Маленький сюрприз для лжеца

Наверняка опять нашёл какого-то удобного идиота. Сил нет! Какой это будет по счёту жених? Третий? Четвёртый?

– Я тебе не рабыня, и мы не в средние века живём! – огрызнулась зло и отчаянно.

– Ты дождёшься, Вероника, что я приму меры. Не зли меня! – только этого и ждал отец, чтобы перейти к любимой части наших споров – запугиванию.

Он не раз заявлял, что лишит меня материнских прав, удочерит Малину, а меня выгонит. Это было страшно, потому что от своего отца, с его связями, я могла ожидать чего угодно.

Поэтому в тот момент я прекратила спор и в слезах помчалась в свою комнату. По дороге я наткнулась на Динку, тогда-то она мне и озвучила свою гениальную идею.

– Опять? – едва разглядев мои слёзы, сестра обняла меня и утащила в свою комнату.

– Снова! Я больше не могу, Дин. Я заберу Лину и уйду, – жаловалась я, всхлипывая. – У меня есть в заначке двести тысяч, золото продам…

– Бред! – категорично отрезала сестра. – И на сколько вам их хватит? А потом что делать? Полы пойдешь мыть? Хотя о чем я? Их мыть тоже надо уметь.

Она говорила жестокие, но правильные вещи, которые действовали, как холодный душ. Но я ещё пыталась вяло возражать, хотя и понимала – истину говорит.

– Прекрати, Дина. У меня есть руки, ноги и голова. Я бы даже универ закончила, если бы не Малина…

– Если бы да кабы! Вот именно, у тебя Малина. Поэтому слушай внимательно, у меня есть идея получше. Садись и прекращай реветь.

Я села и вытерла слёзы. В тот момент я была готова слушать, кого угодно и что угодно, лишь бы оно помогло изменить мне жизнь.

– Только давай без подколок, Дин, мне не до этого – предупредила жалобно, зная, что сестра может быть очень язвительной.

– Никаких подколок, – твердо пообещала она и перешла к делу. – Я предлагаю тебе поехать к Никите Вольцеву и сообщить о дочери.

Я прочистила пальцем ухо, ещё раз вытерла глаза и уставилась на сестру в недоумении. Это мне не послышалось? Похоже, нет. Да, недавно мы совершенно случайно наткнулись на рекламное интервью хозяина подмосковного ресторана, и во владельце я признала своего случайного любовника, от которого родила дочь. Узнали мы и его фамилию. И ничего больше. У Ника Вольцева даже не нашлось в соцсетях личных страниц. Я его знать не знаю!

– Дина, зачем мне это делать? Чем он мне поможет? – не скрывая скепсиса, спросила я сестру.

– Попроси его признать отцовство, и тогда наш папулька как минимум потеряет один из своих козырей. Лишить родительских прав вас двоих ему будет не по силам.

Сначала я истерически рассмеялась, даже на Динкину кровать упала, а потом призадумалась и поняла, что рациональное зерно в словах сестры есть.

– А если он откажется?

– Пока мы этого не знаем наверняка, у нас есть надежда на счастливый исход. Я считаю, что ты должна поехать к нему и познакомиться поближе. А вдруг он тебя все годы помнит, и ваша страсть вспыхнет с новой силой? Он красавчик, да и ты у меня ничего…

– Милая, напомни мне, ты сейчас на каких сериалах сидишь? – прервала я сестру, глядя насмешливо. Какой же она у меня всё-таки наивный ребёнок. – Турецких? Индийских?

– Я книги читаю! Но сейчас не об этом, – не обиделась Дина. – Я тебе точно говорю, что сейчас у состоятельных мужчин не модно отказываться от детей, так что подумай над моими словами и езжай к нему! Вот там тебе твоя заначка и пригодится. На недельку-другую, надеюсь, хватит. И золото не придется продавать.

Я далеко не сразу помчалась бронировать билеты и искать жилье в городе, где жил Вольцев, потому что все было намного сложнее, чем представлялось сестре.

