Танцуй, Мой Ангел

Глава 3

Мои родители не изменились ни на дюйм. У моего отца всегда седеющие в бою волосы и пронзительно-голубые глаза, такие же, как у меня, а мама в строгом брючном костюме и шиньоне без торчащей пряди. То, как они на меня уставились, тоже ничем не отличается от того, когда я была маленькой. Как будто я инопланетянка, которую невозможно расшифровать.

– Спасибо, что оказала нам честь своим присутствием, Кейтлин. Ты не торопилас присоединиться к нам ! Но ты же знаешь, что твоя мать не может долго стоять на ногах.

У моей мамы действительно есть некоторые проблемы с коленями из-за неудачных суставов, но это больно только в холодную дождливую погоду, а небо сегодня невероятно чистое.

– Привет папа. Это невероятно мягкий сезон, не правда ли? Мы можем даже различить звезды.

– Не будь наглой, Кейтлин.

Эй, да. Мои родители всегда выступали вместе, и особенно против меня. Перед обедом вмешалась бабушка. Более чем коротко так как мы еще даже не в ресторане.

– Давай поедим. Я умираю с голоду.

Бабушка кладет свою руку под мою, и мы молча продвигаемся по тротуару, возглавляя нашу маленькую процессию. У меня неприятное ощущение, что за мной наблюдают. Словно взгляд обжег мне спину, вызвав холодный пот вдоль позвоночника. Я могла бы подумать, что это связано с присутствием моих родителей,тем не менее они никогда не вызывали у меня такой эпидермальной реакции. Я вздрагиваю, осматривая окрестности, но слабое сияние луны и несколько рассеянных уличных фонарей не позволяют мне хорошо различить окрестности, создавая в полумраке зловещие тени.

– Тебе холодно, дорогая ?

– Нет, бабушка. Хорошо. Мне просто не терпится вернуться домой. Я устала.

О письмах бабушке я не говорила. Я не хотела, чтобы она беспокоилась обо мне. Она ведет мирную жизнь, и об этом не может быть и речи.

– Когда ты собираешься навестить меня в Виргинии ? Чистый воздух и большой простор сделали бы тебе большую пользу.

– Я в этом не сомневаюсь, бабушка, но сезон только начинается, и представления Спящей красавицы затянутся на несколько недель.

– А потом будут выборы для нового балета, который ты, очевидно, выиграешь, потом репетиции для нового спектакля и снова спектакли. Это никогда не заканчивается, Кэт.

Я опускаю голову, стыдясь, что я такая плохая девочка. Эти замечания вполне оправданны.

– Мне жаль тебя разочаровывать, бабушка.

Она останавливается так резко, чтобы посмотреть мне в лицо, что родители нас толкают.

– Ты никогда не разочаруешь меня, Кейтлин Кэт. Ты меня слышишь ? Я очень горжусь тобой и твоими родителями.

Она бросает на них пристальный взгляд, на который они могут ответить только положительно.

– Конечно, Кейтлин. Мы рады за тебя.

Это не то же самое, что гордиться, но я бы согласился. Я знаю, что лучше от них не получу. Мы возобновляем нашу прогулку медленными шагами.

– Я просто хочу, чтобы ты открыла для себя что-нибудь еще, кроме танцев. А потом я хотел бы познакомить тебя с Баракиэлем.

– Твой сосед ?

Она кивнула.

– Ты никогда не говорила мне его имени. Он очень странный.

– Не суди его, не зная. Он ангел, дорогая.

Но, конечно ! Моя бабушка все равно любит всех без различия. Разговор по-детски мог бы на этом и закончиться, но, очевидно, маме пришлось вмешаться, как только она уселась за стол.

– В любом случае вы прекрасно знаете, что у Кейтлин нет времени на любовь, свекровь. Для этого ей нужно было бы заинтересовать кого-то, кроме себя, а это не близко.

