- -
- 100%
- +
Упс, согласился! Хотя его такой вариант веселит не меньше, чем её – привычка размораживать рыбу – феном. Вот странно, почему все так удивляются, что она любит готовить?? Что в этом такого? И почему никто не может принять такой вероятности, будто это очень не подходит её образу. Как будто ей нельзя испачкать руки. Никто не верит!!!
А вот он – предложил проверить.
Упс, он не знал, что она – выиграла в прошлом году общероссийский городской конкурс красоты! И заняла второе на краевом. Правда не знал? Ну да, похоже не знал. Ну надо же, а познакомился. Она привыкла, что обычно знакомятся и дружат с её титулом. Поэтому балахон и кеды – привычная маскировка. Кому надо – и так видели её на шпильках и в бикини – на видео, и на рекламных мегаплакатах в Галерее в магазине белья или брендовых солнечных очков. А кому не надо – тому не надо.
Мило, что он не хочет об этом говорить. Она тоже не хочет.
Нет, правда не знал?? Ага, похоже. Аж встревожился. А когда он тревожится, его серые прямые брови съезжаются и распрямляются. Над глазами ретривера. И лицо становится задумчивым.
В 12 в будний день кафе закрывалось. А им так не хотелось разнимать руки. И свои голоса. Да и пирожные не съедены.
Он хотел посадить её на такси. Но она решила остаться у Алины. Он проводил её до знакомого подъезда. И махнул левой рукой в сторону чуть назад, по диагонали – там, через 2 корпуса – его теперешний дом. А справа вперед – прежний – академия, где он вырос, и жил 5 лет. Да, красивые зеленые корпуса. Он жил в том, третьем. А родительский – тааааам. В Новороссийске.
Снег продолжал падать неторопясь, замедляя время. Убаюкивать. Перед подъездом остановились и разулыбались друг другу, по привычке растягивая прощание, как жевательную резинку. Теперь их не разделял столик и чашки. И нельзя было спрятаться за смайликами на безопасное расстояние.
Поцелуй казался неизбежностью. Экспериментом пугающим и привлекающим. Фати готовилась красиво взмахнуть волосами и поиграть с ним в недотрогу, но ее шека попалась в его ладошку, согрелась, и тепло, побежавшее в стороны, растопило её планы И мысли. Она потянулась сама по первому молчаливому зову, когда он подался навстречу. Он пах чем-то пряным и теплым, вибрировал дыханием, и совсем не пугал её. Позже, вечером, ей захочется рисовать эти губы. Посреди снега.
* * *Попав домой, Максим хотел залезть под душ, потом под одеяло, купаясь и купаясь в атмосфере этого вечера, когда снова носишь ауру присутствия человека с собой.
Но вместо этого он залез в интернет.
И тот послушно выдал ему новости. Да, действительно, ФатИма Мидашева выиграла титул Мисс Краснодар 8 месяцев назад, ещё даже не перешагнув барьер 17-летия. В некоторых светских новостях удивлялись, что самая юная конкурсантка умудрилась так уверенно и неоспоримо обойти гораздо более именитых и опытных соперниц, хотя конкурс происходил на фоне громкого и довольно скандального развода её родителей.
Впрочем, чаще встречались ссылки, в которых подробно рассказывалось о громком разводе хозяина крупной сети автосалонов Закира Мидашева, и его супруги, светской львицы масштабов совсем не местных, бывшей фотомодели из 90-х Дельназ (её чаще называли Дэллой).
Н-дааа. А у него – папа – отставной военный, теперь строитель, и мама – педагог. В средней муниципальной школе.
Так вот, в подробных описаниях отступных по суду, и нового спутника жизни мамочки – престарелого калифорнийского миллиардера, ради которого Дэлла бросила своего доморощенного бизнесмена, и предшествующих всему этому скандальных похождений самого покинутого супруга с девицами легкого поведения, пару лет назад гремевших на необозримые масштабы, замечалось, что в то же самое время единственная дочь гламурной парочки-непарочки выигрывала свой конкурс. Упрямо, и с немыслимым достоинством игнорируя всё происходящее. В интернет-версии заглавными были фото на контрасте: представительная капризная дамочка в черно-белой шляпе, крупный нерусский мужчина, и девочка-фея, сидевшая в полоборота в огромном розовом платье на фоне волн.
Победная фотосессия королевы красоты почти сразу по завершении конкурса. Девочка там была нагламуренна как на обложке журнала… впрочем, почему «как»? Но поза бередила в нем теперь шершавые узнавания. Да, пожалуй, у неё есть такая манерка. Королевы красоты. И он поймался на это безотказно.
