Встретимся в кафе «Капкейк»
- -
- 100%
- +
В этой части монолога Иззи обычно затыкала уши пальцами и принималась громко распевать «ля-ля-ля». Да, конечно, она может расстаться с Грэмом в любой момент, хотя толпы перспективных кавалеров вокруг что-то не наблюдается, особенно таких привлекательных, как Грэм. Может быть, Иззи настолько украсит его жизнь, что он поймет, как плохо ему будет без нее, и сделает ей предложение. Хелена считала этот план неоправданно оптимистичным, о чем и заявила со всей откровенностью.
А между тем сидевший за рулем «БМВ» Грэм состроил недовольную гримасу и сделал песню Джей-Зи потише. Конечно же, он подвезет свою девушку в дождливый день. Он же не сволочь какая-нибудь.
Иззи постаралась как можно более грациозно влезть в низкую машину, но, увы, миссия оказалась невыполнимой: ее нижнее белье оценила вся очередь. Иззи даже не успела как следует усесться и пристегнуться, а Грэм уже нырнул в поток машин, даже не посигналив другим водителям.
– С дороги, козлы! – грозно прорычал Грэм.
– «Прокатиться с ветерком»? – произнесла Иззи. – Так только в американских фильмах говорят.
Грэм с недовольным видом глянул на нее:
– Хочешь – высажу.
Барабанивший по лобовому стеклу дождь будто ответил вместо Иззи.
– Нет-нет. Спасибо, что предложил подвезти.
Грэм хмыкнул.
«Ну что за человек? – подумала Иззи. – Сделал доброе дело и как будто стесняется».
– Нам нельзя встречаться в открытую, мы же сослуживцы, – растолковывала Иззи Хелене.
– До сих пор скрываете? Думаете, никто не в курсе? – парировала Хелена. – Они что, по-вашему, полные идиоты?
– Они работают в агентстве недвижимости, – напомнила Иззи.
– Значит, все-таки идиоты, – сделала вывод Хелена. – И все равно не понимаю, почему тебе нельзя ночевать у него, хотя бы изредка.
– Потому что Грэм не хочет, чтобы мы приходили в офис вместе, – ответила Иззи так, будто подобное нежелание вполне естественно.
Впрочем, это ведь и вправду абсолютно естественно, разве нет? Восемь месяцев – срок недолгий. Ни к чему торопиться, объявить о своих отношениях миру они всегда успеют. Только им решать, когда переходить на следующую ступень. Просто сейчас время неподходящее, только и всего.
Хелена фыркнула в свойственной лишь ей манере.
В направлении центра образовались страшные пробки. Грэм ворчал и ругался себе под нос, но Иззи не особо переживала: сидеть в теплой уютной машине – отдельное удовольствие, особенно под радио «Kiss FM».
– Какие планы на сегодня? – спросила Иззи для поддержания разговора.
Грэм обожал вываливать на нее все свои офисные стрессы и проблемы. Уж Иззи точно никому не разболтает. Но сегодня Грэм лишь мельком глянул на нее.
– Да, в общем-то, никаких, – ответил он.
Иззи удивилась. Чтобы у Грэма – и никаких планов? А как же борьба за власть? Как же драка за место вожака стаи? В сфере недвижимости соперничество всячески поощряется. Вот почему, объясняла Иззи друзьям, Грэм иногда кажется немножко… сердитым. Это просто фасад, в офисе без него никак. Но после многочисленных разговоров по душам до поздней ночи Иззи знала: на самом деле Грэм человек ранимый и в конкурентной рабочей среде ему тяжело. Как и все остальные, он постоянно волнуется, боится потерять свой статус. Вот почему Иззи смотрит на будущее их романа с гораздо большим оптимизмом, чем ее друзья. У Грэма есть и мягкая сторона. Он делится с ней всем: тревогами, надеждами, мечтами, страхами. Это ли не признак серьезных отношений? А где Иззи просыпается, не имеет ровным счетом никакого значения.
Иззи нежно дотронулась до руки Грэма, сжимавшей рычаг переключения передач.
– Все будет хорошо, – ласково произнесла она.
Грэм сбросил ее руку. Получилось почти грубо.
– Знаю, – буркнул он.
Дождь полил еще сильнее, если такое вообще возможно. Они свернули на улицу рядом с Фармингтон-роуд, где располагался офис компании по управлению недвижимостью «Калинга Деники проперти менеджмент», или, проще говоря, «КД». Здание по-современному агрессивное: стекло, острые углы, шесть этажей. Среди невысоких жилых домов и офисов из красного кирпича оно как бельмо в глазу.
