Ложь на крови
- -
- 100%
- +
– Ляпнул первое, что в голову пришло. А потом уже деваться было некуда.
Тогда они посмеялись, конечно, над этим горе-вором. Но сейчас, похоже, ничем подобным и не пахнет.
Изучив все дела, капитан снова вернулся к делу Захарова. Как он и ожидал, кроме него, сомнительных не попалось. Дмитрий посмотрел на Михаила. Тот более-менее справился с работой. Конечно, без вопросов не обошлось. Понятное дело, человек на новой, так сказать, работе.
– Что скажешь, Миша? – задал резонный вопрос Юркин.
Тот пожал плечами.
– Вроде бы все в порядке, товарищ капитан.
– Так уж ли все?
– Думаю, да.
– Думает он, – хмыкнул Юркин. – Это тебе, мил человек, не чаи распивать. Вот, например. – Он взял со стола одну из папок и открыл ее. – Так, кто у нас здесь? Рядовой Сергеев Владимир Иванович. Что о нем известно?
– Попал в плен в сорок третьем, будучи контуженным. Дважды пытался бежать из лагеря, – доложил Митьков.
– И все?
– Все.
– Нет, Миша, не все. Откуда родом, где служил, откуда призван, фамилия командира части?
– Там это все есть, в деле.
– Есть-то есть. А ты уверен, что он не соврал, когда его допрашивали?
Старший лейтенант пожал плечами.
– Вот то-то и оно, друг ситный, – покачал головой капитан. – Надо же все это проверить. Сделать запрос в часть, по месту жительства, в военный комиссариат и так далее. Думаешь, это все так просто? А вот нет.
– Я понял, – кивнул Михаил. – Каждого нужного так проверять? Делать запросы…
– А как же? Обязательно. Ты ведь сам знаешь, какое сейчас время. А вдруг это вражина скрытая? Придумал себе историю, а у самого грешков больше, чем у врага народа.
– Идеальную легенду? – улыбнулся парень.
– Ее самую. Так что, Мишаня, давай, не ленись. Все проверяй. Если человек чист – то все в порядке.
– А если нет?
– А если нет, тогда будем дальше выяснять всю его подноготную. И тогда будет видно, кто он и откуда.
– Есть, товарищ капитан.
Дмитрию понравилось то, что «новобранец» не спорит, не возмущается и не кривит морду. По всему видать, человек ответственный. Это хорошо. В их работе это качество – важное, если не главное. Конечно, это поначалу. Надо будет еще посмотреть, как этот будущий учитель себя покажет, когда уже непосредственно во все дела вникнет. Но постепенно впечатление офицера о новичке менялось в положительную сторону. По крайней мере, навязанный ученик уже не вызывал у него такого неприятия, как при первой встрече.
Дмитрий снова вернулся к работе. Мысли его постоянно возвращались к Захарову. Вроде бы в его рассказе не было каких-то недомолвок или нестыковок, но все равно что-то настораживало. И Юркин даже не мог понять что. Он надеялся, что сделанные запросы и допросы других бывших узников смогут пролить свет на его подозрения. Или развеять их.
Увлекшись делами, капитан чуть не пропустил обед. По правде говоря, он мог бы обойтись и крепким сладким чаем – когда он работал, то предпочитал не отвлекаться надолго, но вспоминал, как ему на это пеняла Тамара: «Митя, не будешь нормально есть, заработаешь себе сто болячек». Жаль, супруги здесь нет, она бы точно напомнила. А то и сама бы с узелком с горячим обедом пришла. Но тут ему на помощь в этом вопросе пришел Митьков.
– Товарищ капитан, вы пойдете обедать? – спросил он.
– Пойду, пойду, – бросил Дмитрий, не поднимая головы и дописывая очередную бумажку. Увидев, что старший лейтенант стоит рядом и ждет, он бросил: – Иди, иди, Миша, не стой над душой. Я догоню. Только одно дельце добью.
Да, дел еще непочатый край. Еще надо будет доложить командиру. Но это уже после обеда. С такими мыслями он отложил все бумаги, ручку и отправился вслед за Михаилом.
Глава 2
Майору Лебедеву Юркин докладывал последним. Так уж получилось. Остальные сотрудники подробно отчитались о проделанной работе, обо всем, что вызвало подозрения. Как и ожидалось, ничего такого, как в случае с Захаровым, не выявилось – капитан внимательно слушал доклады сослуживцев, не пропуская ни единого слова. Наконец, очередь дошла и до Дмитрия. Тот, ничего не утаивая, рассказал о своих мыслях по поводу бывшего узника Захарова. Правда, в подробности не углублялся, но не сомневался, что командир спросит и об этом.
Майор закурил папиросу и задумчиво посмотрел на капитана.
– Значит, рядового Захарова стоит проверить более тщательно, так ты считаешь?
– Так точно, товарищ майор, – не колеблясь, ответил Юркин.
– И что же тебя смутило? Если так посмотреть, то ничего особо сомнительного здесь не прослеживается. Попал в плен, будучи раненым. С немцами не сотрудничал. Что тебя насторожило, Дима?
– Да я и сам пока не знаю, – признался капитан. – Вот прямо чую, что с этим Захаровым что-то не так. Где-то там подвох есть. Но пока не могу понять где.
– Понимаю, – кивнул Лебедев. – Тогда проверяй его. Раскопай всю его подноготную.
– Есть.
– Ну, а ты, Миша. – Командир посмотрел на сидящего рядом с Дмитрием Митькова. – Справляешься?
– Так точно, товарищ майор. – Старший лейтенант сделал попытку встать.
– Сиди, – махнул рукой Лебедев.
– Все хорошо, справляюсь, – повторил парень. – Товарищ капитан мне помогает.
