Девять помойных жизней

— За это заплати. За то заплати. Я вообще-то кот.

Кажется, этот мир окончательно спятил, когда решил, что я, имея всего лишь четыре лапы, могу ежемесячно оплачивать свою квартиру. Чёрт.

Сегодня дверь для меня не открылась. На экране вспыхнула красная табличка: предупреждение о неоплаченном жилье — и полная блокировка доступа в мою, казалось бы, собственную квартиру. Чёртовы корпораты.

Я огляделся по сторонам. Никакой явной опасности не было — и это, как ни странно, оказалось большим плюсом: мои инстинкты молчали. Убедившись, что вокруг спокойно, я запрыгнул на подоконник своей квартиры, устроился поудобнее и уснул. Решил, так сказать, лечь спать сегодня пораньше.

До сих пор я работал в офисе за углом. Вообще, в наше время содержать кота — весьма накладное удовольствие. Так или иначе, моё питание, уход и всё прочее были урезаны до самого дешёвого минимума. Но я продолжал исправно ходить на работу и всем своим видом словно говорил коллегам: «Ваша жизнь не настолько паршива — взгляните хотя бы на кота». Ну, тепло — и то ладно. В этом мой плюс: лёг где захотел и сплю до тех пор, пока утром проезжающая каждый день в летний период поливочная машина не окатит асфальт, прибивая пыль.

А потом я встану, потянусь, поем — если повезёт. Возле дома поставили кормушку, и я на это очень рассчитываю. Нет-нет, какая-нибудь добрая жительница этого или соседних домов обязательно меня покормит. Если я её застану, то непременно дам ей знать, что предельно благодарен. Ну как иначе? В дом не попал — ну хоть так поем.

Вы спросите, а что я вообще зарабатываю? Видимо, недостаточно, чтобы содержать своё и без того крохотное жильё. Сегодня пойду ругаться — выясню, почему деньги не перевели вовремя.

Утро пошло не по плану. Машина по какой-то неясной для кота причине не приехала вовремя — и буквально оросила не только улицу, но и мою лапу, которая свисала почти до земли, едва не перевешивая всё тело. Я взвизгнул.

По лицу водителя самосвала и по его чёрным рукам, не отмытым от мазута, стало всё предельно ясно. И я, в чём был, в своей полумокрой шерсти, рванул на работу. Поворот, ещё один — и вот я вижу, как из здания выходят чьи-то девичьи туфли в строгом костюме. Это мой шанс: рывком проскочить внутрь и сделать вид, что я не опоздал.

«Мья-ууу!» — завизжал я, когда мне прищемили дверью хвост. Я аж подпрыгнул — и все, кто находился в фойе здания, это услышали и увидели. Ну, сказать, что тяжело быть единственным котом в офисе, — значит ничего не сказать.

Меня вызвал на работу сам директор. Ну, как вызвал — позвал совершенно не толерантно, с учётом того, кем я являлся по отношению к остальным людям. Я мог отозваться только на «кис-кис-кис», и по понятным причинам мне уже было ясно, какая беседа нас ожидает.

Уже с порога он начал, расхаживая вокруг стола и разводя руками в стороны:

— А нужен ли нам кот? — Тут он сложил руки вместе, словно продолжая размышлять. — Если в компании есть любимое всеми домашнее животное, оно должно быть частью команды и приносить хоть какие-то плоды — пусть даже небольшие, соразмерные такому виду, как ты. Чтобы компания росла, ширилась и могла позволить себе всё, что только пожелает. А что ты? — Он посмотрел на меня, наклонившись так низко, что его лицо стало больше похожим на лицо великана, заслоняя собой солнце, до этого прекрасно освещавшее помещение кабинета руководства.

— Мяу, — неуверенно произнёс я, всё ещё надеясь на его милосердие. Даже попытался построить красивые глазки, но чувствовал сам, как от меня пахнет. К тому же поливалка, окатившая меня утром, изрядно подпортила мой внешний вид — я выглядел так, будто наполовину облез.

— Фу, это вообще не входит ни в какие рамки! Ну что это — «мяу»? Серьёзно? Когда весь отдел трудится не покладая рук, ты единственное, что смог выдать, — это «мяу»! А что с твоей шерстью? Ты когда в последний раз вылизывался? Что вообще происходит? — Он действительно недоумевал. Но в таком состоянии объяснять ему, что я банально не смог попасть в свой дом из‑за неполной выплаты зарплаты, было крайне затруднительно. И я мяукнул ещё раз.

— Нет-нет-нет-нет-нет, и ещё раз нет, — он замахал указательным пальцем из стороны в сторону, будто ставя точку. — Ты сейчас же идёшь вставать на биржу труда, и ноги твоей больше в нашем офисе не будет. Всё, поиграли в доброту — и хватит. — Он указал на выход, и я, наклонив голову — она почему-то стала очень тяжёлой, хотя с вечера я так ничего и не ел, — побрёл прочь из места, которое когда‑то стало мне вторым домом.

Многие не обращали на меня никакого внимания, пока я шёл по коридорам. Они просто ходили мимо, как обычно. Всего лишь безликие ноги, лиц многих из них я никогда даже не видел. Им не было до меня никакого дела.

Одна из тех, кто регулярно меня кормил, — Мэтчет или Меркли (честно, мне тяжело давались людские имена) — перед тем как я покинул помещение, наклонилась ко мне. Она стояла возле места, где ещё вчера привычно стояли моя миска с кормом и вода. Женщина погладила меня, и я мяукнул в надежде, что она не позволит мне уйти, что возьмёт меня на руки и мне больше не придётся унижаться. Но, увы, от этой женщины пахло другим котом. Она вроде не раз повторяла, что с удовольствием завела бы ещё одного, но у её мужа была аллергия на других самцов, поэтому она не позволяла себе никаких вольностей. Хорошая женщина, одним словом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.