– Ага, а как я уеду-то? Так меня отец и отпустит куда-то одну. Ты не знаешь, что ли, его паранойю?

– Ерунда, – с жаром возразила Динка. – Я знаю, как это провернуть.

– Да? И как же? Учти, типа ложиться на реабилитацию в клинику каких-нибудь наркоманов, сексоманов и других манов, как ты предлагала в прошлый раз, когда мы хотели отправить меня на курсы парикмахеров, я отказываюсь, – сразу предупредила заядлую аферистку.

Да, это не первый её гениальный план. Мы с сестрой рассматривали множество вариантов моего избавления от диктатуры отца, и быстрое получение профессии было в их числе.

– Нет-нет, тот план был отстойный. Ты оказалась права. Сейчас я это понимаю. Мы сделаем проще: мы типа полетим с мамой и бабушкой на пару недель в Париж. То есть мы-то с ними и правда полетим в Париж, а ты полетишь к своему Никите.

– Ха! Ты думаешь, мама с бабулей согласятся? – к заявлению Динки я отнеслась скептически и даже испытала лёгкий укол разочарования.

Я-то думала, она что-то серьёзное предложит…

– А то! Положись на меня! – но сестра продолжила азартно гнуть свою линию. – Я их уже давно обрабатываю на эту тему. Я же собираюсь полететь зимой с одногруппниками на лыжах кататься. Сама знаешь, папик не отпустит ни за что. Но зря ты думаешь, что баба с мамой полностью его поддерживают. Это не так. Они и тебя, и меня жалеют, поэтому больше чем уверена, их осталось только немного подтолкнуть в нужном направлении, тогда они сами этот вариант предложат.

А это была новость. Потому что ни бабушка, ни мама никогда особой поддержки мне не выражали. Но и не осуждали, не давили, надо отдать им должное.

– Это тебя они, может, и прикроют, а я живу с позорной меткой…

– Да перестань, Ник, ты просто сама от них отгородилась и не хочешь принимать сочувствие. Расслабься, я все устрою.

И Дина действительно устроила. Сначала она тщательно внедрила в голову Малины идею и острое желание посетить Диснейленд. Затем мелкая диктаторша – моя дочь – выполнила основную работу, то есть быстро обработала деда, и в итоге тот лично распорядился отвезти драгоценную внученьку куда она хочет. К счастью, сам отец никогда и никуда не летал – тяжелейшая аэрофобия у него обнаружилась ещё в молодости. Поэтому во Францию должны были отправиться все женщины семьи Долгиненых, а отправились Наталья – мама наша – Дина и Малина. Бабушка лететь наотрез отказалась – и это к лучшему. Она была слабым звеном, в ней я немного сомневалась, потому что бабуля могла случайно проболтаться сыну. Ну а когда настал день Х, я просто не села в самолёт. Я помахала ему рукой с края взлётного поля, вернулась в аэропорт и полетела в Москву.

Раньше я никуда и никогда не ездила одна. Поэтому поначалу мне путешествовать было немного страшно, но это быстро прошло. Я внезапно почувствовала, что значит быть самостоятельной и независимой. Расправила плечи и принялась жадно ловить каждый миг этого маленького побега на свободу.

Первым делом, как добралась до столицы, прошлась по магазинам и купила кучу красивых вещей. А в салоне красоты сделала стрижку и тонирование. Благо мама прониклась нашей с сестрой идеей, мы ведь ей сказали, что я лечу в столицу на какой-то там марафон личностного роста. Я даже толком не вникала на какой именно и что именно Динка наплела, но мама мне подкинула ещё денег. В средствах я оказалась не стеснена. И в подмосковном городе, где жил Никита, сняла хороший номер в лучшем отеле.

В первый день я искать встречи с отцом Малины не стала. А вот во второй отправилась к нему в ресторан на обед.

Когда я летела в эту, так скажем, важную командировку, я и в мыслях не держала заводить роман с Вольцевым, и в тот день шла в его заведение на разведку. Совершенно не собиралась ничего предпринимать, но звезды сложились так, что именно с того обеда все и завертелось.