– Вот и славно. Все, товарищи, все свободны. Занимайтесь подозрительными, если что – докладывайте.
После сходки Юркин вышел на улицу и закурил. За ним увязался и Михаил.
– Товарищ капитан? – посмотрел он на офицера.
– Ну?
– Разрешите вам помочь.
– Помочь в чем?
Митьков свернул папиросу и тоже закурил.
– Разобраться с этим Захаровым.
– Думаешь, без тебя не разберусь? – хмыкнул капитан.
– Разберетесь, конечно. Но одна голова хорошо, а две – лучше.
А он точно необидчивый, отметил Дмитрий. Впрочем, неудивительно. Детдомовщина, что тут скажешь. Они калачи тертые и не к такому привычные. А может, Миша просто по натуре таков.
– Лучше, говоришь? – Юркин глубоко затянулся. – Может, ты и прав. Да и подмога пригодится. А то неизвестно, чем дело может обернуться. Вот и подсобишь.
– Думаете, все так серьезно?
– Кто знает, Мишаня, кто знает. В нашей работе все непредсказуемо. Это тебе не задачка по математике, а намного сложнее. Может сложиться так, а может – эдак.
– Я понял. И с чего начнем?
– Ишь ты, какой прыткий, – беззлобно усмехнулся Юркин. – Сразу с места в карьер сигануть готов. Но, видишь ли, Мишаня, тут не всегда торопиться нужно. Иногда надо действовать аккуратно и осторожно. Тебе самому, значит, подозрительные не попались?
– Никак нет, – с готовностью подтвердил старший лейтенант. – Да я просмотрел всего-то пять дел.
– Это потому что ты пока новенький. Да и в Полянах не так уж много народу оказалось. Поэтому и работы меньше, хотя не сказать что она проще. А то, знаешь ли, может привалить так, что до утра не разгребешь.
Здесь капитан не покривил душой – на его памяти такое действительно было.
– Так что, Миша, начнем вот с чего. Для начала побеседуем с другими узниками. Они друг про друга больше знают. Чай, не один день в этом поганом котелке варились.
– А потом?
– Суп с котом. Потом будет видно. Я же говорю, тут бежать и торопиться не надо. Хотя иногда и это не помешает.
– Я понял. Нужно действовать по ситуации.
– Правильно понимаешь, молодец. Тогда за работу. Запросы по этому Захарову я сделал, но ответ придет не быстро. Это тебе не письмо из соседней деревни получить.
Михаил кивнул.
– Отправимся прямо сейчас? – уточнил он.
– Да. Радуйся, что не придется ехать к черту на кулички – фильтрационный пункт здесь, в этом же городке. Так что собирайся, и выходим. Как раз пешочком прогуляемся, тут недолго.
На месте офицеры были меньше чем через час. Им выделили комнатушку со столом и парой стульев. Дмитрий хотел попросить еще один стул для Митькова, но тот, даже несмотря на недавнее ранение и хромоту, отказался.
– Смотри, – покачал головой Юркин. – Ну, если надо будет, говори.
– Конечно, – сказал старший лейтенант.
Когда завели первого, Юркин уже сидел с ручкой и листом бумаги наготове. Михаил стоял рядышком.
– Здравия желаю, товарищ капитан, – сказал бывший узник, высокий, со шрамом на подбородке.
– Здравствуйте, – сдержанно кивнул капитан и указал на стул. – Садитесь.
Заключенный расположился напротив Дмитрия.
– Имя? Фамилия? Звание?
– Корольков Александр Васильевич. Сержант, – четко, по-военному доложил собеседник. – Воинская часть…
– Это нас пока не интересует, – перебил Королькова офицер. – Расскажите, при каких обстоятельствах вы попали в лагерь в Полянах.
– Меня ведь уже спрашивали об этом, – слегка удивленно посмотрел на него Корольков.
– Вас допрашивали другие сотрудники, – заметил капитан. – Теперь расскажите нам.
Военнопленный подробно поведал о том, что попал в плен, как он сам выразился, по собственной глупости – схватился врукопашную с немецким солдатом, а тут подоспели еще трое и схватили его. В этом он сам считал себя виноватым и не скрывал этого.
– Что вы можете рассказать о других заключенных? – продолжил Юркин.
– Обо всех? – уточнил Корольков.
– О тех, кто был с вами в лагере, когда его отбили у немцев.
Допрашиваемый снова пустился в объяснения. Рассказ его подробностями не изобиловал, но общее представление дал. Бывший узник поведал о других собратьях по несчастью и о тех, кто сотрудничал с администрацией лагеря. Из показаний других пленников капитан вспомнил, что с несколькими стукачами расправились, как только поняли, что немцы сбежали. Двоим, правда, удалось выжить, но их вытащили из барака в бессознательном состоянии. Поэтому Дмитрий не перебивал Королькова, лишь задавал уточняющие вопросы. Михаил молчал, но было видно, что он внимательно следит за разговором.
– А что вы можете сказать о заключенном Захарове? – спросил, наконец, парень.
Собеседник призадумался, потом пожал плечами.
– Ничего, – сказал он. – Такой же, как мы. С немцами он не сотрудничал. Но когда я попал в лагерь, он там уже был.
– А вы попали зимой этого года, правильно?
– Так точно.
– И Захаров был уже там?
– Да. Вроде месяца два или около того.
– Он о себе что-нибудь рассказывал?
– Рассказывал, что в плен попал, когда отправился в тыл к немцам за «языком».
– А кроме этого? – поинтересовался Юркин. – Откуда родом, где жил, работал до войны?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Notes
1
Капо – привилегированный заключенный в концлагерях нацистской Германии. В узком смысле капо – это заключенные, назначенные исполнять должности старосты барака, надзирателя, старшего рабочей команды.