Витки вселенной
- -
- 100%
- +
Девушка распахнула холодильник и выудила немногочисленные припасы продуктов. Да, то, что ей придется накормить сегодня еще и двухметрового мужчину, она не могла и представить. Пожалуй, если запечь по-быстрому курицу в ананасах и соорудить салат с кусочками бекона и розмарином, никто же не останется голодным? У самой аппетит напрочь пропал после тяжелого дня. Но как бы ей ни хотелось игнорировать присутствие за стеной Тааффа, оставлять его без ужина как-то… не гостеприимно.
Кем он вообще был, этот палевый Таафф? Имя такое странное, чуждое, протяжное, которое его друзья произносили на свой манер, не подвластный ее языку. Его все слушались, и он явно привык отвечать за собственные решения, озвучивая их четко и ясно. Но при этом оставался каким-то спокойным, рассудительным, деликатным. Кто же он? Какое прошлое скрывал за темными очками, которые не снимал даже в плохо освещенном помещении? Почему он почти не видел ее этими необычными графитовыми глазами перед сеансом телепатии? Чем он занимался на загадочной планете Терре, прежде чем попал на Землю? И как ему вообще жилось в этой мохнатой песочной шкуре? Летом, должно быть, жарко.
Бесконечное количество пустых вопросов роилось в голове, делая ее еще более тяжелой и гудящей. Каталина, недовольная своим эмоциональным состоянием, наспех накрыла на стол в небольшой кухне и позвала Тааффа ужинать.
– Я не голоден, спасибо, – пробормотал он, останавливаясь в недоумении на пороге и с удивлением глядя на тарелки, полные ароматной и аппетитной еды.
– Не знаю, чем вы тут питаетесь, – устало ответила Каталина и пригласила его жестом зайти. – Надеюсь, ты употребляешь земную пищу? Это сейчас единственное, что я в состоянии приготовить.
– Я ем все, – глухо ответил Таафф, неуверенно косясь на яства. – Но не стоило беспокоиться.
– Можно без расшаркиваний, – отмахнулась Каталина и первая села за стол, решив, что Таафф сам разберется, присоединяться ему или оставаться голодным до утра.
Палевый коротко хмыкнул и все же прошел в кухню, усаживаясь напротив и молча принимаясь за еду. Девушка тоже подумала, что лишние разговоры сейчас ни к чему, и попыталась запихнуть в себя хотя бы несколько кусочков. К завтрашнему дню, как ни крути, им обоим надо быть в форме.
Таафф действительно старался быть незаметным. Поблагодарив за ужин, который он примерно подчистил до блеска тарелки, и наскоро умывшись, он ретировался на диван, оставляя горящей небольшую лампу у журнального столика. И пока окончательно уставшая Каталина прибиралась на кухне и принимала душ, ей почудилось, что она в этой квартире одна. Хотя тревожные мысли не отпускали. В какой-то момент она подумала, а не написать ли Соледад и не спросить ли ее напрямую, где та сейчас находится и почему ее инопланетные приятели подняли на уши всю Барселону с ее поисками. Как бы ей хотелось верить в то, что подруга сидит сейчас в своем небольшом доме в районе Эль Коль, на узкой и безлюдной улочке де Моратó! И никакие опасности ей не угрожают. Но Каталина так же хорошо понимала: ее там нет, и мобильный телефон подруги лежал не рядом с ней, а в квартире терриан.
Девушка расчесала длинные охровые волосы, все еще мокрые после душа. Пора спать. Она переоделась в легкий спортивный костюмчик, подхватила из ванной шорты и футболку, в которых проходила весь день, и хотела было отправиться к себе, но невольно задержалась на пороге гостиной. Маленькая желтая лампа освещала небольшое пространство у дивана, да едва заметный призрачный свет от фонаря пробивался с улицы сквозь неплотно задернутые шторы. Подушка и одеяло уже были разложены, темные очки покоились на закрытом ноутбуке, но сам Таафф все еще сидел в какой-то странной позе, склонившись над коленями и зажав оссиконы в ладонях. Может, это особый вечерний ритуал?
Террианин остался в одних серых мотоджинсах, из которых торчали босые мохнатые ступни. Взгляд девушки скользнул вверх, и она с удивлением обнаружила, что всю его палевую спину и торс покрывали невероятные завитки чернильного узора на шерсти – яркого, четкого, симметричного. Они струились вязью незнакомого орнамента по стройному поджарому телу, по почти человеческому рельефу крепких мышц и заканчивались на плечах, оставляя руки нетронутыми и песочными. Зрелище было настолько необычным и красивым, что она засмотрелась им, оглядывая такую чужеродную и в то же время привычную фигуру этого высокого инопланетного мужчины. Теперь картина сложилась в единое целое, и черный растрепанный загривок, кончики ушей и вот этот витиеватый узор дополнили друг друга на палевой шкуре.