Моя мать все более и более ожесточается. Интересно, почему она заставляет себя прийти ко мне, когда ей этого явно не хочется. Моя бабушка, наверное, не зря. Она умеет быть очень убедительной. Я хотела бы сказать своей семье, что я люблю их, но для этого мои родители должны были бы принять меня такой, какая я есть, и они никогда этого не делали. Сегодня уже слишком поздно, и мое молчание каждый раз воспринимается как отказ. На самом деле это скорее принятие ситуации. Как всегда, моя бабушка служит буфером в наших конфликтных отношениях. Я считаю, что без нее не было бы никакого взаимодействия между моими родителями и мной вообще.

– Закажем. Для такой старушки, как я, уже поздно.

Я выбираю свои блюда, но меня угнетает тишина за нашим столом и гул разговоров других клиентов. Бабушка хорошо меня знает и жмет мне руку под столом.

– Давай, у тебя есть время.

Я поспешно встаю, игнорируя маму, которая уже начинает скулить. Воздух снаружи меня бесит. Легкий ветерок ласкает мои голые ноги и розовеет щеки. Я наслаждаюсь тишиной ночи, чтобы сделать несколько шагов, прежде чем прислониться к стене и поднять глаза к небу. Ни единого облачка, и звезды мерцают на этом великолепном черном бархатном ковре. Я могла бы просидеть там несколько часов, чтобы этот покой вторгся в мою измученную душу. В детстве я мечтала улететь и танцевать на облаке. Тем не менее, звук шагов слева от меня заставляет меня остолбенеть и понять, где я нахожусь. Я одинокая женщина в темном переулке Нью-Йорка. Я выпрямляюсь, неприятное ощущение овладевает моими кишками. Я поворачиваюсь и направляюсь к двери ресторана. Я не очень далеко, и все же расстояние вдруг показалось мне огромным. Я чувствую, что кто-то идет за мной. Я в этом уверена. Звуки шагов. Резкий вдох. Мне это не нравится, и глухая тоска сжимает мой желудок, а мое сердце колотится. Я ускоряю шаг, с облегчением добравшись наконец до своей цели, и благодарю швейцара, который берет на себя инициативу, давая мне пройти без необходимости замедлять ход. Укрывшись за стеклянными дверями, я оборачиваюсь, но замечаю только пустынную и безмолвную улицу. На горизонте никого нет. Мое сердце возобновляет более спокойный ритм, но моя голова остается застрявшей в режиме тревоги. Эмоции смешиваются во мне, грозя вызвать приступ аутизма, какого я давно не испытывала. Я убегаю в одну из кабинок туалета, запираюсь и корчусь на себе, на полу, раскачиваясь взад-вперед. Мне нужно танцевать, чтобы превозмочь страх, который меня поглощает, только это невозможно в данный момент. Поэтому я пытаюсь переориентироваться на себя и сделать пустоту в своем сознании. Легче сказать, чем сделать !

Затем каблуки стучат по кафелю перед моей дверью. Я инстинктивно отступаю, но меня загораживает кювет у меня за спиной.

– Кейтлин Кэт ? Ты в порядке ? Я заметила тебя в холле, но ты не вернулась к столу.

– Услышав голос бабушки, я вздрогнула. Я предпочитаю сосредоточиться на этом, на ней и ее голосе, подсчитывая в голове. Вдохновение, 1, 2, 3, 4. Действия, 1, 2, 3, 4. Повторяю упражнение пять раз подряд. Бабушка, пройдя туда и обратно вдоль всех кабинок, останавливается перед дверью моей.

– Открой мне Кэт. Я уверена, что ты здесь.

Я протягиваю руку, чтобы отпереть замок, и бабушка осторожно открывает его. Ее глаза грустны, когда она смотрит на меня. Она присела передо мной на корточки и погладила меня по волосам, как всегда делает, когда чувствует, что меня мучают.

– Что происходит, дорогая ?

Я не хочу об этом говорить. Не сейчас и тем более не здесь. Я  все расскажу. Мне это нужно. Но я бы сделала это дома, в безопасности своего дома. Если я все еще в безопасности, то в этом я уже не уверена.

