Полночный гость

– К несчастью, в Балтиморе, прямо в порту, меня ограбили до нитки..

Ни слова о бегстве с фрегата и о том, как он вплавь добирался до берега Виргинии.

– Услышав, что здесь, на границе, много свободной земли, я решил взглянуть на ваши места.

Не расскажи он ей совершенно другую историю, Мэг сейчас легко бы поверила Стивену. И неудивительно, в отчаянии думала она... с такими актерскими способностями он кого угодно убедил бы, что солнце встает на западе.

Кого угодно. И уж тем более – глупую, влюбленную в него женщину!

– Этот самый Ганнел все время твердил, что он не тот, за кого его принимают, – заявил Рейф. – Поначалу он называл себя Арлингтоном.

Мэг окаменела.

Я – Арлингтон. Почему вы мне не верите? Клянусь вам, я... Эрл Арлингтон.

Кто еще мог назваться Арлингтоном в Эшли-Гроув? Только Стивен.

– Мистеру Флинту Ганнел сказал, что он очень богатый и известный в Англии человек, – продолжал Рейф. – И что он щедро отблагодарит хозяина, если тот оплатит ему обратный билет. Учтите – такой человек может сочинить все, что угодно, лишь бы добиться своего.

Не сделал ли он именно это с ней, Мэган Дрейк? До сих пор описание Ганнела полностью совпадало с тем, что Мэг знала о Стивене. Боже милостивый, неужели? Неужели Стивен и есть беглый каторжник Билл Ганнел? Нет! Не может быть! Стивен не преступник!

А Рейф все продолжал свою речь:

– Билл Ганнел – страшный человек. На глазах у родителей он изнасиловал четырнадцатилетнюю девочку, а потом убил и мать – за то, что та пыталась защитить дочь. И это только одно из его преступлений. Другие же настолько ужасны и бесчеловечны, что я не рискну описать их в присутствии дам. Так вы хотите, чтобы такой человек жил рядом с вами? Опасность грозит и вашим женам, и дочерям!

У Мэг потемнело в глазах. Боже правый, как ты это допустил?! Возможно ли, чтобы это был ее Стивен! Неужели она вышла замуж за чудовище в человеческом обличье?

– Говорю вам... – зловеще повысил голос Рейф, – ...этот человек – Билл Ганнел! Я забираю его с собой в Тайдуотер, чтобы вернуть хозяину, Гираму Флинту!

Рейф вскинул было мушкет, явно собираясь наставить его на Стивена, но Вильгельм с проворством, удивительным для человека таких размеров, вырвал ружье из его рук.

– Фы никуда не сабирать герр Фингейт. На помощь приятелю поспешил Эймс:

– Если этот человек – беглый каторжник, так пусть Гирам Флинт сам приезжает и забирает его, понятно?

Мэг уловила страх в глазах Рейфа, неожиданно оказавшегося безоружным в кольце откровенно враждебных поселенцев.

– Дершу пари... – передразнил Вильгельм самого Рейфа, – фаш Флинт побояться к нам приходить. А фы, мистер... уше фее скасать.

– И мы вам не советуем задерживаться, – вставил Эймс.

Рейф мгновенно вскочил на лошадь.

– Я вернусь с мистером Флинтом, – бросил он уже на скаку. – Уж он-то не позволит беглому каторжнику ускользнуть от него.

Как только Рейф скрылся из виду, фермеры, окружив Стивена, хлопали его по плечам и спине, что-то хором говорили. Он же в ответ улыбался, благодарил за поддержку и за то, что они в него поверили.

Они поверили в него! Боже правый! Что она наделала!

Мэг развернулась и кинулась за угол хижины Вильгельма.

Увидев приближающегося Рейфа, Стивен мысленно распрощался со свободой. В тот миг он и пенни не поставил бы на то, что ему удастся избежать лап Флинта. Он уже ощущал железные тиски, смыкающиеся на шее... Но решил стоять на своем до конца.

Однако и сейчас Стивен не обольщался. Это всего лишь отсрочка. Ему ли не знать, до какой степени ненавидит своего беглого каторжника Флинт. Пройдет день-другой – и плантатор появится здесь собственной персоной. Нужно бежать из Виргинии... из Америки! Нужно бежать до возвращения Рейфа с Флинтом.

Денег хватит лишь на два билета. Но Герда и Вильгельм, которые души не чаяли в Джоше, наверняка согласятся оставить мальчика у себя, пока Стивен не пришлет за ним из Англии... Теперь нужно лишь убедить Мэган на время расстаться с братом.