Но с ним самим явно что-то было не так. Слишком уж крепко обхватывали ладони эти коммуникационные рожки, очевидно доставлявшие ему ощутимый дискомфорт. Он дышал медленно, размеренно, глубоко. Дрогнувшее ухо сразу повернулось в сторону девушки, услышав шаги, но сам Таафф отмер лишь спустя несколько мгновений, с долгим и немного хриплым выдохом распрямляясь и оставляя в покое голову. Он казался еще более сосредоточенным и измотанным.
– Ты что-то хотела, Каталина? – сдавленно спросил он, глядя сквозь нее мутным и расфокусированным взглядом.
– Ничего особенного, – пожала плечами девушка. – Просто пожелать спокойной ночи. У вас на Терре так делают?
Палевый вымученно улыбнулся уголками губ и приложил ладонь ко лбу, после чего легким взмахом провел ею по оссиконам, стряхивая с них невидимую паутинку.
– У нас перед сном делают так, – ответил он тепло и задумчиво, мысленно переносясь очень далеко от этой потонувшей в летнем вечере гостиной. – В знак того, что все трудные мысли и эмоции следует отпустить в безвестность и спокойно уснуть.
Он снова странно поежился и потянулся было к голове, но одернул себя и рассеянно повел глазами.
– Почему ты на меня так смотришь? – прищурилась Каталина, пытаясь понять, что все это означает.
– Я не смотрю. Я едва тебя вижу, – отозвался Таафф. – А от очков устали глаза.
– Не видишь? А что у тебя со зрением? – с некоторым беспокойством спросила Каталина, замечая, как расширены сейчас его зрачки, почти слившиеся с радужками.
– Долгая история, – отмахнулся палевый. – Как-нибудь в другой раз.
Видимо, что-то все же сильно его беспокоило, потому что он вновь опустил голову и принялся разминать пальцами оссиконы. Может, устал и хочет спать? Или ему нужна помощь? Он вообще будет утром готов к их непростому мероприятию? Каталина помялась на пороге, не зная, что правильнее сделать: оставить его одного или же уточнить, все ли в порядке. Откуда ей знать, что с этими инопланетянами могло случаться на Земле!
Палевый, кажется, вовсе забыл о ее присутствии и с досадным шипением дернул ушами, явно злясь на свое не совсем здоровое состояние. Каталина нерешительно приблизилась. Все же он сидел в ее гостиной, и в случае чего разгребать придется ей.
– Таафф! – осторожно позвала она, надеясь, что не слишком исковеркала его имя земным произношением. – Что-то не так?
Услышав ее голос, он поднял голову и тихо проронил:
– Не обращай внимания. Просто старые травмы. Пройдет, и буду спать.
И он опять взялся за оссиконы, склонившись к коленям.
Старые травмы? Ах да, кажется, они упоминали войну на Терре. Наверное, он получил их тогда. Каталина совершенно не представляла, какими могли быть войны на других планетах, как и не могла вообразить, что где-то еще существует вполне разумная жизнь. На Земле враг всегда стрелял на поражение и разрушал все на своем пути взрывами и огнем. А как это происходило на Терре? Какое оружие использовали захватчики там?
Повинуясь странному порыву, Каталина подошла ближе и, отложив стопку своей одежды, участливо протянула руку к палевому плечу. Миг сомнений, и ее ладонь легла на комок напряженных мышц под шкурой. Ничего себе, как его прихватило… Таафф даже не шевельнулся, и девушка на свой страх и риск провела рукой вдоль плеча к шее. Его бы сейчас размять как следует, да вот уместно ли, позволит ли? Она снова провела ладонью, сжимая окаменевшие мышцы чуть настойчивее и ощущая под пальцами горячую шелковистую шерсть, плотно прилегающую к коже. Мягкими движениями она начала осторожно поглаживать и расслаблять инопланетное плечо.
