Мятежные воины

Глава первая

Виктор Дольский проснулся от того, что его подружка Ардита Грулич гладила длинными, слегка дрожавшими пальцами его волосатую грудь. Он открыл глаза, улыбнулся:

– Арди! Еще так рано.

– Восемь часов. Разве это рано?

Молодая женщина положила голову на грудь Дольского и нежно коснулась языком его сосков.

– Ты хочешь, дорогая?

– Я по утрам испытываю наибольшее желание.

– Даже после того, чем мы занимались почти всю ночь?

– Даже после этого. Чувствую, и ты не против.

Она ощущала телом возбудившуюся плоть партнера.

– Не против, но подожди, мне надо в душ.

– Душ потом, Виктор!

– Нет! – Дольский отстранил от себя женщину. – Потерпи, я быстро!

Он встал, не прикрывая голого мускулистого тела, вид которого вызвал у Ардиты еще более сильное желание, прошел в туалет, совмещенный с душевой. Включил воду, достал из-за плоского бачка унитаза сотовый телефон, нашел в памяти мобильника нужный номер, нажал на клавишу вызова. Ему ответил хрипловатый, с легким южным акцентом мужской голос:

– Бонсель! Слушаю!

– Доброе утро, Карл!

– Доброе, – ответил Карл Бонсель, находившийся в Праге. И спросил: – У тебя много времени?

– Я хотел передать лишь одно: ровно в 10.00 Ардита будет в метро.

– Хорошо. Буду следить за ситуацией по телевидению.

– Да, Карл! Я сделаю то, что нужно.

– А у тебя просто нет другого выхода, Виктор!

Бонсель отключил мобильник, выключил телефон, и Дольский отправил его обратно за бачок унитаза. Быстро приведя себя в порядок, он вернулся в спальню номера берлинского «Марриотт Отеля». Ардита, сбросив с себя одеяло, курила в постели. В номере было уютно, тепло.

Дольский забрал из рук партнерши сигарету, затушил ее в пепельнице, предложил:

– Немного вина, дорогая?

Женщина сморщилась:

– После вчерашнего приема я смотреть на эту гадость не могу. Кофе – другое дело, но… после, Виктор, а сейчас иди ко мне.

Дольский прилег, и Ардита тут же навалилась на него. Она любила позу, когда находилась сверху. Спальня наполнилась ее стонами. Оргазм с утра был действительно сильным и ярким. Дольскому пришлось сдерживаться изо всех сил, чтобы не допустить наступления оргазма. Ему удалось выдержать агрессивную атаку молодой женщины. И только после того, как она, вспотевшая, обессиленно упала на него, воскликнув, «все!», он перевернул ее и дал волю своей страсти. Оргазм наступил быстро, Дольский сполз с женщины, лег на спину и широко расставил руки. Ардита лежала с закрытыми глазами.

– Это прекрасно, Виктор! Ты тот мужчина, который мне нужен. Ведь ты не бросишь меня? – Она открыла глаза, приподняла голову: – Виктор! Ты не бросишь меня?

– Ну, что ты, дорогая. Таких женщин, как ты, не бросают, ими дорожат, их лелеют.

– Я буду делать для тебя все, что пожелаешь.

– Мы, дорогая, будем делать друг другу все, что пожелаем.

Ардита обняла мужчину, не догадываясь, что на самом деле он задумал. Если бы она смогла прочитать его мысли, то ужаснулась и тут же постаралась бы скрыться. Убежать как можно дальше от этого чудовища, надевшего на себя маску ласкового любовника. Но Ардита, увы, не умела читать мысли других. Дольский взял со стола часы:

– О! Уже девять часов! У нас самолет в час, а до этого вылета надо успеть закончить дела.

– Какие дела, дорогой? Ты ничего не говорил ни о каких делах на сегодня.

– Потому что ты ни вчера, ни сегодня ночью не слышала ничего, а точнее, не могла адекватно воспринимать реальность.

– Хочешь сказать, была сильно пьяна?

– Да, дорогая, что, впрочем, не мешало тебе строить глазки мужчинам, которые, надо признать, оказывали тебе, я бы сказал, слишком повышенное внимание.

– Однако я осталась с тобой.

– Да, и это меня радует. Но хватит разговоров, давай в душ, приводи себя в порядок, я сварю кофе. За завтраком объясню, что нам предстоит сделать до вылета в Амстердам.