– Твои родители любят тебя, Кейтлин Кэт. Просто они не знают, как вести себя с тобой. Они не могут понять тебя.

– Знаю, бабушка. Это неважно.

Я бы предпочла, чтобы она положила мою реакцию на счет этой неудобной еды, на данный момент, во всяком случае.

– Пойдем, дорогая. Не лежи на полу, ты простудишься на этой мерзлой плитке.

Она помогает мне подняться и поправляет нижнюю часть моего платья, которая слегка откинута назад.

– Ты уже успела показать свои трусики, дорогая.

Ето отражение натягивает на меня улыбку, и мы присоединяемся к нашему столику рука об руку.

– Наконец-то вы вернулись. Наши блюда были поданы уже целую вечность и скоро будут холодными. Что ты делала, Кейтлин ? Ты раздавала автографы ?

Я могла бы смеяться над ним, если бы только не хотела плакать. Мама убеждена, что я предпочла славу семейной жизни рядом с ними. Как она ошибается ! То, что я выбрала, – это нормальность, свобода. В конце концов, я решила освободить свой разум от всех чувств, которые бомбардируют меня в течение долгого времени, чтобы жить мирной жизнью,хотя большинство людей не считают ее такой банальной. Правда, фотография меня в костюме классической танцовщицы стоит на половине городских автобусов, и я регулярно появляюсь в специализированных журналах. Однако все, что я вижу, я делаю то, что мне нравится. И до последнего времени мне удавалось абстрагироваться от всего окружающего меня сена.

– Ты хотя бы присядь, пусть мы наконец начнем!

– Простите. Конечно.

Правда, как часто бывало, я терялась в мыслях и застыла возле стола. Поэтому я занимаю место на стуле, и трапеза проходит, как и все остальные, в почти религиозном молчании, только перемежаемом фразами моей бабушки, которая отчаянно пытается возобновить диалог между всеми нами.

– Может быть, завтра мы вместе сможем посетить город?

– Конечно, нет ! У нашей национальной Звезды, безусловно, есть чем заняться, чем проводить время с нами.

Определенно. Моя мать никогда не простит мне того, что я такая, какая есть : независимая. Когда мне поставили диагноз аутистических расстройств, она расстроилась, так как мои истерики были неуправляемыми, но она также сказала себе, что она всегда будет нужна мне рядом, чтобы вытащить меня , и ей понравилась эта идея. Она думала, что я навсегда останусь маленькой девочкой для ее мамы. Будущее показало  обратное.

Я предпочитаю отвечать бабушке, чтобы не ссориться с мамой.

– Я не работаю завтра. Нам дают День свободы. Мне просто нужно потренироваться утром, а потом я вся твоя.

– Настоящее чудо ! Это не должно происходить часто, так как ты даже не успеваешь позвонить нам !

– Вмешалась бабушка, как всегда.

– Я с удовольствием побываю на острове Эллис. Мы еще никогда туда не ходили.

Я тоже никогда туда не ступала. Оказаться застрявшей на пароме никогда не волновало меня больше, но уйти, хотя бы на несколько часов, от Большого шишок и своих забот в компании бабушки-очень заманчивая идея.

– Отличная идея, бабушка. Мы отправимся туда после обеда. Я позабочусь о том, чтобы билеты доставали до репетиции.

– И ты даже не спрашиваешь, хотим ли мы присоединиться к тебе, конечно !

Я подавляю застрявший в горле комок. Моя мать не пощадит меня сегодня. Похоже, пришло время свести счеты. К сожалению, я не в состоянии это вынести и предпочитаю быть послушной, принимая на себя ответственность за то, чтобы сломать подлокотник моего кресла, хрустнув пальцами по нему.

– Папа, мама, не хотите ли вы завтра поехать с нами на остров Эллис?

– Ну, представь себе, что мы не можем. Мы работаем завтра. Мы не в состоянии, когда мадам решает уделить нам немного своего времени !