Грэм сбросил скорость.
– Только не обижайся, ладно? – проговорил он.
– Грэм, ты издеваешься?
– Да брось! Представь, что подумают партнеры. Я с утра приезжаю в офис с какой-то секретаршей! – Тут Грэм увидел лицо Иззи. – Извини. Да-да, ты офис-менеджер. Но они-то с тобой близко не знакомы. Бог знает что подумают! – Грэм мимоходом погладил Иззи по щеке. – Прости, Иззи. Я ведь на руководящей должности. Если начну поощрять романы на рабочем месте, такой бардак начнется!
На секунду Иззи испытала чистый восторг. У них роман! Грэм сам так сказал! А ведь она знала, чувствовала. Даже Хелена время от времени намекала, что Иззи ведет себя как полная дура. Якобы Грэму просто удобно всегда иметь в распоряжении свободные уши.
Будто прочитав мысли Иззи, он улыбнулся ей с почти виноватым видом.
– Это не навсегда, – пообещал он.
И все же Грэм не мог отрицать: стоило Иззи вылезти из машины, как он испытал облегчение.
Иззи брела по лужам. Лило как из ведра: всего-то несколько минут шла по Бриттон-стрит, а вымокла так, будто всю дорогу до офиса топала пешком. Иззи нырнула в женский туалет на первом этаже. Оборудован он был по последнему слову техники, и бедные посетители терялись в догадках, как включить кран или спустить воду. Сюда редко кто заглядывал. Иззи хотела привести в порядок волосы, но, кроме как сунуть голову под сушилку для рук, ей больше ничего не оставалось. Отлично, теперь она весь день будет ходить с прической в стиле «взрыв на макаронной фабрике».
Когда Иззи выкраивала время для ухода за собой, как следует укладывала волосы феном и пускала в дело всякие дорогостоящие средства, у нее получались роскошные блестящие локоны, каскадом спадавшие на плечи. Ну а когда выкроить время не получалось, то есть почти каждый день, волосы так и норовили встать торчком, особенно во влажную погоду. Иззи со вздохом окинула взглядом собственное отражение. Шевелюра выглядит так, будто ее на спицах связали. Щеки разрумянились от холодного ветра, – к сожалению, Иззи и без того вечно краснела по поводу и без, но сегодняшний румянец ей даже шел. Зеленые глаза смотрятся неплохо в обрамлении щедрого количества черной туши, но волосы – это же просто катастрофа! Иззи порылась в сумке в поисках заколки или ободка, но обнаружила только красную резинку, которую обронил почтальон. Что ж, придется довольствоваться малым. Конечно, к платью с цветочным принтом, узкому черному кардигану, плотным черным колготкам и черным сапогам этот аксессуар совсем не подходит, но все же лучше, чем изображать огородное пугало.
Иззи поздоровалась со швейцаром Джимом и запрыгнула в лифт. Путь ее лежал на второй этаж, где располагались бухгалтерия и административный отдел. Риелторы и девелоперы занимали кабинеты этажом выше, но холл здесь был из бронированного стекла, поэтому снизу было прекрасно видно, кто чем занят. По дороге к рабочему месту Иззи кивнула коллегам, но вдруг вздрогнула: она опоздала на собрание в девять тридцать, на котором должна была вести протокол! А Грэм будет рассказывать нижестоящим сотрудникам о результатах собрания членов правления! Иззи тихонько выругалась. Ну почему Грэм ей не напомнил? Рассерженная Иззи схватила ноутбук и со всех ног кинулась к лестнице.
В конференц-зале старшие сотрудники отдела продаж уже расселись за стеклянным столом и бодро перебрасывались шутками. Иззи вошла, бормоча извинения, но собравшиеся едва на нее взглянули. Только Грэм чуть не лопнул от злости. «Сам виноват!» – подумала Иззи. Ею вдруг овладел бунтарский дух. Если бы Грэм не заставил ее шлепать по лужам, она бы успела вовремя.
– Проспала? – мерзко хихикнул Билли Фаншо, один из самых молодых и самых нахальных риелторов, почему-то возомнивший, будто он неотразим для женщин.
А больше всего раздражало, как часто Билли удавалось убедить в своей привлекательности окружающих.