Ардита Грулич потянулась:

– Черт бы побрал все эти дела. Да и вылет можно было бы перенести и еще на сутки остаться в этом уютном номере заниматься любовью.

– Мы всегда успеем доставить друг другу наслаждение. И у меня в квартире в Амстердаме не хуже, чем здесь.

– Кровать не скрипит? Терпеть не могу скрипа. Он отвлекает меня!

– Не волнуйся, ничего у меня не скрипит. Не трать время, Арди.

Женщина отправилась в ванную. Дольский прошел в прихожую, достал из дорожной сумки коробку из-под сигар, подарочную обертку с золотистой ниткой. Открыл коробку. Под верхним слоем сигар, где находился предмет, напоминающий старый пейджер, нажал кнопку справа. На предмете замигал красный индикатор. Дольский уложил сигары, обернул коробку, перевязал лентой. Получился симпатичный подарочный набор, который продавали во всех сувенирных лавках города. Отнес коробку в гостиную, прошел в столовую, где занялся приготовлением кофе.

В 9.20 он постучал в пластиковую дверь душевой кабины:

– Арди! У нас мало времени.

– Иду!

Женщина вышла и занялась макияжем. В 9.30 она в строгом костюме вошла в столовую.

– Ты прекрасна, Арди, – оценил ее вид Дольский, – ничего лишнего. Ни вызывающей помады, ни черных теней, ни румянца. И строгий костюм тебе к лицу.

– Разве вчера, в вечернем платье, я выглядела хуже?

– Я бы сказал, вульгарней.

– Но не как шлюха?

– Если только элитная и очень дорогая шлюха.

– Виктор?!

Дольский рассмеялся:

– Я шучу! Не обижайся. Для меня ты лучшая женщина из тех, которых я когда-либо… знал.

– Ты хотел сказать, трахал?

– Ну, и это тоже. Мы же взрослые люди, свободные, независимые, и в первую очередь от всяких предрассудков. Ну, пей кофе.

Ардита присела за стол. Дольский принес коробку:

– О деле, Арди. Мне надо заехать в офис компании, забрать документы, что должны быть подготовлены по результатам переговоров, а ты, дорогая, передашь вот этот презент, – он положил завернутую в цветную обертку коробку сигар, – господину Мартину Лезу.

– Лезу? – поморщила лоб женщина. – А кто это такой?

Дольский улыбнулся:

– Это тот лощеный тип, с кем ты вчера чаще других танцевала и который, пуская слюну, не стесняясь, сжимал в танце твои упругие ягодицы. И это нравилось тебе.

– Не помню, чтобы кто-то хватал меня за задницу.

– Ну, а самого Лезу вспомнила?

– Да! Обычный альфонс и развратник. Непонятно, как он попал на прием. Не иначе какая-нибудь престарелая и богатая вдовушка притащила с собой.

– Возможно. Вот этому альфонсу и развратнику ты и должна передать сюрприз от босса.

– Странно. Что общего между твоим боссом и этим холеным недоноском?

– А вот это не наше дело.

– Хорошо. И где я должна передать ему этот подарок?

Дольский наклонился к женщине:

– А теперь запоминай. Сейчас мы выйдем из отеля, и я провожу тебя до станции метро «Бранденбургские ворота». Дальше поеду в офис, а ты спустишься в подземку и сядешь в поезд, идущий в сторону Центрального вокзала. Сядешь в четвертый вагон. На выходе тебя будет ждать герр Лезу. Отдашь ему подарок и выйдешь на привокзальную площадь. Оттуда ходят автобусы до аэропорта. На одном из них приедешь в Тегель. Там мы с тобой встретимся у табло с расписанием рейсов. И если вылет не задержится, пройдем на регистрацию. Билеты у меня. В Амстердаме нас встретят.

– Это все хорошо. Но почему встреча назначена в метро?

– Не знаю, возможно, так удобно для Лезу.

– А если его не будет на станции, когда я подъеду? Мне ждать этого щеголя?

– Нет. Выбрось коробку в первую попавшуюся урну и следуй на остановку автобуса.

– А тебе не достанется от босса за то, что не выполнил его просьбу?

– Я не обязан ждать. И у меня, дорогая, с боссом несколько иные отношения, нежели между строгим начальником и бесправным подчиненным.

– Почему?

– Так жизнь сложилась. Но все, пора выходить.