И теперь не совсем понимал, что со всем этим делать.
И тут он понял тот хитрый взгляд Рустама, который помогал ему раздобыть имя девчонки с вечеринки на квартире. Видимо, тому было так интересно и прикольно, что получится у знакомого из соседнего клана с вот этой всей офигительной историей и неприступной красоткой, что он даже не стал обламывать приятеля сразу. А может, в благодарность за возвращенную флешку из благородных побуждений, не стал лишать его мечты заранее?
Зато стало сразу понятно, почему к ней на каждом шагу не клеились парни. Не смели?
А ещё стало очевидно, сколько людей наврало, сказав, что не знают, кто она, когда он выяснял. Удивило. Хотя интригу Русика он и оценил: это ж надо было, водить его за нос 2 недели… Даже если это было сделано ради шутки… Прикольно, наверное, звучит со стороны: А Бородин – клеится к Мисс Краснодар, у которой папик…! Интересно, а кто ещё знает? Ромка – точно нет. И его молодежка скорей всего тоже,
или просто не хотели его пацаны обламывать, не верили, что всё-таки это к чему-нибудь приведет. Зато дубль, наверное, ржет всей компанией.
Да ну и пофиг.
Да, кстати, судя по пресссссссе, даже довольно «желтой», у Фатимы Мидашевой на фоне её чудо-семейки – безупречная репутация, очень сердито оберегаемая строгим отцом, с которым она теперь живет в элитном поселке за городом.
Она там живет? Серьезно? Разве не у подружки на Панораме, в соседнем доме? Фати не акцентировала на этом внимание, но ей явно сильно не хотелось возвращаться домой. Под любым предлогом. Как и упоминать о своей обычной жизни. Это было заметно.
И пускай она пришла на свидание совсем по простому, почти без макияжа, и вела себя весь вечер очень мило и скромно, но его всей этой информацией, конечно, подсрубило.
Засыпая, он пытался состыковать то волшебство, в которое он окунулся сегодня с девчонкой своей мечты, с этой девочкой-тенью, сказочной героиней…
и то, что стояло за всей этой простотой. И он действительно пока не понимал, что со всем этим делать. Как это склеить.
А Фати прислала ему селфи. Желая спокойной ночи.
Вот так история. Да ужжж, тут уж не до мечтательности. Придется включать голову.
Часть 2. Ии
Глава 6. В игровом тонусе
В топовом дорогом ночном клубе в центре города, у всех на виду, Макс сидел напротив девушки своей мечты, которая улыбалась ему, разливая вокруг себя терпко-пряные волны и утопические отблески, и пытался сложить в голове какую нибудь форму из горки кубиков. Еще час назад он не мог решить, действительно ли эта встреча должна состояться. Или хоть какая нибудь.
Не то чтоб его придавило информацией…
Но слегка дало по голове, конечно. Особенно когда ребята на тренировке начали расспрашивать – ну что у него там с Мисссссс.
Оказывается, многие знали. И молчали. Говорят, не хотели влезать. Спасибо, чё. Отсрочили нокаут. Вряд ли Ромка и Саня разболтали всем, начиная с тренера, о наконец-то состоявшемся знакомстве – из стеба, они это точно не со зла. Но от этого не легче. Ребята по-братски подначивали,
а он раздумывал.
Но потом решил, а точнее – вспомнил то, чему научили здесь, неподалеку: что играть надо уметь с любым соперником. Что играешь не с вывеской, не с брендом, и не логотипом, не со статусом, и не с историей. Играешь с людьми. Здесь и сейчас. И только этот час должен решить, кто сильнее, а никакие не предыстории. Остальное – призраки, и они – победимы. И прежде всего – внутри себя. Если твой путь столкнул тебя с таким соперником, значит ты пришел к этому своей турнирной дорогой, и волю жребия тоже надо уважать. Нужно просто собраться, выйти, и биться. Ради публики, пристально следящей, и желающей приобщиться к красоте победы, как и к горечи поражения, и ради себя, потому что нельзя называться спортсменом – за вчерашние заслуги. Просто ради принципа, который заложен в самой жизни: соревновательного. И надо быть готовым не стыдиться проигрыша, если бился честно и изо всех сил. Нет ничего хуже технического поражения, когда даже не попытался, расписавшись в поражении заранее. Испугаться – это не по-спортивному.