В ответ Иззи улыбнулась, не разжимая губ, и села. Даже кофе себе не налила, хотя от чашечки не отказалась бы. Иззи села рядом с Калли Мехта, единственной женщиной-начальницей в «Калинга Деники». Калли возглавляла отдел кадров, и вид у нее, как всегда, был безупречно ухоженный и невозмутимо спокойный.
– Итак, – прокашлявшись, объявил Грэм. – Наконец-то все собрались и можно начинать.
Иззи покраснела как помидор. Она не требовала от Грэма поблажек: работа есть работа. Но и придираться к ней тоже не дело. К счастью, больше никто не обратил внимания на его выпад.
– Вчера я говорил с партнерами, – продолжил Грэм.
«КД» – голландский международный конгломерат с офисами в большинстве крупных городов мира. Некоторые партнеры жили и работали в Лондоне, но бóльшую часть времени проводили в самолетах, летая на осмотры всевозможной недвижимости. Эти люди неуловимы и очень влиятельны. Все подались вперед, боясь пропустить хотя бы слово.
– Как вам известно, прошлый год выдался неудачным…
– Для кого как, – вставил Билли с самодовольным видом человека, только что купившего свой первый «порше».
Это замечание Иззи решила в протокол не вносить.
– Особенно трудная ситуация в США и на Среднем Востоке. Европа и Дальний Восток пока держатся на плаву, и все же… – (Теперь Грэма слушали не отрываясь.) – Сейчас мы многого не можем себе позволить. Увы, не обойтись без… сокращений.
Калли Мехта кивнула. «Уже в курсе», – с внезапной тревогой подумала Иззи. А если Калли Мехта в курсе, значит сокращать будут не кого-нибудь, а персонал. А сокращать персонал можно только одним способом – увольнениями.
Сердце Иззи будто сжала ледяная рука. Ну ее-то точно не сократят. А кого тогда? Сотрудников вроде Билли трогать не будут, на важных птиц рука не поднимется. Кого-нибудь из бухгалтерии? Нет, бухгалтеры – люди нужные. Тут мысли Иззи понеслись на сумасшедшей скорости.
– Информация строго конфиденциальная. Протокол собрания никто не должен видеть, – продолжил Грэм, смерив Иззи многозначительным взглядом. – Но, полагаю, мы будем вынуждены сократить персонал не менее чем на пять процентов.
Иззи в панике производила подсчеты. Двести человек персонала – значит, десять из них уволят. Вроде звучит не так уж и страшно, однако вопрос в том, кого выкинут за борт. Наверное, нового ассистента из отдела связей с общественностью. Можно и без него обойтись. Но что, если риелторов заставят избавиться от личных ассистентов? А вдруг самих риелторов станет меньше? Ну нет, это полная глупость. Сократить риелторов и оставить весь административный отдел в прежнем составе? Бизнес-модель – тупее не придумаешь. Только тут Иззи заметила, что Грэм продолжает свою речь.
– …но мы докажем, что сумеем перевыполнить эту норму. Сократим наши штаты на семь или даже восемь процентов. Пусть в Роттердаме видят, что «КД» – безупречно отлаженная, сметающая все на своем пути бизнес-машина двадцать первого века.
– Точно! – подхватил Билли.
– Надо – значит, надо, – произнес еще кто-то.
Но если под сокращение попадет Иззи, как прикажете платить ипотеку? А жить на что? Иззи тридцать один год, но накоплениями она так и не обзавелась. На то, чтобы погасить кредит за учебу, ушли годы, а потом Иззи просто хотелось наслаждаться жизнью в Лондоне… С глубоким чувством вины она вспомнила все ужины в ресторанах, все вечера в коктейль-барах и опустошительные шопинг-набеги на «Топшоп». Ну почему же Иззи ничего не отложила на черный день? Почему? Куда ей податься? Во Флориду, к маме? Ни за что! Но как же тогда быть?.. Иззи вот-вот готова была разреветься.
– Иззи, ты записываешь?! – рявкнул Грэм.
А Калли между тем принялась рассказывать про социальные пакеты и стратегию сокращений. Иззи уставилась на него. Она почти забыла, где находится. И вдруг Иззи заметила, что Грэм смотрит на нее, будто на постороннюю.
Глава 3
Вчера люди в очереди съели столько капкейков, что на коллег не хватило. Да и вообще, что за ужасное лицемерие – после всего, что она узнала, бодро раздавать сладости! Однако после перерыва вся команда сгрудилась вокруг стола Иззи, требуя угощения. А когда оказалось, что выпечки не предвидится, все пришли в ужас.