Грулич взяла подарочный пакет, положила его в сумку. Дольский забрал из ванной телефон. Любовники вышли из номера. Внизу Дольский сдал администратору ключи, поблагодарил за обслуживание и под руку вывел подругу из отеля. Они расстались на входе в метро. Проводив Ардиту, Дольский взглянул на часы – 10.02. Вздохнул, прикурив сигарету, начал отсчет времени. Спуск к поездам займет у Грулич примерно шесть минут. Поезда следуют в это время суток через три минуты, до следующей станции поезд дойдет через две минуты. Итого, у него есть еще десять минут. Это если Грулич не привлечет внимания службы безопасности метрополитена или полицейских. Вероятность этого мала, но она существует. В этом случае он получит сигнал тревоги из подземки, и тогда придется работать по плану В. Это нежелательно, однако другого выхода просто не остается. Да, акция не принесет нужного результата, но все же дело будет сделано. А это главное.

Виктор не получил сигнала тревоги и в 10.12, осмотревшись, достал сотовый телефон, нажал клавишу вызова.

Последним в своей жизни Ардита Грулич услышала странный писк в сумке, и тут же мощнейший взрыв разорвал ее на куски, как и пассажиров, начавших выходить на станции «Бундестаг», и людей, столпившихся у поезда в ожидании посадки. Взрыв был такой мощности, что разорвал весь четвертый вагон, повредил третий и пятый, снес две колонны и мощной ударной волной буквально смял находившихся на станции людей. Завизжала сирена, повалил черный дым, посыпались на выживших в этом аду людей массивные мраморные плиты с потолка. Пассажиры уцелевших вагонов в панике рванулись к выходу, давя друг друга, давя тех, кто лежал и молил о помощи. Паника и давка усилились, когда погас свет. Задыхаясь от дыма, обезумевшие люди стремились к спасительным лестницам, к выходу и не замечали никого вокруг себя. Лишь бы выбраться самому. Сбитую с ног девочку лет десяти буквально втоптали в пол, проломив грудь и раздавив голову. Тело пожилого мужчины, к несчастью оказавшегося в центре безумия, в секунды превратилось в месиво. Третий и пятый вагоны загорелись. Машинист ничего не мог сделать, искореженные останки четвертого вагона сошли с рельсов, и линия автоматически обесточилась.

Дольский увидел облако дыма в районе Бундестага. Выбросив сотовый телефон в мусорную урну, он прошел к стоянке такси. Сел в автомобиль:

– На Центральный вокзал, пожалуйста.

– Что-то странное происходит в метро. Вы не в курсе, что случилось? – спросил таксист. – Люди спешно выходят из здания станции.

– Я не знаю, что произошло в подземке, – раздраженно ответил Дольский, – я знаю другое, если ты и дальше будешь стоять, то я не успею на электропоезд.

– Извините. Центральный вокзал.

Таксист поехал к вокзалу. В двух местах, как раз в районе Бундестага, дорога была перекрыта полицией. Она пропускала только пожарные машины и кареты «Скорой помощи», которые проносились мимо в большом количестве, воя сиренами и сверкая огнями проблесковых маячков.

– Что-то серьезное случилось, – проговорил водитель такси.

Дольский вздохнул:

– Мы живем в мире, в котором насилие стало нормой. Судя по дыму, пожар на станции метро.

– Да.

От Бранденбургских ворот до Центрального вокзала ехать недалеко, но из-за частых остановок, вызванных действиями полиции, повлекшими возникновение пробок, такси доехало до привокзальной площади за двадцать минут.

Расплатившись, Дольский тут же направился к стоянке автобусов. У передней двери одного из них, следующего до аэропорта Тегель, собрался народ. Люди что-то оживленно обсуждали.

Дольский встал в очередь и спросил стоявшего впереди мужчину:

– Извините, вы не в курсе, что произошло? В городе полно пожарных, неотложек, едва добрался сюда.

Мужчина ответил:

– Я слышал, что на станции «Бундестаг» террорист-смертник подорвал мощное взрывное устройство. Погибло много людей.

– От кого, простите, слышали?

– Здесь неподалеку стояла полицейская машина. Наряду по рации сообщили о взрыве в подземке, и он сразу поехал в сторону бундестага.

– Черт побери, – изобразил возмущение Дольский, – в самом центре Европы, в столице Германии, – и террористы-смертники? Дожили. И вообще, как таких подонков земля носит?

– Вы правы, дожили. Из дома стало небезопасно выходить. Я ведь тоже приехал сюда на метро. Час назад. А если бы задержался?

– Вам повезло. А много людей погибло?