Таафф внезапно сделал долгий вдох и выпустил из рук оссиконы. Он выпрямился и, на удивление не протестуя, подставил ей спину и шею со встрепанным черным загривком. Значит, принял помощь, не стал геройствовать. Каталина протянула вторую руку и уже более уверенно принялась массировать его одеревеневшие мышцы: осторожно, но тщательно и основательно. Постепенно ладони ее нагрелись от контакта с шерстью, и ей показалось, что террианин начал потихоньку выдыхать и расслабляться. Вскоре стало ясно: самым проблемным было как раз левое плечо, никак не желающее поддаваться. Сильно разминать его Каталина побоялась – с неизвестной ей травмой это могло оказаться опасным. Поэтому сосредоточилась на мягких и разогревающих движениях.
Таафф со вздохом явного облегчения приподнял голову, и в желтом свете лампы прямо на шкуре внезапно блеснуло два ряда странных стальных заклепок размером с горошину, обрамлявших по краям загривок с обеих сторон. Они начинались где-то у лба, теряясь в густых прядях, и тянулись вдоль ушей по макушке, стекая на затылок. На каждой из них виднелась какая-то полустертая гравировка.
– А что это у тебя на голове? Неужели пирсинг? – улыбнулась Каталина, обнаружив столь странное украшение в совсем не подходящем месте.
Таафф, не открывая глаз и не шевелясь, беспечно отмахнулся:
– Да так, баловство подросткового возраста.
Влекомая любопытством, Каталина осторожно коснулась стального ряда выступающих заклепок, которые оказались на удивление тёплыми, нагретыми плотным контактом со шкурой. Пальцы прошлись по ним от самого затылка до макушки, ощущая, как они слегка перекатываются, чуть оттягивая кожу.
– А как же они крепятся? Их можно снимать? – заинтересовалась девушка, понимая, что пирсинг был ввинчен намертво.
– Да все просто, – пожал плечами Таафф. – Прокалывается кожа, под ней раскрывается запирающий механизм, и все. Но снимать я бы не рискнул, шкуру жалко, – и он неспешно приподнял голову, подставляя ее прямо под ладонь Каталины.
– Ты сумасшедший… – шепнула она и интуитивно зарылась пальцами в его чернильную копну.
Черт! Что она вообще делает? Это уже совсем не спасительный дружеский массаж, и ерошить его шерсть и оглаживать затылок вовсе неуместно. Но ладонь против воли вновь прошлась по лохматому загривку. Он оказался неимоверно густым, немного жестким и совсем не походил на человеческие волосы. Черные пряди скользили под пальцами и щекотали своей незнакомой и удивительной структурой. Таафф медленно повел головой, желая направить ее ладонь туда, где было наиболее приятно, и едва слышно пробормотал незнакомые ей тягучие слова. Но стоило девушке подняться выше, к самой макушке, как он сбивчиво выдохнул:
– Оссиконы… не трогай…
Каталина замерла и поспешно отдернула руку. Все же жгучие рожки не внушали ей никакого доверия. Тактильный контакт разорвался, и Таафф сделал долгий и шумный вдох, возвращаясь из состояния прострации и неги. Он медленно выпрямился, и на его лице ясно читалось благодарное облегчение.
– Что это было? Что ты со мной сделала? – тихо и немного удивленно поинтересовался он, пошевелив поврежденным плечом и не обнаружив, видимо, прежних болезненных ощущений.
– Я немного размяла твои затекшие мышцы, а что? – несколько смутившись, переспросила Каталина. – Тебе было некомфортно? Я причинила тебе боль?
Таафф наконец открыл глаза и в замешательстве поднял на нее рассеянный взгляд, полный недоумения. Он вновь дернул плечом, а потом встряхнул оссиконами, но явно не получил ожидаемого результата.
– Что это?.. – растерялся он. – Как такое возможно?
– Да что происходит?! – не на шутку напряглась Каталина, уже тысячу раз пожалев, что не ушла сразу к себе в спальню.
Таафф осторожно взял ее за запястье и, помедлив пару мгновений, поднес ее ладонь к своей макушке, кладя поверх рожек. Они оказались еле теплыми и застывшими.
– От моей старой травмы, – объяснил он, – и от напряжения этих дней оссиконы разгорелись огнем. Жгли мне голову. А теперь они остыли, молчат, успокоились. И плечу легче. Как ты это сделала?
Каталина с сомнением сощурилась и неуверенно ответила:
– Не знаю насчет этих ваших оссикон, но твое плечо явно требовало хорошего массажа. И если от него тебе стало лучше, то ничего удивительного я в этом не вижу. У вас на Терре разве не делают массаж?