– Я ради тебя на работу хожу, – объявил Франсуа, молодой дизайнер рекламы. – Ты печешь, как тулонские кондитеры. Да-да! C’est vrai[7].
Комплимент заставил Иззи зардеться.
Придя домой, она взялась перебирать рецепты, которые прислал дед. Надо попробовать что-нибудь новенькое. И хотя Иззи почему-то казалось, что использовать подобные трюки недостойно, на следующий день она надела на работу свое самое нарядное, самое деловое темно-синее платье, а поверх него – опрятный жакет. Иззи хотела выглядеть как профессионал.
Сегодня дождь был не такой сильный, и все же холодный ветер беспощадно атаковал очередь на автобус. Линду встревожило обеспокоенное лицо Иззи: у той даже морщина между бровей проступила. Линда хотела было посоветовать ей хороший крем, но духу не хватило. Вместо этого принялась бодро тараторить о том, что в галантерейном отделе просто бешеный наплыв покупателей. Видно, причина в жесткой экономии: все начали сами вязать себе свитера. Но Иззи почти не слушала ее. Она не сводила глаз с очень элегантной блондинки. Та осматривала фасад закрывшейся студии йоги в сопровождении мужчины, в котором Иззи смутно узнала одного из многочисленных здешних риелторов. Иззи познакомилась с ним, когда покупала квартиру.
Женщина на повышенных тонах что-то втолковывала риелтору, и Иззи бочком подобралась поближе, чтобы послушать, о чем она говорит. Ее экспрессивная речь пробудила в Иззи профессиональное любопытство.
– Жители этого района сами не знают, что им нужно! – объявила женщина так громогласно, будто выступала с трибуны. – Жареной курицы слишком много, органических продуктов слишком мало. Вот вам интересный факт, – с серьезным видом обратилась она к риелтору, а тот с энтузиазмом кивал, соглашаясь с каждым ее словом. – В Великобритании потребляют больше сахара на душу населения, чем в любой другой стране мира, за исключением Америки и Королевства Тонга.
– Королевства Тонга? Надо же! – отреагировал риелтор.
Иззи плотнее прижала к груди контейнер «Тапперваре», полный капкейков. Если эта особа заметит сладости, Иззи не поздоровится.
– Между прочим, я не просто гурман, – продолжила та. – Я считаю себя кем-то вроде проповедника, понимаете? Несу людям истину. Готовить сырые цельнозерновые продукты – вот единственный путь вперед.
«Разве сырую пищу готовят?» – удивилась про себя Иззи.
– Плиту поставим здесь. – Женщина повелительно указала через окно на дальний угол комнаты. – Мы почти не будем ею пользоваться.
– Да, отличное место, – подхватил риелтор.
«Ничего подобного», – тут же мысленно возразила Иззи.
Плиту надо ставить у окна – для хорошей вентиляции. Так и людям будет видно, как ты работаешь, и за рестораном удобно следить. Кто же втискивает плиту в дальний угол? Хуже места не придумаешь! Постоянно будешь стоять ко всем спиной. Нет уж, если хочешь готовить для людей, пусть все тебя видят. Гостей надо встречать приветливо, с улыбкой, и…
Погрузившись в раздумья, Иззи даже не заметила, как подошел автобус. И тут женщина сказала:
– А теперь обсудим денежный вопрос, Дезмонд…
«Интересно, сколько стоит это удовольствие?» – из чистого любопытства задалась вопросом Иззи, заходя в заднюю дверь автобуса. А Линда все болтала про вышивание крестиком.
В холодном утреннем свете зеркальные стекла офисного здания отливали сине-серым: увидишь такой оттенок, и температура будто падает еще ниже. Иззи вспомнила, что с Нового года дала зарок каждый день подниматься пешком на два лестничных пролета, но сегодня с протяжным вздохом решила: если переносишь крупные грузы – скажем, двадцать девять капкейков в здоровенном контейнере «Тапперваре», – пользоваться лифтом не возбраняется.