Все ради этого ! А потом они будут упрекать меня в том, что я не прилагаю никаких усилий. Я так сильно прикусываю язык, чтобы не закричать, что кровь заливает мне рот. Очень хотелось, чтобы эта трапеза закончилась, чтобы я могла наконец, укрыться дома и снять напряжение. Я устроила для этой единственной цели целую комнату с зеркалом и перекладиной у стены. Личный мини-танцевальный зал, который сослужит мне хорошую службу, если я смогу закрыть глаза этой ночью.

Наконец-то я у себя ! Мои удобные доходы позволяют мне иметь этот большой 4х комнатный дом в самом центре Нью-Йорка, недалеко от Американского театра балета, без необходимости ездить на общественном транспорте. Настоящая роскошь для меня. Я везде хожу пешком, и это меня очень устраивает. Я отпираю дверь и делаю знак бабушке, чтобы она шла впереди меня. Она хорошо ходит для своего возраста, я все еще чувствую, что она устала, и я уверена, что она задерживается, чтобы завладеть ее комнатой. Потому что у нее своя комната в моем доме. Я никогда никого не приглашаю, кроме нее, поэтому третья комната была обставлена в соответствии с ее вкусами и пристрастиями.

– Взгляни Кейтлин Кэт. У тебя под дверью просунули письмо. У тебя был бы тайный поклонник, о существовании которого ты бы скрыла от меня?

Глава 4

Я чувствую, как весь цвет покидает мое лицо, сердце застывает в груди, а руки становятся потными. Мне не нужно смотреть на конверт, который она держит в руках, чтобы узнать, о чем идет речь и от кого она идет. Три в один день-это в первой, который я бы хорошо провела.

– Кейтлин ? Проблема ?

– Не. никакой.

Мои руки дрожат так же, как и мой голос, когда я хватаю конверт, такой же красный, как кровь в моих жилах, противоречащий моим словам.

– Я знаю тебя лучше, чем ты сама. Что происходит в конце концов? И ничего мне не отвечаеш!

На мое отсутствие ответа и реакции бабушка берет на себя инициативу. Она схватила конверт, развернула его и прочитала вслух, нахмурившись.

– Готовься, я скоро приеду. Очень скоро.

Она несколько раз молча перечитывает послание, в то время как я обрушиваюсь на дверь, заперев ее на двойной оборот. Я запираю и отпираю замок несколько раз подряд, мои объятия всплыли под давлением.

– Что это значит, Кейтлин ? В этом нет ничего романтичного, не так ли ?

Я качаю головой слева направо, на грани нервного срыва. Я начинаю стучать затылком о твердое древесине позади себя, надеясь прогнать  все темные мысли и тревоги, которые проходят . Сухой шум эхом разносится по моей квартире.

– Нет, Кейтлин. Это не решение.

Она кладет руку мне на шею, чтобы я не причинила себе вреда, и ведет меня в комнату для танцев, держа меня за руку..

– Даю тебе полчаса, чтобы успокоиться. А потом я хочу, чтобы у нас обоих был серьезный разговор. Ты меня правильно поняла ?

Я киваю, прежде чем начать музыку, не теряя ни секунды. Я сделала эту комнату полностью звуконепроницаемой для спокойствия моих соседей для таких случаев, когда необходимость выпустить пар будет ощущаться в поздний час. Сомневаюсь, что им понравится слышать музыку и звуки моих прыжков в 11 вечера. Ритм быстрый, мощный, звучащий во мне, как барабаны. Это именно то, что мне нужно. Я вскакиваю, вертлю и цепляю импровизационные движения, чтобы вытеснить ярость и тоску, которые эти письма вызывают во мне. Я их больше не выношу. И я не выношу того факта, что они сейчас приходят ко мне. Я понимаю, сколько времени проходит, только когда бабушка отключает звук.

– Это очень жестоко, Кэт.

Я даже не заметила, что бабушка осталась со мной вместо того, чтобы идти отдыхать, и ни на мгновение не сомневаюсь, что она говорит о том, как я двигаюсь.

– Это не первое такое письмо, которое ты получаешь, не так ли ?