Пряча тревогу, Стивен принимал радостные поздравления фермеров, улыбался и шутил с новыми приятелями – пока, наконец, не грянули первые аккорды, возвещающие о начале танцев.

Сделав незаметный знак Вильгельму, Стивен скрылся с хозяином празднества в доме.

Через двадцать минут, выйдя из дома Вильгельма, Стивен обвел взглядом двор фермы, но Мэган нигде не было.

– Фаша шена уходить домой, – поспешила ему навстречу Герда. – Плохо чуфстфофать.

Обеспокоенный, Стивен почти бегом бросился по тропинке через лес.

Мэган он нашел в ее новой спальне. Жена скорчилась в углу кровати, поджав колени, обхватив их руками, и невидящим взглядом смотрела в крошечное окошко комнаты.

Стивен присел рядом, протянул к ней руку...

– Не смей ко мне притрагиваться! – прошипела она с такой злостью, что Стивен отпрянул. – Мне противно само твое присутствие, Билл Ганнел.

Стивен не сразу пришел в себя, потрясенный тем отвращением, что звучало в голосе жены.

– Да что же это такое, Мэган! Не Ганнел я, черт побери! Я говорил правду!

– Да ты вообще знаешь, что такое правда? – севшим от рыданий голосом проговорила она. – Ты сказал мне хоть одно слово правды? Или вся твоя история – ложь от начала до конца?

– Я не лгал тебе, Мэган... Нет, не лгал. Всего лишь скрыл часть правды. Что само по себе – уже ложь...

– Значит, ты лгал нашим соседям и Рейфу. Да. Когда выбор стоит между ложью и жизнью, инстинктивно выбираешь жизнь.

– Да, Мэган. Я лгал. Не о том, кто я такой, но о том, как сюда попал. Мне пришлось солгать, иначе я приговорил бы себя к пыткам Гирама Флинта. По-твоему, я этого заслуживаю?

Ее глаза по-прежнему горели злым укором.

– Но ты соврал и о краже в Балтиморе.

– Меня обокрали – это несомненно, Мэган. И речь не просто о кошельке, сколько бы в нем ни было, – с горечью отозвался Стивен. – Ну, а где это случилось... в Дувре ли, в Балтиморе – какая разница?

– Так как же можно тебе верить?

– Мне пришлось сделать то, что я сделал на празднике, Мэган. Иного выхода не было. Ты ведь тоже солгала.

– Да простит меня бог. Я солгала. Думала, так будет лучше. Я же не знала, что Билл Ганнел называл себя Арлингтоном!

У него упало сердце. Черт бы побрал этого Рейфа! Из-за него возродились все былые сомнения Мэган. Стивен в смятении запустил пальцы в волосы.

– Ведь это же был ты! Ты назвался у Флинта Арлингтоном!

– Клянусь тебе, Мэган, я не Билл Ганнел, – увильнул от ответа Стивен.

Мэг не позволила сбить себя с толку.

– Но от Флинта же сбежал ты?! Я подобрала тебя в той самой одежде, о которой говорил Рейф. Не смей мне врать. Я хочу знать правду. – Губы ее задрожали, по щекам заструились слезы. – О, Стивен, Стивен... как ты мог? Как ты мог меня обманывать?

Полный укора и обиды взгляд Мэган рвал ему сердце на части.

– Я не обманывал тебя, Мэган. Но часть правды утаил.

Она судорожно стиснула сложенные на коленях руки.

– Какую часть?

Обхватив жену за талию, Стивен посадил ее к себе на колени, приподнял подбородок и развернул лицо к себе, чтобы увидеть полные слез, встревоженные серые глаза. Он рассказал ей о том, как, прыгнув в море с борта «Морского сокола», попал в руки капитана корабля, перевозившего осужденных на каторжные работы преступников. И о том, как алчный капитан заменил им одного из погибших в пути каторжников – того самого пресловутого Билла Ганнела. И о том, как его купил Гирам Флинт.

– Но почему ты мне об этом сразу не рассказал?

– Потому что ты бы мне не поверила. – Впрочем, судя по ее взгляду, она и теперь верила не до конца. – Слишком велик был риск, что ты выдашь меня Флинту. А я предпочел бьгумереть, чем снова попасть в лапы этому чудовищу.

– Ну, что ты... – Слезы по-прежнему стояли у нее в глазах. – Я бы тебя никогда не выдала. Уж я-то знаю, как этот изверг обращается с беглыми рабами.

Стивен прижал к себе жену, вдохнул апельсиновый аромат ее волос.