Поднявшись на нужный этаж, Иззи приложила к электронному замку на широких стеклянных дверях свой пропуск с ужасной фотографией, заламинированной на документе навеки. Едва войдя, она заметила, что все как-то подозрительно притихли. Тесс, секретарша на ресепшене, мимоходом поздоровалась, но заводить разговор не стала, а ведь Тесс та еще любительница посплетничать про коллег. С тех пор как Иззи начала встречаться с Грэмом, вечерних посиделок с коллегами она избегала. А то вдруг после пары лишних бокалов у нее развяжется язык? Кажется, пока никто ничего не заподозрил. Иногда Иззи в голову закрадывалась мысль: а вдруг ей все равно не поверят? Грэм такой красавец! Стоит ему пальцем поманить – и любая девушка будет его. Иззи, конечно, хорошенькая, но по сравнению с той же Тесс сильно проигрывает. Та постоянно носит крошечные мини-юбки, но при этом выглядит отнюдь не вульгарно, а красиво и очень мило. Наверное, все дело в том, что ей двадцать два. А Офи с ее ростом профессиональной модели! По коридорам она расхаживает, как королева, даже и не подумаешь, что она младший бухгалтер.
Но это все ерунда, сказала себе Иззи. Главное, что Грэм выбрал ее. Иззи вспоминала, как они с ним сбегали из отеля в Роттердаме, чтобы побыть наедине. Оба притворялись, что курят, хотя на самом деле никогда сигареты в руках не держали. Ох и смеялись они тогда! А это сладкое предвкушение первого поцелуя! А длинные черные ресницы Грэма, отбрасывающие тень на его высокие скулы! А его любимый лосьон после бритья «Хьюго Босс» – такой острый, пряный аромат… Воспоминания о романтике этого первого свидания еще долго в трудные моменты поддерживали Иззи на плаву.
Ну и пусть никто не верит, что у них с Грэмом роман. Они же все равно встречаются. Сомнений быть не может: он ее мужчина. А вот и Грэм, стоит в дальнем углу офиса открытой планировки, возле входа в конференц-зал. Лицо у него строгое. Видно, поэтому коллеги за всеми двадцатью восемью рабочими столами примолкли.
Иззи со стуком поставила контейнер с капкейками на стол. Ее сердце стукнуло в унисон.
– Очень жаль, что обстоятельства складываются подобным образом, – произнес Грэм, когда все собрались.
Он долго думал, как завести разговор на эту тему. Он ведь сильный лидер, а не какой-нибудь трус, который отмалчивается и ждет, пока сплетни разойдутся среди подчиненных сами собой. Народ, конечно, останется недоволен, но, по крайней мере, Грэм будет с ними честен.
– Вы и без меня знаете, как обстоят наши дела, – взывая к их здравому смыслу, продолжил Грэм. – Сами все прекрасно видите: бухгалтерия, продажи, обороты… Ребята, вы соль нашей офисной земли, жизненно важные винтики и болтики корпоративной машины. Все расчеты и проекты держатся на вас. Кому, как не вам, знакомы суровые реалии мира бизнеса? Поэтому, хотя я и вынужден сообщить вам неприятную новость, но уверен, что вы меня поймете и не будете думать, будто с вами поступают несправедливо.
В офисе повисла звенящая тишина. Иззи громко сглотнула. В каком-то смысле хорошо, что Грэм не стал скрывать от сотрудников правду. Нет ничего хуже, чем работать в компании, где руководство все держит в секрете, а подчиненные живут в атмосфере постоянного страха и подозрительности. Нет, для агентства недвижимости их начальство на удивление прямое и честное.
«И все же можно было и подождать», – подумала Иззи. Хотя бы чуть-чуть. Все хорошенько обдумать, посмотреть, как будет развиваться ситуация. Вдруг в следующем месяце дела наладятся? Почему бы не отложить решение до весны? Или пусть все партнеры проголосуют, или… Тут Иззи с упавшим сердцем поняла, что на высшем уровне решение уже несколько месяцев как принято: в Роттердаме, или в Гамбурге, или в Сеуле. А сейчас его просто спустили сверху вниз, на уровень офисной челяди.
– Увы, такой удар смягчить невозможно, – продолжал Грэм. – В ближайшие полчаса каждому из вас придет имейл, из которого вы узнаете, останетесь вы или покинете наши ряды. Что касается компенсации, то мы постараемся поступить справедливо и никого не обидеть. Тех, с кем мы вынуждены попрощаться, жду в конференц-зале ровно в одиннадцать.
Грэм глянул на часы. Перед мысленным взором Иззи явственно встала картина: Калли, начальница отдела кадров, выжидающе замерла, занеся палец над кнопкой «Отправить» – ну прямо бегун на старте!
