитель рвано выдохнул, обхватил мои руки и плавным движением развернулся, оказавшись лицом ко мне. Я тоже ничего не видела, и это лишь добавляло остроты в ощущения. Жаркие волны возбуждения пробегали по моим венам.

Он толкнул меня к стене и, прижав к ней своим телом, впился в губы поцелуем. Его запах окончательно сбил меня с ног своим неповторимым ароматом, терпким, желанным, неповторимым и самым необходимым в жизни. Я хочу дышать только им одним. Тело обмякло в его руках и Повелитель понял, что я на всё готова, он взялся одной рукой за мой рог и повернул голову так, чтоб углубить свой и без того страстный поцелуй, а второй провёл по моему бедру, закидывая ногу на себя. Когда Мир оторвался от губ и припал к моей шее, а я громко застонала и не выдержала.

– Мир, Мир мой, наконец-то, как же я этого ждала! – и это стало моей роковой ошибкой.

Шамирхар резко отпрянул, зарычал и одним движением снял, наведённый мной магический сумрак. Тот час спальню залило ярким светом и в этот момент мне почему-то сделалось очень страшно.

Нет, не такое выражение я мечтала увидеть на лице любимого. Совершенно не такое. В его глазах плескался гнев и ужас.