И ничего особенного не происходит, просто игровые моменты. Вокруг – тоже просто люди. Ты все знаешь сам, и техника – в тебе, главное – сосредоточиться. Его всю жизнь этому учили: все навыки и мудрости, все знания и умения, всё мастерство – внутри, просто имей смелость и ловкость это достать в нужный момент. И всего-то.
Сейчас, уже из личного опыта, он усвоил простой закон состязания: когда играешь на инстинктах и рефлексах, на кураже – всё помаленьку складывается. И ты способен удивлять мастерством – даже себя самого. Но вот как только начинаешь думать, просчитывать, и пробовать применять готовые приемы сознательно – всё. Начинаешь на ровном месте мазать по мячу. Веселя публику.
Но пока он – всё ещё думал. И пытался включиться в процесс.
Что ж, остается только заранее простить себе все предстоящие промахи, и выйти рубиться просто ради того, чтоб себя зауважать. Включиться в тот формат жизни, где сам отвечаешь за то, что происходит. Просто чтобы ощутить порывы ветра и фортуны, напряжение в мышцах и нервных окончаниях, потоки энергии подбрасывающие вверх вместо тренированных ног, и красоту комбинаций, на которую способен соперник и ты сам. Испытать себя, не жалея, и не сожалея об ошибках. Пора кидаться под чужие шипы, не боясь пораниться. Иначе какой ты нафиг потенциальный победитель? А кому ты нужен с пораженческой психологией, не с нею в спортсмены соваться! Трусить надумал? И какой ты после этого мужик?
Он даже согласился начать поединок с гостевого раунда. Привет гламур – в гламур.
Всё, жребий известен, свисток дан. Go!
– Почему ты опять одета так, как будто в тропиках живешь?
– Готовлюсь к своему светлому звёздному будущему на Мальдивах. Доминикана тоже подойдет…
Ну, а чего он ожидал? Скромности? От неё?
– И это такая закалка наоборот? И как, работает?
– Мотивация. Чтоб не застревать в этих широтах.
– Чем плохо в этих широтах? Если одеваться по погоде?
– Потому что я – прирожденная тропическая островитянка. Ну Бали там, Сейшелы, Мальдивы… Южная Европа в конце концов. Везде нужны красивые журналистки.
Вот зазнайка, а! Пошутила? Или нет?
– Аааа. А я грешным делом про Краснодар подумал. Неее?
– Нееее… Это так. Временность.
Отлично. Просто блеск. Мечты – уже разные.
Ой, все! Это всего лишь общение с класной девчонкой! Почему ж тогда так не по себе от такой нестыковочки??
– Что, реалистичность и актуальность – не для Мисс? Календарь и глобус – для слабаков?
– Для надоедливых реалистов. Че ты пристал, мой LOOK – мое личное дело.
– А потом жалуется на хронический насморк.
– Мой насморк, и я с ним разберусь. Ты вон опять пиццу домой заказал, хотя вчера жаловался, что желудок после неё бастует. А ещё лечит!
Фигассе, ловит на контратаках!
– Что, за своим здоровьем последить, и себя самого повоспитывать – как сыграть не в свою игру, да? Чё там у вас написано про прессинг на чужой половине поля, а? Это так называется?
Хм. Кто-то изучал соперника…
– …таааак атака, вроде, не твоя позиция. Давай там, об обороне своей не забывай, а со своими воротами я и сама разберусь!
– Обещаещь автогол?
…
Уфф. Отбился. Чуть не пропустил.
Что, ничья, говоришь? Хорошо, до встречи на моем поле. Теперь очередь домашнего раунда.
* * *Глава 7. А был ли свисток
Отмыкая дверь, Макс тихонько офигевал от собственной наглости. На третий день знакомства он ведет девушку к себе домой. И не какую-нибудь. И она – идет!
Доверяет, получается?
С Машей он в этом смысле месяц возился.
Блин, лучше б вообще тормознул бы вовремя. Куча проблем потом.
И Фати – младше. Гораздо.
И вообще, ему просто хочется с ней поговорить. Оказывается, разговаривать с девушкой гораздо легче, когда она не заглядывает тебе в рот, в ошалелом стремлении угодить. Интересная игра получается. Раскачивает на собственные возможности.
– В общем, как-то так и живем. – он провел её на кухню, щелкнул чайником, вытряхивая из головы посторонние мысли, на которые сам себе не давал права. Секс – нечестная игра. Нефиг выпрашивать пенальти – так и самому красную схлопотать можно. Смазать игру. Нарваться на дисквалификацию… перебрав карточек. В виде обид и санкций. Давай вот без упрощенных путей, да? Фейр-плей короче.