– Об этом сейчас вряд ли кому известно. Узнаем из новостей. Скоро об этом все телеканалы и радиостанции заговорят.

– Если полиция даст достоверную информацию.

– Журналисты все равно пронюхают о числе жертв.

– Да, это верно. Подождем. Что-то медленно движется очередь.

– Как обычно!

– Я отойду на минутку?

– Дело ваше, но очередь пройдет быстро.

– Да мне только позвонить родственникам, узнать, все ли у них в порядке.

– Понимаю.

Дольский отошел от автобуса, достал второй сотовый телефон, набрал по памяти номер. Хриплый голос ответил:

– Слушаю!

– Я сделал то, что требовалось.

– В курсе. Поздравляю. Когда вылетаешь?

– В 12.20.

– О′кей! Я жду тебя у себя дома.

– Как дела в Варшаве?

– До встречи, Виктор!

Карл Бонсель отключил телефон. Виктор сделал то же самое и вернулся к автобусу. Очередь действительно успела сократиться втрое. Точно по расписанию автобус, закрыв дверь, отправился в аэропорт Тегель.

А в двухэтажной вилле района Старый Юг Амстердама стоявший у окна просторного, обставленного дорогой мебелью, с видом на парк и озеро, кабинета мужчина лет пятидесяти набрал на телефоне номер:

– Это Карл! Работа сделана наполовину.

– Так! Ты где?

– У себя!

– Быстро ко мне!

– Да, босс!

Хозяин виллы Вильям Коу чертыхнулся:

– Черт бы побрал этого Бонселя. Работа сделана наполовину. Значит, где-то произошел сбой? Где? Это может сказать только Бонсель. Впрочем…

Коу прошел к столу, включил телевизионную панель, висевшую на стене, и тут же увидел дымящийся выход станции Берлинского метрополитена, окруженный плотным кольцом пожарных и медиков.

– Так, – проговорил он, – сбой в Варшаве. Но это полбеды. Главное было провести акцию в Германии.

Коу налил себе виски, выпил. Присел в кресло. Нажал кнопку вызова секретаря. В кабинет вошла стройная блондинка лет тридцати:

– Да, господин Коу?

– Расслабься, Лиза. Где у нас Венс?

– Ваш помощник на первом этаже. Проверяет работу установленной сегодня новой системы видеонаблюдения.

– О′кей! Подойди ко мне.

Женщина подошла.

Коу рывком усадил ее себе на колени.

– Ой, – вскрикнула женщина, – Вильям…

– Спокойней, мисс Динг, расслабься, моя девочка. Я соскучился по тебе.

– Но… Вилли… не здесь же? И… не сейчас?

– Я хочу, чтобы ты осталась сегодня на ночь здесь.

– Без проблем.

Коу, хлопнув секретаршу по выпуклой ягодице, сказал:

– А теперь ступай, красотка. Сегодня нам предстоит долгий рабочий день. И не забывай о том, что должна остаться на ночь здесь. А может, у тебя есть бойфренд, который будет ждать свою очаровательную и развратную блондинку на съемной квартире?

– У меня, Вилли, никого, кроме тебя, естественно, нет.

– И ты не спала с Венсом?

– Представь себе, нет.

– А он предлагал тебе секс?

– Иногда мне кажется, что, кроме денег, твоего помощника вообще ничего не интересует. Или он конченый импотент. У него и на стороне нет подруги.

– Откуда тебе это известно?

– Видел бы ты, как его чуть не стошнило, когда я всего лишь предложила ему пролистать журнал из секс-шопа.

– Это ни о чем не говорит. Не занимайся сплетнями.

– А мне не с кем ими заниматься. Я веду замкнутый образ жизни. Работа – дом – работа, иногда твои ласки под настроение.

– За это ты получаешь хорошие деньги, не так ли?

– Поэтому всем довольна и никаких претензий не имею.

– Еще бы ты имела претензии. Свободны, мисс Динг.

– Кофе, мистер Коу?

– Уйди!

– Слушаюсь!

Секретарь вышла в прихожую. Коу уже по внутренней связи вызвал секретаря:

– Мисс Динг! Передайте мистеру Венсу, что я жду его!

– Да, господин Коу!

Венс явился через пять минут:

– К вашим услугам, мистер Коу.

– Я смотрел отчет о доходах бизнеса. Прибыль получена приличная, надо подумать, куда вложить свободные деньги, и найти нового партнера по обработке алмазов. Займись этим на досуге.

– Слушаюсь.

– Что там с новой системой слежения?