Я вошла в полупустой зал, огляделась и выбрала столик, с которого открывался хороший обзор. В поле зрения попадали и бар, и вход в зал, и обе двери, ведущие в служебное помещение. Поэтому появление Ника я никак пропустить не могла.

Вольцев вошёл с улицы. Такой стремительный и искрящийся хорошим настроением, что я им невольно залюбовалась и сразу вспомнила, почему тогда на пляже обратила внимание именно на него. Почему легко решилась на такой серьёзный шаг, как потеря девственности именно с ним, хоть он, по сути, был незнакомцем. Есть в Никите какой-то природный магнетизм и сшибающая с ног харизма: этот его взгляд мартовского кота и повадки хищника, а голос… голос! Как я могла забыть его голос?!

– Привет, прекрасно выглядишь. Всё в порядке? – спросил он у бросившейся ему навстречу официантки, и я тут же вспомнила, что тогда, пять лет назад, сравнивала его голос с голосом демона-искусителя.

Вот и девушка, наверное, так думала, потому что смотрела на босса с обожанием и всем телом излучала призыв. Правда, Никита рядом с ней задерживаться не стал и поспешил в недра своих владений. Только тогда официантка вспомнила обо мне и подошла принять заказ. А я решила воспользоваться моментом и выведать хоть какую-то информацию о боссе.

Я сделала заказ и наплела официантке по имени Оксана, что я начинающий фуд-блогер. Прям совсем-совсем начинающий. Мы, между прочим, с Динкой и этот момент продумали: страничку мне красивую завели, на которую подписали всех знакомых и даже сделали пару статей про наши местные кафе. Разумеется, никаким успехом мой свежий аккаунт не пользовался, но ведь ничего не мешало оказавшейся в столице девушке попробовать эту популярность обрести, правда? Хотя бы даже за счёт обаятельного холостяка Никиты Вольцева и его ресторана.

Почему мы с сестрой были уверены в том, что Вольцев свободен? Да потому что не ведут себя семейные мужчины так, как он.

Наверное, в подобной наивности опять виноват наш папочка со своими «строгим нравами». Нам с Динкой и в голову не пришло, что можно не носить обручальное кольцо и открыто флиртовать с журналисткой, когда у тебя есть жена и ребёнок.

В общем, когда Оксана принесла суп, я у неё спросила:

– Скажите, а ваш хозяин проводит много времени на работе?

Хотела просто продумать дальнейшую стратегию поведения. Но девушка ответить не успела, только глянула на меня как-то подозрительно, когда из подсобного помещения вышел Никита и стремительно приблизился к столу.

– Можно присесть? – спросил он с ленивой улыбкой, и я кивнула. – Прекрасно. Оксана, принеси мне бизнес-ланч. Я за обедом отвечу на все вопросы нашей прекрасной гостьи.

Ох, я не рассчитывала на то, что официантка меня прямо сразу боссу сдаст, но теряться мне никак нельзя. Никита разместился напротив и оглядел меня достаточно откровенным, хищным взглядом – я ответила ему понимающей улыбкой. Дело в том, что мужчин я никогда не боялась – трепета они у меня не вызывали. А к всевозможным знакам внимания я привыкла давным-давно. Вернее, привыкла от них защищаться, так как мужиков, благодаря папочке и женихам, презирала. А если я и переживала, что Никита меня узнает, то это быстро прошло. Во взгляде владельца ресторана было что угодно, кроме узнавания. К тому же на Вольцева я никаких планов не имела, поэтому вначале того памятного обеда была совершенно спокойна и достаточно холодна.

Наверное, именно это и заставило Никиту принять охотничью стойку. Как так? Непонятно кто не растекся перед ним лужицей. Непорядок!

– Давай знакомится, я Ник, – церемониться и изображать из себя великосветского лорда он не стал и сразу начал обращаться на «ты».