Я хватаю одно из чистых полотенец, которое постоянно оставляю в комнате, чтобы вытереть лицо. Это дает мне время, чтобы восстановить более ровное дыхание и замедлить сердечный ритм.

– Не. Я получаю это с момента моего назначения на роль Спящей красавицы. Они становились все более частыми по мере приближения первого представления спектакля, а это уже третье за день.

Она подходит и прижимает меня к себе, чтобы утешить.

– Ох. Моя Кэт Кейтлин. Ты должна была рассказать мне об этом. Я бы пришла поддержать тебя гораздо раньше, если бы знала.

– Я знаю, бабушка. Только у тебя своя жизнь, и я взрослая. Я должна взять на себя ответственность. И потом, это ведь всего лишь письма. Ты же прекрасно знаешь, что я с трудом справляюсь с неизвестными данными, и совершенно ясно, что я не понимаю смысла отправки такого рода писем.

– Принимать на себя себя не значит изолировать себя, дорогая, и эти письма не безобидны. Ты предупредила полицию ?

– Директор балета сделал это для меня, так как курьеры до сих пор прибывали в театр, но расследование топчется. У них нет никаких зацепок, и поскольку мне никогда не угрожали физически, они не принимают дело всерьез. Он думает, что я слишком много переживаю.

– Вижу. Только письма поступают прямо к тебе сейчас. Это все меняет.

– Только с утра. Директор сообщит следователям об этом событии.

– Хорошо. Пока эта история не уладится, я останусь у тебя и прослежу, чтобы тебе ничего не грозило.

– Бабушка…

– Этот момент обсуждать не стоит. Ты моя девочка, и не может быть и речи о том, чтобы кто-то угрожал тебе, даже если это просто для того, чтобы напугать тебя.

– Возможно, пройдут месяцы, прежде чем полиция кого-нибудь арестует.

– Ну, допустим, я беру длительный отпуск. Я на пенсии, Кэт, у меня есть все свое время, и Баракиель может присматривать за моим домом в мое отсутствие. Я сейчас позвоню ему и спрошу.

Бесполезно тратить слюну, пытаясь заставить ее передумать. Моя бабушка упрямее мула, и в глубине души я была бы рада, если бы хоть на какое-то время со мной кто-то был. Во всяком случае, она уже достала сотовый и набрала номер.

– Здравствуй, Баракиель. Прости, что беспокою тебя так поздно, но я знаю тебя, уверена, ты не спал.

– …

– Мне придется продлить свое пребывание в Нью-Йорке. Не мог бы ты присмотреть за моим домом в мое отсутствие ?

– …

– Да, все в порядке. Просто некоторые детали, которые нужно решить.

– …

– Спасибо. Ты ангел, но это ты знаешь. Я свяжусь с тобой, как только узнаю дату моего возвращения. Скоро увидимся.

Бабушка улыбается, когда кладет трубку.

– Похоже, ты очень любишь своего соседа.

– Я же говорила тебе: Это ангел.

– Я люблю тебя, бабушка, но ты прекрасно знаешь, что я не верующая, поэтому ангелы и все такое прочее.…

Она несколько раз таскала меня в церковь, когда я была маленькой, после каждого моего жестокого нервного припадка, с целью, чтобы я нашла поддержку где-нибудь, кроме ее дома. Она подозревала, что я в конце концов улетаю, и хотела, чтобы у меня всегда был кто-то, к кому бы я ни обращалась, где бы я ни находилась. К сожалению, благоговейная сторона, жесткая, места мне не подходили, и я не нашла своего места. Бабушка ласково похлопывает меня по руке.

– Ты еще молодая Кейтлин Кэт. Ты еще не все видела. Можешь поверить моему давнему опыту. На этом я и лягу. Я измучена. Спокойной ночи, дорогая.

– Спокойной ночи, бабушка. Я уеду пораньше на репетицию, но вернусь к обеду.

– Идеально. Мы поужинаем вместе, а потом отправимся на экскурсию. День на свежем воздухе, вдали от городской суеты, принесет тебе величайшую пользу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.