– Еще раз прошу прощения, – прибавил Грэм и направился в конференц-зал.
Сквозь щели в жалюзи Иззи увидела, как он склонил свою потрясающе красивую голову над ноутбуком.
Волна паники тут же захлестнула офис. Все кинулись загружать компьютеры и открывать электронную почту, а потом раз в секунду нажимали на кнопку «Обновить страницу». Сейчас ведь не девяностые и не нулевые. Это тогда можно было перепорхнуть с одной работы на другую за два дня. Подруге Иззи за полтора года дважды выплатили пособие по безработице. Количество рабочих мест в компаниях, да и самих компаний, только сокращается. На каждую вакансию соискателей все больше, и попробуй найти хотя бы одно свободное место! Не говоря уже про миллионы выпускников школ и высших учебных заведений, постоянно наводняющих рынок рабочей силы.
Иззи велела себе сохранять спокойствие, но тщетно. Она сама не заметила, как слопала половину одного капкейка, засыпав клавиатуру крошками. Надо дышать ровно. Вдох-выдох. Два дня назад они с Грэмом лежали под его синим одеялом от Ральфа Лорена, и в этом крошечном мирке им было хорошо и спокойно. Ничего плохого не случится. Все будет отлично. Рядом с ней Франсуа что-то остервенело печатал.
– Ты чего? – спросила Иззи.
– Обновляю резюме, – бросил тот. – Этой фирме конец.
Иззи нервно потянулась за вторым капкейком, но не успела его схватить, как раздался сигнал электронной почты.
Уважаемая мисс Иззи Рэндалл!
С глубоким сожалением сообщаем, что в связи с неблагоприятным экономическим климатом и негативными прогнозами относительно перспектив роста продаж коммерческой недвижимости в Лондоне в текущем году, руководство агентства недвижимости «Калинга Деники» упраздняет должность офис-менеджера четвертого разряда в лондонском офисе. Данное решение вступает в силу незамедлительно.
В одиннадцать часов ждем Вас в конференц-зале С, где Вы обсудите Ваши дальнейшие перспективы с менеджером отдела Грэмом Дентоном.
Искренне Ваш, Йаап ван де Бир
Отдел кадров «Калинга Деники»
– Явно организовали массовую рассылку, – позже рассказывала Иззи. – Никто даже не удосужился написать сотрудникам лично. Работники по всему миру получили одну и ту же отписку. Люди потеряли работу, у некоторых рушится вся жизнь, а им плевать! Напоминания о записи к стоматологу душевнее! – Иззи задумалась. – Кстати, пора бы сходить к стоматологу.
– Кстати, безработным медицинскую помощь оказывают бесплатно, – попыталась утешить подругу Хелена.
Иззи вдруг поняла, что офисы с открытой планировкой придумал какой-то садист. Целый день все друг у друга на виду, и тем, кого сократили, приходится с напускной бодростью изображать, как у них все замечательно, хотя на самом деле какое там! Будь у людей отдельные кабинеты, они могли бы рыдать, не сдерживаясь, а потом, может, придумали бы, как решить проблему. А пока сотрудники натужно притворяются, будто все прекрасно, штат сократят уже на четверть. Отовсюду раздавалось то потрясенное, то радостное аханье. Кто-то победоносно вскинул кулак и крикнул: «Ура!», но тут же испуганно огляделся по сторонам и прошептал: «Простите… Извините… Просто у меня мама в доме престарелых…», а потом смущенно осекся. Кто-то заплакал.
– Да чтоб меня! – совсем по-английски пробормотал Франсуа и оставил свое резюме в покое.
Иззи застыла как каменная. Она, не отрываясь, глядела на экран, борясь с соблазном еще раз обновить страницу, будто тогда текст письма изменится. Дело не только в работе, хотя и в работе тоже. Что может быть хуже и печальнее увольнения? Но осознавать, что Грэм… когда они занимались сексом, когда она готовила ему ужин, он все это время знал… знал, что ее ждет. Как он мог? Как?!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Даже не спорьте, тут я кругом права. Свекла только для лошадей годится. Однажды я вернулась из поездки уставшая, и тут моя вторая половина приветствовала меня худшей фразой из всех, что я слышала, бодро объявив: «Да, свеклу ты не любишь, но сегодня я приготовил ее новым способом, и думаю, на этот раз тебе понравится». Клянусь, я чуть не расплакалась!– Примеч. автора.