Даже если соперник – такой лихой, и тааак нарушает…
– Тебе не совсем разогревать? Или… Любишь погорячее?
Блин. Макс, ОС-ТА-НО-ВИСЬ.
– Вообще-то согреться хочется.
Максим, она – о чае.
Хотя… Кто её знает. Она – тоже игрок. Ладно, статусы. Но дооценил ли он её опыт? Не о том речь. Скольких она так уделала, в честной игре? Ей нравится дразнить, и она явно владеет тактикой.
– А ты правда живешь на балконе?
– м-м… Печенье?
Играет? Или нет? Блин, ему нужен свисток. Чтоб понять, когда уходить в раздевалку, и соперник вне игры. Ему нужен хотя бы тайм аут.
Не пропустить. Только не пропустить. В свои ворота…
Поздно. Она оттеснила его к его к перекладине, и закатила за линию.
– Ух ты! Тут даже места нормально! И шкаф узкий в углу поместился!
– Ага. Мне хватает.
Хватает. Ему – всего хватает.
– … хотя на самом деле места тык-впритык…
Вокруг. А не там, где места становится всё меньше прям сейчас. Сконцентрируйся.
– Наааармально! И кровать у окна. – оценила она восторженно.
– Да. Она… узкая.
Ну а как еще? Обороняться, когда приперли?
– Главное – уютно.
Дмитрий Колдун – Давай сыграем в любовь
Пропустил короче. Вынимай, всё.
И вообще, какого черта? Футбол – он везде в его жизни. Везде. Но не в его же спальне! К черту. И это не будет никаким сравниванием счета. Всё.
– Поздновато уже. Ты это… Оставайся, если хочешь. Я ничего лишнего себе не позволю, обещаю!
– Здесь??
Она задержала на нем взгляд – считывающий, как сканер. Хотя нет, у сканера не бывает столько сомнений.
– Эмм…
– Правда, просто поболтаем ещё. Немного. Просто ложиться уже пора, режим у меня. А то схлопочу завтра, нахватаюсь по невнимательности. Я даже знаю, какая майка тебя давно ждала. Вот эта, смотри! С пингвином))
7.1. Тает
Надо же, как уютно бывает. И с пингвином.
Да не с пингвином, а с пингвином! Хлопок просто хороший, наверное.
А кто-то явно не с севера, даже если выглядит как человек нордического типа. Но это только с виду. А не когда лежишь рядом в узкой кровати. Очень даже тепленько/ий.
Он даже майку не снял. В смысле – совсем – не снял, просто сменил на домашнюю. Он по-честному обнял, мягко придвинул к себе, и утонул в подушке и в дреме. А она, плавно погружаясь в негу очертаний, запахов, тепла и вибраций чужого дыхания, не хотела отпускать этот день. Ещё недавно она бы раздумывала в такой момент, засчитан ли гол, и в чью пользу. Но не в этот раз. Она впервые лежала с мальчиком в одной кровати. И тем более с ночевкой. И тем более с самым симпатичным мальчиком из всех, кого она знает или когда-нибудь видела.
Ему нравится бодаться, и это хорошо, потому что ей – тоже. Кажется, ей удаётся быть футбо-теоретиком. Футбол – так футбол) какая разница, во что играть)) Он принимает игру на равных, позволяет ей заигрываться, заигрываясь и сам. Но порой она теряет очертания своей игры. И сейчас, пожалуй, уже слишком поздно на часах, чтоб понять, так ли это плохо..
Интересно, а если положить на него руку – вот сюда, на предплечье, или под… это не будет засчитано нарушением правил?
Глава 8. И дивный образ растворится
В общем, полный абзац. Она уже третью неделю без тени угрызений совести врет отцу, что ночует у Алины.
И ничего не меняется. Даже врать, ёпта, не о чем!
И если в первый раз она не разыгрывала смущенною недотрогу, со свей строгостью относясь к ситуации и его поведению,
…то к исходу третьей недели отсутствие перемен в этом дистиллированном стерильном уюте начало реально напрягать.
– Я не понимаю, мы пара или нет?
Он отрешенно возился в своих скинутых на кровать вещах, собирая сумку. Эти выездные матчи постоянные… Он даже глаз на неё не поднял.
– Пара.
– Ты уверен? Может, ты меня у-сестрил?