– Нет. Я не знал, что подобное существует. Но это было еще и приятно. Странно приятно. Я… Я не понимаю…
Таафф выпустил ее руку и выглядел совсем растерянным.
– Такое со мной впервые, – добавил он едва слышно.
Глава 4
Мотоциклы в гараже
⠀
Путь до кафе «Долорес» от места, где Таафф высадил Каталину, был не таким уж и долгим. Всего пара переулков пешком по самому центру, в гуще извечно гуляющих здесь туристов. Палевый протиснулся на байке максимально близко к точке сегодняшней операции и припарковался на крошечной площаденке. Каталина радовалась возможности немного пройтись и на миг представить, что это та самая беспечная поездка в Барселону, которую она так ждала! Девушка смотрела по сторонам, выхватывала глазами яркие вывески магазинчиков, кафешек и отелей центра, обходила особенно большие экскурсионные группы улыбающихся путешественников, вдыхала теплый и полный летними запахами воздух города. И с печальной тревогой озиралась по сторонам. Ибо чем обернется поход на встречу с Соль, абсолютно неизвестно.
«Долорес» было их излюбленным местом неподалеку от Ла Рамблы. Переехавшая в Барселону учиться в Международном университете Каталонии на юриста Соледад долго сокрушалась, что Каталина покинула Испанию и умотала вместе с родителями в далекие Штаты. Видеться они стали не так уж и часто, лишь в каникулы после сессий, когда Каталина могла себе позволить билет до Европы. Соль сразу заявила, что Америка ее не прельщает, и активно зазывала подругу к себе в гости, хоть и понимала, что встреча раз в году – это уже хлеб. Когда же обе они начали зарабатывать, стало полегче.
Каталина не раз бывала в шумной Барселоне, чтобы отдохнуть от чуждого Бостона, пошататься вместе с Соль по бурлящему городу, облазить музеи и магазинчики и, конечно же, перепробовать все местные вкусности. Обычно, находившись и насмеявшись, они надолго зависали в Бокерии – шумном и пахнущем всевозможными кухнями мира рынке, где каждый раз отведывали что-нибудь новое. Брали пластиковые тарелки, полные ароматной и не всегда знакомой еды, пару бокалов холодного вина и присаживались, где отыскивали место среди разномастной толпы.
А в «Долорес» всегда заглядывали выпить эспрессо или чай с маленькими, аккуратными пирожными. Поэтому идти этим утром в кафе и думать о поджидающих ее непонятных врагах вместо улыбающейся Соль было для Каталины более чем дико.
– Глуурурк хорошо с нами знаком, еще по войне на Терре, – объяснил ей за завтраком Таафф, пока они наскоро перекусывали испеченными девушкой блинчиками с кусочками яблок. – И он в курсе, что мы преследуем его и сделаем все, чтобы добыть нужные улики и сдать во внегалактический суд. У нас с ним разговор короткий. Как и у него с нами. Его цель – нас максимально быстро уничтожить. Нас или кого угодно, кто попытается ухватить его за руку. Хурартийские кланы захватчиков и так считаются во вселенной весьма опасными и беспощадными, но обычно они действуют силовыми методами. Нападение, разорение, уничтожение. Когда они дóлжно вооружены, им сложно противостоять. Даже отличной боевой тактикой. Но окурок несколько отличается от своих соплеменников. Вместо нахрапистой силы он выбрал путь постепенного внедрения и хитрости. Он всегда прибегал к самым изощренным методам получения чужих ресурсов. Но в этот раз я чую, что он задумал нечто особенно опасное и тонко просчитанное. Слишком уж долго он живет на Земле, слишком чиста его репутация со стороны человеческих законов. Слишком спокойно он реагировал на наше здесь присутствие и до сих пор не потрудился устранить нас при первой же возможности. Он к чему-то готовится, и очень тщательно. И то, что способен породить его чудовищный мозг, может оказаться фатальным для вашей расы и планеты в целом. Очень много непонятных нестыковок. Я все пытаюсь разгадать его гадкий план, но, к сожалению, Глуурурк все еще на шаг впереди. Как-то так…
Каталина с трудом усваивала эту новую и безумную информацию, что навалилась на нее столь внезапно за последние сутки. Неужели эти внегалактические суды, другие планеты с давно сформировавшейся на них продвинутой жизнью действительно существовали? Сколько раз она бывала в Барселоне и никогда не думала, что один из заурядных владельцев стоматологических клиник может оказаться инопланетным захватчиком. Или что проезжающий мимо байкер в веренице других, таких же, как он, вовсе не человек, а мохнатый террианин, преследующий врага. Насколько сложно этим мужчинам было скрывать свою природу и внешность от людей? Ведь нетрудно себе представить реакцию толпы, окажись среди них чуждое и непривычное существо, которого не должно быть на Земле. Какой опасности подвергали себя терриане, решившись задержаться на этой планете? С одной стороны, их могли раскрыть ее исконные обитатели, с другой – на них вел охоту их враг. Это же не жизнь, это борьба и постоянный риск!