– Мое положение было еще хуже. Я, к несчастью, обратил на себя внимание Кейт Данбар. Мэг изумленно вскинула голову:

– Кейт... Ты что, имеешь в виду леди Кэтрин, ту английскую аристократку, на которой женился Флинт? Стивен хрипло хохотнул:

– Точно. Но умоляю, не называй ее «леди»!

– Но она же дочь лорда Данбара!

– Никакого лорда Данбара не существует. Мэг уставилась на него как на сумасшедшего:

– Да есть же!

– Я знаю всех лордов Англии. Данбара среди них нет.

– Но, Стивен... У ее отца великолепное поместье в Бедфордшире. Кажется... ну, да – Королевские Вязы. Наш сосед-плантатор, мистер Томас, читал одну книгу об Англии. Так вот, там сказано, что Королевские Вязы – одно из самых богатых английских поместий.

– Так и есть. Только это поместье принадлежит герцогу Уэстли, одному из самых высокомерных и спесивых британских вельмож, а не мифическому лорду Данбару.

– Тогда кто же такая леди Кэтрин?

Шлюху Стивен узнал бы даже в самом роскошном окружении. Но Мэг, невинная душа, наверняка была бы шокирована таким фактом.

– Не знаю, любовь моя. Но то, что она не леди, – это точно. Скорее всего, беглая каторжница. Думаю, в Англии она прислуживала какой-нибудь знатной леди, ну, и набралась манер.

Как бы там ни было, а правда выплыла наружу, когда Кейт попыталась соблазнить Стивена уловками уличной девки.

Он сделал все возможное, чтобы охладить пыл хозяйки, но тщетно. За что и поплатился собственной шкурой. Гирам Флинт возненавидел его лютой ненавистью; коварство же Кейт осталось безнаказанным.

– Теперь послушай меня, Мэган. Ты слышала обещание Рейфа. Вскоре он вернется вместе с Флинтом. К их появлению мне нужно отсюда исчезнуть. Мэг вздрогнула в его объятиях.

– И куда ты отправишься?

– В Англию. – Стивен помолчал, молясь в душе, чтобы ему хватило сил убедить Мэг. – Здесь моей свободе, да и жизни тоже будет грозить постоянная опасность. Сегодня я обо всем рассказал Вильгельму, и он тоже согласен – мне нужно бежать.

– Так уходи! Уходи сейчас же!

– Только с тобой, Мэган. – Он затаил дыхание. Не дождавшись ответа, заговорил снова, с настойчивостью, рожденной отчаянием: – Денег у меня хватит только на два билета. Вильгельм и Герда позаботятся о Джоше, пока я кого-нибудь за ним пришлю. Обещаю, я сделаю это сразу же, как только мы доберемся до моего дома в Лондоне.

Тоска в глазах Мэг сменилась ужасом:

– Я никогда не брошу брата!

– Ты же знаешь – ему будет хорошо у Вильгельма и Герды.

– Нет. Уезжай один. А потом пришлешь за нами.

– А ты приедешь, Мэган?

Растерянный, смущенный ее взгляд все объяснил Стивену лучше всяких слов. Мэган вряд ли рискнет пересечь вместе с Джошем Атлантику ради человека, которому не доверяет.

Если она останется здесь, он ее больше никогда не увидит! Рисковать своим счастьем Стивен просто не мог.

Но если останется он – им обоим грозит смерть.

– Я не могу бросить тебя здесь, Мэган.

– Почему?

Потому что люблю тебя! Ну скажи, скажи ей это!

– Потому что это очень опасно.

– Опасно? – недоуменно нахмурилась Мэг.

– С каждым днем я все больше убеждаюсь, что за похищением стоит именно мой брат. Не нужно было писать ему... Теперь он знает, где меня искать. – Впервые обвинения против брата Стивен облекал в слова, и эти слова застревали у него в горле. – Боюсь... Рейф потому и объявился сегодня, что брат сообщил Гираму Флинту все, что узнал из письма.

– Но при чем здесь я? Почему ты думаешь, что и мне грозит опасность?

– Ты – моя жена и уже, возможно, носишь моего ребенка, который и унаследует Уингейт-Холл в случае моей смерти. Мой ребенок, а не Джордж! Ради наследства Джордж приговорил собственного брата к страшной, мучительной смерти – так неужели он пощадит совершенно чужую женщину и ее будущего ребенка. Пойми, он не задумываясь уничтожит вас, как помеху на пути к цели!