– Не бывает такого слова.
Он непрошибаем. Нашел кому уроки филологии давать, студентке журфака! Фи…зкультурник!
– Таких отношений тоже не бывает.
– Что тебя не устраивает?
Вот дурак чтоли?
Что её не устраивает? Да всё не устраивает! Как так можно, ааА?
Он что, её не хочет?
Хочет вроде. Как-бы. Сложно не заметить этого, часто засыпая с человеком в узкой кровати. Когда между ними – только тонкая ткань. Иногда даже сбегает в уборную, хотя почти уже уснул.
Но он по прежнему не снимает майки. Не говоря уже обо всем остальном.
Она честно пыталась. Пробовала нечаянно раздеваться, картинно ронять одежды, выбегать из ванны на телефонный звонок, «забыв», что не одета. Дразнить, приставать. Разыгрывать страсти. Обычно никто не мог устоять, она же знала что делает! Не впервой!
Да и просто… Хотелось как-то развивать отношения… Интееееерсно же в конце концов! Попробовать… Она сделала, кажется, для этого уже всё, что могла.
И что? Ноль реакции. Непроницаем.
Вот так. У неё есть парень, который иногда говорит, что влюбился с первого взгляда. И даже что она – его идеал. Парень, который всегда рядом. И им никто не мешает, даже родители. А толку??
– Ты стал равнодушный.
– Я нормальный, всегда такой был.
Или не считает достойной? Не достаточно… Какой? Дерзкой? Нежной? Умной?
Что он там себе надумал? Почему молчит? Почему снова не скажет то, что говорил ей вчера, чтоб помириться??
А вдруг уже что-то поменялось??
То, что всё идет не по плану, начало сводить её с ума.
– Ты уверен вообще, что хочешь, чтоб я здесь была? Может, я уйду, а ты даже не заметишь??
– Уверен. Хочу. Оставайся.
А тон-то, тон! Она его что, утомляет???
– Слушай, стать парой было твоей идеей. Или ты просто напоказ всё это делаешь?
– Слушай, что у тебя за мании?
– Ты избегаешь близости со мной!
– Я не избегаю. Я считаю, что не надо торопиться.
– ??!!!?
– Посмотри, мы опять ругаемся. У нас пока ещё слишком неопределенные отношения.
Ну вот, хоть какая то эмоция. Хоть что-то удалось… достать…
– Жаль, что ты так никак не можешь определиться…
– Я определился. Успокойся.
– Не заметно.
– Пойми, слишком легко потерять голову. И наворотить лишнего. Мы и так постоянно на взводе, и причина не в том, что мы обсуждаем все время.
– А в чем же причина??
ну?? Ну же?!!
– Разберемся. Пускай всё идет своим чередом, ладно? И перестань пожалуйста меня заставлять. Я дорожу тобой, и рад, что ты рядом, честно. И хочу тебя, куда без этого. Ты сама все знаешь. Просто не хочу всё испортить.
Ни черта она не знает!!! Запарил.
– Ты уже всё портишь! Своим упрямством.
– Это не упрямство, это благоразумие. Разумное…
– То есть это ты меня сейчас идиоткой обозвал, мне не показалось?
* * *Он ушел, хлопнув дверью. Ее снова захлестнуло паникой, от которой невозможно унять дрожь. Ее чувство, такое неизведанное, новое, молодое,
разрастающееся, всеобъемлющее,
вырывалось из под контроля, и накатывало волнами. Она всё чаще смотрела на него – спокойного, невозмутимого, и её просто ломать начинало. Выворачивать наизнанку. Казалось, что она – бултыхается в море чувств, не имея опоры под ногами, а он стоит на бережке, и спокойненько наблюдает за нею.
Словно в спокойствии его таится обман. Скрытая угроза. Словно её пытаются надуть. Опять. Как затишье. Перед разводом…
Когда все делают вид, что всё хорошо.
И он отказывается укрепить их отношения. Самым очевидным способом. Чем она больше предлагает, тем больше он отказывается. Наотрез. Разрушая все её надстройки и конструкции, которые должны были быть прочными!
Что он задумал? Что у него на уме? Что он скрывает? Что он за тип вообще???
Она пыталась как могла раcтормошить его. Встряхнуть как следует, пробудить. Вывести на предел откровенностей. На явные реакции. На эмоции. На чувства.
– Фати, я и так говорю, что люблю тебя.
– Это – просто слова! Я этого практически не чувствую!
– Ты не чувствуешь, а проблема – во мне?