– Порядок! Я все проверил. Охране теперь будет проще контролировать обстановку.

– А за нами контроль никто не осуществляет?

– Нет, мистер Коу. Специалисты проверили усадьбу. Конечно, спецслужбы могут пробить защиту, но мы узнаем об этом и предпримем ответные меры.

– Без меня ничего не предпринимать, Алан.

– Конечно, мистер Коу!

Хозяин виллы поднялся, прошелся по кабинету:

– Все, что было сказано, – это работа текущая, я вызвал тебя по другому вопросу. В 13.00 в аэропорт «Схипхол» прибудет самолет рейсом из Берлина. С ним прилетит Виктор Дольский, он должен направиться домой к Бонселю. Проконтролируй прибытие Дольского, посмотри, не притащил ли он за собой «хвост». А в 17.00 проделаешь то же самое в отношении Мартона Киднара.

– Извините, но разве не Карл должен встретить своих людей? Или его помощник, Денес Табич.

Коу поморщился:

– Делай, что тебе говорят, Алан! И не надо задавать лишних вопросов. Карл Бонсель нужен мне здесь, а его помощнику Табичу я не доверяю. Ты понял?

– Да, мистер Коу.

– И еще, созвонись с Джоном Брэди и Замиром Фрачи, передай им просьбу приехать сюда к 15 часам.

– Слушаюсь.

– Занимайся!

– Да, мистер Коу!

Помощник Коу покинул кабинет босса.

В 11.30 секретарь доложила:

– Мистер Коу, прибыл господин Бонсель.

– Пусть охрана пропустит его. Одного!

– Слушаюсь.

Спустя пятнадцать минут в кабинет вошел крепкого, плотного телосложения мужчина:

– Добрый день, мистер Коу!

Хозяин виллы посмотрел на вошедшего:

– Ты считаешь сегодняшний день добрым, Карл? Тогда, когда твои люди сорвали акцию в Варшаве?

– Это не совсем так…

Коу указал на кресло у приставного стола:

– Присаживайся и доложи все обстоятельно.

Бонсель – руководитель террористической группы, находившейся на содержании Вильяма Коу, – подчинился.

– Так что «не совсем», Карл? – спросил Коу, не сводя с террориста своих черных, хищных, безжалостных глаз. – Что «не совсем»?

– В Берлине мы отработали задачу по полной программе. Судя по информации СМИ, в результате взрыва на станции Берлинского метро погибло более ста человек, число раненых превысило триста человек, выведена из строя линия метро и вообще все движение в подземке остановлено. Чтобы возместить нанесенный нами ущерб, немецким властям придется выложить огромную сумму. К тому же психологический эффект от взрыва высок. Берлинцы растеряны, местные власти деморализованы…

Коу прервал Бонселя:

– Все это мне известно. Я тоже смотрю телевизор и слушаю радио. Согласен, в Берлине твои люди сработали превосходно, но ответь мне, Карл, почему в Варшаве вы не смогли получить должного результата? Что в Польше помешало вам?

– Случайность.

– Случайность? Разве ты не просчитывал все возможные даже теоретически варианты развития событий?

– Просчитывал. Но я не мог знать, что за сутки до акции польские власти оборудуют несколько станций аппаратурой обнаружения взрывчатых веществ на самом входе в подземку. И даже не за сутки, а в ночь перед акцией. Причем одну станцию, что была выбрана нами.

– Подробнее, – потребовал Коу.

Бонсель потер виски.

– Да, мистер Коу. Значит, утром мне позвонил Мартон Киднар и доложил, что для акции все готово. Подтвердил, что смертница, девушка по имени Джезим, в 10.00 будет находиться на платформе станции «Ратуш Арсенал». Все шло, как и в Берлине. Просчет времени на всех этапах операции позволял Киднару активировать взрыватель устройства точно во время остановки поезда на станции «Двожец Гданьски». Но произошло непредвиденное. Неожиданно у касс Джезим остановил полицейский патруль и повел ее в отдельное помещение. Киднар, увидев это, тут же активировал взрыватель. В результате подрыва взрывного устройства погибло около десяти человек, более полусотни получили ранения разной степени тяжести, контузию. Вход в станцию разрушен, полицейский наряд и несколько человек службы безопасности уничтожены. Да, Киднару не удалось полностью выполнить поставленную задачу, но в этом нет его вины. Только после подрыва смертницы мы получили информацию об установке на станции спецаппаратуры. Она и зафиксировала Джезим. И все же эта акция вызвала в Варшаве огромный резонанс. Движение поездов на какое-то время было остановлено. Да и из раненых выживут не все. Случайность чистой воды помешала нам провести идентичную берлинской акцию в Варшаве.