– А я Вероника, – поддержала я его тон.

– Ух ты! Ник и Ника, мне кажется, это знамение! – восхитился Вольцев.

А меня накрыло дежавю. Он пять лет назад точно так же отреагировал на моё имя. Узнал? Сердце гулко ухнуло от волнения. Но нет. Не узнал. Наверное, он просто всем Вероникам такое говорил. Хотя вот в прошлый раз не соврал. Наша встреча действительно оказалась знаковой. Я улыбнулась своим мыслям.

Но я тут по делу. Мне нужно этого незнакомого, но очень важного для нас с дочкой мужчину прощупать: попытаться понять, что он за человек, как к детям относится, если ли у него постоянная девушка… Хотя вообще на то не похоже, но выяснить не помешает.

– Будем надеяться, что знамением плодотворного сотрудничества, – принялась я за дело. – Ты не против, если я сделаю снимки ресторана и задам тебе пару вопросов?

– Не против. Начать можем и с сотрудничества, конечно, – согласился Вольцев, – но после работы обязательно нужно отдыхать. Ты, судя по манере речи, не местная, хочешь, устрою тебе экскурсию по столице?

Я и не планировала прикидываться местной, но то, что Ник меня так быстро вычислил, немного покоробило. Типа они, москвичи, нас, провинциалов, за версту чуют. Поэтому вопрос про экскурсию я проигнорировала.

– Скажи, Никита, сейчас во многих ресторанах делают детские комнаты, а вот у тебя её нет. Это принципиальное решение? Ты не любишь детей или так вышло случайно?

– Очень люблю, особенно девочек, – возразил Вольцев.

А я тут же вспомнила, что у него есть три младших брата и сестра. Мы откопали с Динкой статью о семействе Вольцевых пятилетней давности. Все они рестораторы, и детей-внуков имеется множество.

– …И детская комната в ресторане есть, просто она так расположена, что тебе её не видно. После обеда покажу. Я ещё и кошек люблю. Мечтаю открыть котокафе. Ты была в котокафе, Ника?

Он это так спросил, будто речь шла о стриптизе, а не о пушистиках. Явно заманивал!

– Нет. У нас на юге такого нет, потому что котиков в каждом дворе полно. Поэтому я и прилетела в столицу за диковинками, – поддалась я на его приманку.

Мне ведь нужно узнать Никиту лучше, поэтому это не противоречило моим планам.

– Прекрасно! Значит, сегодня вечером туда и поедем. И вообще, если доверишь мне роль гида, я тебе такое покажу, что улетишь домой, набравшись впечатлений на год вперёд.

Я прекрасно понимала, почему Ник за меня так ухватился. Ничем не обременительная связь с туристкой очень его устраивала. Впрочем, именно этим он меня поначалу и подкупил. Ведь Ник так отличался от всех тех мужчин, что мечтали на мне жениться, что я почувствовала себя в безопасности. В том числе и поэтому я тогда приняла его предложение.

И с того момента всё закрутилось.

Никита знал толк в развлечениях и, голодная до свободы я, погрузилась в них с головой. Тем более Динка-подстрекательница не уставала наставлять меня на путь истинный по телефону:

– Ника! Оторвись там за меня тоже! Ты представляешь, какой шанс тебе выдался? – тараторила в трубку сестра, когда ей удавалось уединиться. – И не спеши ему рассказывать про Малину! Такими темпами, какими вы с Ником сближаетесь, он скоро вообще без тебя жить не сможет!

Мы действительно с Никитой как будто понимали друг друга с полуслова, а ещё нам было вместе легко. Всегда находились темы для разговора, а случайные касания, намёки, взгляды держали нас в постоянном возбуждении и заставляли проводить вместе как можно больше времени. Но первые три дня мы даже не поцеловались. Хотя я уже предвкушала поцелуй всем сердцем. Просто Вольцев словно чувствовал, когда будет правильно переходить к тому или иному действию. Он варил меня на медленном огне, плавно доводя до полной готовности.