– Нет, это я, значит, ходячая проблема. Так зачем я тебе тогда?
Стычки учащались, становились почти привычными. Она видела его всё менее забавным, и по-королевски сдержанно-небрежным, и всё стабильнее насупленным и замкнутым. Он всё время был чем-то занят, находясь совсем рядом. Чем-то – не ею.
И во всем этот какая то фальшь. Подвох. Все вышло из под контроля, и несется в тар-тарары.
А она так хотела довериться. В первый раз в жизни. У неё почти получилось.
Она так нуждалась в этом.
Но… мама была права. Никому нельзя доверять. Все врут. Всё недолговечно, особенно хорошее. В людях.
Всё. Это всё! Он успокоится сейчас. И всё. И всё окажется подделкой. Всё то, что казалось таким волшебным! Только б не успокоился, только б не успокоился!!! Как не дать ему успокоиться??
Ей казалось, что что-то ускользает, и она пускалась вдогонку, накрываемая практически некотролируемой паникой. Она все ещё надеется, что всё наладится!
– Фати, прекрати истерить. Я серьезно. Ты мне такой не нравишься.
– Я тебе вообще нравлюсь? Или так, чтоб было?
– Зачем ты так всё усложняешь?
– Я не хочу формальностей, понимаешь? Я ненавижу формальности! Подлога не хочу, понимаешь ты это? Подделок!
– Да у тебя паранойя!
– Ты что, считаешь меня сумасшедшей?
– Что бы я там ни считал, ты это непременно опровергнешь. Хобби у тебя такое. Иначе тебе скучно. И держи себя в руках, а то соседи услышат.
– Ты меня что, истеричкой только что обозвал??
– Нет, обозвала ты себя только что сама. Но да. Ты – истеричка.
* * *Roby Fayer – Ready To Fight (Ft. Tom Gefen)
Он изо всех сил пытался ей объяснить. Изо дня в день.
– Мне нужны спокойные отношения. Мое счастье – в спокойствии. А тебе кажется, что без драматизма не бывает романтики? Тебе обязательно нужны постоянные подтверждения, и ежеминутные гарантии? И встряски. Поджигая, постоянно, ты не подогреешь – ты всё спалишь до тла! Знаешь, что бывает, если постоянно раскачивать лодку? Она перевернется! Слушай, я спортсмен. Мне боли хватает и в работе. Не добавляй, пожалуйста.
Он этого и боялся. С самого начала. Утратить перфекционичность в ней, даже если это и была красивая иллюзия.
Он так хотел сохранить её призрачным туманом, миражом… Мечтой. Он старался, говорил ей столько о своих чувствах. Но ей было мало. Всегда мало.
– Послушай, ты – мой идеал. Я тебе об этом не раз говорил.
– Ага, когда-то.
– И сейчас тоже. Но ты сама разбиваешь всё, что я полюбил в тебе.
– То есть я опять во всем виновата?
И эти постоянные пикировки – уже не столь нужный ему вызов. Это – агония человеческого единения. Никакого тебе полета и тонизирования способностей – так, барахтанье в словесной грязи. Соревнование, кто кого больше замажет…
– Я устал объяснять. Ты не слышишь. Ты так привыкла быть звездой, что это – твоя наркомания. Ты не чувствуешь, вместо этого ты стараешься знать, и тебе нужно постоянно обновлять это знание.
Он старался понимать. Он думал, что его спортивной терпение – безгранично. Но тут начало срывать даже его.
– Тебе мало того, что я тебе говорю? Тебе всегда мало! Хватит уже от себя фанатеть, ладно? Обрати внимание ещё на кого-нибудь, вокруг тоже люди. Со своими делами, со своими чувствами! Не только ты тут личность, и не только у тебя бывают настроения. Или, может, тебе нужно больше фанатизма? Я – слабенький фанат? Дело в этом качестве? Или в количестве?
Она всё время пыталась управлять. Решать. И устраивать дрессировку. А дрессировки ему и на работе хватает. Только там она – от тренера, и по делу. А тут – сплошные капризы ненасытной избалованной красотки. Слабая передышка её нежностей и опьяняющей игривости, и снова допросы под пытками её недовольного тона.
Кажется, ему не под силу сделать её счастливой. Так, по-простому, как он хотел бы. Как он… думал, что умеет. У неё слишком редко наступают эти ремиссии со счастливыми глазами. Она – агрессор. Она слишком претендует на ведущую роль, сама не зная зачем. И ей всегда будет мало.