Афганские сны

Алексей, чувствуя, как ярость буквально закипает в нем, но, сдерживая себя, сейчас эту ярость выместить было не на ком, спросил:

– А что Бекас? Как он дал свалить себя?

– Не знаю! Только голова у него пробита. Били по затылку тяжелым предметом!

– А Киря? Тот что делал?

– Он отпросился.

– Как и когда уехали уроды?

– Где-то около двух! А шум поднял шашлычник! Он в терем шел, а мимо, гремя музыкой, в сторону города пошла темная «девятка», на которой и прибыла эта троица. Как они приехали, шашлычник тоже видел, вот только ни номеров, ни самих бандитов не запомнил. Вошел в зал, увидел бармена, освободил его. Костик сразу в кабину, оттуда позвонил мне и вызвал милицию со «Скорой». Когда я подъехал, Любу грузили.

– Бекас продолжал находиться в бессознательном состоянии?

– Да! Как выяснилось при осмотре, ему после удара по голове еще какую-то гадость наркотическую вкололи. В отрубе он был! Да и сейчас еще не может адекватно реагировать на реальность! Это уже милиция мне поведала. Сам перед тем, как звонить тебе, с допроса вернулся.

Алексей поинтересовался:

– На посту ГИБДД за мостом эту «девятку» не останавливали?

– Нет! Хотя пост закрыт в это время и почти всех досматривают, но в журнале регистрации никакая «девятка» с 1.20 до 2.40 не значится. А именно в это время она должна была проехать мост.

Поляков произнес:

– Если бандиты не ушли влево или вправо от моста. Куда-нибудь на отстой. Или к военному парому.

– Об этом я не подумал. Но что теперь делать, Алексей?

– Вы заявление в милицию подавали?

– Конечно, ведь Костик вызвал ментов и «Скорую»! Как было не заявлять?!

– И о чем конкретно вы составили заявление?

– Как о чем? О нападении на кафе, естественно!

– А о предложении, сделанном вам накануне молодчиками из джипа, умолчали?

– Конечно! Я что, самоубийца?

– Похоже, да!

Шаранский вскрикнул:

– Почему да?

Алексей также повысил голос:

– Да потому, что те, кто послали к вам сначала курьеров для переговоров, а затем боевиков, теперь убедились, что вы попросту испугались и не стали их сдавать, хотя сдавать-то вам, по большому счету, было некого. И тем не менее вы даже этого не сделали. Значит, что? Значит, струхнули! Их показательная, устрашающая акция полностью себя оправдала! Так что, скорее всего, Леонид Иосифович, ждите в ближайшее время к себе новых гостей. На этот раз с прежним предложением, но уже с менее привлекательными условиями!

Шаранский несколько раз тряхнул головой. Подошел к краю причала, опустил руку, зачерпнул воду, брызнул на лицо. Поднялся, подошел к Полякову:

– Так, может, принять их предложение? Черт с ними, пусть на отшибе торгуют?

– А как же Люба?

– Любе помогу!

– А собственное достоинство?

– Ты хочешь, чтобы меня сожгли? Уничтожили?

– Бьют, Леонид Иосифович, слабых! Сильных обходят стороной. Решайте сами, как поступить, но, допустив наркомафию на свою территорию, вы по-любому и добровольно обречете себя на уничтожение!

– И что ты предлагаешь? Воевать с ними?

Поляков ответил не раздумывая:

– Да!

Шаранский вскричал:

– Но мы даже не знаем, кто они!

Алексей успокоил хозяина кафе:

– А вот это как раз не проблема! Кто они, мы узнаем очень скоро! Эти ребятки уже от вас не отстанут!

Леонид Иосифович обхватил голову руками:

– Господи! Да за что мне все это? Почему я попал под пресс? Что, других нет? Или места вокруг мало?

Поляков прервал стенания трусливого шефа:

– Прекратите ныть! Надо решать, что будем делать!

Шаранский поднял на охранника глаза:

– А ты уверен, что я захочу что-либо делать? Может, продам участок к чертовой матери? И пропади оно все пропадом! Так спокойней будет!

Алексей усмехнулся:

– Ну-ну, тешьте себя этой бредовой идеей! Но без меня! Я заберу у бармена причитающийся мне расчет, и гуд бай, господин Шаранский! Стелитесь перед бандитами сами! Они оценят ваше усердие! Сполна оценят!

Поляков повернулся, собираясь покинуть причал, но его остановил Шаранский:

– Алексей! Подожди! Возможно, я и сказал что не так сгоряча и от безысходности положения, в которое попал, но я действительно не вижу выхода из создавшейся ситуации. Ты сам говорил, что эти молодчики теперь уже от меня не отстанут. Милиция не поможет, так что мне делать, что?

Капитан ответил кратко и уверенно:

– Сопротивляться!

Шаранский переспросил:

– Сопротивляться? Да что я могу сделать против наркомафии?

– Во-первых, взять себя в руки! Налет бандитов на кафе – акция устрашающая. Вы уже допустили ошибку, не сообщив милиции о визите наркокурьеров и сделанном им предложении. Именно на ЭТО они и рассчитывали. И в расчетах не прогадали. Во-вторых, ваша дальнейшая обработка неизбежна, это очевидно, наркодельцам надо дожать вас, и они не преминут сделать это в ближайшее время. И если во второй раз допустите слабость, то вам хана! Отсюда следует третье! А именно – следующих визитеров надо принять так, чтобы они надолго забыли дорогу к озеру! Заодно рассчитаться и за Любу! На силу отвечают силой! Только этот язык понимают те, кто торгуют человеческими жизнями и ставят себя выше других. Главари банды сейчас не ожидают отпора. Получив его, они вынуждены будут призадуматься. В их делах особая шумиха не нужна. Не в интересах наркобаронов привлекать к себе ненужное внимание.