Но вот и кафе. Все те же два окна до пола, маленькая лесенка, ведущая к входной двери, кривой и чахлый кипарис, скребущий своей кроной вывеску «Долорес». Каталина огляделась. Таафф должен был находиться где-то поблизости, и желательно не сильно на виду. Как он собирался это сделать на узкой улочке, где совершенно негде укрыться, девушка не представляла. Однако его она не заметила. Может, еще не подошел? Ведь они специально разделились, чтобы не появляться в точке встречи вместе.
Ладно, была не была! И Каталина немедля толкнула тяжелую дверь. Внутри как всегда витал терпкий и густой запах зернового кофе и дурманящий дух ванили, корицы и фруктов, исходящий от яркой витрины с десертами. Девушка пытливо осмотрелась, пробегая глазами по немногочисленным столикам в надежде увидеть знакомый силуэт. Но кроме пары посетителей, пьющих поздний кофе, она никого не обнаружила.
Каталина присела у окна так, чтобы видеть весь зал и улицу, и заказала латте. Теперь оставалось лишь ждать дальнейших событий, как бы они ни сложились. Она достала телефон и написала сообщение на забитый вчера номер Тааффа:
«Пока никого. Жду».
Ответ не пришел, и девушка понадеялась, что там, снаружи, все в порядке.
Посетители медленно сменялись, стрелка часов упорно продвигалась к часу дня, латте давно был выпит. Однако ни Соледад, ни какие-либо подозрительные личности, ищущие с ней встречи, так и не появлялись. Переписка с подругой застыла на вчерашнем ответе Каталины, где она подтверждала время и место, и довольном смайлике от Соль. От Тааффа не приходило вестей, и девушка не знала, что и подумать. С одной стороны, казалось, что все опасности, которых они ждали, и весь этот вчерашний безумный план – выдумки, бред, сценарий к малобюджетному триллеру, но никак не реальность. Барселона продолжала жить своей жизнью, солнце неустанно высвечивало фрагменты улицы зенитными лучами, люди за окном мелькали, улыбались, спешили и совершенно не думали о том, что среди них таятся какие-то наемники инопланетного захватчика. И во все это очень хотелось верить – отчаянно, неистово, упрямо. Что не было никакого Глуурурка, не было никаких хурартийцев и похищений!
Но, с другой стороны, Соль так и не пришла. И что это могло означать, Каталина не представляла. Не успела на встречу, застряв в пробке? Бред. Сломала ногу у собственного дома и попала в больницу? Чушь. Передумала и не предупредила? Ерунда! Значит, не должно было быть никакой встречи с Соль. Значит, действительно это просто западня, в которую заманили терриан, чтобы… Ну, что с ними собирался сделать Глуурурк, палевый вполне доходчиво объяснил. Не случилось ли чего на улице, пока она тут прохлаждается с опустевшей чашкой?
Каталина: «У вас все в порядке?»
Ответ пришел спустя пару минут, которые девушка провела в нервном ожидании, нетерпеливо одергивая на себе синюю футболку.
Таафф: «Выходи. Подхожу».
Значит, по крайней мере, живы.
Каталина подхватила сумочку и покинула «Долорес». На улице стало еще жарче и многолюднее, из распахнутой двери в тапас-бар по соседству слышались динамичная музыка и смех многочисленных посетителей. Девушка заозиралась и не сразу заприметила высокого стройного байкера в черной кожаной куртке и антрацитовом матовом шлеме с закрытым визором. Таафф ждал ее в отдалении и сделал знак рукой подойти.
– Ничего? – спросила она с тревогой, стоило ей приблизиться.
– Совсем, – покачал он головой, увлекая ее за собой в сторону парковки. – Более спокойное и пустое утро трудно себе представить. Я все ждал, что они нарисуются, хоть как-то проявят себя, дадут засечь. А тут полный штиль. Ни одного энергетического следа.