– Понятно! Случайность или не случайность помешала тебе, меня не волнует, ты сам назвал работу выполненной наполовину, так?

– Да!

– Значит, и сумму вознаграждения получишь вдвое меньше обещанной!

– Но, мистер Коу, это будет означать, что в Варшаве мы вообще ничего не сделали. Хотя потеряли смертницу.

– Хорошо, две трети!

– Это справедливо, мистер Коу!

– Деньги сегодня же уйдут на твой счет. Ну а кому сколько заплатить из своей группы, решишь сам. Полиция не опознает твоих шлюх-смертниц?

– Даже если проведет анализ ДНК. Ни у Ардиты, ни у Джезим нет родственников, и их нет в базе данных полиции ни Германии, ни Польши, ни Интерпола.

– Ладно. Собирай своих людей, надеюсь, они без проблем ушли из Берлина и Варшавы?

– Без проблем.

– О′кей! Собирай их и держи у себя дома. Скоро они вновь нам потребуются. На этот раз вместе с тобой.

– Я всегда готов к работе, мистер Коу.

– Это радует. Свободен!

– Один вопрос позвольте?

– Спрашивай!

– Мне набирать смертниц?

Коу ненадолго задумался. Затем проговорил:

– Активно никого не вербуй, но пару шлюшек подходящих подбери, прикорми. Возможно, они и пригодятся.

– Я все понял! Еду в аэропорт!

– Счастливого пути. И учти, Карл, сегодняшнюю случайность я простил тебе, но это было в первый и в последний раз. Следующий сбой, независимо, по чьей вине он произойдет, если, конечно, произойдет, будет означать для тебя одно. А что конкретно, ты прекрасно знаешь!

– Знаю!

– Иди! Будешь нужен, с тобой свяжется помощник.

Бонсель вышел в приемную. Лиза Динг, которой нравился этот мужчина, участливо спросила:

– У вас проблемы, Карл?

Бонсель взглянул на секретаря Коу:

– А если проблемы, то что, ты можешь мне помочь избавиться от них?

– Если это в моих силах, с удовольствием.

– Ты знаешь, что иногда нужно холостому мужчине…

– Ох уж эти мужики, у вас одно на уме.

– А у вас, женщин?

– К сожалению, я сегодня занята.

– Будешь ублажать босса?

– Это одна из моих, признаюсь, не самых приятных обязанностей. А вот когда выпадет свободная ночь…

– Тогда позвони. Договорились?

– Да, Карл! Но босс ничего не должен знать, иначе он сотрет меня в порошок.

Бонсель вздохнул:

– Если бы, Лиза, я не умел держать язык за зубами, то давно уже горел бы в аду. До связи, дорогая.

– Я позвоню!

Главарь террористической банды вышел из приемной. Вскоре он вел машину к своему дому, отметив, что на вилле во время его визита не видел помощника Коу, проныру Алана Венса. Впрочем, босс мог послать его куда угодно. На то Венс и помощник. А переспать с Лизой было бы неплохо. Главное, она сама хочет этого, а значит… мисс Динг рано ли поздно окажется в его постели. Хоть какое-то разнообразие. Можно, конечно, использовать шлюх из борделей, но их ласки притворны, Лиза другое дело. Она тоже шлюха, но какая?! Она будет стараться и для него, и для себя, а не притворно стонать, изображая наслаждение, думая лишь о том, когда получит деньги и свалит от клиента. К другому такому же озабоченному мужчине с тугим кошельком. Но ладно, что будет, то будет. Сейчас – встреча парней и отдых.

К 14.00 в доме Карла Бонселя, находившемся в районе, называемом «Плантация», собрались помощник главаря банды Денес Табич и прибывшие из Берлина и Варшавы Виктор Дольский и Мартон Киднар. Помощник Коу Алан Венс встретил террористов из Германии и Польши и сопроводил их. В 14.20 он вернулся в усадьбу Коу. Прошел в приемную. Поинтересовался у секретаря:

– Босс не спрашивал обо мне?

– Нет, – ответила Динг, – да и если ты ему понадобился, он сам бы позвонил тебе.

– Это верно. К трем часам должны подъехать Джон Брэди и Замир Фрачи, до последнего едва дозвонился, он отдыхал со своими друзьями за городом.