Вся краска схлынула с ее лица. Бледная как смерть, Мэг покачнулась, и Стивен мгновенно прижал ее к себе, в страхе, что она лишится сознания.

– Теперь ты видишь – я не могу оставить тебя здесь. В Англию мы должны уехать вместе. Только там нам обеспечена безопасность.

– Без Джоша не поеду, – упрямо стиснула губы Мэг.

– Нужно, Мэган! Сейчас это самое лучшее, что ты можешь для него сделать. Я сразу же пошлю за твоим братом; он будет жить с нами и получит образование в Итоне, или Оксфорде, или Кембридже – где захочешь. Ты ведь мечтала об этом, правда?

Мэг зажмурилась. Две слезинки выкатились из уголков глаз. Правда. Господи, как же она об этом мечтала!

– Ты должна поехать со мной, Мэган. Не только ради нас, но и ради Джоша. Ты так его любишь – неужели же лишишь его будущего?

– Да, я очень люблю его... Но могу ли я верить твоему слову? Я боюсь.

Стивен ласково провел ладонью по ее спине, сжал талию, погладил бедра.

– Можешь. Клянусь, Мэган, вы будете жить в такой роскоши, о какой и не мечтали. Мэг резко смахнула его руку с бедра:

– Ну, да, конечно! Ты клянешься! Точно так же, как ты клялся озолотить Гирама Флинта, если он отправит тебя в Англию, да?

– Мэган, послушай...

На ее ресницах вновь заблестели слезы.

– Как можно тебе верить? Обещаешь роскошную жизнь? Скорее всего, я и в Англии буду жить в вечном страхе, что мой муж вот-вот окажется на виселице.

– Нет. В Англии мне ничего не будет угрожать. И тебе тоже. Поверь мне, Мэган. И пожалуйста, поедем вместе! Вильгельм тоже считает, что нужно бежать, пока здесь не появился Гирам Флинт. Я не Билл Ганнел, но я тот человек, которого купил Флинт.

– Но можешь же ты как-то доказать свою правоту! Суд наверняка...

– Суд! – оборвал ее Стивен. – Тот же суд, который назначил Галлоуэя твоим опекуном? Ну, нет, Мэган, в Америке мне не будет спасения от Флинта.

Она и сама понимала, что Стивен прав... Но бросить ферму... пусть нищенскую, но свою... бросить Джоша – пусть даже на время – и отправиться с этим человеком через Атлантику, туда, где ее ждет неизвестность? Голос Мэг дрогнул, когда она повторила самый страшный вопрос:

– А если ты все-таки Билл Ганнел? – Господи, что же тогда будет и с ней, и с Джошем!

– Нет же, черт возьми, Мэган! Нет! Ну, как мне тебя убедить! – Стивен прижал ее к себе, зарывшись лицом в ее пышные волосы.

Все сомнения таяли, едва она оказывалась в его объятиях. Мэг прильнула к мужу, уткнулась лицом в грудь. Вздрогнула, когда его ладонь прошлась по ее бедру.

– П-перестань! – Она попыталась оттолкнуть руку.

– Поедем в Англию, Мэган... Пожалуйста.

– Я боюсь.

– Не надо ничего бояться. Где, скажи, та отважная девушка, которой хватило смелости поселиться в этой глуши только ради того, чтобы сохранить для брата оставшиеся от наследства крохи? – Мольба звучала в его голосе, светилась во взгляде. – Где та отважная девушка, которой хватило смелости взять в дом и выходить бродягу с исполосованной спиной и следами от кандалов? Почему же ты боишься рискнуть ради нашего с тобой счастья, ради будущего Джоша?

Светло-голубые глаза потемнели от обиды и горечи. Недоверие Мэган после всего, что было, больно ранило его.

– Неужели ты действительно думаешь, Мэган, что безжалостный убийца и насильник – такой, как Билл Ганнел, – остался бы помочь тебе и Джошу? Неужели он относился бы к тебе так, как я?

Нет! Конечно, нет! Стивен не насильник и не убийца, не может им быть!

Но кто он на самом деле? Ведь он постоянно ей врал! Впрочем, что сейчас гадать. Вся правда о нем может открыться только в Англии.

Как ни страшен этот шаг в неизвестность... нужно его сделать. Нужно рискнуть. Иного выхода нет. Проглотив комок, застрявший в горле, Мэг подняла на Стивена глаза.

– Я поеду.

Улыбка облегчения и радости осветила его лицо. Стивен прижался к ее губам поцелуем.

– Ты не пожалеешь, любовь моя! Если бы она была в этом уверена...