И он досадливо зашипел, в сотый раз прокручивая в мыслях последние события и пытаясь постигнуть коварную задумку врагов. Ни глаз, ни лица не было видно в темном шлеме, но по всей его напряженной фигуре Каталина поняла, что он удручен своей беспомощностью.
Девушка участливо прикоснулась к его запястью и слегка сжала жесткий кожаный рукав.
– Мы что-нибудь придумаем, – ободряюще произнесла она, не менее расстроенная и все больше переживающая за судьбу исчезнувшей в никуда подруги. – Не провалились же они все сквозь землю!
– Да, конечно, – встрепенулся Таафф и остановился у ожидавшего на парковке байка. – Мы с Эрбом побудем здесь еще немного, понаблюдаем. Может, что-то удастся ухватить. А ты возвращайся домой. Бору тебя отвезет. Если что, мы теперь с тобой на связи.
И Таафф протянул девушке фиолетовый шлем, в котором она сюда приехала.
Каталина задумчиво забрала его и подавленно уточнила:
– Можно мне немного пройтись по городу? Я не могу сидеть все время взаперти. Тем более, наемники этого вашего Глуурурка так и не появились. И я не думаю, что мне тут грозит какая-то реальная опасность.
– Каталина, я не вправе указывать тебе, что делать, – ссутулил плечи Таафф. – Как и не вправе запретить выходить из дома. Хотя именно это и было бы самым безопасным для тебя. Все, что здесь творится, я тебе объяснил и вчера, и сегодня. Жаль, что ты не до конца осознаешь всю степень беспредела, который может грянуть здесь со дня на день. Выбор за тобой. Я лишь не хочу, чтобы еще и ты пострадала от рук того, для кого уничтожение живого существа – чистое удовольствие.
Каталина прикусила губу и на мгновение зажмурилась. Какая-то чертовщина! Это все не может быть реальностью! Подруга не нашлась, а ей уготовано запереться дома и держать оборону с кухонным ножом. Как же хотелось открыть сейчас глаза и очутиться в той жизни, где не было еще никаких терриан, Глуурурков, вторжений, войн на чужих планетах и странных напевных голосов высоченных шерстяных мужчин! Как же хотелось получить от Соль сообщение, что она глупо проспала, допоздна провозившись с какими-нибудь хитрым договором, с облегчением выдохнуть и отправиться к ней домой. И просто побродить по Барселоне, не опасаясь ни похищений, ни нападений, ни каких угодно угроз.
Но Каталина прекрасно понимала, что это все наивные желания. Ибо перед ней все так же стоял Таафф, выжидательно опершись о руль скремблера, и ни одна из проблем пока не была устранена.
Девушка со вздохом кивнула и хотела уже пойти в сторону Лайетаны, где находился бурый, но Таафф остановил ее.
– Дождись Ру, пожалуйста, не броди одна. Он сейчас подойдет сюда.
Каталина с досадой помотала головой и с горечью произнесла:
– Могу я хотя бы отсюда и до Лайетаны побыть обычным человеком?
Таафф на это чуть отступил и бессильно развел руками.
Каталина развернулась и нервно зашагала прочь.
Залитая солнцем и шумная де Ферран больше не манила, а лишь раздражала суетливыми туристами и проезжающими мимо скутерами. Что делать дальше, Каталина не представляла. Поэтому как можно скорее добралась до небольшой парковки, где среди вереницы машин и мотоциклов стоял черно-красный дорожник, рядом с которым нервно выхаживал коренастый Ру в расстегнутой текстильной куртке и затасканных мотоджинсах цвета хаки с вшитыми наколенниками.
Стоило девушке приблизиться, он обеспокоенно и как-то напряженно спросил, не поднимая визора:
– Что у вас там произошло? Почему ты пришла одна? Я же должен был забрать тебя сам.
Каталина собиралась возмутиться и сказать, что в состоянии преодолеть пятьсот метров без риска для жизни, как вдруг ее мобильник настойчиво завибрировал, извещая о пришедшем сообщении. Она машинально достала его из сумочки и прочла текст.
Соледад Перес: «Каталина, ты куда пропала? Я не дождалась тебя в кафе. Может быть, мы не так друг друга поняли? Сейчас, конечно, в Барселоне творятся странные вещи, но я добралась до „Долорес“ без проблем. В любом случае, мне очень жаль, что мы не увиделись, хоть ты уже сутки в этом городе. И вообще, на кой ты остановилась у Алисии? Я же предлагала тебе сразу махнуть ко мне. Ладно, я домой, приезжай, буду ждать тебя там!!!»